Этимологический словарь славянских языков, том 00

> ЭССЯ-ZZ
Праславянский словарь: А | Б | В | Г | Д | Е | Ѣ | Ж | З | И | К | Л | М | Н | О | Ѫ | П | Р | С | Т | У | Х | Ц | Ч | Ш | Щ | Ю | Ѭ | Я | Ѩ
Труды-источники: Дерксен-Старостин | Покорный | ЭССЯ (Трубачев)
Славянские словари: Старославянский | Русский | Белорусский | Болгарский | Лужицкие | Македонский | Польский | Сербохорватский | Словацкий | Словенский | Украинский | Чешский

Праславянский лексический фонд
(тома ЭССЯ Трубачёва-Журавлёва):
HTM: 1 2 3
PDF: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38

Здесь представлен праславянский лексический фонд, т. ZZ (* - *) на основе объединения этимологических сведений из отдельных славянских языков.



Поскольку текст получен копипастом из отсканированных книг в формате PDF, он пока содержит многочисленные ошибки в содержании. Сначала будут исправлены заглавные слова, потом весь текст (или издательство "Наука" любезно представит тексты в копируемом виде). Поэтому лучше будет смотреть сокращенные сведения из ЭССЯ в готовящемся на этом сайте общеславянском словнике (разбит по буквам, указанным вверху).


A

В 1-м выпуске 466 словарных статей.

, союз: ст.-слав, д os, xai, OTJ, fa, и, же' (SJS), болг. а га, но' (БТР), макед. а са, но; как только; чтобы' (И-С), сербохорв. а сно, а, и' (в эпических песнях часто лишено конкретного значения, см. Карацип, s. v.), словен. асно, а, и' (Plet. I, 1), чеш. а си, а, но', диал. моравск. ja, служ. слово, начинающее ответ, а также вводящее умеренный запрет; в песнях — как зачин, лишенный конкретного значения (Bartos Slov. 125), слвц. а си' (SSJ I, 1—2), в.-луж. а;и' (Pfuhl 1), н.-луж. аса' (Muka St. I, 1), польск. аса, и' (Dorosz. I, 1), словин. аси, а, но' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 1), др.-русск. а си, а, же' (Срезневский I, 2, 3), русск. а, противит., сопоставит, и присоединит, союз, укр. а са, же, но, напротив; да (союз)' (Гринченко I, 1), блр. а са, но'. Как противит., так и присоединит, функции праслав. союза *я представлены практически на всей слав, территории. Вместе с тем значительную древность следует признать, вероятно, за случаями отсутствия конкретного значения (см. выше сербохорв., моравск.), которые примыкают к присоединит, функции. Союз *а обычно объясняют, аналогично некоторым другим союзам (напр. *г), из падежной формы местоименной основы н.-е. *е-/о-, причем реконструируется праслав. *а<^и.-е. *ed/*od, абл. ед. ч. Ср. прежде всего др.-инд. at 'затем, потом; также, и' (абл. ед. ч. от мест, а-), авест. aat сзатем, потом; и, но'. См. Miklosich 1; Vondrak. Vgl. slav. Gramrn. I, 78; J. Zubaty BB XVIII, 243; Berneker I, 22; А. Мейе. Общеслав. язык 389; Bruckner, 1; Stawski I, 23; Фасмер I, 55; Sadnik-Aitzetmuller. Handworterbuch, 211; Pokorny I, 284; Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 1—2; Bednarczuk BPTJ XIX, 104 и след.; он же «Studia linguistica in honorem T. Lehr-Sptawinski» 61—62; «S}ownik praslowianski. Zeszvt probny», 2; A. Bajec SR V—VII, 1954, 195. С некоторыми отличиями — из местоименной основы to- (откуда ja > а в условиях сандхи) — объясняет союз *а Маретич: «Отсюда видно, что правильной формой названного союза является ja, которое действительно имеется в болгарском и сербохорватском языке» (Т. Maretic «Rad» LXXXVI, 1887, 84). Здесь встает попутно проблема фонетической формы, причем одни ученые отделяют вообще болг. я сно', сили5, сербохорв. ja си; или5, видя в них заимствование из тур. (Berneker, там же; Младенов 701), другие усматривают в части последних вторичный протетический см. Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb., там же. При решении во проса следует не упускать из виду чеш. диал. (моравск.) ja (см. выше), относительно которого было бы трудно предполагать тур. влияние. Большинство авторов, занимавшихся происхождением праслав. *а, указывали на его родство с лит. б, см. еще Meillet MSL 14, 1907, 387; Fraenkel I, 514—515. Вполне возможно, впрочем, что лит. б, значение которого точно соответствует значению русск., блр. а, и которое, с другой стороны, не имеет близких соответствий в других балт. языках, само заимствовано из слав., на что и указывали Скарджюс (у Френкеля, там же), Садник-Айцетмюллер, там же. Изолированному положению лит. б в лит. словаре (исключение: производная форма ogi, возможно, не без влияния лит. egi) противостоит редкая активность слав. *а, см. ниже *а bo, *а by, *а се, *а опо, *а le, *а li, *а ni, *а si, *а ti, *а to, *а ze. Ни одно из этих сочетаний-сложений слав. *а практически не имеет соответствий в лит. языке. Наконец, лит. б фонетически вообще не может продолжать и.-е. *6d, реконструируемое для праслав. *а, почему целесообразно пока исключать лит. б из числа форм, исконнородственных слав, слову. Впрочем, вопрос о праформе слав. *а не может считаться окончательно ясным. См. еще специально *а се. Некоторые ученые, сознавая, повидимому, определенную проблематичность реконструкции *6d в данном случае, предпочитают сближать праслав. *а с алб. о сили', греч. т] то же, др.-инд. а* также; близ, к', см. S. Е. Mann, «Language» 26, 1950, 380; Machek 15 (последний отождествляет слав, а присоединительное и др.-инд. а в близкой функции, против см. специально Sadnik-Aitzetmiiller. Vgl. Wb. 1, 2). Серьезного внимания заслуживает теория об участии в образовании данного союза эмфатических частиц или междометий, см. W. Prellwitz. Hervorhebende partikeln in der indogermanischen Wortbildung. — «Glotta» 19, 1931, 95; еще более определенно — Holub-Kopecny 59, где все случаи слав, а характеризуются как «первоначально вероятно междометие». См. еще J. Kurz «Slavia» XXIV, 144; J. Bauer. Vyvoj ceskeho souveti, 1960, 34, 125 (цит. no:^«Siownik prasiowianski. Zeszyt probny>> 2).

*a bo: слвц abo (народи., поэт.) сили' (SSJ I, 3), в.-луж. abo 'или' (Pfuhl 1), н.-луж. abo сили; до' (Muka SI. I, 1), ст.-польск. abo 'или; ли; ибо, так как' (St. stpol. I, 8—9), словин. abo сили' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 1), др.-русск. або сили' (XIV в., Срезневский I, 3; Картотека СДР: або: тогда або и отроцивъ СА пришьдъше ВСА имъ по мал& повгЬдаша. Син. Пат. XI в., л. 146), русск. диал. або сили, либо; когда бы, если бы; иначе; разве, или' (Филин 1, 190), укр. або сили, либо; разве' (Гринченко I, 2), блр. або сили' (Байкоу—Некраш. 13). Сложный союз, словосочетание праслав. *а bo практически не отразилось в ю.-слав. языках. Его продолжения в вост.-слав, языках нуждаются в комментариях. Примеры русск. диал. або, при всей их многочисленности, имеют исключительно западное и южное распространение (см. Филин, там же). Русск.-цслав. пример або в новом Словаре древнерусского языка XI—XIV вв. не очень надежен, ср. более вероятное чтение соответствующего места текста: тогда бо и отроци въ СА пришьдъше ВСА ИМЪ помал# повйдаша («Синайский патерик», изд. В. С. Голышенко, В. Ф. Дубровина. М., 1967, 327 = л." 146). Примеры XIV в. у Срезневского, равно как и укр., блр. або могут быть сочтены ранними проникновениями из польск., ср. ст.-польск. abo, постепенно вытесненное более сложным albo (см. Z. Klemensiewicz, Т. LehrSptawinski, S. Urbanczyk. Gramatyka historyczna j^zyka polskiego. Warszawa, 1955, 446). Конструкция *a bo ограничивается в древности, таким образом, рамками западнославянских языков. Менее вероятным исторически и типологически представляется объяснение формы abo из более сложного a li bo, выдвигаемое многими исследователями, см. Berneker I, 21; Vondrak. Vgl. slav. Gramm. II, 435; Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 3. Дальнейшие этимологические связи см. на *а, *&о.

*a by: ст.-слав, л вы si, stye 'если бы' (SJS), чеш. aby 'чтобы', слвц. aby Чтобы' (SSJ I, 5—6), в.-луж. aby Чтобы' (Pfuhl 2), н.-луж. aby Чтобы; если бы, лишь бы; как будто, как бы' (Muka St. I, 1), ст.-польск. aby 'ut, si, чтобы, если бы' (St. stpol. I, 10—14), польск. aby Чтобы, хоть бы, лишь' (Warsz. I, 5), кашуб.-словин. гЪэ Чтобы' (Lorentz Pomor. I, 1), др.-русск. абы 'чтобы, дабы; если бы, лишь бы' (Срезневский I, 4), русск. обл. абы 'лишь бы, только бы, хоть бы', диал. (арх.) абы 'ой, ахти, увы' (Филин 1, 192), абы 'лишь бы, только бы' (Миртов. Донской словарь, 1), абы 'лишь бы, только бы, хоть бы; чтобы; если бы, если; либо; как бы; то есть' (Филин 1, 195), укр. абй 'дабы, чтобы, лишь бы' (Гринченко I, 1—2), блр. абы 'лишь бы, чтобы только' (БайкоуНекраш. 16). Союзное словосочетание *а by, главным образом со значением цели, а также условия, широко представленное в зап. и вост. слав, языках. Что касается ю.-слав. языков, старославянский пример (Супр.) стоит особняком и тяготеет скорее к соответствующим севернославянским данным. Сочетание *а (см.) и глагольной формы by (см. *byti), первоначально — аорист 2 и 3 л. ед. ч. (ср. 1 л. ед. ч. в чеш. аЬуск^чтобы я. . .' и 1 л. мн. ч. в ст.-слав, л вму^омй, Супр.). Предполагать, что abych < aVbych (см. Machek 15), необязательно. См. Berneker I, 21; Holub-Kopecny, 59, 82 {aby, bych); Фасмер I, 58; Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 2. Подробно см. О. С. Мельничук. Розвиток структури слов'янського речения (КиТв, 1966) 76, 79.

*a čе/*а či, союз: болг. а че 'после, и затем' (Геров), словен. асе ако (Plet. I, 1), чеш. ас 'хотя', также в сложении ackoli, аскоliv то же, слвц. диал. act 'или' (Kalal 7), н.-луж. ас 'ли; хотя; как (Muka St. I, 1—2), также в сложении н.-луж. стар, askoli (Якуб.) 'хотя' (Muka St. I, 5), ст.-гюлъск. acz 'если; хотя; потому что; что; ли' (St. stpol. I, 16—18), иольск. стар, acz 'хоть; но; несмотря на то, что' (Dorosz. I, 20), также в сложении польск. aczkolwiek 'хотя, хоть', др.-русск. аче 'если, si', 'хотя, etiamsi' (Срезневский I, 33—34), русск.-цслав. те 'сколь, насколько' (.Члатостр. XII в., Срезневский III, 1675), если последнее — не к *atje (см. ниже); русск. диал. (ряз.) ач 'вот еще, как бы не так, еще что' (Даль'5 I, 80), укр. ачёй 'авось' (Укр.-рос. словн. I, 20). Реконструируемое обычно в форме праслав. *а се (авторы предпочитают писать *асе, хотя здесь целесообразно считаться с наличием словосочетания, а не слова) объясняется из сложения союза *а (см.) и древней энклитики местоименного происхождения *се (см.). См. Vondrak. Vgl. slav. Gramm. II, 491—492; Berneker I, 22; Bruckner 2; Stawski I, 23; Machek 15; «SJownik prastowiariski, Zeszyt probny» 2 («Прозрачное сложение a-\-ce»); Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 2. Иначе см. Г. А. Ильинский у Трубачева — ВЯ, 1957, № 6, 93. Прозрачность состава делала, видимо, излишней необходимость восстановления более древней истории. Тем не менее, слав. *а се имеет аналогии или соответствия в родственном материале других и.-е. языков. Ср. прежде всего лат. atque, adque сс другой стороны, более того, однако, как, и' (подробности о лат. слове см. Ernout-Meillet 3, I, 94—95). Сближение праслав. *а се и лат. atque / adque, представляющее собой одновременно тождество минимальных контекстов и включающее этимологическое тождество ce=que, есть вместе с тем и этимология для праслав. *а(см.), которое логично отождествить этимологически с лат. at fc другой стороны, а, но'. Ср. пример из Павла Феста, приводимый у Эрну и Мейе, где ярко видно функциональное тождество со слав, а, русск. а в оборотах типа один. . ., а другой. . .: Scipio est bellator, at Marcus Cato orator. Сюда же лат. ad cпри, у, к', которое вместе с лат. at, а также, по-видимому, праслав. *а восходит к и.-е. *ad, предлогу и послелогу с присоединительным значением (см., с отличиями в трактовке, Pokorny I, 3). Обычно считается, что эта и.-е. форма неизвестна слав, языкам. Что касается количества и.-е. гласного, который был скорее всего кратким, то в славянском, вполне вероятно, имело место эмфатическое удлинение *ad > *а, оправданное в условиях фразы. Любопытно отметить, что сближение слав, а и лат. at, et встречается в литературе (см. например Holub-Kopecny 59), но не привлекло достаточного внимания исследователей. Ср. еще др.-инд. dccha^K, при' « atca). См. О. Н. Трубачев «Вопросы филологии. К 70-летию И. А. Василенко» (М., 1969) 334.

*а jьno?/*a опо: болг. анб 'потому что' (Геров), сербохорв. стар, (союз) ало, с XIV в. (RJA I, 91: «savez a s pronominom u srediiem rodu ono sastavjen. . . (ano), — Dolazi od XIV v. . . ., izmedu rjecnika samo u Danicicevu. . .»), диал. and 'да, но' (Елез. I), словен. an сно, кроме' (Plet. I, 4), ano си, но, а', союз (Plet. 5), ano, опо) 'давно', наречие, anoboj сно, однако' (там же), сюда же ada ^теперь' (Plet. 1), ст.-чеш. an, ед. ч. м. p., ana ж. р., апо ср. р. (Gebauer, 11), чеш. апо сда\ слвц. апо сда' (SSJ I, 35) диал. an, an стут, там' (Kalal, 8), польск. апо сда, ну да, конечно; итак, вот' (Dorosz. I, 145), др.-русск. апо, анъ са' (Новг. I л., 1215 г., Срезневский I, 23), анъ (. . . а чьи судьи на третий не пойду'1" или на кого третий помолви1" / анъ ВЗАТОГО не отдастъ, то правому отНАТИ. — Грам. докончальн. кн. Дм. Ив. с кн. Твер., 1375 г., сп. XV в., рукоп. ЦГАДА. Картотека СДР, русск. стар. диал. ан, оно, союз и част., стак что, даже; а вот; а вместо этого; или, а то' (Даль3 I, 16, Филин 1, 260), укр. диал. ано'ко, только5 (Гринченко 1, 7). Из двух указанных в заглавии статьи реконструкций более вероятна праформа *а опо, где второй компонент словосочетания *а (см.) + *опо — местоимение (см. *опъ), ср. соответствующее мнение уже у зачинателей Загребского академического словаря (см. выше), подробно см. 3. Znbaty LF 36, ИЗ и след. =Studie a clanky I, 2, 6; далее — Преобр. 1,1; Machek 18 (там же приводятся польск. а опо, a ino); Sadnik — Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 4. Специально см. V. M. Du Feu. The conjunctions ино and ано in old Russian. — «Canadian Slavonic Papers» 5, 128—142 (цит. no: RS XXVI, cz. 2, 1966, 323). Следует также считаться с иным объяснением — из *а по / пъ, см. Berneker I, 22; Фасмер I, 77; A. Bajec SR V-VII, 1954, 195, 196.

*а lе: чеш. ale гно, ну', слвц. ale 'но, ну' сюда же противит. союз слвц. alebo (SSJ I, 23—24), в.-луж. ale сно, однако' (Pfuhl 2), н.-луж. ale сно, между тем' (Muka St. I, 3), польск. ale сно, ну' (Dorosz. I, 77—78), словин. did сно' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 4), укр. алё 'но, однако, впрочем', сну' (Гринченко I, 6), блр. але сно'. Исключительно сев.-слав, союзное словосочетание *а (см.) + + *Ze (см.). В свете известного распределения формы (чеш., слвц., в.-луж., н.-луж., польск., словин., укр., блр.) соответствующие укр. и блр. формы вполне могут быть заимствованы из польск. Болг. ала сно' заимств. из греч. dXXa с тем же значением и к рассматриваемому здесь слав, образованию отношения не имеет, точно так же, как и само греч. слово, восходящее к и.-е. *allo- /другой'. Таким образом, уверенно можно говорить только о зап.-слав. *а 1е, выступающем там, впрочем, достаточно рано, ср. польск. ale — с XIV в., см. Stawski I, 24. Далее см. Berneker I, 22, 698; Sadnik — Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 2—3 (оба последних словаря приводят еще болг. але сглядь', но оно, по всей вероятности, сюда не относится, см. Георгиев ВЕР I, 9). Будучи новообразованием части слав, диалектов, *а 1е лишено соответствий за пределами славянского. Лит. ale заимств. из слав., см. Fraenkel I, 7.

*a li: ст.-слав, л ли xai, os 'разве, но, осли' (SJS, Sad.), болг. диал. али сили' (с. Корница, Благоевградско, дип. раб., Архив Соф. ун-та), сно, однако' (Геров), fразве, или' (Геров — Панчев; Стойчев БД II, 123), макед. али сили; разве' (Кон.), сербохорв. ала 'но; или' (Бук Карацил s. v.; RJA 1, 67—74), диал. али. 'пли, ли, разве' (Елез. I), ]али 'или' (Бук Карапип), ale, ale.ll сили; но' (Ка, 387), словен. all сили, ли; но; конечно' (Plet. I, 3) сюда же aliboj сили, ли' (там же), ahoj сили' (Plet. I, 1), сюда же, далее, чеш. albo 'или, либо' (Kott. Dod. k Bart. 1), н.-луж. стар. albo сили' (Muka St. I, 3), польск. albo сили; разве' (Dorosz. I, 73—74); др.-русск. али сно, же' (Син. Пат., XI в., Срезневский I, 15), али сли, ужели, или, если, по крайней мере' (Срезневский I, 15—16), русск. обл. или 'или, либо; разве' (Даль3 I, 27; Копорский. О говоре севера Пошехоно-Володарского уезда Ярославской губ., 82; Картотека Печорского словаря), сюда же алъбо сили, либо' (Филин 1, 244—245) иалънб стак что; даже' (Филин 1, 246), укр. алъбо 'или, либо' (Гринченко 1, 6), диал. ал'бу *или' (Г. Ф. Шило. Швденно-захщш говори УРСР нашвшчвщ Дшстра. Льв1в, 1957, 240). Союзное словосочетание *а (см.)+*/£ (см.), отраженное практически во всех слав, языках, в чем состоит его отличие от *а 1е (см.), к которому *а И близко подходит в значении сно' (сербохорв., др.-русск. частично—словен., см. выше). Ср. еще болг. албу сно' (Геров—Панчев). Энклитическая конструкция *а li bo вторично произведена в отдельных языках от *а П. См. Sadnik — Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 3.

*a ni: словен. ani 'ни' (Plet. I, 5), чеш. ani 'ни', слвц. ani 'ни' (SSJ I, 34), в.-луж. ani си ни' (Pfuhl 2), польск. anicни' (Dorosz. I, 135), укр. ani сни', блр. анй (ни; даже и не' (Носов. 6). Словосочетание *

*a si/*a se: чеш. asi 'примерно, возможно', также с уступительными значениями, слвц. asi то же (SSJ I, 48—49), сюда же слвц. azda 'возможно, может быть' (SSJ I, 58) <С *а si da, диал. ozda то же (Buffa. Dlha Luka 192), azda (Habovstiak. Orav. 97, 181, 311), далее — словин. aus еи' (Lorentz Slovinz, Wb. I, 9), последнее — фонетически из *as (i), наконец, сюда же, видимо, и русск. просторечн. ась, ответ, отклик ца обращение. Несмотря на наличие на польской периферии — в кашубскословинском — продолжения праслав. *а si, в самом польском исконное существование этой конструкции вызывает сомнения. Ср., впрочем, М. Zembaty—Michalakowa JP XLIV, 1964, 161 — 164 (где говорится о том, что ст.-польск. asi *но' нельзя считать чехизмом). В целом распространение *а si (чеш., слвц., словин., русск.) позволяет говорить о реликтовом характере конструкции, а не о свежей инновации (ср. Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1,4: «. . . da die Zusammenriickung a si jungeren Datums ist . . .»). Относительно происхождения *a si, особенно — его второго компонента, среди ученых нет единства мнений. Наименее вероятна этимология, согласно которой *а si — сложение союза *а (см.) и формы дат. п. ед. ч. энклитического возвратного местоимения *5i (см.) ссебе'. См. Sadnik—Aitzetmuller, там же (где и дальнейшая литература). Функция si была бы при этом неясной. Ссылка Садник и Айцетмюллера на усилительную функцию si и на соответствующие рассуждения Вайяна (см. Vaillant. Gramm. comparee II, 447) неудачна, поскольку Вайян имеет в виду усилительную функцию si при глаголе, ср. болг. спи си сспит себе'. Две другие этимологии si в составе словосочетания *а si — от указательного местоимения *sb (см.) и от древнего оптатива *si < и.-е. *sit сда будет' — заслуживают внимательного изучения. Эти этимологии не исключают одна другую, как полагают Садник и Айцетмюллер (там же), решительно отклоняющие мысль об оптативе, выдвигаемую Бернекером, Голубом — Конечным, Махеком и др. (см. ниже). Решение проблемы требует правильной группировки материала. При этом *а si, лежащее в основе чеш. и слвц. наречий со значением приблизительности, возможности (см. выше), явно содержит во втором компоненте продолжение древнего оптатива. Небезынтересно отметить, что из латинского оптатива sit с пусть будет' развились на романской почве совершенно аналогичные наречия со значениями возможности, предположительности, ср. франц. soit возможно, положим'. В славянском выявлено немало следов оптативного *si: польск. ktos=ktobqdz; словен. bodisi, тавтологическое сочетание, ср. еще свободное si в древнесловенских Фрейзингенских памятниках (Bezlaj. Eseji о sloven, jez. 143); ст.-слав, юшл cutinam\ ср. др.-лат. siet (Ильинский. Праславянская грамматика, 488). Имеются основания сближать описанное праслав. диал. (чеш.-слвц.) *а si с лат. etsi си однако', сдаже если', схотя' как соответствующие конструкции, а также как сочетание этимологически родственных компонентов, причем лат. et, at (ad) = =слав. *а; лат. si условное сесли' (которое трудно отрывать от оптатива лат. «£)=слав. О лат. словах см. иначе Ernout— Meillet3 I, 361-362; II, 1097-1098; Walde 2 707; Walde-Hofm. I, 421. Для словин. lius и русск. ась ся здесь' можно реконструировать праслав. *а se, второй компонент которого представляет собой ср. р. указательного местоимения *$ь сэтот' (см. Фасмер I, 95). И опять вся конструкция, продолжающая условно и.-е. *ad ke, может быть сравнена целиком с лат. ессе свот, смотри' < *ed се (см. о последнем, без упомянутого сближения, Walde—Hofm. I, 390). Определенные трудности разграничения праслав. *а si и *а se заставляют рассматривать их вместе. См. из литературы: Berneker I, 21; Holub—Kopecny 61, 331; Machek 19; Sadnik— Aitzetmuller, там же; «Etymologicky slovnfk slovanskych jazyku. Ukazkove cislo», 1—2, 94—96. См. О. H. Трубачев «Вопросы филологии. К 70-летию И. А. Василенко», 335—336.

*а ti: чеш. а? союз 'чтобы, дабы, пусть, да', ст.-польск. ас спусть, давай' (SJ. stpol. I, 20), др.-русск. ати, атъ 'пусть, ut' (Лавр, л. под 1148 г., Срезневский I, 32), ате (. . . Тако аже роускии гость биютьсд оу pH3jL или на гочкомь березе, латине то не надъбЪ. Ате промьжю събою оурддАте сд. Смол. грам. 1229 г. Картотека СДР). Союзное словосочетание *а ti, образованное из союза *а (см.) и местоименной основы *te- I *to- (см. с первоначальной указат. функцией, которая вполне закономерно развила здесь значение побудительное, пермиссивное, ср. развитие близкой модальности у других местоименных основ. Ср. еще др.-русск. атъ спусть, да, ut' (см. след. статью). Местоименный компонент *ti можно уверенно сравнивать вслед за Ягичем с лит. пермиссивной частицей te- (напр. tegyvdoja* да здравствует'), дейктическая природа которой очевидна, см. Fraenkel II, 1071. Аналогично объясняется слав, da, русск. да с,чтобы, дабы' — из и.-е. указат. мест. см. Фасмер I, 480. Подробно см. Vondrak. Vgl. slav. Gramm. II, 427, 489—490, где бегло упомянут параллелизм с da, а кроме того, говорится о связи с другими употреблениями ti (союз, энклитика). См. еще Berneker I, 21; Bruckner 2; Machek 19. Менее вероятно объяснение из дат. п. ед. ч. (dativus ethicus) от мест, ty сты' (Фасмер I, 96, с литературой; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 4; A. V. Isacenko «Scando-Slavica» XVI, 1970, 197).

*a to: болг. ото ra выходит, а оказывается, что' (Геров), др.-русск. ато (. . . и рекоста се оуже Игорд есте оубили. ато похорони7^ гЬло tero. Лавр. л. 1377 г., л. 106. Картотека СДР), ср. еще др.-русск. атъ 'пусть, да, ut' (Пов. вр. л. и др., Срезневский!, 32); русск. диал. ато, атбж са как же, как иначе; да, так' (Даль3 I, 73), укр. ато са, но, а не то, а между тем; кроме того, еще' (Гринченко I, 11). Союзное (или наречное) словосочетание *а to, образованное из *а (см.) и формы ср. р. указат. местоимения *to (см. *£ъ). См. Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 4—5. Др.-русск. пример четко обнаруживает целевую, побудительную функцию, тогда как русск., укр. примеры совершенно самостоятельны семантически и употреблены в противительной функции.

*а že: сербохорв. стар, are (XV—XVI. вв., RJA I, 103), чеш. az 'до тех пор, пока', слвц. az то же (SSJ I, 58—59), диал. ez (Наbovstiak. Orav. 48, 298, 305), п.-луж. az, azo 'до; что; до тех пор, пока; чтобы' (Muka St. I, 5—6), польск. az, стар, aze 'даже; вот; до тех пор, пока; как только; так что' (Warsz. I, 76), кашуб.словин. azh'ecjm, ли' (Lorentz Pomor. I, 9), др.-русск. аже, ажъ счто; если; даже; тем более; анвот' (Срезневский 1,8—9), русск. обл. аже, аж 'инда, даже, так что; напротив, между тем; ведь' (Даль3 I, 16), диал. (ряз.) аже сдаже' (Филин 1, 209) (ряз., смол.) ажб 'даже, так что' (Филин 1, 213), аж счто, даже' (курск., Доп. к Опыту 1), ажио'даже, так что; как будто, точно, словно; а ведь, но, однако, между тем как, оказывается; возможно, вероятно; или, неужели' (Филин 1, 211—212), укр. аж 'так что даже, даже; до' (Гринченко I, 4—5), блр. аж 'а, но вот; даже, что даже; пока даже; и вот; как' (Носов. 3). Союзное и наречное словосочетание из *а (см.) и усилительной частицы *ze (см.). См. Vondrak. Vgl. slav. Gramm. II, 495; Machek 20; Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 5. Очень подробно см. «Etymologicky slovnik slovanskych jazyku. Ukazkove cislo», 3—11. За пределами славянского параллель может быть указана в лит. ogi 'ведь, а вот; а ведь' (аналогичное усиление союза о с помощью энклитической частицы, близкой слав. ze). Обращает на себя внимание близость значений лит. слова и ряда значений вост.-слав, слов, возможно, вызванная контактами этих соседствующих языков. Относительно лит. о см. специально на *а.

*аblо: болг. ябло ср. р. 'яблоко' (Геров), словен. jablo ср. р. 'яблоко, яблоня' (Plet. I, 353), чеш. jablo 'яблоко' (Kott I, 593), ст.-польск. jablo 'яблоко' (Warsz. II, 120), словин. (кашуб.) jablo, iabto ср. р. 'яблоко' (Lorentz Sloviaz. Wb. I, 374; он же. Pomor. I, 293). Название яблока *ablo, представляющее собой -о- основу среднего рода, т. е. образование, заметно отличающееся от праслав. *аЫъко (см.); должно, вопреки установившейся практике, трактоваться отдельно от этого последнего. Будучи не новообразованием, а скорее независимым архаизмом (ср. при этом реликтовый характер распространения *ablo, не имеющего четкого ареала и охватывающего часть западных и часть южных слав, языков), праслав. *abZo, как и близкая к нему основа на -о- м. р. *аЫъ (см.), может быть, по-видимому, прямо увязано с и.-е. *ablo-, ср. герм. *apla- (крым.-гот. apel, др.-исл. epll ср. р. 'яблоко' apaldr 'яблоня'), см. Pokorny I, 1—2 (где слав, -о- основы оставлены без упоминания). Подробнее об этимологических связях всей группы слов см. на *аЫъко.

*ablonevъjь/*ablonovъjь: чет. jablonovy 'яблоневый', слвц. jablonovy то же (SSJ I, 637), н.-луж. jablonowij 'яблоневый' (Muka St. I, 519), польск. jabloniowy, диал. jablonowy 'яблоневый' (Warsz. II, 121), словин. jablenuovi то же (Lorentz Slovinz. Wb. I, 374), др.-русск. [Яблоновый "сделанный из Яблонового дерева' (Срезневский III, 1632), ыблоневъ (1583 г., ДРС), русск. Лблоневый, Яблоновый, укр. яблунёвий 'свойственный, принадлежащий яблоне' (Гринченко, IV, 534). Прилагательное регулярного вида, образованное с формантом -ov- от названия яблони. Суфф. -ev- представляет собой позиционный вариант форманта -ov- после основы на -i- *аЫопъ (см.). Сюда же, по сути, примыкают образования от праслав. *abolпоиъ]ъ (см.), уверенно реконструируемые лишь для ю.-слав. языков.

*ablonica/*abolnica?: в.-луж. jablonca ж. р. 'яблоня' (Pfuhl 228). Не исключено, что это слово представляет собой относительно позднее новообразование с суфф. -ica на базе более древнего *аЫопъ (см.), ср. в.-луж. jablon сяблоня'. Мотивы новообразования недостаточно ясны ввиду синонимичности производного слова и производящей основы. Ср. чеш. диал. jablonice ж. р. 'яблоневый сад' (Kott I, 594), а также серб. Jablanica, местное и водное название (RJA IV, 384), где мотивация налицо.

*ablonišče/*abolnišče: словен. jablanlsce ср. р. 'яблоневый сад' (Plet. I, 353), чеш. jabloniste ср. р. 'яблоневый сад' (Kott I, 594), в.-луж. jablonisco ср. р. 'яблоневый сад' (Pfuhl 228). Производное с суфф. собирательности -isce от *аЫопъ (см.).

*аblоnь: чеш. jablon ж. р. 'яблоня Malus', слвц. jabloh ж. р. то же (SSJ I, 627), в.-луж. jablon ж. р. 'яблоня' (Pfuhl 228), н.-луж. jablon ж. р., реже — м. p. (Muka SI. I, 518—519), полаб. jobliinj jobliina ж. ip. 'яблоня' (Polanski—Sehnert 75), польск. jablon, диал. jablen, jablonia 'яблоня' (Warsz. II, 121), словин. jabloun ж. p. 'яблоня' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 374), др.-русск. иблоиъ 'яблоня' (Ио. экз. Шест., Срезневский III, 1632), русск. яблонь ж. р., яблоня, укр. яблунъ ж. р., яблуня, Лблшь 'яблоня' (Гринчевко IV, 534), блр. яблыня 'яблоня'. Праслав. *аЫопъ ж. р. распространено в этой форме в зап. и вост.-слав, языках, при *аЪо1пъ I *аЬо1пъ в ю.-слав. Основа на -i- ж. р. является инновацией, параллель к которой наблюдаем в балт. (зап.) *abalni ж. р., откуда др.-прусск. wobalne сяблоня' (см. Trautmann BSW 2), хотя близость эта в остальном касается скорее праслав. *аЬо1пъ (см.), а не анализируемой здесь формы. (К числу дальнейших местных инноваций отдельных слав, языков относится преобразование *аЫопъ по -а-основам в русск., блр., частично — укр., польск. диал., полаб.; местные поздние преобразования вокализма *аЫопь под влиянием формы названия яблока, откуда блр. яблыня — ср. яблык; укр. яблуня — ср. яблуко, а также польск. диал. jablen — при польск. jablko, род. п. мгт. ч. jablek). Праслав. *аЫопъ представляет собой расширение более древней основы *аЫопгде сравнение с названием яблока ь разных и.-е. языках позволяв! выделитг» суфф. -он-. И.-е. *аЬ/ он- обна руживает семантику 'яблочный, связанный с яблоками', откуда значение сяблоня'. Ср. Abella, название оскского города в Кампании (Италия), снабженное у Виргилия эпитетом malifera собильная яблоками', которое объясняют из *ablona. См. Walde—• Hofm. I, 3; Ernout—Meillet3 I, 5; Pokorny I, 1. Иное соотношение корня и суффикса можно указать в и.-е. *abal-n-, которое реконструируют для ср.-ирл. aball ж. p. (*abalna) сяблоня', др.-кимр. aball (Pokorny, там же). Так, парность основ праслав. *аЫопъ: *аЬо1пъ восходит еще к и.-е. парности *аЫ-оп-: *abal-n-, причем взаимоотношения морфем (краткость корня — при полноте суффикса и наоборот) в принципе ясны. Менее вероятно иное объяснение парности ст.-слав, двланл : русск. яблонь — из суффиксального чередования -an-: -on- (и.-е. -on-: -on-), напр. Meillet MSL 14, 1907, 368. Гипотезы о древнеевропейских, дославянских связях слав. аЫйп- см. К. Ostir «Etnolog» IV, 1930, 2, где указывается на этрусск. *ablon- 'яблоко' в составе имени этрусск. Aulun-ib- 'Pomona'. Праевропейски'е, доиндоевфопейские истоки усматривают здесь и другие ученые, см. Holub—Кореспу 148; Machek 168 (у последнего см. полезное указание на то, что название яблони представляет собой единственный случай, когда название фруктового дерева настолько отличается от названия самих фруктов). Старую теорию о метатезе *аЪо1пъ > *аЫопъ под влиянием *ablo (Torbiornsson. Die gemeinslav. Liquidametathese I, 72; Vondrak. Vgl. slav. Gramm. I, 481; Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 8) лучше, по-видимому, оставить. Точно так же изложенное выше исследование древности вариантов *аЫопъ: *аЬо1пъ делает излишним объяснение вост.-слав., чеш., полаб. форм как заимств. из польск. (Berneker I, 23). Далее об этимологии см. на *аЫъко.

*ablonьjь: чеш. jabloni 'яблоневый'. Прилагательное, произведенное с у-овым суффиксом от *аЫопъ (см.).

*ablonьje: чеш. (редк.) jabloni ср. р. 'яблони', укр. яблуння ср. р. собир. 'яблони' (Гринченко IV, 534). Производное с суфф. -bje от праслав. *аЫопъ (см.) с четкой функцией собирательности.

*аblопьnъjь/*аЬо1nьjъ: словен. jdbolen 'яблочный' (Plet. I, 353), чеш. (редк.) jablonny 'яблоневый', н.-луж. jablonny 'яблоневый' (Muka Si. I, 519), словин. jablani [sic!J 'яблочный, die Apfel betreffend' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 374), др.-русск. иблоньный 'Яблоновый' (1579 г., Срезневский III, 271), русск. яблонный. новый' (1579 г., Срезневский III, 271), русск. яблонный. Оговорки требует словен. jdbolen, которое может продолжать также особое праслав. *аЫъпъ, прилагательное на -ъпъ от названия яблока без расширителя -к- (ср. Sadnik—Aitzetmiiller. Vgl. Wb. 1, 7), правда, форма без -/с-, от которой логично производить словен. jdbolen 'яблочный', является как раз названием яблони (словен. jdbel, см. след.), тогда как яблоко обозначается в словенском стандартной формой с расширением — jdbolko. Далее, проблематично словин. jablarii, которое может представлять собой производное с суфф. -ёпъ\-ёпьпъ]ъ от словинского же jSblo 'яблоко7 (см. *аЫо). В остальном *аЫопъпъ]'ъ представляет собой прилагательное с суфф. -(ъ)пъ]ъ от праслав. *аЬ1опъ (см.). Возможную древность 7г-ового адъективного производного от этой основы может показывать такой любопытный параллелизм в италийском (романском) словообразовании как лат. abellanus, abellana, эпитет к пих сорех\ откуда нт., исп. avellana 'орешник' (праформа *ablonanos, ж. р. *ablonana), и abelllnus (*ablontnos). «Неяблочные» значения известны также и в славянском, см. *аЬо1пъ, *аЬо1пъ.

*аblъ: бол г. диал. йабол м. р. 'яблоко' (с. Червенбряг, Луковитско. СПТВ 266. Архив Болг. диал. словаря, София), словен. jdbel, род. -Ыа, м. р. 'яблоня' (Plet. I, 353). Праслав. *аЫъ, как и *ablo (см.), является основой на -о-, достаточно древним « и.-е. *ab(a)lo-), но вместе с тем вторичным, расширением первоначальной согласной основы на -Z-. Более регулярно представлено в слав, языках другое древнее расширение — на -и- (см. подробнее *аЫъко). Праслав. *аЫъ распространено спорадически, судя по известным данным. Нет оснований видеть в нем -и- основу (так см. Sadnik—Aitzetmiiller 1, 7).

*ablъčьnъjь: бол. Лбълчен 'яблочный' (Геров: аблъчный), макед. ]аболчен, только в выражении ]аболчна коска 'скула' (И-С), сербохорв, idbucan 'яблочный' (с XVII в., RJA IV, 385), словен. jdbolcen 'яблочный' (Plet. I, 353), чеш. jablecny, слвц. jablcny (SSJ 1, 627), польск. jableczny (Warsz. И, 120), русск. яблочный, укр. яблушний 'яблочный' (Гринченко IV, 534), блр. яблычны 'яблочный' (Блр.-русск.). Регулярное адъективное производное с суфф. -ьпъ(]ь) от *аЫъко (см.).

*аblъkа: болг. ябълка ж. р. 'яблоня, яблоко' (БТР), абълка (Геров), диал. бълка ж. р. (Геров—Панчев), йабока, йаболка ж. р. (Стойчев БД II, 175), йабука ж. р. (М. Младенов БД III, 81; Шапкарев—Близнев БД III, 226), сербохорв. ]'абука ж. р. 'яблоня, яблоко', словен. idbolka ж. р. 'яблоко, яблоня' (Plet. I, 353). Только ю.-слав. Генетически соотносимо с формой мн. ч. от *аЬ1ъко (см.), употребляемой на остальной слав, территории исключительно в своей морфологической функции.

*аblъkо: ст.-слав, дьл^кс ср. р. 'яблоко, [rrjXov' [Быт. XXX, 14, в рукоп. 1538 г.] (Вост.; Mikl.), болг. диал. аблъко, яблъко ср. р. 'яблоко' (Геров), макед. ]'аболпо ср. р. 'яблоко' (И-С, Кон.), сербохорв. стар, и обл. ]абуко ср. р. (Вук КарапиЬ, RJA s. v.), словен. jdbolko ср. р. 'яблоко' (Plet. I, 353), чеш. jablko ср. р. 'яблоко', слвц. jablko ср. р. 'яблоко' (SSJ I, 626—627), в.-луж. jabluko ср. р. 'яблоко' (Pfuhl 228), н.-луж. jabtuko ср. р. то же (Muka Si. I, 519), иолаб. jopfii ср. р. 'яблоко' (Polanski-Sehnert 76), польск. jablko 'яблоко' (Warsz. II, 120), словин. japke ср. p. 'яблоко' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 381), др.-русск. ыблъко, иблопо 'яблоко, плод яблони' (Срезневский Ш, 1632), русск. яблоко ср. р., укр. яблуко ср. р. 'яблоко' (Гринченко IV, 534). Праслав. *аЫъко — наиболее распространенное, сравнительно с *afcZo (см.) и *аЬ1ъ (см.), название яблока в слав, языках. Форма *аЫъко — прозрачное производное с продуктивным слав. суфф. -/с-, не имеющее полных соответствий вне славянского, от -иосновы *аЫй-, не сохранившейся в чистом виде в слав, языках, но прослеживаемой, в свою очередь, в других и.-е. языках, ср. прежде всего герм. *aplu- (основа косв. п. п. *aplw-, откуда *appl-: англ. apple, др.-в.-нем. apful 'яблоко'), см. специально Vaillant. Gramm. сотрагёе II, 1, 169. О кельт, словах, также продолжающих основу *ablu-, см. G. S. Lane «Language» 9, 1933, 251; Pokorny I, 1—2. Следует отметить, что представленное в праслав. инновации *аЫъко расширение и.-е. именной основы на -ис помощью -к- суффиксального — характерная для слав, развития и достаточно архаичная черта. И.-е. *йЫи-, а также *ab(a)lo- (см. о последнем под *ablo, *аЫъ), очевидно, продолжают PI.-е. консонантную основу *abl-. Следы склонения на согласный видны, например, в лит. obells, род. и. ед. ч. obelies, род. п. мн. ч. оЬеЩ 'яблоня'. См. Fraenkel I, 515. Однако было бы неправильно переносить все особенности вокализма балт. формы в и.-е. древность, как это делают, реконструируя на основе лит. obuolas 'яблоко' и.-е. консонантную основу *abdl-, см. G. S. Lane, там же; Pokorny, там же. См. еще J. Kazlauskas. Lietuviq kalbos istorine gramatika (Vilnius, 1968) 286: R. Eckert «Baltistica» V, 1 (Vilnius, 1969), 10 и след. Более правы те исследователи, которые видят в вокализме корня лит. форм вторичную, местную обработку, см. Vaillant, там же. Сравнение внутри балтийского позволяет выделить др.-прусск. woble ж. р. сяблоко' как наиболее архаичное и соответствующее и.-е. *аЫ-, все же остальные балт. огласовки (лит. obuolas, obuolys, диал. obulas, obalas 'яблоко', obells 'яблоня', см. обзор: К." Буга РФВ LXX, 1913, 100; К. Bnga. Rinktiniai rastai I, 433; Trautmann BSW 2) — не более как вторичные вокализации праформы *afeZ-, включенные в активные балт. апофонические ряды. Слав, и балт. формы названия яблока объединяет долгота начального а, противополагающая их другим и.-е. формам (см. Mikkola. Urslav. Gramm. I, 51), прочие фонетико-морфологические особенности слав, и балт. форм (см. выше) скорее разъединяют их. Обращает на себя внимание совершенно регулярное развитие протезы у- перед начальным а- почти во всех слав, языках, см. Мейе. Общеслав. язык 69, Arumaa. Urslav. Gramm. I, 108. Проблема дальнейших связей и генезиса и.-е. *ablu-, *abloпредставляется сложной с разных точек зрения. Неслучайно ставился вопрос о заимствованном происхождении этого слова. См. недавно P. Friedrich. Proto-Indo-European trees. — IndoEuropean and Indo-Europeans. Papers presented at the University of Pennsylvania)), ed. by G. Cardona, H. M. Hoenigswald and A. Senn. Philadelphia, 1970, 16—17. При этом указывалось на наличие крайне редкого для и.-е. лексики согласного Ъ непридыхательного (см. Moszyriski. Pierwotny zasi^g 280, с литературой), на исключительно европейский ареал распространения этого слова, неизвестного азиатским ветвям и.-е. группы языков (ср., однако, ниже). Последнее обстоятельство вызвало мнение о доиндоевропейском, «праевропейском» происхождении (так — Оштир, Махек и др., см. еще под *аЫопъ). Долгое время не было ясности, впрочем, и в отношениях и.-е. форм между собой. Так, близость ст.-слав, ДБЛЪКС, ЛИТ. obuolys, др.-в.-нем. apfal, др.-исл. eple, ир:г. aball, uball и лат. Abella, название города (см. О. Schrader ВВ XV, 1889, 287), одно время объясняли как заимств. в слав, и балт. из кельт, на нижнем Дунае (так см. A. Fick ВВ XVI, 1890, 170; тот же ученый раньше говорил только о родстве слав., кельт., герм, и балт. слов, см. A. Fick ВВ II, 1878, 195). Мнение Фика о заимствовании из кельт, повторяет А. А. Шахматов (AfslPh XXXIII, 1911, 89). Иначе — как заимствование из Abella ({{malum abellanum сяблоко из Абеллы [в Кампании]'») — толкует все, в том числе кельт., слова Миклошич (см. Miklosich 1). В современной науке эти точки зрения считаются преодоленными, и названные выше слав., балт., герм., кельт, и итал. слова трактуются как исконнородственные, см. Berneker I, 22—23; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 7—8. Давно указывалось на древнее знакомство с яблоней в диком виде и на древнюю культуру яблони в средней полосе Европы и примыкающих областях. См. А. Будилович. Первобытные славяне I, 1 (Киев, 1879), 330— 331. Нет никаких объективных причин возводить *ablu- к доиндоевропейскому субстрату. Это слово имеет и.-е. морфологический вид. При определении круга родственных форм и их распространения нужно считаться с семантическими отклонениями, которым вполне подвержено и название яблони (ср. *аЬо1пъ, *abolnbt ниже). Из этого исходили, видимо, прежние исследователи, сближавшие название яблока, яблони с названием травянистого растения лат. ebulus и с лат. abies сель' (см. Moszyriski, там же), далее — с др.-инд. abala м. р. растение Crataeva Roxburghii, см. II. Ebel KZ VI, 1857, 216 (последнее слово, приводимое автором по словарю Бётлинка—Рота, объясняют также, впрочем, как сложение с отрицанием a-bala, собственно — с несильный, слабый', ср. Monier - Williams. A Sanskr. — Engl, dictionary 60, где упомин. значение 'растение Tapia Grataeva'). Таким образом, древние этимологические связи праслав. *аЫъко, и.-с. *abluлишены ясности. Ср. старые и новые сближения с санскр. аЬ 'идти, звучать' (С. МикуцкийГ Изв. ОРЯС, V, 1856, 51), с и.-е. *abb сбегу, теку', лат. amnis 'река', сюда же якобы *ablu-s сплод для выжимания C0KaV!(J. Loewenthal WuS X, 1927, 157). Далее см. Фасмер IV, 539; Slawski I, 479—480.

*ablъkovъ(jb): макед. ]аболков 'яблочный' (И-С), сербохорв. jabukov 'яблоневый, яблочный' (RJA IV, 389), чеш. jablkovy 'яблочный', слвц. jablkovy (SSJ, I, 627), в.-луж. jablukowy 'яблочный' (Pfuhl 228), н.-луж. jablukowy то же (Muka Si. I, 519), польск. jablkowy 'яблочный' (Warsz. II, 120). Прилагательное, производное на -ovb(jb), от *аЬ1ъко (см). Праслав. древность проблематична.

*аblъkъ: др.-русск. яблокъ м. р. (Среди церкви иаликадило м'Ьдное, яблокъ прорезной ... А. Хол. и Уст. I, 1665 г.—СДР XI — XVII вв.), русск. диал. яблок м. р. 'яблоко', блр. яблык м. р. 'яблоко'. Образование, примыкающее практически во всем, кроме рода, к *аЫъко (см.).

*aboInovь(jь): болг. ябланов 'платановый' (БТР), сербохорв. ]абжнов 'тополиный', словен. jdblanov 'яблоневый' (Plet. I, 353). Прилагательное, производное с суфф. -оиъ- от *аЬо1пъ (см.) или *аЬо1пъ I (см.).

*аЬоlnъ: болг. яблан м. р. 'платан, чинара Platanus orientalis' (БТР), аблан м. р. 'раст. Platanus occidentalis, платан, чинара' (Геров— Панчев), аблам м. р. то же (там же), яблён, аблён м. р. то же (Геров), 'раст. Kerria japonica' (Геров—Панчев), авлйн м. р. (Геров—Панчев: «раст. нЪкакво, не е ли абланъ?»), болг. диал. аблан, аблён 'яблан' (Георгиев), сербохорв. )аблан м. р. 'пирамидальный тополь, растение Trollius europeus L.' (Вук КарапиЬ), диал. аЫап 'jablan' (Nk 270), abldm м. p. (RJA I, 29). Морфол. характеристика (во всех примерах — м. р.!) сопутствует своеобразному развитию значения. И то и другое, по-видимому, вторично по отношению к *аЪо1пъ I (см.), которому *аЬо1пъ тождественно этимологически.

*аЬоlnь l: ст.-слав, ДБЛЛЫА ж. р. \iy\Kia (Mikl.), в рукоп. XV в. (Вост.) 'яблоня', словен. jablan ж. р. 'яблоня' (Plet. I, 353), н.-луж. диал. jaboln ж. р., наряду с jabton [см. выше, под *а.Ыопъ\ (Muka SI. I, 519). Гл. обр. ю.-слав. форма (ср., впрочем, интересный н.-луж. пример, выше), *аЬо1пъ сяблоня' представляет собой древний дублет к синонимичному и этимологически близко родственному *аЫопъ (см.). Этимологически тождественные формы с отклонениями в значении см. под *abolm>.

*аЬоlnь ll: русск. диал. (арх.) ябулонъ ж. р. 'болонь в дереве' (Опыт 273)*. Сложение старого префикса недостаточно ясного по семантике, но вполне достоверного формально « и.-е. *б- / *ё-), с основой праслав. *bolna (см.). См. О. Н. Трубачёв. Сб. к 70-летию В. И. Борковского 268.

*abrĕdja: польск. диал. brzadza ж. р. 'плодовое дерево' (Warsz. 1, 217). Производное с суфф. -/ (а) от названия плода — *аЪгЫъ (см.). Условиями фразовой фонетики и вторичными осмыслениями можно объяснить утрату начального а-, которое мы восстанавливаем здесь так же, как и во всех прочих представителях этой семьи слов (см. ниже *abrёdъy *abredb, *abredbjey *abr$db, *abrpdbka, *аЬгфъкъ, *abr$db, *abr$dbje).

*abrĕdъ/*obrĕdъ: польск. диал. brzad, obrzdd м. p. 'садовые фрукты; сухие фрукты' (Warsz. I, 216—217), словин. vugbrod м. p. 'фрукты' (Lorentz Slovinz. Wb. II, 1361). В этом случае, как и в других образованиях этого обширного лексического гнезда (см. *abfedb, *abredbje, *abr$db, *abr$dbkb и т. д.), мы принимаем наличие древнего (а не вторично удлиненного из о-, как см. Berneker I, 85) префикса а- со значением приближенности «и.-е. *б-/*ё-). Обращает на себя внимание последовательное наличие а- префиксального во всех вариантах этой семьи слов (*abredb, *abr$db). Специальное сравнение огласовки *bred- с греч. ppt&co 'тяготеть, быть отягощенным' (Berneker, там же) неверно, потому что греч. слово нельзя отрывать от (Зарод 'тяжелый' *gudru, ср. др.-инд. guru-, лат. gravis то же. См. Frisk I, 221, 268; Hofmann 33, 39. Более подробный этимол. анализ см. под *аЪгЫъ, *abr?db, *abr$dbkb. В связи со сказанным выше случаи типа польск. obrzad мы понимаем как вторично префигированные с помощью о(Ь)-.

*abrĕdb: русск.-цслав. абрИдъ 'акрида, dxpi's, locusta' (Стихир. XII в., Срезневский 1, 4). Высказывались различные сомнения по поводу правильности такого толкования значения цслав. слова, передающего греч. dxpiosc в том месте евангельского рассказа об Иоанне Крестителе, где говорится в греч. тексте, что пищей святого были саранча и дикий мед. Berneker I, 84: «Возможно, последующие переписчики уже не понимали иноязычного слова и, поскольку речь шла о чем-то съедобном, употребили вместо него подходящее по смыслу абрЪдъ, ыбрЪдъ, обрЪда, которое по свидетельству других слав, языков, могло означать только плоды, овощи». Суть других сомнений сводится к тому, что толковники евангелия, понимая текст, «не могли согласиться с мыслью, чтобы Иоанн Креститель ел саранчу» (Bruckner 43), откуда замены. О непонимании тут говорить, наверное, не приходится, ср. передачу греч. слова в канонических ст.-слав, текстах через пр^.пи, лкяиди. Кроме того, в иных употреблениях цслав. абр-Ъдъ, мбръди\е пока не встречено, так что со значением сакрида, саранча' нужно считаться как с реальным. Поэтому нет оснований отвергать этимологию Фасмера, вполне правдоподобную словообразовательно и этимологически: абрЪдь, ыбр^дъ 'саранча' < префикс а(и.-е. *ё- / *о-, со значением приближения, ср. др.-инд. anllas ссиневатый': nllas счерный')-f-*bred-, родственное др.-прусск. braydis слось\ лит. brledis с олень', причем насекомое, как это нередко бывает (ср. русск. божья коровка, диал. олёнка 'навозный жук' < олень), обозначено метафорически. См. Vasmer «Езиков. изследв. в чест на Младенов» (София, 1957) 352; Фасмер IV, 540 (где некоторые дополнительные данные). Против см. Vaillant RES 35, 1958, 102, см. еще литературное дополнение в издании Фасмер I, 57; SadniK—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 3, 159 (где Фасмер в общем справедливо критикуется за невнимание к назализованным формам, см. ниже *аЬг^ъ *аЪг^ъкъ и др.).

*abrĕdьje: русск.-цслав. ыбрЪди\ъ собир. 'саранча' (Мстисл. ев. 1117 г.), абр$дше 'акриды, dxpi'Sec, locusta»e' (Ев. Акад. XIV в.; Срезневский, I, 3; III, 1633). Производное с суфф. -ъ)е (и собир. значением) от *abredb (см.).

*abrędъ: польск. диал. jabrzqd м. р. 'вид тополя' (Warsz. II, 121). Праслав. *аЪг^ъ вместе с нижеследующими *abr$dbka, *abг^ъкъ, *abr$db, *abr$dbje (см.) объединяется вокруг корня *br$d-, представляющего собой назализованный дублет к форме *bred~, выступающей в праслав. *abredb, *abredb (см.) и производных. Эта семья слов обнаруживает черты общности в семантике, морфологии и словообразовании, охватывающие все названные варианты. Со стороны семантики значения слов с основой *br$d-/*bredобъедтшяются вокруг след. главных: 'побег', 'цвет растения', 'плод'. Значение 'саранча' «'*оленеподобное насекомое', см. *abredb) связано с предыдущими, так как рога, наросты на голове, resp. усики насекомого обозначаются как 'побеги', 'то, что выросло'. Т. о., очевидно родство основы праслав. *br$d~l*bredв первую очередь с лит. brpsti, brendau 'набухать, набирать силу, созревать', branda 'зрелость, спелость', branduolys 'ядро, косточка (плода)', лтш. briest 'зреть, спеть', bruods 'почка', далее — с ирл. bruinne 'грудь', лат. frons, род. п. ед. ч. frontis 'лоб'. См. Fraenkel I, 56 (говорит о родстве только со слав, назальными фор¬ мами — польск. jabrzqd и др.); Trautmann BSW 35—36 (где правильно— о родстве со слав, *brёdъ и *Ъг^ъ); Pokorny I, 167— 168 (там же — указание на дальнейшее родство с и.-е. *bher~ 'выдаваться, торчать'). Далее, сюда же, согласно этимологии Фасмера (см. подробнее *abredb), — названия оленя лит. brledis, лтш. brledis 'лось, олень', др.-прусск. braydis 'лось'. Несомненность родства балт. названий оленя с иллир. (мессап.) ffoevSov -IXacpov (см. Fraenkel I, 57; Frisk I, 265) подводит к принятию вариантности *brend-j*breid-l*broid- в пределах одной основы. Кстати, иллир. семантика 'голова оленя, рога' (j3psvciov r\ хе<р aX?j тог) eXacpoo, Гесихий; ср. алб. bri, brlni 'рог, рога') очень близка к семантике 'ветвь, побег, вырастать'. О словообразовательно-морфологической стороне проблемы в целом справедливо судит Откупщиков («Из истории и.-е. словообразования», 118), который видит в русск.цслав. хгбр%ди\ъ и польск. jabrzqd, а также в лит. briedis и мессап. ppevBov единую основу. Правда, их значения он объеди няет вокруг общего 'резать', в чем мы с ним расходимся, ср. выше обзор значений родственной лексики. Ясно одно: нельзя считать назальный вариант корня менее древним или славянским новообразованием, как это делают некоторые ученые, см. Slawski I, 482; особенно см. Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 3, 158—159 (где говорится о вторичной назализации). Из прочей литературы см. Berneker I, 84—85; Bruckner 43— 44; А. И. Соболевский «Slavia» V, 1927, 440—441 (где абрЪди\ъ сравнивается, в частности, с русск. диал. бредйна 'ива', бредовый 'ивовый'); Moszynski JP XXXVII, 1957, 293—294 (автор относит к польск. jabrzqd и праслав. *Ьгопъ < *brodnb 'сивый, буланый, гнедой', русск. диал. бронёть 'белеть, желтеть, дозревать — об овсе' и т. д.); Moszynski. Pierwotny zasia,g 298, 319. Маловероятно см. Vaillant. Gramm. comparee II, 1, 159 (реконструирует *jad-bredb 'тот, кто ест плод', первоначально якобы — о паразитическом побеге).

*abrędъka: слвц. диал. jabrdtka, jabardtka мн. ч. ср. р. 'сережки (на вербе, иве и т. п.)', 'гусята' (Kalal 214). Производное с суфф. -ъка (ед. ч. -ъко) от *abredb или от *abredb (см.), ближайшим образом связанное с другой производной формой — праслав. *аЬг^ъкъ (см. след.).

*аЬrędъkъ: словен. dbranek, род. -пка м. р. 'сережка на орешнике, ольхе, сосне; весенняя гроздь винограда' (Plet. I, 1), jdbranek сцвет орешника' (Plet. I, 353), jdmbrek 'цвет ольхи' (Plet. I, 357), ст.-чеш. jabfadek, род. -dkaj-dku м. р. или jabfadka ж. р. 'побег виноградной лозы' (Gebauer 1, 588). Производное с суфф. -ъкъ от *аЬг^ъ (см.; там же и подробно об этимологии, см. еще под *аЬгёЛъ, *аЬгЫъ). Заслугой Безлая является включение сюда приведенных выше словен. слов, что важно также в плане слав, лингвистической географии (ср. ниже). См. Bezlaj SR XI, 1958, 169—172 (здесь дается удивительное множество диал. вариантов одновременно с анализом, причем отдельные варианты весьма далеки от центральной формы и затемнены; отметим, что сюда же автор относит brdbranek, ср. хорв. (кайк.) brabranak, кот. не из нем. Вееге, как см. И. ПоповиЬ JO XIX, 1951—1952, 170; Безлай производит словен. формы из *а-Ъгоа^ъкъ I *а-Ьгеа^ъкъ и связывает все слав, случаи *bred- I *bred- вместе); см. также Bezlaj. Etim. slovar (Poskusni zvezek) 7; Bezlaj. Eseji о sloven, jez. 148—149; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 3, 155, 158—159. Т. о., распространение форм *аЬгЫъ, *abr?db, *abrrdbje, *abredi) (см.), *аЬг^ъкъ и др. (польск. диал., кашуб.-словин., чеш., слвц., словен., цслав.) позволяет говорить о праслав. регионализме особого распространения — с центром в чеш.-слвц. группе, куда примыкают словен. и польск.-поморск. примеры. По имеющимся сведениям, этих слов не знают собственно ю.-слав. языки и все в о с т.- с л а в. языки, т. к. русск.цслав. ибрЪдь, \сбрЪди\ъ лишено народной вост.-слав, основы, встречается только в евангелических текстах и является там, судя по всему, лексическим чехоморавизмом, или паннонизмом. Следовательно, характеризовать *аЪг$йъ I *аЪгЫъ как с е в.с л а в. слово (так см. Slawski I, 482; автор еще не знал тогда словен. abranek) значит допускать неточность. В таком случае ошибочно и мнение Безлая о том, что на словен. почве можно наблюдать в словах этого семейства смешение зап.-слав, и вост.слав. дублетов (Bezlaj. Eseji о sloven, jez., там же). Не может быть принята этимология Махека, который сближал чеш., слвц. и польск. соответствия с греч. oBpia мн. ч. ср. р. 'детеныши диких зверей' (см. Machek LP I, 1949, 95; Machek 168—169). Греч, слово признано темным, в прошлом его сближали — тоже неубедительно — с лат. agnus и т. д., см. Frisk II, 345.

*abrędь: слвц. диал. jdbraf ж. р. собир. 'сережки, цвет (на дереве)' (Kalal 924), польск. диал. jabrzqdz, род. -fdzia м. р. 'вид*тополя' (Warsz. II, 121), jabrzfdz, род. -а м. р. то же (там же), jawrz$c ж. р. 'тополь' (Warsz. И, 148). Основа на -i- ж. р., в остальном этимологически и словообразовательно тождественная *abr$db (см.).

*abrędьje: польск. диал. jabrzgdzie ср. р. 'вид тополя' (Warsz. II, 121), abrzfdzie то же (St. g. polsk. I, 1). Производное с суфф. -ъ]'е от основы, представленной в *abrydb (см.). Можно отметить формальный параллелизм праслав. *abr$dbje и иллир. (мессап.) [3psvuov, где этимологически тождественные основы расширены с помощью тождественного суфф. -Но-. См. еще *abredbje.

*abьje: ст.-слав, дбию нареч. ебОвш;, ебгЬк, тиара^рт^а-, TJST] 'сейчас же, тотчас' (SJS, Sad.), гаьиге (Sad.), русск.-цслав. абищ, абъе 'тотчас, statim' (Остр. ев. и др., Срезневский I, 3). Это исключительно ст.-слав, (др.-болг.) слово, распространившееся позднее в некоторых цслав. изводах книжным путем (напр. русск.-цслав.), неясно в этимологическом отношении. Сомнительно отнесение к др.-инд. ahnaya стотчас', греч. cbap 'тотчас', 6ccpv(D(<;) свнезапно' (J. Schmidt. Die Pluralbildungen der indogermanischen Neutra. Weimar, 1889, 216; Фасмер I, 56). Эту этимологию принимает Покорный, одновременно указывая на то, что др.-инд. ahnaya — скорее к др.-инд. ahar, dhan- 'день', см. Pokorny I, 2. Но остающееся сравнение с греч. словами еще более шатко, поскольку не учитывает морфол. структуры: греч. наречие времени obap, аъш представляет собой падежные остатки согласной именной основы на -гIn-, в остальном этимологически неясно, см. Frisk I, 194, 196. Тут было бы оправдано выдвинуть сравнение греч. асрар с лит. dabaf нареч. с теперь', которое тоже представляет собой падежный остаток основы на -гIn- ср. р. (см. о лит. слове Fraenkel I, 79). Полнее учитывает структуру слав, слова этимология *abbje < *оЪъ)е соб эту (пору)', с удлинением начального о- > а-, см. Berneker I, 23. Ср. русск. сию минуту, сейчас, тотчас в знач. 'немедленно'. См. еще V. Pisani «Paideia>>, IV, 1949, 158. Против см. Sadnik—Aitzetmuller. Handworterbuch 211; Vaillant. Gramm. comparee II, 2, 699—700 (автор ставит под сомнение вообще древность и исконность ст.-слав, двию и видит в нем балкано-роман. заимствование, ср. рум. аЫа слишь только, едва только'); Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 7; Фасмер, там же. Относительно вторичной йотации см. Е. Nieminen «Scando—Slavica» II, 1956, 25.

*adati: ст.-чеш. jadati 'испытывать, исследовать5 (Gebauer I, 588). Как правдоподобно предполагал уже Гебауэр (там же), слово первоначально начиналось на гласный а-, протеза /- развилась во избежание зияния. Праслав. *adati возводят к и.-е. *dd-, представленному в лит. uosti, uodziu 'нюхать', греч. oua-cbSirjc 'зловонный', еи-а)8т|с 'благовонный', далее — с краткостью гласного — лат. odor (стар, odds) 'запах, благовоние', арм. hot 'запах', греч. бСсо (*odio) 'пахнуть'. См. Berneker I, 24; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 9; Arumaa. Urslav. Gramm. I, 79.

*adera?: русск. диал. яде pa 'сварливый, неуживчивый человек', (Мельниченко 222; Картотека Словаря русских народных говоров). Именное сложение *a-dera с приставкой а-, обозначающей приблизительность (< и.-е. *ё- I *о-); основа — к *derg, *dbrati, ср. русск. драть, а также драться. Предположительно относим к праслав. ввиду древности приставки и потенциальной древности префиксальных сложений данного типа, ср., например, *abredb, *аЬгЫъ, *aduxa (и т. п. в настоящем выпуске словаря). Показательна акцентологическая характеристика русск. ядера — ударение на исконно долгом гласном, что соответствует изложенной этимологии.

*aduxa: польск. диал. jaducha ж. р. 'кашель, удушье; чахотка' (Warsz. II, 123; SI. g. polsk. II, 217), укр. диал. Адуха, чаще мн. яд ухи 'удушье' (Гринченко IV, 536), йадуха 'одышка' (А. А. Москаленко. Словник д1алектизм1В укр. гов1рок ОдесьKoi обл. Одеса, 1958, 37). Именное сложение приставки а- « и.-е. *о- / обычно обозначающей приближенность, а в данном сложении близкой к za-, ср. *za-dux-, и основы dux- (см. *duxъ, *dysati). Это префиксальное сложение особенно характерно для луж. и укр. (см. ниже *adusit;bjb, *adusb). Ударение укр. ядуха, мн. Ад ухи говорит о древней долготе приставочного гласного, что подтверждает этимологию *a-duxa и вместе с тем делает сомнительным объяс нение из *je-dux- от jeti 'брать, захватывать' (последнее см. Вегneker I, 429; Фасмер IV, 548).

*adušivъjь: в.-луж. jadusiwy 'страдающий одышкой' (Pfuhl 229), н.-луж. jadusywy то же (Muka Si. I, 524). Сюда же примыкает — с некоторыми отличиями в деталях словообразования — укр. диал. ядушливий 'страдающий одышкой' (А. С. Лысенко. Словарь диалектной лексики северной Житомирщины. — «Славянская лексикография и лексикология». М., 1966, 60). Производное с суфф. -iv- от имени *aduxa (см.). Ударение на приставке в укр. ядушливий (возможно, из *ядушивий) свидетельствует здесь, очевидно, о древней акутовой долготе, что соответствует этимологии a-dusiv- и исключает иные этимологии, о кот. см. под *aduxa. Любопытная луж.-укр. изолекса, при синонимичных сложениях za-dux, za-dus- во всех остальных слав, языках. См. Трубачев. «Сербо-луж. лингв, сборник» (М., 1963), 163.

*adušь: н.-луж. jadus ж. р. 'одышка, удушье' (Muka St. I, 524). Именное сложение приставки а- «и.-е. *о-/*ё-) со значением приближенности и основы dux-, dus- (см. *duxb, *dusa, *dusiti), возможно, с одновременным участием суфф. -/ь. Близкие образования и этимол. сведения см. под *aduxa, *adusivbjb..

*aglъjь/*jaglъjь: русск. диал. яглый, яглая земля 'тучная, черная почва, чернозем' (вост., Даль2 IV, 672). Давно отмечено изолированное положение этого русск. слова в слав, лексике. Приводимые обычно в связи с ним глаголы русск. диал. (смол.) яглить 'кипеть, гореть желанием, страстно хотеть', (нижегор., астрах.) яглитъся 'двигаться, шевелиться' (Даль, там же; см. Berneker I, 443; Фасмер IV, 544) сами произведены от яглый, поэтому непосредственного значения для этимологии нашего слова не имеют. Судя по всему, яглый — старое слово с признаками прилагательного (ср. суфф. -Z-). Допустимо возводить его к праслав. диал. состоянию. Реконструкция его праслав. формы в виде *aglbjb, *jagfajb или даже *egHjb целиком определяется внешними сравнениями и поэтому проблематична. Для реконструкции *agfejb может быть использовано сближение с лит. udglis 'однолетний побег, росток', uoglus 'название растения' и далее — с лит. doga 'ягода', слав, agoda (см. J. Zubaty AfslPh XVI, 1894, 394; Е. Liden IF XVIII, 1905-1906, 506; см. еще J. Loewenthal AfslPh XXXVII, 1920, 383: яглая (земля) < и.-е. *aglo-s 'выжженный лес', ср. др.-инд. aga-fi 'солнце', англос. асап 'болеть', англ. асйе'боль' < 'горение'). Реконструкцию *jagHjb, где не фонетич. протеза, а древнее начало основы, можно, в свою очередь, мотивировать серьезным сближением с лит. jegti 'мочь, быть в состоянии', jega 'сила', см. J. Zubaty AfslPh XVI, 1894, 395. Прочие сближения и литературу см. F. A. Wood «Language» 3, 1927, 185; Berneker, там же; Фасмер, там же.

*agnevъjъ?: словин. jagnuoin 'ягнячий' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 377). Неясно, можно ли считать эту единичную форму древним производным непосредственно от непроизводной формы названия ягненка *а#дгъ, не сохранившейся в слав, языках (см. *agnp, *agnbcb). Тогда ожидалось бы *agnovbjb, впрочем, мягкий вариант *agnevtyb может объясняться вторичным влиянием популярного *agn$ (см. и словин. jugnq 'ягненок') на более древнюю форму. Несмотря на указанную проблематичность, форма представляет определенный интерес, как игнорировавшийся ранее компонент в кругу относящихся сюда родственных образований.

*agnę: ст.-слав, ДГЫА, род. -дте ср. p. dpvtov, dpifjv, dp.vo<; 'ягненок, агнец' (SJS), болг. йене ср. р. 'ягненок' (БТР), ягня то же (Геров), йёйне (Стойчев БД II, 176), макед. jaene ср. р. 'ягненок' (И-С), сербохорв. ]'агне, род. -ета ср. р. 'ягненок', словен. dgnje ср. р., jdgnje, jdnje, род. -eta ср. р. 'ягненок' (Plet. I, 2, 355, 358), чеш. jehne, род. -te ср. р. 'ягненок', слвц. jahna, род. -atfa ср. -р. то же (SSJ I, 628), в.-луж. jehnjo, род. -jeca ср. р. 'ягненок' (Pfuhl 235), н.-луж. jagne, род. -nesa ср. p. (Muka St, I, 526), полаб. jognq ср. р. 'ягненок; козленок' (Polaiiski—Sehnert 75), польск. jagni$y род. pcia 'ягненок' (Warsz. II, 123), словин. jagnq ср. р. 'ягненок' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 37), др.-русск. ШНА 'ягненок' (Сл. Дан. Зат., Срезневский III, 1638), русск. ягнёнок, род. -нка м. р., укр. ягня, род. -яти ср. р. 'ягненок' (Гринченко IV, 535), блр. ягня, род. -яц1 ср. р. 'ягненок'. Производное с продуктивным суфф. уменьшительности -$tот основы *agn-, неизвестной в свободном виде в слав, языках, хотя и реконструируемой исследователями для праслав., см. Miklosich 1 (: с заглавным agnu); Berneker I, 24—25 (*agn$ < *agnb); Vondrak. Vgl. slav. Gramm. I, 414 («agn

*agnędъ: русск.-цслав. лгмаа"а m. p. atyeipoc, populus nigra (Mild.), сербохорв. jdeued м. p. 'тополь PopuluS nigra L.' (Вук Карацип), диал. jaeibeda, jaened то же (Djor, 130), словен. jdgned, jdgnjed м. p. 'тополь Populus nigra L.' (Plet. I, 354, 355), чеш. редк. jehned м. p., сюда же — jehneda ж. p. 'цвет, сережки', ст.-чеш. JEHNED м. р. 'сережки (на деревьях)' (Gebauer I, 623), слвц. jahhada ж. р. то же (SSJ I, 628). Это слово, представленное в данной форме в сербохорв., словен., чеш. (см. еще *agn$dbjey ниже; ср. еще обзор в кн.: А. Будилович. Первобытные славяне I, 1. Киев, 1878, 131; 2. Киев, 1879, 326), является обозначением черного тополя, осокоря или его цветов по известному названию животного — *agne (см.). Связь *agne — *agn$db вполне прозрачна, тем не менее о деталях словообразования ведутся споры, — является ли *agned- звонким вариантом основы названия животного *agn$t-, что говорило бы о согласном типе данной именной основы, или же здесь представлен другой суффикс, расширение *agn$-d- с собирательным значением. См. Berneker I, 25; Zubaty. Studie a clanky I, 1, 36; Holub—Kopecny 151 (где неточно: «Только чеш., древнее»); Machek 174— 175; Moszynski. Pierwotny zasi£\g 34, 319; Фасмер IV, 545 (реконструирует *agn$db); Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 11—12; Откупщиков. Из истории и.-е. словообразования 149, 150, 154. Однако ученые, которые членят слово как *agne-d- (Sadnik—Aitzetmuller, Откупщиков), должны еще доказать древность основы *agnen- в слав. Давно обратили внимание на сходство названий деревьев — н-раслав. *agnfdr> и греч. ayvoc 'Vitex agnus castus' (см. E. 1лden IF XVIII, 1905—1906, 506; Mikkola. Urslav. Gramm. I, 51), что затрудняется неясностью греч. слова (из др.-евр.? См. Hofmann 2, Frisk I, 13). Аналогию *agn$db—*agn$ представляют греч. a'tystрос 'черный тополь, осокорь' — at£, aiyo^ 'коза', см. Трубачев ВЯ 1957, № 3, 149.

*agnędьje: сербохорв. jagnede ср. р. собир. 'тополя' (RJA IV, 412), словен. jdgnedje ср. р. собир. 'der Schwarzpappelwald' (Plet. I, 354), русск.-цслав. шилди\е 'чернотополье' (Ио. экз. Шест., Срезневский III, 1638). Русск.-цслав. форма не должна вводить в заблуждение, будучи ю.-слав. (или зап.-слав.? Ср. отсутствие близких форм в болг. и макед.) элементом цслав. лексики. Собственно вост.-слав, соответствия нам неизвестны. Праслав. *agn$dbje — производное с суфф. -bje от основы *agn$d- (см. *agn$db, где и об этимологии).

*agnętina: сербохорв. ]'агн>етина, jatbemuna ж. р. 'ягнятина; шкурка ягненка' (Вук КарапиЬ; RJA: с XIV в.), словен. janjetina ж. р. 'ягнятина' (Plet. I, 358), чеш. jehnecina ж. р. 'мясо или шкурка ягненка', слвц. jahnacina ж. р. то же (SSJ I, 628), н.-луж. jagneslna ж. р. 'ягнятина' (Muka Sj. I, 526), русск. ягнятина 'мясо ягненка' (см. например Картотеку Словаря русских народных говоров), укр. ягнятина ж. р. то же (Гринченко, IV, 535). Производное на -ina от основы *agn$t- (см. *agnp). Замечания требует чеш. форма: по-видимому, из *agn$tbcina или непосредственно от чеш. jehneci (см. след.).

*agnętjьjь: сербск.-цслав. ДГЫАШТА прилаг. a^vuv (Mikl.), сербохорв. ]агуьеШ, уаггьеШ, jawehu 'ягнячий', словен. jagneci, jdgnjecji, jdnjeci 'ягнячий' (Plet. I, 354, 355, 358), чеш. jehneci (стар.), jehneci 'ягнячий', слвц. jahnaci то же (SSJ I, 628), н.-луж. jagпесу 'ягнячий' (Muka SJ. I, 526), русск. ягнячий, укр. ягнячий то же (Гринченко IV, 535—536). Адъективное производное с /-овым суфф. и значением принадлежности от основы *agn$t- (см. *agnq).

*agnica: сербохорв. ]агн>ица, jamiua ж. р. диал. (черногорск.) 'ягненок женского пола' (Карапип; RJA: с XVI в.), словен. jdgnjica ж. р. то же (Plet. I, 355), чеш. (редкое) jehnice ж. р. 'суягная овца', слвц. jahnica ж. р. то же (SSJ I, 628), укр. ягнйця ж. р. 'молодая овца' (Гринченко IV, 535). Производное с суфф. -ica от нераспространенной основы *agn(см. *agn$). Относительно позднее образование, т. е. древнее *agn-, праслав. *agn

*agnidlo?: болг. агнйло ср. р. 'ягнятник; время ягнения овец', ягнйло ср. р. 'место, куда пригоняют овец ягниться; время ягнения овец' (Геров; Горов. Страндж. БД I, 91), йегнйло (Стойчев БД II, 176), макед. ]'агнило ср. р. 'время окота овец' (И-С), сербохорв. ]аггьило ср. р. 'место, где ягнятся овцы' (Карацип; RJA: с XIV в.), диал. }ан>ило 'загон' (Mic.). В слав, этимол. словарях специально не рассматривается. Отглагольное именное производное с суфф. -dlo от основы на -i(ti) *agniti (s?), см. Разительное сходство этого ю.-слав. слова с лат. agnile ср. р. совечий хлев5 оказывается не более, чем внешним подобием ввиду регулярного словообразовательного характера слав, слова с реконструируемой праформой *agnidlo (см. выше), а также ввиду вторичности формы лат. agnile — по образцу ovlle. См. специально Walde—Hofm. I, 23.

*agniti(sę): болг. агня се 'ягниться' (БТР), диал. йагни се 'ягниться' (Шапкарев—Близнев БД III, 226), макед. /агни 'давать приплод (об овце)' (И-С), сербохорв. ]аггьиггш, /агьити 'ягниться', jaewumu се то же, словен. jdgnjiti (se) 'ягниться' (Plet. I, 355), чеш. jehniti se 'ягниться' (Kott I, 616), слвц. jahnif sa 'ягниться' (SSJ I, 628), н.-луж. jagnie sa 'ягниться' (Muka Si. I, 526), русск. ягниться, диал. (псковск.) янйть 'ягниться' (Опыт 274; Картотека Псковского областного словаря), укр. ягнйтися 'рожать ягнят' (Гринченко IV, 535). Отыменный глагол с основой на -i(ti), производный от основы *agn- (см. *agn$). В ряде слав, языков уступил место префиксальному глагольному сложению *obagniti s$ (см.) с тем же значением. Следует обратить внимание на близкий словообразовательно-морфологический параллелизм между слав. *agniti и англос. Banian с тем же значением: оба глагола образованы от одной и той же основы с помощью одинаковой глагольной темы .

*agnьсь: ст.-слав. АГИЩА м. p. a|xvo<;, dpvtov, dprjv 'агнец, ягненок' (SJS, Sad.), гагылцА (Sad.), болг. агнец, ягнец 'барашек' (Геров) '(жертвенный) агнец' (РБЕ), сербохорв. jagnac м. р., диал. ]'ак>ац, род. -уьца 'ягненок' (RJA IV, 410), jaganac (с XIV в.), словен. dgnec, jdgnec, jagnjec, janec, jdnjec м. p. 'ягненок, бара.шек' (Plet. I, 2, 354, 355, 358), чеш. jehnec м. p. 'ягненок' (Kott I, 616), русск. диал. ягунец 'ягнёнок' (Ф. Зобнин. Игры в слободе Усть-Ницынской Тюменского округа). — ЖСт. VI, 1896, 540). Распространенное в основном в ю.-слав. языках именное производное с суфф. уменьшительности -ьсъ от *agn- (см. *agn$, где подробно об этимологии). Праслав. словообразовательная инновация.

*agoda: ст.-слав, лгода ж. р. хартсод, ра>£ 'плод' (SJS), гагодд (Sad.), болг. ягода ж. р. 'земляника Fragaria vesca' (БТР), диал. агудъ ж. р. сягода' (с. Певец, Търговищко; дип. раб., Архив Соф. унив-та), макед. )агода ж. p. fклубника, земляника' (И-С), сербохорв. ]агода ж. р. 'земляника' (Карацип), 'ягода', сщека' (RJA IV, 413—414), 'плод ежевики' (диал., Mas. 433), диал. jdyoda (Sus 161), словен. jdgoda ж. р. 'ягода' (Plet. 1,355), чеш. jahoda ж. р. сземляника, ягода', слвц. jahoda ж. р. 'земляника' (SSJ I, 628—629), в.-луж. jahoda ж. р. 'ягода' (Pfuhl 229), н.-луж. jagoda ж. р. то же (Muka SI. I, 526), полаб. jod'addi мн. (*agody) 'ягода; оспа' (Polanski—Sehnert 75), польск. jagoda ж. p. 'ягода', '.щеки' (Warsz. 11, 124), еловик, j&geda ж. p. 'ягода, особенно — черника' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 377), др.-русск. тода 'ягода (преимущественно плод винограда)' (Парем. 1271 г. и др., Срезневский III, 1639), русск. ягода ж. р. 'небольшой сочный плод кустарниковых или травянистых растений', укр. ягода ж. р. 'ягода', мн. смускулы на лицевых скулах' (Гринченко IV, 536), диал. ягода 'клубника, земляника; общее название ягод; шелковица; черника' (Карпатский диалектологический атлас, карта № 46), 'земляника' (J. Верхратський. Знадоби 274), сюда же диал. йаготка 'земляника' (Ужг. р. Закарп. обл., Чучка 321), блр. ягада 'ягода'. См. обзор: J. Majowa. Nazwy jagod w gwarach kaszubskich. — «Studia z filologii polskiej i stowiaiiskiej» 8, 117-118. Праслав. *agoda представляет собой довольно отчетливое производное с собир. суфф. -oda от незасвидетельствованного имени *aga. Прямых следов этого последнего в слав, языках не сохранилось. После убедительных доводов Садник-Айцетмюллера можно считать доказанным, что сербск.-цслав. кипгагд (XVII в.), сербохорв. вйньага 'дикий виноград', вопреки общепринятой этимологии, является не сложением со вторым компонентом *aga (тогда ожидалось бы фонетически *vinaga), а производным с суфф. -jaga от vino для обозначения дикого винограда в отличие от культурного. См. Sadnik-Aitzetmuller 1, 12—13. Почти все слав, формы от *agoda развили протетическое перед начальным гласным, см. Vondrak. Vgl. slav. Gramm. I, 182; Мейе. Общеслав. язык 69; Arumaa. Urslav. Gramm. I, 105. Реконструируемое *aga этимологически тождественно лит. doga 'ягода', лтш. uoga то же, родство с которыми установлено давно. См. Miklosich 99; Berneker I, 25; Vondrak. Vgl. slav. Gramm. I, 77; E. Liden IF XVIII, 1905-1906, 504; Trautmann BSVV 202; Fraenkel II, 1165; Bruckner 197; Holub—Kopecny 148; Machek 169; Slawski I, 488—489; Фасмер IV, 545; Sadnik-Aitzetmuller, там же; Меркулова. Очерки по русск. народн. номенклатуре растений (М., 1967), 211—212. Тождество с балт. словами говорит о праформе *dga. Дальнейшие связи далеко не так очевидны. Отметим прежде всего возможность родства с тохар, око сплод\ вокализм которого, однако, исторически двусмыслен. См., вслед за Лиденом, G. S. Lane «Language>> 14, 1938, 33. Менее ясно отношение слав, слова к гот. акгап ср. р. 'плод (древесный, злаковый)', нем. Ескег {желудь' и близким герм, формам, а также к ирл. airne (*ag-rinia) 'вид сливы' и проч. кельт., которые с большими и меньшими оговорками обычно относятся к числу родственных со слав, и балт. словами. См. еще G. S. Lane «Language» 9, 1933, 251; Pokorny I, 773; A. Carnoy «Studia linguistica» XIII, № 2, 1959, 114 (где также приводится сближение с лат. acinus с ягода' якобы с фрак.-пеласг, k < g). Родство праслав. *ag(oda)IT лат. йиа 'виноград' (ср. Ernout—Meillet3 II, 1340) очень сомни тельно ввиду возможности иных, более > вероятных связей лат. слова, см. еще Walde 2 864. Покорный объединяет слав., балт., герм., кельт, слова вокруг специального и.-е. *6g-, fрасти; плод, ягода', куда он относит также арм. асет 'расту', см. Pokovny, там же. См. еще В. Сор «Zbornik filozofske fakultete». Ljubljana, I960, 25; Г. Б. Джаукян. Очерки по истории дописьм. периода арм. языка (Ереван, 1967) 169, где арм. слово вместе с лит. iloga и русск. ягода, вслед за Ачаряном и др., возводится к разновидности и.-е. *aug- 'увеличиваться'. Это отдаленное сближение принадлежит к числу спорных; зная предысторию вокализма праслав. *ag (oda) (см. выше), можно говорить в таком случае скорее об и.-е. *оод- в значении <расти, увеличиваться', но и здесь реальным был бы только слав, рефлекс ср. *ustbje, *usta — при лат. os: и.-е. *6us-. Ср. соответствующее мнение Буги в письме Эндзелину, см. К. Buga. Rinktiniai rastai III, 1961, 875. Прочие (маловероятные) толкования слав, слова см. С. Микуцкий ИОРЯС IV, 1855, 405; Moszynski. Pierwotny zasia,g 282— 283 (из и.-е. *dg- 'съедобный; плод, ягода'); Machek, там же (сближает праслав. *agoda и лит. iloga с лат. Ъаса 'ягода', относя все к «праевропейскому»).

*agodica: макед. ]агодаца ж. р. 'скула' (И-С), сербохорв. ]агодица ж. р., ум. от jaeoda (см. выше *agoda), мн. ]агодице 'щеки' (КарациЬ; RJA: с XVI в., с одновременным указанием на древность последнего значения), русск. ягодица ж. р. 1. только мн. 'задняя мясистая часть тела, седалище', 2. 'округлая половина этой части'. 3. (обл.) 'сосок женской груди', диал. ягодица ж. р. 'скула' (новгор.), 'щека' (томск.) (Опыт 273), ягодица 'щека' (Куликовский 142) 'скула' (Картотека Печорского словаря), блр. ягадгща 'ягодица'. Производное с суфф. -ica от *agoda (см.) с новым значением 'округлая, выпуклая часть тела', откуда конкретная семантическая реализация по отдельным слав, языкам: 'скула', 'щека', 'грудь', 'ягодица'. Первоначальный семантический признак, т. о., — 'округлость, выпуклость' (непосредственно развившийся из значения 'ягода, округлый, мясистый плод'), а не 'румянец', как полагал Брюкнер (см. Bruckner 197). Семантические переносы 'плод растения' >'часть, орган тела' вообще нередки, ср. напр. болг. слива 'слива' — слйвица 'миндалина'. Ни на чем не основано мнение Махека об особом происхождении ст.-чеш. jahoda, jahodka, польск. jagoda, сербохорв. ]'агодица, русск. ягодица 'часть лица', якобы родственного нем. Васке 'щека', «праевропейского» происхождения (см. Machek 169: jahoda 2).

*agodina?: сербохорв. jagodina ж. р. 'название растения', также ув. от jagoda и в роли топонима (RJA IV, 415), ст.-чеш. jahodina 'куст земляники' (Gebauer I, 590), чеш. jahodina то же, русск. Ягодина 'Ficus sycomorus' (RJA, там же, без указания источника). Производное от *agoda (см.) с помощью суф. -та, выступающего здесь в функции собирательности или увеличительное™.

*agodišče: чеш. jahodiste ср. р. 'место, где растут ягоды', ср. также кайкав.-хорв. jagodiste, jagodisce, местное название близ Загреба (И J А IV, 415). Производное с суфф. -isce в функции собирательности от *agoda (см.). Значительная древность сомнительна, ср. указание на собирательное значение суфф. -oda в составе самого *agoda.

*agodъka, мн. *agodъky: макед. диал. ]аготка ж. р. 'скула' (И-С), русск. диал. ягодки мн. 'верхняя часть щеки, верхние скулы' (Даль3 IV, 1561), блр. ягадт 'скулы лица' (Гарэцш 174). Оставляя в стороне чистые деминутивы, производные с суфф. -ъка от *agoda (см.) (ср. макед. ]аготка 'клубника; земляника', словен. jdgodka, чеш. jahudka, слвц. jahddka, в-луж. jahodka, польск. jagodka, укр. ягЬдка) выделим лексически самостоятельные производные с тем же суфф., в принципе синонимичные производным на -ica (см. *agodica).

*agodьje: словен. jdgodje ср. р. собир. 'ягоды' (Plet. .1, 355), чеш. jahodi, jahudi ср. p. 'jahodnikovy porost', укр. яггддя (Гринченко). Производное от *agoda (см.) с суфф. собирательности -ъ]'е.

*agodьnica: болг. ягодница ж. р. 'название дерева' (Геров), чеш. jahodnice ж. р. 'тутовое дерево', 'кушанье из земляники'(Kott I, 596), в.-луж. jahodnica 'сок из ягод' (Pfuhl 229) русск. диал. ягодница 'щека' (Подвысоцкий 197), ягодницы мн. 'щеки, скулы' (Материалы Смоленского словаря 154), укр. яггднйця 'собирающая ягоды'. Под этой реконструкцией объединены, по-видимому, разные образования: 1) производное с суфф. -ътса от *agoda (болг., чеш., в.-луж., укр.); 2) случаи, непосредственно связанные с *agodica (см.) и в этом смысле словообразовательно вторичные.

*agodьnikъ: сербохорв. jagodnik м. р. 'ягода', 'земляника fragaria' (Stulli, RJA IV, 415), чеш. jahodnik м. р. скуст земляники' (Kott I, 596), слвц. jahodnik м. р. 'куст земляники', 'тутовое дерево' (SSJ I, 629), др.-русск. шодьникъ 'ягодный огород' (Новг. купч. XIV—XV в., Срезневский III, 1639), русск. диал. (сев.) ягодник м. р. 'ягодное место', (ряз.) 'ягодное варенье; пастила; пирог5, (влад.) 'кустарник, на котором родятся ягоды' (Даль 3 IV, 1561), укр. яггдник 'земляника лесная Fragaria vesca' (Гринченко IV, 535), яггдник 'стебли, кусты клубники или земляники' (Гринченко IV, 535). Ср. еще словен. jdgodnjak м. р. сземляника Fragaria vesca' (Plet. I, 355). Производное от *agoda (см.) с суфф. -ъткъ, в данном образовании — с функцией собирательности (обозначение растения в целом, куста с ягодами и т. п.). Не исключена, впрочем, соотнесенность непосредственно с прилаг. *agodbnbjb (см.). Адъективное производное регулярного типа от *agoda (см.) с суфф. -ыг(ъ]ъ).

*agolvo?: русск. диал. (костр.) яголово ср. р. 'скотина, убитая хищным зверем' (Даль3 IV, 1561, Картотека Словаря русских народных говоров), ягло, яглово ср. р. (нижегор., костр.) 'скотина, задранная медведем, зарезанная волком; мертвечина, падаль' (Даль3 IV, 1560). Возможно, старое сложение имени *golva (см.) и архаического префикса а- со значением приблизительности (из и.-е. *о-/ё-); примеров подобных сложений немало в настоящем выпуске словаря. Семантически близко к данному случаю употребление др.-русск. голова в значении ;убитый' (см. Срезневский I, 542). См. О. Н. Трубачёв. Сб. к 70-летию В. И. Борковского 269. Невероятна и по семантическим соображениям неприемлема этимология Мошинского — к *jagla, *jaglo 'толокно, просяная каша' <'еда, пища вообще' и к *agoda (см. Moszynski. Pierwotny zasi£\g 227).

*ajafrъ(jь): сербохорв. jajat 'cum testiculis' (XVIII в., RJA IV, 420). Адъективное производное с суфф. -atb(jb) от *aje (см.). Ср. параллельное образование с родственным формантом -atus в лат. ovatus 'яйцеобразный'.

*aje: сербохорв. jdje ср. р. 'яйцо, яичко', также в качестве названия определенной меры жидких или сыпучих тел (Вла^нац II, 312), в.-луж. jejo, wejo ср. р. 'яйцо, яичко' (Pfuhl 235, 776), н.-луж. jajo ср. р. 'яйцо' (Muka St. I, 528), полаб. joji ср. р. 'яйцо' (Роlariski—Sehnert 75), польск. jaje, диал. jajo 'яйцо' (Warsz. II, 125), словин. jRj'd ср. р. 'яйцо' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 379), укр. айо (диал., детск.) 'яйцо' (Мельничук. Словник специф1чно1 лексики гов1рки села Писар1вки. «Лексикограф1чний бюлетень». П. Кшв, 1952, стр. 98). Праслав. *aje ср. р. восходит к и.-е. *diom> как о том свидетельствует вокализм лат. ovum :яйцо', греч. (how то же, очевидное родство с которыми не позволяет принимать особое удлинение гласного в слав. Долгота корневого гласного носила здесь, т. о., диал. и.-е. характер (ср. еще иран. данные, ниже; см. Mikkola. Urslav. Gramm. I, 51), при краткости в некоторых других и.-е. диалектах, напр. в герм. Структура лат. ovum и особенно греч. cbov, лесб. (JOLOV, дор. (bsov, аргосск. шЗеа-та ша (см. Walde2 550; Ernout—Meillet 3 II, 837; Hofmann 430) приводила исследователей к мысли о том, что исходная для них форма и.-е. *6u(i)om лежит также в основе слав, *aje, хотя в плане слав, звукового развития рефлексация и.-е. *бц > слав, а маловероятна. Ср. еще Miklosich 99: «Производят jaje из avje, не будучи в состоянии обосновать выпадение v>>. Ср. Vondrak. VgL slav. Gramm. I, 182, прим. 1. Замечено, что следов -и- в середине слова не сохранилось ни в слав. *aje, ни в герм. *ajja-, откуда др.-в.-нем. ei, нем. Ei 'яйцо', др.-исл. egg то же, см. Ernout—Meillet 3, там же. На этом основании мы принимаем для слав, названия яйца и.-е. праформу * oiom. Ср. еще иран. *ша-, п.-перс. хауа 'яйцо', см. Berneker I, 26; Фасмер IV, 552. О герм. формах см. специально F. О. Lindeman «Studia Iinguistica» XIV, № 2, 1960, 10—11. Начальное развившееся перед а- в большинстве слав, форм, объясняется как нормальная протеза, см. Vondrak. Vgl. slav. Gramm. I, 182; Arumaa. Urslav. Gramm. I, 105; Мейе. Общеслав. язык 69. Родственное арм. ju 'яйцо' тоже обнаруживает начальное /-, которое Мейе называет «загадочным» (Ernout—Meillet 3, там же), но этот вторичный звук объясняют условиями развития арм. формы, см. Г. Б. Джаукян. Очерки по истории дописьм. периода арм. языка (Ереван, 1967) 264. Отличное — и тоже протетическое — консонантное начало имеют в.-луж. wejo и чеш. vejce, слвц. vajce (последние две формы см. под *ajbce, ниже). Едва ли правильно нефонетическое истолкование этого v- у Вайяна, который говорит об отражении дублета *б/а- в слав. *а/е и дублета*но/а в слав. *vaje (см. Vaillant. Gramm. comparee 1,186). Обычно принимают этимологическую связь с названием птицы на и.-е. уровне, указывая на лат. avis 'птица' и некоторые другие формы (см. Pokorny I, 783—784), что говорит косвенно о вторичности и.-е. *diom (без -и-) сравнительно с *диот,, *duiom. Удлинение коренного гласного (врддхи) хорошо соответствовало бы при этом значению 'птичье'^, восстановимому этимологически. В остальном отношения вокализма здесь недостаточно ясны. Весьма знаменательно полное отсутствие близкого названия яйца в балт. языках (чисто условно следует воспринимать присутствие *6ia- 'яйцо' в словаре: Trautmann BSW 202). В то же время не исключено, что балт. языки сохранили родственное название птицы — лит. vista 'курица, наседка', лтш. vista то же, ср. авест. vis 'птица', лат. avis и т. д. (ср. Fraenkel II, 1266; критически см. К. Buga. Rinktiniai rastai II, 327). В последнем случае любопытно, что название яйца, родственное слав. *ръИса, *pbtafa (см.), неизвестное из слав, языков, представлено в лит. pautas. Из литературы: Sadnik-Aitzetmtiller 1, 13—14; Bruckner 196— 197; Holub-Kopecny 411; Slawski I, 489—490; Machek 559; «Zakladni vseslovanska slovni zasoba» (Brno, 1964) 55; Meillet MSL 14, 1907, 370; J. Loewenthal WuS IX, 1926, 186—187. Дальнейшие этимологические связи см. под *а]ъсе.

*ajina: сербохорв. диал. jajina 'яичная скорлупа' (Mas. 434), также в топонимии (RJA IV, 422). Производное с суфф. -ina от *aje (см.).

*ajitъjb?: слвц. диал. vajity 'овальный' (Kalal 757). Производное, возраст которого остается для нас проблематичным, образованное с адъективным суфф. -it- от *aje (см.). Ср. *ajato (выше).

*ajьce: ст.-слав, лице ср. p.\o)6v, ovum 'яйцо' (SJS), болг. яйце ср. р. сяйцо' (БТР), диал. айцё ср. р. (с. Добротино, Гоцеделчевско; дип. раб., Архив Соф. унив-та), ацё ср. р. (Стойчев БД II, 125), йецё ср. р. (там же, 176), макед. ]а)це ср. р. *яйцо' (И-С), сербохорв. ]а]це ср. р., ум. от jaje 'яйцо', диал. (сев., сев.-зап.) также без ум. знач. (RJA IV, 420), Ja]ue, название города в Боснии, словен. jdjce ср. р. 'яйцо\ 'яичко' (Plet. I, 355—356), чеш. vejce 'яйцо' (Kott IV, 595—596), диал. vijce (Hruska, Slov. chod. 105), vice (Kott, Dod. k Bart. 135), слвц. vajce ср. p. то же (SSJ V, 11—12), диал. vajco ср. p. (Buffa. Dlha Luka 228), польск. стар., диал. jajce, jajco, jejce 'яйцо' (Warsz. II, 125, 167), словин. jalcd cp. p. сяичко testiculus' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 379), др.-русск. м:ице 'яйцо птичье' (Пал. XIV в. и др., Срезневский III, 1651), русск. яйцо, укр. яйце ср. р. 'яйцо, яичко' (Гринченко IV, 537), блр. яйцо ср. р. 'яйцо'. Праслав. *ajbce ведет себя как ум. форма, образованная с суфф. -ъсе, по отношению к *aje (см.). Об этом говорит и ситуация в тех слав, языках, где основной термин со значением 'яйцо' — *aje, ср. сербохорв. jaje — ум. ]а]це. Вместе с тем однозначно трактовать форму *ajbce как поздний продукт исключительно слав, развития мешают некоторые близкие внеславянские данные. Ср. осет. айк I айкзе 'яйцо' (см. об осет. слове Бенвенист. Очерки по осет. языку. М., 1965, 26). На особый параллелизм словообразования слав, и осет. форм в славистической литературе не обращалось должного внимания. Слав, и иран. названия яйца с -ксуффиксальным (праслав. *а]ъсе < *ajbko) близки функционально, выражая уменьшительность. См. специально Абаев I, 41.

*ajьčьjь: словен. jdjcji 'яичный' (Plet. I, 356), чеш. (редк.) vajeci то же. Производное с суфф. -Ъ]ъ от *а]'ьсе (см.), *ajbko (см.).

*аjьčьnа: укр. яёшня ж. р. 'яичница' (Гринченко IV, 536), блр. яёчня 'яичница'. Первоначально адъективное производное с суфф. -ъпа ж. р. от *ajbce (см.).

*ajьčьnica: сербохорв. jajcenica ж. р. Праздничное кушанье, из теста с крашеным яйцом посередине' (RJA IV, 420), чеш. диал. vajecnica ж. р. 'яичница' (Sverak. Karlov. 139), слвц. vajecnica ж. р. 'яичница из взбитых яиц' (SSJ V, 12), польск. jajecznica ж. р. 'яичница', русск. яичница ж. р. 'кушанье из поджаренных на сковороде яиц', укр. яёчниця (Гринченко IV, 536). Производное с суфф. -ica от основы прилагательного *а]ъсыг(см. *ajbcbnbjb). Может быть понято как субстантивация первоначально адъективного образования *а]'ъсъпа (см.), ср. аналогичные отношения *vbdova—*vbdovica.

*ajьčьnikъ: болг. диал. яичник м. р. 'кушанье с яйцами', 'яичница' (БТР, Геров), яйченик (Геров), макед. jaJ4Hun м. р. (Кон.), сербохорв. диал. jajcenik м. p. (RJA IV, 420), ]аЫаник 'кушанье из яиц' (LM 117), 'железа на горле скотины' (Su 163), словен. jdjcnik м. р. 'кушанье с яйцами; яичница' (Plet. I, 356), чеш. uajecnik м. р. 'яичница', укр. яёшник 'вид гриба' (Грипченко IV, 536). Производное с суфф. -Ькъ от основы прилагательного *ajbcbn- (см. *а]ъсыгъ]ъ). Аналогичное выражение субстантивации ср. в отношениях *ajbebnica—*а]ъсъпа (см. s. vv.).

*аjьčьnъ]ь: болг. яйчен 'яичный' (БТР), макед. jaJ4UH (Коп.), сербохорв. jajcan, jajcen (RJA IV, 420), словен. jdjcen 'яичный' (Plet. 1, 356), чеш. vajecny, слвц. uajecny 'яичный, из яиц' (SSJ V, 12), польск. jajeczny то же (Warsz. II, 125), русск. яичный, укр. яёшний 'яичный' (Грииченко IV, 536), яёчний (Гринченко IV, 536). Прилагательное, производное с суфф. -ъпъ(]ъ) от *ajbce (см.).

*ajьko: чеш. диал. uajko ср. р. 'яйцо' (моравск., Kott IV, 538; Маlina Mistf. 135), jajko то же (Kott Dod. k Bart. 36), слвц. uajko ср. p. сяйцо' (SSJ V, 12), в.-луж. jejko сяичко' (Pfuhl, 235), и.-луж. jajko ср. р. 'пасхальное яйцо', 'круглая ягодка как плод растения' (Muka St. I, 527), польск. jajko (Warsz. II, 125), русск. диал. яйко 'яйцо' (Картотека Псковского областного словаря), укр. Лйко ср. р.=яйце (Гринченко IV, 537). Праслав. *ajbko соотносимо с *aje (см.) и дублетно к *ajbce (см.) в морфолого-словообразовательном отношении (их объединяет наличие -к- суффиксального в общей функции уменьшительности). Момент хронологии неясен, поскольку, с одной стороны, есть несомненные параллели за пределами славянского (см. под *ajbce), а с другой стороны — возможно воспроизводство той же модели (*ajbko) в достаточно позднее время.

*ajьno: русск. стар, яйнб ср. р. 'пузырь, плена, сорочка, в коей иногда родятся младенцы' (Даль3 IV, 1569). Производное (адъективное по типу, см. *ajbtibjb) от (см.).

*аjьnъjь: сербохорв. jdjan 'яичный' (RJA IV, 419; с XV в.), словен. jdjen 'яичный' (Plet. I, 356), слвц. диал. vajny 'овальный' (Kalal 757), польск. jajny 'яичный' (Warsz. II, 125). Прилагательное с суфф. -bnb(jb) от *aje (см.).

*ako / *jako?: ст.-слав, дкс, idKO, нареч. и союз, obsi, 6к, COSTS, (OSTCSO, ОТ». (Вост., Sad.) 'как, будто', болг. аяосесли', диал. ако (М. Младенов БД III, 35), ако схотя' (Гълъбов БД II, 68), an =ако (Геров — Панчев), макед ако сесли; хотя' (И-С), сербохорв. ако 'если', словен. а/со.'если, поскольку; хотя; ли' (Plet. I, 3), чеш. jak скак; когда, если', jako скак5, слвц. ак сесли', ако 'как', диал. jak <как' (SSJ I, 15-16, 18-19, 629), в.-луж. ако, ak=jako, hako (Pfuhl 2), польск. jak, jako 'как' (Warsz. II, 126), словин. dk = jako, jak 'как' (Lorentz. Slovinz. Wb. I, 2, 379), русск.-цслав., др.-русск. ако, шо счто, как, когда; так что, чтобы, ибо, так как; хотя' (Срезневский I, 12; III, 1652—1653, 1655), русск. диал. ак 'как' (печорск., уральск.), стак' (арханг.) (Филин 1, 225), укр. як 'как, как будто; если, когда' (Гринченко IV, 537—538), блр. як 'как' (Блр.-русск. 1045). Неясность реконструкции праформы вынуждает объединить в одной статье приведенный выше материал, тем более что семантическая близость случаев *ако и *jako действительно велика. Учитывая наличие праслав. *tako (см.) от указат. местоим. и.-е. *2о-, трудно спорить против возможности этимологии *jako из и.-е. *je-/*io- 'этот', где также местоименная основа. Согласно крайней точке зрения на все случаи *ako/*jako, примеры с изначальным утратили у- в условиях фразовой фонетики и, следовательно, вторичны. См. Vondrak. Vgl. slav. Gramm. II, 473; Vaillant. Gramm. comparee I, 183; Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 15; Sadnik-Aitzetmuller. Handworterbuch 211; E. Nieminen «Scando-Slavica» II, 1956, 24. Широта распространения форм *ako (практически во всех трех группах слав, языков, в том числе — там, где наличие *jako не отмечено, ср. особенно ранее не привлекавшиеся русск. диал. печорск., уральск., арханг. примеры) вызывало, с другой стороны, предположение об исконном праслав. *ако для части перечисленных форм — из и.-е. указат. местоим. *е-/*о- См. Berneker I, 26; A. Meillet MSL 19, 1915, 286; Фасмер IV, 553. Следует также серьезно взвесить восходящее еще к Маретичу толкование *ако как соединения а-\-ко (см. Vondrak, там же), позднее принятое Младеновым, см. Младенов 4 (где говорится о союзе а и и.-е. местоимении *й^о-); Георгиев БЕР I, 6. Ср. праслав. *а се (см.), а также тождество значений словен. ако=асе (Plet. I, 1). Садник и Айцетмюллер, признающие этимологию Младенова невероятной, не сомневаются (что естественно) в происхождении словен. асе < *а се, см. Sadnik—Aitzetmuller 1, 2. Сводку слав, форм см. еще в: «Zakladni vseslovanska slovni zasoba» (Brno, 1964), 55. Из литературы см. также специально А. P. Caleman. Jak and jako in Polish. «Language» 7, 1931, 131—135; Мельничук. Розвиток структури слов'янського речения, 210—214.

*alovĕti / *jalovĕti: чеш. jaloveti, слвц. jaloulef 'становиться бесплодным (о животном)' (SSJ I, 630), польск. jalowiec, словин. jalevjauc 'быть, оставаться бесплодным' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 380), русск. яловеть 'о корове: быть яловой, становиться яловой', укр. яловгти 'оставаться бесплодной (о самке скота)', 'оставаться невспаханной (о земле)' (Гринченко IV, 540), блр. ялавецъ (Блр.русск.). Глагол, производный от основы прилагательного *alov- (см. *alovbjb I *alovaja).

*alovę / *jalovę: н.-луж. jatowe, род. -esa ср. p. 'яловица, яловка, телка' (Muka SI. I, 529), чеш. (редк.) jaluve, род. п. ед. ч. -te> ср. р. слвц. jalovd, род. -at'а ср. р. 'телок, телка' (SSJ I, 630). Существительное, производное с суфф. -et- от адъективной основы *alov- (см. *а1оиъ]ъ \ *alovaja).

*alovica/*jalovica: цслав. ЛЛОБИЦД ж. p. dxexvooaa (Mild.), болг. яловица ж. р. 'яловица; бездетная женщина' (БТР), диал. йёлдвица ж. р. 'глинистая почва' (Стойчев БД II, 176), ёловица ж. р. 'вид почвы красноватого цвета; бездетная женщина' (Стойчев БД I, 157), ёлуицъ ж. р. 'глинистая неплодородная почва, трудно обрабатываемая' (с. Корница, Благоевградско. Дип. раб. Архив Софийск. ун-та), макед. )аловица ж. р. 'яловое животное (корова, коза и т. п.); бесплодная земля' (И-С), сербохорв. )аловица 'бесплодная корова, овца', 'невспаханное поле', 'теленок' (Каранип), диал. ]'аловица 'овца или коза Koja «пренесе» jeднy годину' (Mic 31), словен. jdlovica ж. р. 'бесплодная самка животного, особ, яловая корова', 'бесплодная земля' (Plet. I, 356), ст.-чеш. jalovice ж. р. 'яловица, телка' (Gebauer I, 598), слвц. jalovica ж. р. то же (SSJ I, 630), в.-луж. jalojca ж. р. 'телка' (Pfuhl 230), н.-луж. jalowica ж. р. 'не телившаяся молодая корова, яловица, яловка' (Muka St. I, 529), полаб. joliivaica ж. р. 'яловица, не телившаяся телка' (Polariski—Sehnert 75), польск. jalowica, диал. jalojca 'телка, яловица' (Warsz. II, 131), словин. jale'icd ж. р. то же (Lorentz Slovinz. Wb. I, 380), др.-русск. шовица 'корова, не дававшая приплода, нетель' (Уст. гр. м. Кипр. Конст. мон. 1392 г., Срезневский III, 1656), (Гр. после 1349 г. Картотека СДР), яловица 'несуягная овца' (1633 г.; Котков. Леке. южн.-русск. письм. XVI—XVIII вв., 112), русск. яловица ж. р. 'яловая корова, юница, телица, не приносившая еще теленка' (Даль 3 IV, 1572), укр. яловиця ж. р. 'корова-нетель' (Гринченко IV, 540), блр. ялавща 'яловица'. Производное с суфф. -ica, представляющее собой субстантивацию соответствующего прилагательного *alova(ja) (см.). Ср. отношение *Vbdova — *vbdovica

*alovičina / * jalovičina: чеш. jalovicina ж. p. 'телячья кожа', слвц. jalovicina ж. р. то же (SSJ I, 630), др.-русск. шовичина 'телятина' (Афан. Никит. 336, Срезневский III, 1656), укр. яловичина ж. р. 'говядина' (Гринченко IV, 540). Производное с суфф. -ina от *alovica (см.).

*alovina/*jalovina: болг. яловйна ж. р. 'яловая скотина, овцы, коровы' (Геров), яловйна (ДругаА дружина ходи съ стада, кои с^ч разд^лени, на хгловинж, шилета, доймы и слабы. Г. С. Раковски Показалец, 1859. Архив Болг. возрождения, София), сербохорв. диал. jalovina 'скотина, которая не доится' (Кап 269), ]аловиУьа 'яловая скотина' (GP И), словен. jalovina ж. р. то же (Plet. I, 357), чеш. jalovina ж. р. 'молодой рогатый скот', слвц. jalovina то же (SSJ I, 630), русск. диал. (зап.) яловйна ж. р. 'лядо, запущенная, плохая земля' (Даль 3 IV, 1572), блр. Ллавша 'перелог', диал. ]йловыпа ж. р. 'поле, засеваемое с промежутком в 2—3 года для повышения плодородия почвы', споле, которое не успели обработать' (Л. Т. Выгонная. Полесская земледельческая терминология. «Лексика Полесья». М., 1968, 130). Производное с суфф. -ina от основы прилагательного *alovbjb, -aja (см.)

*a!oviti(sę) / *jaloviti(sę): макед. ]алови се 'скидывать (о животном)' (И-С), сербохорв. ]аловити 'выхолащивать, кастрировать (барана)', 'делать яловой (корову, кобылу, овцу)' (Byк КарапиЬ; RJA: с XVII в.), ]аловити се 'становиться яловой, бесплодной', словен. jaloviti 'делать бесплодной' (Plet. I, 357), в.-луж. jalowic 'становиться бесплодной' (Pfuhl 230), словин. jaluevjic 'делать бесплодной' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 380), русск. яловиться: земля яловится 'отдыхает, лежит в пару' (Даль3 IV, 1572). Глагол на -Ш (с каузативным значением), производный от основы прилагательного *а1оиъ]'ьу -aja (см.)

*aloviznь / *jaloviznь: чеш. диал. jalovizen ж. р. 'молодой рогатый скот' (валашек., Bartos Slov. 129), слвц. jalovizen, род. п. ед. ч. -zne ж. р. то же (SSJ I, 630). Именное производное с суфф. -iznb и функцией собирательности от адъективной основы *alov- (см. след.).

*alovъjь, *alovaja / *jalovъjь, *jalovaja: цслав. длежд прилаг. атехvoooa; галежъ (Mikl.), болг. Ллов прил. 'не родящий, бесплодный', (БТР), макед. jaлoв 'яловый' (И-С), сербохорв. jame 'бесплодный (о земле, о скоте)', диал. jwae 'яловый' (Елез. I), словен. jdlov 'яловый, бесплодный'; 'пустой', jalw то же (Plet. I, 356), диал. avow 'яловый, молодой (о скоте)' (Sasel, Ramovs 101), чеш. jalovy 'бесплодный' диал. jalovy 'недойный (о скоте), постный, несдобный (о тесте)' (Bartos Slov. 129), слвц. jalovy 'бесплодный, яловый' (SSJ 1, 630), в.-луж. jalowy 'яловый (только о корове)' (Pfuhl 230), н.-луж. jalowy 'яловый, бесплодный (большей частью о коровах)' (Muka St. I, 529), полаб. joliiva прил. ж. p. (*jalovaja} 'яловая, бесплодная' (Polanski—Sehnert 75), польск. jalowy 'яловый, бесплодный; неурожайный; сухой, постный, несдобный' (Warsz. II, 132), словин. jaluovi 'яловый, бесплодный' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 380), др.-русск. галежми 'нестельный, неплодный' (Срезневский III, 1656), русск. Лловый '(о скоте) бесплодный, неоплодотворенный', 'порожний, пустой, неплодный' (курск., Опыт 274), 'не подвергавшийся пахоте, заобложивший' (Добровольский 1019), Ллая прил. ж. р. 'молодая корова, петель' (томск., Опыт 273), укр. Лловий 'бесплодный (о скоте; о почве, растении)' (Гринченко IV, 540), блр. Ллавая прил. ж. р. 'яловая'. Прилаг. с основой *alov-, как видим, распространено широко в слав, языках и причем повсеместно — в исторически тождественной форме, восходящей к праслав. *alovbjb. Как спорадическую нужно отметить другую форму, представленную в словен. диал. jal и в русск. диал. Алая (см. выше). Сличение тех и др. форм позволяет выделить в *alovbjb суфф. -ov-. См. еще Miklosich. Vgl. Gramm. II, 230; Г. Ильинский JO V, 1925—1926, 56-57 (с ошибочной, впрочем, концепцией происхождения целой морфологической категории). Реконструкцию праслав. формы (*а1оиъ]ъ или *jalovbjb) затрудняет недостаточная ясность внешнего этимологического родства слав. форм. Один вариант этимологизации делает вероятной именно реконструкцию праслав. *alovbjb, ср. в качестве исконно родственных лтш. alava 'яловая корова, не дающая молока', см. Е. Fraenkel ZfslPh XI, 1934, 36—38. Следует, вслед за Френкелем, особо выделить то обстоятельство, что различие в начале лтш. и слав, слов (последние в течение всего исторического периода регулярно обнаруживают начальную йотацию) исключает заимствование балт. форм из слав., русск., вопреки мнению ряда ученых (напр. Miklosich 99; Berneker I, 444). Френкель (там же) относит сюда еще лит. диал. (жем.) olaus <С *olavas 'холостой', см. также Fraenkel I, 516. Другой вариант этимологизации ставит вопрос об исконности начального в слав, слове, которое при этом сравнивается, правда, с более отдаленными по значению словами: кимр. ial 'место в лесу, оголенное от деревьев, поле' (J. Pokorny ZfceltPh 21, 55 и след. - Цит. no:,RS XV, 1939, 156; Pokorny I, 504-505; см. еще Van Windekens. Etudes pelasgiques 100—102, где сюда же отнесены греч. (пелазг. ?) aXios стщетный, бесполезный', топонимы вроде 'AXtaapva и др.); лтш. /ё/s'сырой, незрелый', см. Trautmann BSW 107; Bruckner 198; Младенов 702—703; Holub—Kopecny 148; Фасмер IV, 555. Френкель (ZfslPh, там же) отвергает сближение с лтш. ]ёIs, хотя позднее он же как будто допускает родство и с лтш. jels и с лит. jelas 'несоленый, пресный, свежий', а также, вслед за Махеком (Machek «Slavia» 8, 209 и след.), — с лит. alus спиво', слав. о1ъ (см. Fraenkel I, 8—9, 193), что подводит к мысли о возможности компромиссного решения *eZ- / *iel- / *oZ-, *al- / *ialII примирения реконструкций с йотацией и без нее. См. еще из литературы: Slawski I, 496—497; Е. Mosko PJ 1958, 461; он же JP XLIII, 1963, 245; Machek 170 (знаменательно, что здесь Махек предпочитает говорить о неясности праслав. /Я/ОУЪ).

*аlоvъkа / *jalovъka: сербохорв. ]албвш ж. р. = ]'аловица, словен. jdlovka ж. j).=jalovica 'телка' (Plet. I, 357), чеш. jaluuka ж. р., диал. jalovka= jtilovlce, слвц. jalovka ж. р. 'яловая овца или корова' (SSJ I, 630), польск. jat6wkh = jalowica (Warsz. II, 132), русск. обл. Аловка ж. р. 'телица, молодая корова, яловица' (волог., тамб., тул., Опыт 274), укр. АлЬвка ж. р. 'нетель, неплодная корова' (Гринченко IV, 539), блр. Алаука 'яловка'. Производное с суфф. -ъка от основы прилагательного (см. *alovbjb и т. д.), вариантное в словообразовательно-лексическом отношении с *alovica (см.). Семантически тождественное этому последнему, образование *а1оиъка, возможно, уступает ему по возрасту.

*аlоvъkъ?/*аlоvаkъ?: болг. яловак, ялъвак м. р. 'кладеный баранвожак' (Геров), макед. )аловак м. р. 'кастрированное животное (бык, конь и т. п.)' (И-С), сербохорв. диал. )аловак 'бесплодный петух' (Ш 35). Образование, недостаточно ясное по своей древности и суффиксальному оформлению: часть примеров указывает как будто на суфф. -акъ, отдельные примеры двусмысленны (-акъ^-ъкъ!). Общеслав. перспектива, а именно — наличие довольно распространенной формы ж. р. с суфф. -ък(а) (см. *а1оиъка) —позволяет допустить и здесь оформление *а1оиъкъ.

*аlоvьсь/*jаlоvьсь: сербохорв. )албвац, род. -вца м. р. 'кладеный баран', словен. jdlovec м. р. 'бесплодное животное', 'бесплодный ствол' (Plet. I, 356), чеш. jalovec, род. -vce м. р. 'растение можжевельник Juniperus', диал. 'яловые овцы' (Kott Dod. k Bart. 36), слвц. диал. jalovec, -vca м. p. 'можжевельник' (SSJ I, 630), 'терн' (Buffa. Dlha Luka 159), в.-луж. jalorc 'можжевельник' (Pfuhl 230), стар, jalorc, jawolc то же (1799г.,Schuster-Sewc, Sprachdenkm. 237), н.-луж. jalowc м. p. 'можжевельник' (Muka St. I, v529), стар, jaloycz то же («Hortus Lusatiae», 1594 г., Schuster-Sewc, Sprachdenkm. 46), и.-луж. jalowenc м. p. 'можжевельник' (Muka St. I, 529), польск, jatowiec, род. -wca м. p. то же (Warsz. II, 132), русск. обл. яловец 'можжевельник Juniperus' (Даль 3 IV, 1572), укр. ялгвёць, яловёцъ м. р. то же (Гринченко IV, 539). Видимо, народноэтимологической ассоциации с укр. ялйна 'ель' обязано своей формой укр. диал. ялйницъ 'можжевельник Juniperus communis' (I. Верхратський. Знадоби 274). В остальном, что касается формы *alovbCb и ее этимологизации, здесь возможно только одно решение: производное с суфф. -ъсъ от основы прилагательного alov- (см. *а/ог;ъуь). Ясно без комментариев, что это точно соответствует значению ю.-слав. и отчасти — чеш. продолжений праслав. *alovbCb — 'яловый, молодой скот'. Но эта же этимол. связь действительна и для *alovbCb 'Juniperus', почему слова с тем и с другим значениями объединены здесь в одной статье. Можно сравнить отношение праслав. *alovwb 'можжевельник' и *alovica 'телка, яловица' с отношением лат. iuniperus 'можжевельник' и iimix 'яловица, телка'. Реальную природу такого называния правильно видел еще Брандт, указывавший на то, что можжевельник, двудомное растение, часто оказывается бесплодным. См. Р. Брандт РФВ XXII, 1889, 131; вслед за ним — Berneker I, 444; J. Charpentier «Glotta», 9, 1918, 57; Bruckner 198 (: «от мужских, тем самым — бесплодных, яловых, соцветий»); Фасмер IV, 544; Stawski I, 495. Прочие этимологии неубедительны: недавняя гипотеза Махека о родстве с основой нем. Wacholder 'можжевельник', др.-в.-нем. wehhal- (Machek 170); сближение с арм. elevin 'кедр' (см., вслед за Лиденом, Berneker I, 272, с реконструкцией праслав. *ё1оиъсъ; К. Ostir «Etnolog» III, 1929, 101; IV, 1930, 5; Trautmann BSW 69; Г. Б. Джаукян. Очерки по истории дописьм. периода арм. языка (Ереван, 1967), 240—241; A. Carnoy. Etudes etymologiques sur le vocabulaire latin des plantes. «Studia linguistica» XIII (Lund— Copenhague, 1959), 118, где сюда же относится лат. elbus cpinus Cembra').

*ama / *jama: болг. яма ж. p. 'яма' (БТР), макед. ]'ама ж. р. 'яма, воронка' (И-С), сербохорв. ]ама ж. р. 'яма', словен. jama 'яма, пещера' (Plet. I, 357), чеш. jama ж. р. 'углубление в земле, яма', слвц. jama ж. р. то же (SSJ I, 630—631), в.-луж. jama 'яма, пещера' (Pfuhl 230), н.-луж. jama ж. р. 'яма, углубление' (Muka SJ. I, 529), полаб. jomo ж. р. 'яма, могила' (Polanski—Sehnert 75), польск. jama ж. p. 'яма, нора, пещера' (Warsz. II, 132), словин. jqma ж. р. 'пещера, яма' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 391), др.-русск. има 'яма, ров' (Срезневский III, 1657), 'могила' (Картотека СДР), русск. яма ж. р. 'углубление, вырытое или образовавшееся в земле', укр. яма ж. р. 'яма; могила; погреб' (Гринченко IV, 540), блр. яма 'яма'. См. еще обзор слав, форм в: «Zakladni vseslovanska slovni zasoba» (Brno, 1964) 153, s. v. jama. Однозначная реконструкция праслав. формы затруднена. На основании показаний слав, языков и текстов Соболевский, например (РФВ LXIV, 1910, 103), возводит начало слова даже не к а- и не к /а-, а к (j)e-. В конечном счете праслав. реконструкция определяется наиболее вероятными внешними этимологическими связями, которые, по нашему мнению, говорят все-таки о праслав. *ата, а не *jama, вопреки ряду ученых (Berneker I, 444; Фасмер IV, 555; Slawski I, 497). Ср. греч. OCJJ.7] 'лопата, мотыга', см. Н. Osthoff KZ XXIII, 1877, 87 (где неправильно сюда же отнесено греч. сЬтХо? 'куча, копна', в действительности — из и.-е. *sem- 'собирать'); Frisk I, 88 (со ссылкой на Сольмсена); Hofmann 15. Отсюда — естественная характеристика начального слав. /- как протезы вследствие зияния в условиях фразовой фонетики, см. об этом Machek 170. Более проблематична этимология, согласно которой слав, слово — из *ата или *дтау которое, в свою очередь,—из *ди-та, соответствующего ирл., гэльск. uaimk 'нора, могила, пещера', др.-ирл. huam мн. 'specus', далее — авест. йпа- ж. р. 'дыра, трещина (в земле)', греч. eovrj 'постель, ложе, логово' (Е. Liden KZ XLI, 1907, 395—396). По поводу последней этимологии можно сказать, что нам известны как достоверные только рефлексы слав. и<^ и.-е. да. Менее надежны этимологии, исходящие из реконструкции праслав. */ата, напр. сближение с лтш. juoma 'глубина, морской пролив' (V. Jagic AfslPh И, 1877, 396; J. Zubaty ВВ XVIII, 1892, 251), потому что лтш. слово — зап.-фин. (ливск.) происхождения, см. Berneker, там же; Фасмер, там же (с литер.); сомнительно с разных точек зрения и сближение Гебауэра — jama : j$ti, jbmo 'брать', см. Meillet MSL 14, 1907, 365. Спорна, наконец, связь слав, слова с фин. йота 'глубина, впадина' (J. Rozwadowski RS VI, 1913, 53).

*amo/*jamo: сербохорв. Сто 'сюда' (Вук Карацип; RJA I, 81—82: с XVI в.; авторы толкуют из оато < ovamo, т. е. не связано в таком случае с праслав. *amol*jamo), болг. диал., макед. амо = овамо ;(Геров; Крушово, Струга; Архив Болг. диал. словаря, София), ст.-чеш. jam (Gebauer I, 598), ст.-польск. jamo 'куда' (1393 г., St. stpol. III, 116; ср. еще Warsz. II, 133), русск.-цслав., др.-русск. кто 'куда' (Георг. Ам., Срезневский III, 1657; Лавр, летоп. 1377 г., Син. пат. XI в. Картотека СДР), амо (. . .и поустить амо же хощеть. Новг. Корм. 1282 г. и др. Картотека СДР), сюда же тМ 'куда' (Ев. 1270 г., Срезневский III, 1658). Наречие, образованное с суфф. -то (ср. др. аналогичные наречия места *като, *tamo, см.) от местоим. основы. Трудности реконструкции начала слова для праслав. — те же, что и в случае *ako/*jako (см.). Так же, как и там, речь может вестись или о происхождении от праслав. */ь (см.), и.-е. *io-, или от и.-е. *е-/*о-. См. Berneker I, 417—418; Фасмер IV, 557; SJawski I, 498 (с литер.); Suman AfslPh XXX, 1909, 293. См. еще К. Netteberg. «Scando-Slavica» IV, 1958, 185.

*ара?: русск.-слав., др.-русск. ana 'надежда, ожидание, spes, exspectatio' (встречается в слож. с предлогами: заапа, Срезневский I, 25). Ограниченная по распространению основа (см. еще *apati, *аръпъ]ъ), в настоящем случае неясная по древности своего морфологического оформления. Этимологически обычно сближают с лат. opinor 'полагаю, воображаю', opto, optare 'желать', с иным количеством корневого гласного. С греч. е£-ати\т]<; 'внезапно' (<С *e?-a-irF-iVT]C, см. Hofmann 85) не связано. См. Berneker I, 29-30; Walde 2 542; Pokorny I, 781; Фасмер I, 328 (там же более старая литер.); Machek 170 (s. v. japati, где говорится о вторичном происхождении начального, а долгота корневого слав, гласного приписывается глагольной итеративной форме, см. *apati).

*apadь: сербохорв. janad ж. р. (местн. п. ед. ч. janddu) 'тенистое место'. Очевидное стар, сложение основы гл. *padg, *pasti (см.) и префикса а-, обычно выступающего в знач. приблизительности, здесь же близкого по функции префиксу za- (ср. Фасмер IV: я-), ср. случаи вроде *aduxa—*zaduxa (см. *aduxa). Мнение о тюрк, происхождении (Knezevic. Die Turzismen 164) менее вероятно.

*apati: ст.-чеш. japati, japati 'наблюдать, созерцать, внимать' (Gebauer I, 601). «Хотя глагол представлен на довольно небольшой территории, он является достоверно праслав.» (Machek 170). Вместе с тем это — слав, новообразование в плане морфологии (итеративныйгл. на -ati) и в плане корневого вокализма, где слав, форма обнаруживает долготу, при краткости в родственном лат. oplnor 'полагаю' (см. подробнее об этимологии под *ара). Несмотря на то, что инновационные долготы присущи целому ряду слав, форм, природа долготы гласного здесь не вполне ясна. Махек (там же) предположил для нее морфол. происхождение — из глагольного итератива, что влечет за собой заключение о вторичном, аналогическом распространении этой долготы во всех формах с этой основой — *ара (см.), *аръпъ]ъ (см.), сами же эти формы могут быть значительно древнее, особенно последняя.

*арьno?/*vарьnо (см.): сербохорв. диал. jdnno ср. р. = вапно (Карацип; RJA s. v.: с XVI в.), ср. еще ]апненица ж. p. 'der Kalkofen, die Kalkhiitte, calcaria' (хорв., Карацип; RJA: с XII—XIII в.), словен. арпо ср. р. 'известь, vapno' (Plet. I, 5), jdpno то же (Plet. I, 358). При всей гипотетичности заглавной реконструкции *арьпо (обычно говорят только о форме *иаръпо, см. ниже, которая, действительно, объединяет большинство форм слав, языков), она логично вытекает прежде всего из названных выше словен. и сербохорв. форм (прочие многочисленные примеры из этих языков, их топонимии, а также соответствующие исторические данные приводятся у: Bezlaj. Etim. slovar. Ljubljana, рукоп.). Если начальное /- при этом — бесспорно протетическое и, как таковое, при реконструкции снимается, то гораздо менее ясно положение дела с вариантом *иаръпо. Предположить здесь протезу v- (подобные случаи известны, ср. *ajbce, *atra) мешают принимаемые обычно этимологические сравнения с др.-прусск. woapis 'краска', лтш. vdpe 'глазурь' (см. Trautmann BSW 341; Фасмер I, 272), но не исключено, что балт. слова заимств. из слав. Еще Брюкнер проводил сравнение между польск. wapno 'известь' и ст.-слав, кдпл 'озеро, болото' (Bruckner 601). Если последовательно продумать это сравнение, то станет ясной возможность связи *аръпо/*иаръпо (производное с суфф. -ъпо на слав, почве) с большой группой архаических и.-е. слов, обозначающих воду, из которых часть объединяется вокруг *йр-, другая часть — вокруг *ир- (ступень редукции?). Формы вроде *цар- могли произойти от взаимодействия обоих рядов.

*apьnъjь: чеш. стар, japny 'остроумный, находчивый'. Только чеш. слово, по-видимому, праслав. происхождения. Прилаг., производное от основы, выступающей еще в *ара (см.), особенно — *apati (см.). Праслав. *аръп- находит своеобразное соответствие в лат. -opinus (лат. in-opinus 'неожиданный' =ст.-чеш. ne-japny то же, см. Machek 170), причем долгота корня и краткость суффикса слав, слова соответствуют краткости корня и долготе суффикса лат. слова.

*arębatъjь: болг. ярябатый 'пестрый, рябой' (Геров), йаребата, прилаг., 'сивопепелява на цвят' (М. Младенов БД III, 82), чеш. jerabaty, диал. jarabaty 'пестрый' (Kott Dod. к Bart. 36), jafabati 'полосатый' (Malina Mistf. 40), слвц. jarabaty 'рябой, пестрый' (SSJ I, 632), н.-луж. jerjebaty, польск. jarzfbaty 'пестрый'. Прилаг., производное с суф. -at- от именной основы *аг$Ьъ (см.).

*arębica: сербск.-цслав. М^АБИЦЛ ж. p. rcepSiE, perdix (Mikl.), болг. яребица ж. р. 'куропатка Perdix cinerea' (БТР), макед. ]аребица ж. р. 'куропатка' (И-С), еребица ж. р. то же (Кон.), сербохорв. jape6uua ж. р. (Вук Карацип; RJA: с XV в.), диал. ]еребйца ж. р. (Елез. I), словен. jarebica, jereblca ж. р. 'куропатка Perdix cinerea (самка)' (Plet. I, 359, 366), чеш. диал. jerabice ж. р. 'рябчик', слвц. jarebica ж. р. 'куропатка Perdix' (SSJ I, 632). Производное с суфф. -ica от *аг$Ьъ (см.) или *агфъ (см.).

*arębika: словен. jerebika 'рябина Sorbus aucuparia' (Plet. I, 366), возможно, первоначально сюда же русск. диал. рябйка 'рябина' (ряз., Опыт 195; Диттель. Сборник рязанских областных слов. — ЖСт. 1898, вып. II, 222; Труды МДК. Свод материалов, собранных Комиссией. Словарь к ответам на программу по Тамбовской губ. - РФВ LXVI, 1911, 216). Образование с суфф. -ika от ирефигированного прилаг. *аг$Ьъ]ъ (см.) или — в случае с русск. рябит — от *гфъ]ъ (см.).

*arębina: словен. jerebina ж. р. 'мясо куропатки', 'плод рябины' (Plet. I, 366), чеш. jerabina ж. р. 'рябина', rerabina то же, слвц. jarabina ж. р. 'рябина' (SSJ I, 632), диал. garabiiia то же (Kalal 144), в.-луж. wjerjebina, н.-луж. jerjeblna ж. р. 'рябина', польск. jarzqЫпа 'рябина Sorbus' (Warsz. II, 138), возможно, сюда и русск. рябина ж. р., укр. рябина ж. р. ^рябина Sorbus aucuparia' (Гринченко IV, 91), блр. рабша 'рябина'. Последние (русск., укр., блр.) примеры могли бы с неменьшим основанием быть объединены вокруг реконструкции праслав. *rebina (см.), поэтому в настоящей статье присутствуют на правах спорных рефлексов. Что касается укр. орябина (сюда же укр. горобйна, оробйна ж. р. 'рябина' [Гринченко I, 314; III 63]), то оно, напротив, по мысли Булаховского (ср. Л. А. Булаховский ВЯ 1968, № 4, 102—103, где говорится о русск.-цслав. орябь, укр. орябок), возможно, относится преимущественно к праслав. *{j)ar$bina / *ёг$Ыпа, будучи отражением вост.-слав, перехода ]'е-^>о- в начале слова. Неправдоподобна особая этимология для укр. орябина — из и.-е. *armbo-s 'огненный', ср. греч. Apia 'растение Sorbus aria Crtz.' (J. Loewenthal WuS X, 1927, 161). Впрочем, аналогия отношений *а-Ьгёс1ъ : *bred-: *o-bredb (см. выше *abredb) напрашивается и в рассматриваемом случае, тем более, что отношения *а-гф- : *гф-: *о-гф- (вторично префигированное) четко прослеживаются ввиду наличия реального *гфъ]ъ (см.). В остальном праслав. *ar$bina — производное с суфф. -ina от основы *агфъ (см. там же подробнее об этимологии).

*аrębъ: сербохорв. jape6 м. р. 'горная куропатка Perdix saxatilis', словен. jareb, jereb м. р. 'куропатка (самец)' (Plet. I, 359, 366), чеш. jefdb м. р. 'рябина Sorbus', редк. fefdb то же, польск. jarzap м. р. 'рябина', 'вид тополя', 'рябчик' (Warsz. II, 137). Мы говорим о едином праслав. *аг?Ьъ, хотя оно и объединяет столь разные и самостоятельные лексические значения 'название птицы (рябчик, куропатка)', 'название дерева (рябина и др.)'. Это разнообразие значений в общем характерно для всего данного семейства слов (см. *агфъ, *агфъкъ и др.), объединяющегося вокруг обозначений цвета — *агфъ]ъ (см.), а также *гфъ]ь (см.). Уже сравнение двух последних слов позволяет расчленить на слав, почве а- префиксальное и корень г$Ъ~, но вся сложность картины отношений форм становится ясной только после следующих далее сравнений. Что касается а- префиксального, то его констатацию в данном случае см. Фасмер IV, 563 (автор, впрочем, не исключает здесь также иные, апофонические отношения, ср. ниже Мейе и Вайян; сомнения по этому поводу см. Pisani «Paideia» XIII, 1958, 315). Говоря об отношениях основы *reb-, нельзя не указать на ее родство с синонимичным слав. *r$b-, откуда укр. ргбий 'рябой', ср. лит. raibas, лтш. raibs 'пестрый, рябой', др.-прусск. roaban*полосатый' (см. о слав. *reb- и родственных: J. Zubaty AfslPh XVI, 1894, 409—410). Т. о., можно говорить о назальном и неназальном варианте (*remb-: *го/Ь-) одной древней основы (ср. Bruckner KZ XLV, 1913, 318). Сюда же, далее, словен. диал. rebad, rubad, rbad ж. р. 'корь', которое Безлай (ВЯ 1967, № 4, 52) реконструирует как *r$b?db, ср. русск. рябой, см. еще Bezlaj. Eseji о sloven, jez. 79. Не исключено, впрочем, что часть словен. форм продолжает праслав. *гъЬ-, дослав. *rb-, с близким значением 'рябой, пестрый', подобно тому как сербохорв. рбина 'черепок' этимологизируется как *гъЫпа, родственное лтш. rubinat 'делать зарубки, грызть' (J. Zubaty, там же), а с другой стороны — как родственное праслав. *rgbiti, русск. рубить, а также праслав. *r$bati, словен. rebati 'грызть', лит. гётЬгИ 'покрываться рубцами, сучками' (см. о словен. слове F. Bezlaj «Linguistica» VIII/1, 1966—1968, 68). На этих немногих сравнениях видно без комментариев родство лексики со значениями 'рубить, делать зарубки' и срябой'. Однако возраст выделения значения 'рябой', основного для названий куропатки, рябчика, рябины и т. п., трудно определить даже приблизительно, здесь целесообразно говорить об отдаленной, дослав, древности. Ср. ирл. riabach 'пестрый, пятнистый', др.-в.-нем. erpf, название цвета, др.-исл. iarpr то же (см. Е. Zupitza KZ XXXVI, 1900, 67), сюда же лтш. irbe, нем. Reb-huhn, шв. rapp-hona 'куропатка' (ср. J. J. Mikkola RS I, 1908, 18), нем. Eber-esche*рябина'. Отнюдь не обязательно объяснять близость нем. и слав, названия рябины «праевропейским» субстратным происхождением (см. в этом смысле V. Machek LP И, 1950, 155—156; Machek 176; Holub— Kopecny 152). Следует возразить против стремления упомянутых чеш. ученых отнести сюда же лат. sorbus срябина', якобы из *s-orbus (см. лучше о лат. слове Walde2 726). В остальном близость нем. и слав, названия рябины заслуживает серьезного изучения и не должна игнорироваться. Германисты, не учитывающие слав, материала при этимологизации нем. Eberesche (см. Kluge 15 155), идут, видимо, по неправильному пути. Вторичное, народноэтимол. преобразование коснулось, вероятно, не только нем. Reb-huhn (в связи с Rebe 'виноградная лоза', см. Kluge 15 604), но и Eber-esche (в связи с Eber с кабан, вепрь'?). Рациональная мысль, которая может быть использована в этом направлении, заключается в предположении Махека (там же) о метатезе г—b > Ъ—r в герм, слове. Нельзя не сказать здесь о том, что такие случаи (тоже по народной этимологии?) могут быть отмечены и в слав, языках, ср. болг. диал. еберица — при обычном болг. яребица, еребица (цит. по Miklosich 275; Berneker I, 274, s. v. ёг$Ъъ, ег$Ьъ, где говорится о метатезе). Весьма своеобразны и сложны балт. соответствия, ср. лит. jerube, irbe, диал. jarube, jerumbd 'рябчик', которые могут продолжать */'Ь-, *e-fb-7 *e-rrpb-y родственные праслав. *агфъ\ъ и др. Ср. (с отличиями в трактовке) Trautmann BSW 104—105. Оригинально, но маловероятно см. Fraenkel I, 193, который толкует балт. названия с началом jeкак интенсивную редупликацию корня, предоставленного в лтш. rubenis 'тетерев', др.-исл. rjdpa 'снежная куропатка'. Так же толкует Френкель и слав, факты (гаркбь, jarzqb в отношении к г§Ъ-). См. Е. Fraenkel «Festschrift fur М. Vasmer» 155. Однако правильнее видеть в слав., балт., герм, фактах преломление на местной почве более древних, и.-е. апофонических отношений. Если рассмотреть и.-е. слова, которые в литературе обычно объединяются вокруг *ereb(h)-, *8rol(h)-, название цвета (ср. еще греч. opfvog 'мрачный, темный', см. Frisk II, 431—432; Pokorny I, 334), то станет ясным одно их существенное отличие от бесспорно родственного им, инфигированного праслав. *аг$Ьъ: на и.-е. уровне мы имеем дело с гласной протезой е/о-, чисто фонетической, видимо, по природе (с ее помощью избегался гв анлауте, что известно из разных языков и типологически представляется древней чертой), тогда как слав, материал говорит о наличии префикса а-. Славянский, т. о., провел грамматикализацию древнего фонетического элемента, который представлен, напр., в балт. ja-, je- еще в древнем, дограмматическом качестве. Трудно разделить точку зрения Мейе и Вайяна, которые отрывают *(])аг$Ьъ/ъ от *г$Ьъ и относят наше слово (как производное с суфф. -§Ъ-) к основе jar- 'весна', также в названиях молодых, годовалых животных (см. A. Meillet et A. Vaillant RES XIII, 1933, 101—102; Мейе. Общеслав. язык 295). Прочая литер.: Н. Petersson. Arische und armenische Studien (Lund—Leipzig, 1920) 9; Bruckner 200; Stawski I, 506-507; A. Carnoy «Studia linguistica» XIII, № 2, 1959, 115.

*arębъjь: чеш. диал. jar aby 'пестрый' (Bartos Slov. 130), jar aby, слвц. jaraby 'пестрый, рябой (обычно о птицах)' (SSJ I, 632). Членная адъективная форма основы *areb- (см. *агеЬъ).

*агębъkъ: чеш. jefdbek, род. -Ъка м. р. 'рябчик', польск. jarzabek, род. -Ъка м. р. 'рябчик', 'рябина' (Warsz. II, 137), диал. iazombek 'рябина обыкновенная Sorbus ancuparia' (Szymczak Doman. II, 343), укр. орябок, род. п. ед. ч. -бка 'рябчик Tetrao bonatia' (Гринченко III, 64). Ум. производное с суфф. -ъкъ от *агеЬъ (см.; там же подробно об этимологии).

*агęЬь: русск.-ц.-слав, гардбь 'куропатка' (Ио. Леств., Срезневский III, 1665). Именная форма, тождественная практически во всем, кроме конца основы, праслав. *агеЬъ (см.).

*arębьje: чеш. (редк.) jefabi, fefdbi ср. р. 'заросли, кусты рябины'. Собир. производное с суфф. -bje от *агеЪъ (см.).

*аru?: ст.-слав, гг^оу межд. side utinam 'если бы' (Супр., Mikl., Sad.), русск.-цслав. aptf, гар8' 'если бы, utinam' (Срезневский I, 28). Темное слово. Предположение Бернекера о заимствовании из греч. ар об, вопросит, част. (Berneker I, 446), кажется сомнительным (о греч. ара, ар 'конечно, как раз, тогда, итак', см. Frisk I, 127). См. Sadnik-Aitzetmuller. Handworterbuch 213; Фасмер IV, 561. Эту по всей вероятности древнюю исконную форму пытались объяснить как застывшую форму словоизменения, предполагая в ней или косвенный падеж от при лаг. jan 'ярый, сильный', ср. в.-луж. jara 'очень' (Bruckner KZ XLVIII, 1918, 170), или первоначальную форму 2 л. ед. ч. пов. накл. из и.-е. *дгои-, ср. лат. бгаге 'говорить, просить', др.-инд. dryati 'прославляет', с семантическим переходом 'желай' ]> 'если бы' (Г. Ильинский РФВ LXVI, 1911, 271—274).

*arьmiti: сербохорв. jdrmitl (RJA IV, 472), словен. jdrmiti 'запрягать в ярмо' (Plet. I, 359), чеш. jarmiti (стар, и поэт.) 'порабощать, угнетать', слвц. jarmW (книжн.) 'порабощать, угнетать' (SSJ I, 633), польск. (редк.) jarzmic 'запрягать в ярмо' (Warsz. II, 138). Глагол на -Ш, производный от имени *агъто, *агьтъ (см.).

*аrьmо: чеш. jarmo, реже — jarmo ср. р. 'ярмо для крупного рогатого скота', слвц. jarmo ср. р. 'воловье ярмо' (SSJ I, 633), польск. jarzmo, диал. jerzmo, jarmo, jirzmo ср. р. 'воловье ярмо' (Warsz. II, 138), русск. ярмо ср. р. 'деревянный хомут для упряжки рабочего рогатого скота', диал. ярмо 'воловья упряжь' (Миртов. Донской словарь 374), армо ср. р. 'деревянная часть сохи, на которую насаживается «отрез»' (вят., Филин 1, 276), укр. ярмо ср. р. 'ярмо; ключица' (Гринченко IV, 542—543), диал. йармб 'ключица' (Онишкевич. Словник бойтвського д1алекту), блр. ярмо 'ярмо' (см. также Сержпутовский Чудина 52). См. еще о значениях слов В. С. Парасунько. До етимологи сл1в ярмо, глиця i сноза. — «Мовознавство», 1968, № 4, 49-51. Наряду с близкой формой м. р. *агыпъ (см. след.) рассматриваемое здесь *агъто — широко распространенное с древности обозначение основной части воловьей упряжи в слав, языках. Праслав. *агъто, сущ. ср. р., соотносимо с глаголом *ariti, восстанавливаемым для праслав. косвенно, на основе польск. kojarzyc 'соединять, сочленять' (см. *kojariti). Однако это еще не дает права считать *агъто производным с суфф. -ъто (типа *pisbmo) и видеть в нем абсолютное новообразование праслав. языка. Уместнее говорить лишь об относительном новообразовании, имея в виду семантику слав, слова (см. ниже), в формальном же отношении целесообразно ставить вопрос о сохранении или воспроизводстве древней словообразовательной модели: и.-е. *аг-т- > праслав. *агъто с введением тематического элемента (близкое и.-е. *аг-т- 'плечевой сустав' сохранено в архаическом праслав. *огте, см.). В этом смысле мы говорим о родстве праслав. *агыпо и лат. arma pi. tant. 'снаряжение, оружие', греч. cbjxa ср. р. 'повозка' (*агггмг или *arsmn), возможно, также лат. armentum 'крупный рогатый скот, стадо'. Глагольная основа, суффигируемая в этих именах древними формантами *-men-/*-m-, представлена, например, в греч. dpapiaxco 'сочленять, соединять'. См. подробно Walde-Hofm. I, 67-68; Frisk I, 128-129, 142-143; Miklosich 100; Berneker I, 31; H. Pedersen KZ XXXVIII, 1905, 313; Bruckner 199; Stawski I, 508—509; Фасмер IV, 561; Sadnik— Aitzetmuller. Vgl. Wb.l, 26-27; J. Loewenthal WuS. IX, 1926, 177. Культурно-исторический переход от более древнего ига (см. *jbgo) к ярму весьма убедительно охарактеризовал Махек: «Отличие (ярма. — О. Т.) от ига состояло скорее всего в том, что первоначально иго было, вероятно, всего лишь простым куском дерева, помещавшимся на голову или на шею (в последнем случае снабжавшимся снизу ремнем, который охватывал шею), за который вол тянул, ярмо же, видимо, явилось уже сочлененным устройством для пары волов, укрепленным на дышле» (Machek 171, а также рис. на стр. 174). Прочие значения слова вторичны.

*аrыmъ: ст.-слав. \яршъ м. p. Coyov, £оуос, juguin 'ярмо, иго' (Супр., Mikl., Sad.), болг. ярем м. р. 'ярмо' (БТР), ярмй мн. 'перекладины на четырех столбах, крепящие валяльное устройство' (Геров), диал. ерем м. р. 'хомут' (Стойчев БД II, 157), йарём то же (Зап. Болгария, см. М. Сл. Младенов Сб. в честь С. Б. Бернштейна 365), макед. ]арем м. р. то же (И-С), сербохорв. ]арам м. р. 'воловье ярмо' (КарапиЬ; подробно о знач. и употреблениях слова см. Влазинац II, 313), диал. jdram (Mas. 434), jepaM (LM 190), словен. jarem, род. п. -гта м. р. 'ярмо (Jarnik XI: jarm; Plet. I, 359), слвц. диал. jdrom (Stanislav. Lipt. 122), др.-русск. хлръмъ, хлръмъ сярмо\ 'вес, мера' (Срезневский III, 1664—1665), русск. диал. ярём м. р. (и ярёмъ ж. р.) 'страдная пора, пора сенокоса и жатвы' (влад., Даль 3 IV, 1577), укр. диал. ярем 'ярмо5 (гуцул.; Карпатский диалектологический атлас 249), блр. диал. яруом (Сержпутовский Чудина 52). Праслав. *агътъ, отличаясь довольно четко своим ю.-слав. и — частично — вост.-слав, распространением от праслав. *агъто (сев.-слав., см. выше), во всем остальном может быть охарактеризовано так же, как и это последнее (см. предыд. статью).

*аrьmьnikъ: словен. jarmnik, jaremnik м. р. 'деталь ярма' (Plet. I, 359), др.-русск. харъмъникъ 'подъяремник; скот, ходящий под ярмом' (Ефр. корм., Срезневский III, 1665). Производное с суфф. -ъткъ от *агыпъ (см.) или от *агъто (см.), или же с суфф. -гкъ от соответствующего прилаг., см. *агътъпъ(]ъ).

*arbmьnъ(jь): сербохорв. jarman 'koji pripada jarmu'(с XIV—XV в.; Даничич: хлръмънъ, RJA IV, 472), русск.-цслав. хдръмънъш (Изб. 1073 г., Срезневский III, 1665), русск. ярёмный 'подъяремный, рабочий, впрягальный (скот, вол)' (Даль 3 IV, 1576). Прилаг., производное с суфф. -ьи- от *агътъ (см.) или *агыпо (см.).

*asenica: словен. jasenica ж. р. 'ясень Fraxinus ornus' (Plet. I, 360). Производное с суфф. -ica от *asenb I *asenb (см.). Функция суффиксации, помимо формального перехода в ж. р., неясна,

*asenika: словен. jesenika ж. р. 'ясень' (Plet. I, 367). Производное с суфф. -ika от *asenb / *aserib (см.) с тем же значением. Возможно позднее образование.

*asenikъ: болг. ясеник м. р. 'ясень' (Геров), сербохорв. jacenun м. р. 'ясеневый лес', сюда же чеш. Jesenik, название гор, вост. часть Судетов (Kott I, 622). Производное с суфф. -гкъ от названия дерева *asenb/*asenb (см.).

*asenišče: сербохорв. josenlste ср. р. 'ясеневый лес' (RJA IV, 478), диал. ]асенйште 'место где су биланекад |'асенова дрвета' (Vuk. 388). Производное с собир. суфф. -isce, популярность которого в сербохорв. языке и топонимии вызывает подозрение в позднем образовании слова. См. далее *asenb/*asenb.

*asenovъ(jь)/*asenevъ(jь): болг. ясенов 'ясеневый' (БТР), сербохорв. 1асёнов, jacenoe 'ясеневый', стар, и диал. fesenov то же (RJA IV, 621), словен. jesenov то же (Plet. I, 367), чеш. jasanovy, стар. jasenovy, слвц. jasenovy 'ясеневый' (SSJ I, 634), в.-луж. jasenjowy 'ясеневый' (Jakubas 129), польск. jesionowy 'ясеневый' (Warsz. II, 171), словин. jasen&gvi 'ясеневый' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 384), русск. Асеневый, др.-русск. ясновый (Арх. Онеж. Кр. мон-ря. 1658 г.—ДРС), укр. ясеновий (Гринченко IV, 543), блр. ясяпёвы (Блр.-русск. 1047). Прилаг., производное с суфф. -ov- от *asenb I *asenb (см.). Полезно обратить внимание на структурную близость праслав. *asenov-l*asenev- и лат. orneus < *oseneuos 'ясеневый'.

*asenъ/*asenь: болг. ясен м. р. 'ясень Fraxinus' (БТР), макед. jacen м. р. то же (И-С), сербохорв. jacen й. р. 'ясень', диал. стар. jesen (Ка 393; RJA IV, 620), словен. jasen, jesen м. р. 'ясень Fraxinus excelsior' (Plet. I, 36Q, 367), диал. dsen (Бодуэн де Куртепэ. Резьяне. Словарный материал. Архив, ф. 102, on. 1, № 8, 16), чеш. jasan м. р. 'ясень', стар, jesen, диал. jasen, jasen 'ясень' (валашек., ляшск., Bartos Slov. 130), слвц. jasen м. р. 'ясень Fraxinus excelsior' (SSJ I, 634), диал. jeuen ж. p. (Buffa. Dlha Liika 160), в.-луж. jasen ж. p. 'ясень' (Pfuhl 231), н.-луж. jasen м. p. 'ясень' (Muka Si. I, 533), полаб. josin м. p. 'ясень' (Polaiiski—Sehnert 76), польск. стар, jasien, jasion, jesion, диал. jason, jasien, стар, jesieii 'ясень' (Warsz. II, 139, 143, 171), словин. jasdun м. p. 'ясень' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 384), др.русск. ысьнъ 'ясень' (Псков. I л. под 1471 г., Срезневский III, 1668), русск. ясень м. р., укр. ясень м. р. 'ясень Fraxinus excelsior' (Гринченко IV, 543), а также ясен («Укр.-рос. словн.» VI), блр. ясень 'ясень'. Географическое распределение — соответственно — форм *азепъ и *asenb лишено какой бы то ни было четкости, почему они и даются здесь совмещенно, в сравнительно-историческом же и типологическом отношении более первоначальной является форма *asenb (основа на -о-, см. также ниже). Праслав. *asenb/b ближе всего соответствует лат. ornus 'ясень' < *osenos, причем оба слова объединяет не только и.-е. корень *os-, выступающий также в др. языках, но и общее расширение основы *еп-. Близкая праформа *os-no- лежит также в основе кельт, названий дерева: др.-ирл. huinnius, кимр. оппеп, др.-корн, оппеп, брет. оиппепп. См. F. Solmsen KZ XXXIV, 1897, 32, примеч. 1; Walde 2 547; A. Meillet BSL 24, 1923, 41; Ernout-Meillet 3 II, 831; О. Szemerenyi «GIotta» 38, 1965, 229; Pokorny I, 782. Слав, форма продолжает и.-e. *dseno-, с долготой корневого гласного, отражая, видимо, вторичное удлинение и.-е. о. Эта последняя черта сближает праслав. *asenb/b с балт. названиями, которые тоже про должают *05-: лит. uosis, лтш. uosis, uoss, др.-прусск. woasis*ясень'. См. J. Zubaty ВВ XVIII, 1892, 254; С. С. Uhlenbeck AfslPh XVI, 1894, 373; Vondrak. Vgl. slav. Gramm. I, 77; Miklosich 100; Berneker I, 31; Trautmann BSW 203; Fraenkel II, 1167; Фасмер IV, 564; Bruckner 200; Slawski I, 564; Machek 171; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 31; о более далеких расширениях и.-e. *osс помощью -/с- в герм., алб. и арм. см. еще Kluge 15 179 (: Esche). В остальном балт. и слав, названия ясеня отличаются по структуре, причем и то и другое самостоятельно восходит к древней основе на согласный (*ds-i-, *6s-en-o-). См. Machek, там же; Vaillant. Gramm. comparee II, 1, 201. Начальный элемент /- в формах живых слав, языков объясняется как вторичная протеза, подобно начальному w- в др.-прусск. слове. См. Мейе. Общеслав. язык 69; Arumaa. Urslav. Gramm. I, 108. См. еще G. Bonfante «Studi baltici» 4, 1934-1935, 127.

*asenьcь: болг. ясенец м. p. 'растение Dictamnus Fraxinella' (Геров — Панчев), сербохорв. jasenac м. p. 'Dictamnus albus L.' (с XVII в., RJA IV, 478), словен. jesenec, род. п. -пса м. р. 'растение Cytisus spinescens' (Plet. I, 367), чеш. jesenec, род. п. -псе м. р. 'название растения', н.-луж. jasenc м. р. 'ясеневый лес' (Muka Si. I., 533) русск. ясенец, род. п. -нца, м. р. 'многолетнее травянистое растение с перистыми листьями, как у ясеня', укр. ясенёцъ 'растение Dictamnus fraxinella' (Гринченко IV, 543). Объединяемые заглавным *asemcb формы могут быть в действительности разнородными по происхождению: с одной стороны, производное на -ъсъ от *а8епъ/ъ (см.) с собирательным значением'ясеневый лес' (н.-луж.), с другой стороны — потенциальные терминологические кальки вроде болг. ясен-ец, ср. лат. jraxin-ella, букв, 'маленький ясень'. Махек полагает, что чеш. jesenec 'растение Centaurea scabiosa' заимств. из польск. jasieniec, допуская одновременно происхождение от прил. siny и контаминацию с jasny (см. Machek 176).

*asenьje: сербохорв. jacewe ср. р. собир. 'ясени', сюда же Jesene в хорв. топонимии (RJA IV, 621), словен. jesenje ср. р. 'ясеневый лес' (Plet. I, 367), чеш. jasani, диал. jaseni ср. р. 'группа ясеней', а также укр. Ясшня, название населенного пункта в Карпатах (см. о последнем В. В. Шмчук «Повщомлення Укр. ономастично! комгсп» 3 (Кшв, 1967), 54). Производное с собир. суфф. -bje от *а8епъ/ъ (см.).

*asika: болг. обл. ясйка ж. р. 'осина; береза; вид тополя' (БТР), диал. есйка ж. р. 'осина' (с. Долна Мелна, Трънско. Дип. раб. Архив Софийск. ун-та), макед. jacuna ж. р. 'осина' (И-С), сербохорв. jacuna ж. р. 'осина', диал. jacuna 'Populus nigra осокорь' (Djor. 130), словен. jasika ж. р. 'осина Populus tremula', 'ясень Fraxinus ornus' (Plet. I, 360), jesika ж. p. 'осина' (Plet. I, 367). Принимая во внимание наличие тождественных или близких по значению праслав. *osika, *osica, *osina (см. svv.), ср. напр. укр. осйка, русск. осина, которые, в свою очередь происходят из *opsa/*apsa (ср. лтш. apsa, лит. apuse 'осина', нем. Espe то же), мы можем объяснять форму *asika только как результат вторичного продления первоначального о- уже на слав, почве в форме *osika. Природа этого продления, охватившего ю.-слав. языки (ср., впрочем, *asokon/b, ниже) недостаточно ясна. См. Miklosich 101 (где говорится о влиянии слова ясный); Berneker I, 32; Sadnik— Aitzetmuller, Vgl. Wb. 1, 32. В свете сказанного выше отпадает сближение с лит. uosls 'ясень', лат. ornus гвид ясеня', греч. а^еронс вид тополя (A. Fick ВВ XVI, 1890, 171; F. de Saussure MSL 8, 1894, 431).

*аsikъ: сербохорв. jacan м. р. 'осиновый лес'. Тесно связано с *asika (см.). Возможно позднее (обратное) образование и осмысление в связи с собирательными названиями леса, рощи на -1къ от названий деревьев.

*aska?: сербохорв. jaska ж. р. (с неясным знач., возм., относится к рельефу местности, у одного автора XVIII в. дважды, напр.: Prostire se nih (Mlecica) vladanje vrhu Talije, Ilirika, Grcke i zem|e arbanaske, odkle im idu brane jaske; особенно ср.: Da ne traska po svem glibu, po svih jaska), словен. jaska ж. p. 'углубление в земле' (Plet. I, 360), jacka ж. p. 'яма, лужа' (PJet. I, 354). Видимо, непосредственно связано с *askb (см.).

*askǫdь: серб.-цслав. оусты га скудъ хб axop.cc SieoxaXpivos (Mikl.). Сложение основ прилаг. *зкдо1ъ (см.) с префиксом а- в знач. приближенности. См. Фасмер IV, 537 (я-). Видимо, старое.

*askъ: словен. jasek 'яма с водой' (Plet. I, 360), слвц. (книжн., стар.) jask м. р. 'туннель' (SSJ 1, 634), н.-луж. jask м. р. 'отверстие верши или рыбачьего кузова' (Muka St. 1, 535—536). Праслав. *askb, охватывающее названные выше языки, не имеет ясной этимологии. Единственная более или менее развернутая попытка этимологии и реконструкции этой основы как *esko-, адъективизированное прич., собств. 'выдолбленный, пустой', из *ez-k-o-, родственного *ezva (см.), с другим расширением, см. Berneker I, 275 (отметим, что автор не учитывает словен. и н.-луж. слов, а слвц. определяет как неологизм, но см. иначе Machek 177, а также ремарку «стар.» в SSJ, выше). Мы предпочитаем реконструкцию *askb, имея в виду прежде всего связь ее с праслав. *askyni (см.), а также возможность более отдаленной связи с праслав. *а$сегъ (см.). Можно думать, что *а$/съ — достаточно старое слово (ср. самый факт произведения от этой основы разбираемого далее праслав. *askyni с помощью редкого старого форманта -yni), но этимологическое родство *авкъ остается неясным. Исконное родство с нем. Asch, др.-в.-нем. asc 'миска, сосуд' сомнительно, если последнее этимологически — 'сосуд, судно из ясеня' (см. Kluge 15 34—35). Едва ли верна мысль о заимствовании словен. слова из этих нем. форм (Sadnik—Aitzetmuller, Vgl. Wb. 1, 33). Принимать родство с греч. doxo; 'мех, бурдюк' (см. кратко Bruckner 200) трудно ввиду неясности происхождения греч. слова, см. о последнем Frisk I, 165; J. Hubschmid. Schlauche und Fasser (Bern, 1955) 80. См. еще из литер.: Трубачев «Сербо-луж. лингв, сборник» (М., 1963) 163—164; Bezlaj. Eseji о sloven, jez. 148.

*askyni: чеш. jeskyne ж. p. 'пещера', слвц. jaskyna ж. р. то же (SSJ I, 634), польск. jaskinia, стар., диал. askinia ж. р. то же (Warsz. II, 139), укр. диал. яскйня 'пещера' (Т. А. Марусенко. Материалы к словарю украинских географических апеллятивов (названия рельефов). — сб. «Полесье». М., 1968, 255). Праслав. слово, реконструируемое нами как *askyni (о реконструкции *eskyni < *ez-k-o- см. предыд. статью), — типичный зап.-слав, элемент лексики (укр. диал. зап. яскйня, по-видимому, заимств. из слвц. или польск.). Производное с суфф. -yni от*авкъ (см.), судя по форманту — достаточно древнее по времени образования. Для суждений о начале праслав. слова небезынтересно ст.-польск., польск. диал. askinia (см. выше). Кроме литер., приводимой под *авкъ (выше), см. еще Slawski I, 512—513 (автор следует в основном Бернекеру). Поскольку ареалы *askyni (чеш., слвц., польск.) и *askb (словен., слвц., н.-луж.) совпадают лишь отчасти, можно думать, что до нас дошли только реликты древних отношений и ареалов.

*asokorъ/ь: польск. диал. jasiokor м. р. 'осокорь Populus nigra' (Warsz. II, 139), укр. ясотр, род. -кору м. р. 'растение Populus nigra' (Гринченко IV, 545), диал. ясакар, ясокор 'Populus nigra осокорь' (П. С. Лисенко. Словник д1алектно1 лексики середнього i схщного Пол1сся. KHIB, 1961, 72), блр. ясакар сосокорь'. Праслав. *asokon/b тесно связано с *озокогъ/ъ (см.), а в плане вокализма — также с *asika (см. выше). Последнее обстоятельство интересно еще и потому, что *asika — ю.-слав. форма, тогда как *авокогъ/ь — почти исключительно укр. и блр. форма (польск. jasiokor — из вост.-слав.?). Все эти взаимоотношения не оставляют места для иной этимологии, кроме как из сложения *aso-kor-, где первый компонент — из *apsa (см. *asika, *osina и др.), а второй связан с праслав. *кога (см.), следовательно — с(дерево) с корой, как у осины'. Дублетность *osokorb I *asokorb свидетельствует против связи с ясный, праслав. *esknbjb (в пользу этой связи см. Moszynski. Pierwotny zasia,g 299, отчасти — Фасмер III, 163). Сюда же, далее, названия рябины — праслав. *osokoruxa, *osokorusa (см.), откуда сербохорв. оскоруша, чеш. oskeruse и др. В их формальной эволюции (синкопа и т. д.) нет ничего необычного, ср. еще большую причудливость отражения праслав. *skorolupa (см.) по слав, языкам. Поэтому излишне говорить о «неясности», о до-и.-е. субстрате для праслав. *asokorb/b (так см. Machek 342* oskeruse; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 32), несмотря на действительное наличие очень похожих слов вроде глоссового аахра'Врод ахартгос, баск, azkdf 'вид дуба' (см., без сравнения со слав., Frisk I, 165).

*astrębica: чеш. диал. jastfabica 'ястреб' (валашек., Bartos Slov. 130). Не исключено позднее местное происхождение этого производного с суфф. -ica от *astrebb/b (см.). Ср. сербохорв. Jastrebica, назв. горы и топоним (RJA IV, 485).

*astrębinъjь: н.-луж. jasUebiny 'ястребов' (Muka SJ. I, 535), русск. ястребиный, прилаг. к ястреб. Производное с суфф. прилагательного -in-, видимо, непосредственно от варианта основы *astr$bb (см.). Ср. *golgbb—*golgbinbjb.

*astrębovъ: болг. ястребов 'ястребиный' (БТР), макед. jacmpe6oe то же (И-С), сербохорв. jastrebou 'ястребиный' (R J А IV, 485—486). Прилаг., производное с суфф. -ои- от *astr$bb (см.).

*astrębъ / *astrębь: болг. ястреб м. р. 'ястреб Astur palumbarius' (БТР), макед. ]'астреб м. р. 'ястреб' (И-С), сербохорв. jacmpuje6, диал. ]астрёб, )астрйб м. р. 'коршун', сюда же сербохорв. диал. jastrov (Црес, Tentor. Leksicka slaganja 75) и strebic м. р. 'вид птицы Aerocephalis palustris' (RJA XVI, 712), словен. jdstreb м. p. 'ястреб, коршун' (Plet. I, 360), чеш. jestfdb м. p. 'ястреб Astur palumbarius', слвц. jastrab м. p. 'ястреб' (SSJ I, 636), в.-луж. jatrob\ род. -bja м. p. 'ястреб Astur; коршун Vultur' (Pfuhl 231, 1072), н.-луж. jastseb\ jastseb м. p. 'ястреб' (Muka St. I, 534—535), польск. jastrzqb, род. -ф1а 'ястреб Astur palumbarius' (Warsz. II, 143), словин. jastfib м. p. 'ястреб' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 385), др.-русск. штр&бъ, штребъ 'ястреб' (Срезневский III, 1667), русск. ястреб м. р., укр. ястрхб м. р. 'ястреб', диал. астряб то же (Гринченко I, 11; IV, 545), йас'тр^аб (В. В. Бабинець. ToBipKa села Лавки Мукач1вського району. Дипломна робота. Ужгород, 1954, рукоп.), Лстряб 'ястреб' (I. Верхратський. Знадоби 21), блр. ястраб 'ястреб'. Мы реконструируем праслав. название для Astur palumbarius с начальным а- (ср. в этой связи любопытное укр. диал. астряб, выше), опираясь в значительной мере на внеславянские сравнения, о которых — ниже. Этимологии, которые возводят начало слав, слова к дифтонгу *oi-/*ei- 'идти' (или *eis- 'быстродвигаться', см. то и другое: Г. Ильинский РФВ LVIII, 1908, 424— 427), сомнительные фонетически, сомнительны также в акцентологическом плане, потому что слав. *аз1г$Ьъ/ъ отражает, судя по месту ударения в русск. и по характеру ударения в сербохорв., древнюю акутовую долготу. См. о последнем Л. А. Булаховский ВЯ 1968, № 4, 105—106. Далее, мы предпочитаем оперировать дублетной реконструкцией *а$Ьг$Ьъ I *astr$bb, т. е. говорить наряду с -о- основой также об основе, о чем в данном случае свидетельствует производная форма *astr$binbjb (см.) и аналогии вроде *golqbb (см.). Незначительность проявления -£- основы в данном слове может объясняться тенденцией к отвердению губных согласных в этой позиции в слав, языках. Ср. Vaillant. Gramm. comparee I, 60—61). С точки зрения праслав. языка, можно, видимо, игнорировать такие формы, как словен. jastran, ст.-польск. jastram ввиду их вторичности (см. Bruckner 200). Равным образом видим мы вторичное оформление и в сербохорв. }астрщеб, ]астрйб — не из ^ав^ёЬъ, несмотря на укр. Acmpi6 (реконструкцию такого праслав. дублета см. Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 34). Булаховский (там же) объясняет сербохорв. форму влиянием названия другой птицы — тетеревав том же языке. Последнему автору можно вместе с тем возразить, что едва ли целесообразно считать поздней перестройкой укр. яструб (см. специально *азЩЪъ, ниже). Именно путем сличения внутрислав. вариантов ^ав^дЬъ и *astrebb мы приходим к выводу о наличии в этом имени суфф. -дЦ-еЪ-, встречаемого и в других слав, названиях птиц (не говоря о ряде названий животных с родственным суфф. -embhj-mbh- в различных и.-е. языках), ср. прежде всего пару сербохорв. голуб 'голубь' — галёб 'чайка', которые продолжают соответственно праслав. *gol-qbh и ^gal-еЪъ (см.). Т. о., праслав. *а,81г$Ъъ1ъ объясняется как производное с помощью суфф. -eb- от основы *astr-, которая могла функционировать либо как название той же птицы (см. *astn, ниже), либо как название какого-то качества, свойства, о чем см. также ниже. Собственно слав, характер производного *astr-eb- оттеняет то любопытное обстоятельство, что полные соответствия этому слав, названию ястреба за пределами слав, языков или отсутствуют совершенно или же крайне сомнительны, каково, напр. Astrabakos, имя героя, догреч. происхождения (сближение см. 0. Haas «Балканско езикознание» I, 1959, 41; он же LP III, 1951, 90—91; автор производит имя из гиллейск. *astrabo- < и.-е. *ofcrnbho-; сочувственно по этому поводу: Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 35). Еще одно проблематичное субстратное сближение см. J. Loewenthal WuS. XI, 1928, 62 (где слав, название признается родственным венет. Assoparis, буквально якобы 'детеныш ястреба', из иллир. *assos 'ястреб' < и.-е. *attos, ср. др.-ирл. dith 'острый', лтш. atrs 'резкий, стремительный'). Нам представляется полезной незаслуженно игнорируемая этимология А. Майера, согласно которой основа слав. ^astr-еЪъ родственна слову astur 'ястреб' (в лат. текстах — с XIII в.), определяемому автором как мессап. название (см. A. Mayer KZ LXVI, 1939, 102 и след.; он же KZ LXX, 1951, 105; М. Leumann «Glotta» 36, 1957, 145). Романисты обычно оспаривают древность слова astur, считая его преобразованием лат. accipiter, см. Walde—Hofm. I, 74 (где специально против произведения из и.-е. *astf и сближения со слав, названием ястреба, в частности у Петерссона, см. Н. Petersson IF XXXIV, 247); Ernout-Meillet3 1, 93. Однако бросается в глаза парность astur — uultur, причем последнее — лат. название коршуна — считают древним, см. Ernout — Meillet 3, II, 1328. В литературе пользуется популярностью этимология *astrebb <^ и.-е. *akro- или *ofcro-, тогда как лат. асе I р iteract-/ *аси~, сюда же, далее эпитеты греч. (Ьхотсетт^ 'быстролетящий', др.-инд. asu-pdtvan- (A. Meillet MSL 11, 1899, 185—186; A. Meillet et A. Vaillant RES XIII, 1933, 101-102, где специально о -Ъсуффиксальном; Berneker I, 32—33; А. Соболевский «Slavia» V, 1927, 439—440; Bruckner 200; Stawski I, 518 и след., с подробной литер.; Фасмер IV, 566; Shevelov. A prehistory of Slavic 201; W. Doroszewski. Monografie stowotworcze PF 13, 1928, 83). К этой этимологии тесно примыкает другое объяснение, усматривающее в праслав. *astreb-b старое сложение *asu-str- < и.-е. *dfm-ptr (М. Vey BSL 49, 24—40). Вайян, предполагая здесь сложение, считает его темным по составу, см. Vaillant. Gramm. comparee II, 1, 159. Близкое к этимологии Вея (выше) понимание слав, слова как продолжения и.-е. *dku-pet-ros, общего с лат. accipiter, см. Machek 177 (отличия слав, слова приписываются метатезе и др. фонетич. процессам). Еще Ягич анализировал слав, название как сложение двух компонентов, относя первый из них к др.-инд. аш, греч. сЬхбс 'быстрый', а второй — к слав, гфъ, в то время как, напр., Уленбек реконструировал ^jastb-геЬъ, якобы 'пожиратель куропаток', см. С. С. Uhlenbeck KZ XL, 1907, 556—557 (там же литер.), против чего см. Фасмер, там же. См. еще Л. А. Булаховский ИАН ОЛЯ XVII, 1948, 116-117. Присущее большей части приведенных выше этимологии выделение праслав. прилаг. *astrb < *dkro-l*akro- 'быстрый, резкий' весьма уязвимо, поскольку слав, языки знают достоверно только *ostrb <^ и.-е. *aIcro-l*ofcro-, что же касается гипотетического синонима с долготой гласного (само наличие которого в слав, уже a priori проблематично), то небезынтересно указать на его фактическую недоказанность также и в и.-е. плане. Здесь можно назвать одно лишь лат. асег 'острый', однако и о нем высказываются достаточно неопределенные суждения: «Долгий гласный в слове асег, напоминающий долготу в sacris сравнительно с sacer, не имеет надежного соответствия» (Ernout—Meillet3 I, 10). Искусственно толкование праслав. *astrebb из и.-е. *nt-trmbh'уто-треп' (Д. В. Бубрих ИОРЯС XXIV, 1919—1921, 255). Неясны мотивы вскользь высказанного у Садник и Айцетмюллера (там же) толкования из префиксального сложения *ja-strebb (что собой представляет в таком случае *strebb?). Как курьез можно назвать устаревшее мнение С. Микуцкого (Изв. ОРЯС IV, 1855, 407), который тоже считал я-в слове ястреб «благозвучной приставкой».

*astrębъkъ: чеш. jestfdbek, род. -Ька м. р., ум. от jestrdb (Kott I, 624), н.-луж. jasUebk м. р. 'рябчик Bonasa silvestris' (Muka St. I, 535), польск. jastrzqbek, род. -bka, ум. от jastrzqb (Warsz. II, 143), русск. ястребок, род. -бка 'маленький ястреб'. Производное регулярного вида с ум. суфф. -ъкъ от *astrebb/b (см.). Значение н.-луж. слова вызвано влиянием форм от *агеЬъкъ (см.) и родственных.

*astrębьcь: болг. ястребец ум. от ястреб (Геров), сербохорв. jastrebac, род. -pea м. р., ум. от jastreb (RJA IV, 485), чеш. jestfdbec, род. н. -bee, м. р. 'ястребок', ум. от jestrdb (Kott I, 624). Ум. производное с суфф. -ъсъ от *а8&еЬъ/ъ (см.).

*astrębbjь / *astrębjь: словен. jdstrebji 'ястребиный' (Plet. I, 360), чеш. jestfdbi 'ястребиный', слвц. jastrabl 'ястребиный' (SSJ I, 636), польск. jastrzebi то же (Warsz. II, 143), словин. jastrdbji 'ястребиный' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 385), русск.-цслав. штрАблъ (Ио. Леств., XII в., Срезневский III, 1667). Вариантность оформления праслав. притяж. прилагательного от *astrebb I *astrebb (см.) ъ]ъ I -]ъ — находится, по-видимому, в определенной связи с характером исхода соответствующей субстантивной основы. Древняя картина неизбежно затемняется различной рефлексацией непосредственно вслед за губным согласным (Z'epentheticum или его отсутствие). Иные способы образования притяж. прилагательного от *astrebb/b см. под. *astrebinbjb, *astrebovb.

*astriti: чеш. диал. jastfiti, jastfif, jastriti 'зорко, пристально смотреть' (Bartos Slov. 130), слвц. jastriV то же (SSJ I, 636), польск. jastrzyc то же. Едва ли прав Махек, считая эти зап.-слав, слова вторичными образованиями от усечения полных слвц. jastrdb, чеш. jestrdb 'ястреб' ит. д. (см. Machek 171), хотя общие семантические аналогии такого рода и могут быть названы из глагольной лексики со знач. 'смотреть определенным образом', ср. еще *вдръ — *sqpiti se. Объективно исходное для чеш., слвц. и польск. слов *astriti может быть охарактеризовано как производное на -Ш от именной основы *astr- (см. *as£r&), представленной также в суффиксальном производном ^astr-еЪъ (см.). Образование, надо думать, состоялось еще до присоединения суфф. -еЪъ, что свидетельствовало бы о значительном возрасте гл. *astriti.

*astrǫbъ: словен. jdstrob м. р. 'ястреб' (Plet. I, 360), укр. Лструб м. р. 'ястреб' (Гринченко IV, 545). Праслав. словообразовательный дублет *astr-gb- с суфф. -дЬк распространенному значительно шире в слав, языках и тоже древнему *astr-eb~, с другой апофонической огласовкой суффикса. Словен.-укр. словообразовательная изоглосса. Подробности словообразования и этимологии см. под *а,8&еЬъ/ъ.

*astrъ>: укр. диал. Астер м. р. 'ястреб' (Гринченко IV, 545). Может быть охарактеризовано как сохраненная в чистом виде основа, представленная в слав, языках повсеместно в суффигированных *astr-ebb, ^astr-дЪъ (см.). Об этом свидетельствует глагольное образование *astriti (см.), сохраненное, в свою очередь, в др. слав, языках и расцениваемое нами как производное от праслав. *astn. Предположение о поздних усечениях укр. яструб, ястргб и под. > ястер кажется сомнительным как раз ввиду полного совпадения основы ястер, *astr- с древним словообразовательным членением ^astr-еЬъ/дЬъ. Об этимологии названия ястреба см. подробно под *astrebb \ *astrebb.

*аščеlь?: в.-луж. jescel 'самец ящерицы' (Pfuhl 1073). В случае, если перед нами не вторичное преобразование первоначального *а§сегъ (см.), может быть объяснено как этимологический дублет к этому последнему (и к прочим образованиям от основы *ascer-1 а именно: *ascelb <^ *ask-scel-, где первый компонент относится к *<25&ъ, *askyni (см.), а второй — к *sceliti (см.), собственно — 'раскалывать', которое, кстати, дублетно в этимологическом отношении к *sceriti (см.). Описанный диал. дублет подтверждал бы, т. о., этимологию *ascerb/by о кот. см. ниже.

*aščerica: сербохорв. jduimepuua ж. р. 'сыпь на языке, во рту' (КарапиЬ, RJA: с XVIII в., FG 260), словен. jdscerica ж. р. 'зеленая ящерица Lacerta viridis', 'растение Imperatoria ostruthium', jdscarica, dscerica, dskerica то же (Plet. I, 7, 360), чеш. jestefice ж. p. =jesterka, диал. jascerica (Bartos Slov. 130), слвц. jasterica ж. p. 'ящерица Lacerta' (SSJ I, 636), в.-луж. jescefca ж. p. 'ящерица' (Pfuhl 238), полаб. vistaraica ж. p. 'ящерица' (Polanski — Sehnert 173), польск. стар, jaszczerzyca, jeszczerzyca ж. p. 'ящерица' (Warsz. II, 144, 172), словин. jesciefdcd ж. p. 'ящерица' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 393), ujesciefacd ж. p. то же (Lorentz Slovinz. Wb. II, 1291), русск.-цслав. хщерица 'ящерица' (Срезневский III, 1676), русск. ящерица ж. р., укр. ящурйця ж. р. 'ящерица' (Гринченко IV, 547). Производное с суфф. -tea от *а$сегъ (см.). Для реконструкции ^праслав. формы с а- начальным показательны формы словен., иолаб. и словин. языков (выше), где имеется чистый гласный в начале слова или выступает ^-протеза, при /-протезе в большинстве др.-слав. языков.

*аščеrъ: ст.-слав, мцеръ м. p. оаора, lacerta 'ящерица' (SJS, Sad.), сербохорв. стар. редк. faster м. р. 'ангина, воспаление горла' (XVII в.), 'ящерица' (в народной загадке: guster faster plete gace navrh kuce: dim. RJA IV, 487), диал. jammep 'ящерица' (Djor. II, 187), чеш. jester м. p. 'ящер, змей, дракон', слвц. jaster м. p. тоже (SSJ I, 636), русск.-цслав. шцеръ 'ящерица' (Срезневский Ш, 1676), русск. ящер 'шероховатое воспаление языка у скота и лошадей; трещины по языку; рак языка; кожа, обделанная сыпью, шершавая шагрень' (Даль3 IV, 1588), диал. ящер м. р. 'болезнь языка у рогатого скота' (твер., пенз., Картотека Словаря русских народных говоров). Сюда же примыкают чеш. диал. jascur 'саламандра' (ляшск., Bartos Slov. 130), слвц. диал. jascur м. р. 'ящерица' (Buffa. Dlha Luka 160), польск. jaszczur м. р. 'саламандра', 'шершавая кожа, шагрень' (Warsz. II, 144), русск. ящур м. р. 'род мыши или сони, малый полчок Myoxus avellanarius' (Даль3 IV, 1590), укр.7ящур 'саламандра' (Гринченко IV, 547, I. Верхратський. Знадоби 274), которые восходят к той же праформе *а§сегъ. Формальные отличия (-иг вм. -ег) могут быть объяснены фонетически как лабиализация гласного в условиях отвердения предшествующего шипящего, существенный мотив этого развития коренится в семантике слов, выделении производных значений. Чисто морфологическое объяснение (-иг суффиксальное) едва ли подошло бы. Очевидное направление семантического развития: 'название животного' > 'название болезни' (ср. аналогию русск. рак), затем 'кожа определенного вида' (примеры — выше). Об отношениях русск. ящур 'Myoxus avellanarius' см. специально Фасмер IV, 573 с литер.). Подробный обзор названий ящерицы с этой основой в слав, языках см. еще Будилович. Первобытные славяне I, 1, 164; Miklosich 101; Berneker 1, 33. Наиболее приемлема этимология, согласно которой праслав. *а§сегъ и все близкие формы (см. *ascerica, *а$сегъка, *а$сегъ) происходят из древнего сложения *ask-scer-, причем первая часть представлена в *аэкъ, *askyni (см.), в целом же сложное слово значило 'роющий пещеры, норы', ср. тесно примыкающее сюда *gllscerъ (см.), известное гл. обр. в ю.-слав. языках и близко этимологизируемое как *gu-scer'роющий дыры'. См. Ст. Младенов РФВ LXX1, 1914, 454—458; Младенов ЕПР 115; ср. еще Георгиев БЕР IV, 297. Относительно второй части сложения —• глагольной основы *scer- см. *sceriti. Преимущества приведенной этимологии сравнительно с другими объяснениями (см. ниже) заключаются в том, что она объясняет также и те моменты, которые иначе либо игнорируются (напр. *ascelb, см.), либо прямо признаются темными, как напр. *guscerb, слово, несомненно, тесно связанное с *а§сегъ но происхождению. Близкую к изложенной этимологию дал еще Брюкнер, который, однако, видел в конечных -ег, -иг суффиксы, см. Bruckner 201. Прочие этимологии: сближение с греч. doxaptXco 'прыгать', axaipa) то же (Berneker, там же; отношение *а§сегъ : *guscerb называет темным, оставляет открытым вопрос, — не продолжает ли слав. а- и.-е. префикс *о-); то же см. Фасмер IV, 572, где сюда относятся еще русск. скорый, а также лит. skerys 'саранча', лтш. sfyirgailis, styirgata 'ящерица' (семейство *guscerb не упоминает); сравнение (под знаком вопроса) с греч. ea^apog 'какая-то рыба' см. J. Zubaty KZ XXXI, 1892, 15 (то же см. J Zubaty. Studie a clanky П. Praha, 1954, 361), но ea^apog этимологически означало 'жареная рыба' и произведено от еа^арт] 'очаг', см. Frisk I, 578 (данный словарь указывает именно такое ударение). Ряд этимологии слова построен с учетом возможности происхождения слав. a-

*aščerъka: чеш. jesterka ж. p. 'ящерица', диал. jascirka (Bartos Slov. 130), iscerka, hiscerka, scurka (там же, 132), isterka 'ящерица' (Hruska Slov. chod. 36), польск. jaszczurka, стар, jaszczorka, jeszczorka ж. p. 'ящерица Lacerta' (Warsz. II, 144, 172), русск. ящерка 'ящерица' (Даль3 IV, 1589), укр. ящгрпа ж. р. 'ящерица' (Гринченко IV, 546), диал. ящгрпа 'Salamandra maculosa' (I. Верхратський. Знадоби 274), блр. яшчарка 'ящерица'. Производное с суфф. -ъка от *а!$сегъ (см.), функционально близкое к производному на -lea *ascerica (см.). Распространено в зап. и вост. слав, языках.

*aščerь: в.-луж. jescef м. р. 'выдра; уж' (Pfuhl 238), н.-луж. jasсегм. р. 'ящерица; личинка водяного жука' (Muka SI. I, 535), русск. диал. ящеръ м. р. 'ящерица' (Словарь говоров Подмосковья, 554). Основа на -/о-, в остальном формально и по происхождению тождественная праслав. *а$сегъ (см.).

*ašutь: ст.-слав, дшоутд нареч. Scopedcv, p.ax7]v, gratis, sine causa, frustra 'без причины, напрасно, даром, излишне' (SJS), сербск.-цслав. ашоуть то же (Mikl.), ст.-чеш. jesut сущ. ж. р. 'тщетность, ничтожность' (Simek 58). Видимо, древний, но бесспорно узкий зап.-слав., почти исключительно чеш. диалектизм. Исходя из употребления в определенных ст.-слав, памятниках и из тождества с соответствующими чеш. словами (см. еще *аШъпъ]ъ), ст.-слав, лшеутл характеризуют справедливо как чехо-моравизм, см. подробно А. С. Львов, Очерки по лексике памятников старославянской письменности (М., 1966) 20 и след., особенно 26. Ст.-слав. ЛШОУТА, эквивалентами которого в ст.-слав, текстах выступают Ббзоу\\д, гпыти (см. Miklosich 5; А. С. Львов, там же), правильнее всего, по-видимому, анализируется как *a-sut-, где а приставка со знач. приблизительности, из и.-е. *о-, ср. др.-инд. а, греч. аь, а корень sut- тождествен основе праслав. *йШъ, *sutiti(CM.), сюда же лит. sidutHV неистовствовать, беситься'. Ср. близко Machek 177. Вызывает сомнения, прежде всего — семантического порядка, соотнесение с тЬъ в знач. 'комолый, безрогий' (Berneker I, 33; вслед за ним — Фасмер I, 98). Особую форму русск.-цслав. ошоутъ, ошоути тоже пытаются объяснить как способ русск. переписчиков избежать непривычное а- началь ное (так Львов, там же, 25—26), но следует считаться также с возможностью здесь другой приставки (Фасмер, там же), ср. отношения такого рода в случаях *аЪгё(1ъ, *аг§Ъъ (см.). Прочие этимологии: Н. Pedersen IF V, 1895, 53 (реконструирует *acheu-); Г. А. Ильинский РФВ LXXIV, 1915, 127—129 (сближает с *sujb из общего *keu- 'быть пустым'); А. И. Соболевский «Slavia>> V, 1927, 441 (с одной стороны, сближает с шут, шутка, но с другой стороны связывает с лат. as-tusсхитрость, коварство'); Sadnik — Aitzetmuller. Handworterbuch 212; Львов, там же, 29 (из *asi-utb).

*ašutьnъjь: чеш. jesitny 'тщеславный, пустой, тщетный', слвц. диал. jesutny то же (Kalal 222). Прилаг., производное с суфф. -(ъ)пъ]Ь от основы *asutb (см.; там же подробно об этимологии).

*atje: ст.-слав. Лфб союз eav, el, av, si 'если, если бы', част, et, т], edv, si, an, num 'ли' (SJS, Sad.. Mikl.), wipe то же Mikl., Sad.), др.-серб. аке = асе 'если' (до конца XIV в., Даничич, RJA I, 31), ст.-польск. jacy 'только', др.-русск. аче, ачи 'если, si', 'хотя etiamsi' (Р. Прав. Яр. 1019 г. и др.; Ипат. л. под 1180 г., Срезневский I, 34), аци 'если, si' (Р. Прав. Вл. Мон. по сп. XIV в., Срезневский I, 33). Несмотря на близость значений и условий употребления ('хотя', сесли\), нужно различать *а се (см.) и разбираемое здесь *atje. Эта формально-семантическая близость такова, что, например, для русск. (др.-русск.) мы практически лишены возможности отделить продолжения праслав. *асе от *atje (др.-русск. аци=аче, ачи отражает уже результат собственно русск. неразличения, мены ц/ч и нас здесь непосредственно не интересует как факт |вторичного развития). Тем не менее, данные других слав, языков вполне позволяют выделить продолжения праслав. *atje и расценивать последнее как весьма архаическое образование, исчезающее в языке, ср. Popovic, Geschichte der serbokr. Spr. 541. Во всяком случае следует возразить против отождествления форм, четко восходящих к *atje, и таких, напр., как ст.-польск. acz, ст.-чеш. ас (<С *а се, см.), вопреки Галлису, см. A. Gallis «Scando-Slavica» XI, 1965, 113 и след. Близкой и тоже, по нашему мнению, неприемлемой является другая этимология, по которой между *а се и *atje имеется лишь хронологическое различие, причем *atje (или *atfe) отражает то же *at Me или *6d kue, что и *а се, но на более древнем уровне. Типологически это выглядит как стройное и правдоподобное допущение, но исследователи вынуждены предполагать здесь еще метатезу -tk- > -kt- (откуда результат -tjперед передним гласным), что усиливает проблематичность толкования, которое см.: A. Meillet MSL 10, 1897, 135, примеч. 1; Мейе. Общеслав. язык 78; см. еще специально A. Music AfslPh XXIX, 1907, 625 (и.-е. *6d-que^> ст.-слав. *дс-мб, *лш-чб, *дш-те, тогда как асе— более позднее сложение тех же элементов); Н. Birnbaum «Scando-Slavica» V, 1959, 78—86; Sadnik—Aitzetmuller.Vgl. Wb. 1, 5—6; Shevelov. A prehistory of Slavic 191; SadnikAitzetmuller. Handworterbuch 211; Фасмер I, 99. Против см. A. Vaillant BSL 59, 1964, 141. He более вероятны некоторые др. старые этимологии: Щ1б<^*а ze се (Vondrak. Vgl. slav. Gramm. II, 491, вслед за Маретичем); ст.-польск. jacy — как образование с суфф. -tji вроде dwojcy 'дважды' (см. напр. Z. Klemensiewicz, Т. Lehr-Sptawiriski, S. Urbanczyk. Gramatyka historyczna jqzyka polskiego. Warszawa, 1955, 237; Slawski I, 483, с литер.; см. еще «Slownik prastowianski. Zeszyt ргбЬпу» 3). He вызывает также СОЧУВСТВИЯ Оригинальная ЭТИМОЛОГИЯ СТ.-СЛаВ. Лфб <^ Л + )fCrrAUJT6, др.-русск. аче <С а + хотяче, ст.-польск. jacy < (])а + chcqcy, с предположением соответствующих редукций (К.-О. Falk. W sprawie etymologii starorosyjskiego ace i starocerkiewno-slowiaiiskiego aste 'si', 'etiamsi'. — SO 27, 1968, 63—64). Единственная реальность, которой можно оперировать, — это происхождение перечисленных выше ст.-слав., др.-серб., ст.польск. и др.-русск. союзных слов из праслав. *atje (см. еще Miklosich 4, где говорится об atja). Ср. также Berneker I, 34, где *atje анализируется далее как *atio-. Принимая это членение в целом и отклоняясь от Бернекера в деталях (ср. его толкование at < и.-е. *ot, абл. ед. ч. от местоим. *е-/о-), обратим внимание на близость праслав. *atje и лат. etiam 'еще, также, даже'. Окончание -am представляет собой результат лат. развития (ср. наречия iam, tarn, quam). Т. о., праслав. *atje так относится к лат. etiam, как праслав. *пупё се — к лат. nunquam (имеется в виду прежде всего конец слов). Древнюю функциональную близость праслав. *atje и лат. etiam как своего рода усилит, частиц можно, как кажется, наблюдать в контекстах вроде ст.-слав, иже <м_ре, ст.-польск. jacy kto 'кто бы ни' и лат. quis etiam. Ср. выше относительно близости праслав. *а се и лат. atque.

*atra: болг. ватра ж. р. 'огонь' (только в идиомат. выражениях, Георгиев), сербохорв. ватра ж. р. согонь', чеш. стар., диал. vatra ж. р. 'блеск, пламя' (Kott IV, 561—562), слвц. vatra ж. р. 'костер (под открытым небом)' (SSJ V, 26), польск. диал. watra 'огонь, зола' (Warsz. VII, 474), укр. ватра ж. р. 'очаг; под печи, на котором печется хлеб' (Гринченко I, 129), диал. ватра ж. р. 'кострище, пепел' (В. С. Ващенко. Словник полтавських говор1в, вин. I. XapKiB, 1960, 19), 'жар, угли в костре' (П. С. Лисенко. Словник специф1чноТ лексики иравобережиоУ Черкащини. «Леке, бюл.», вип. VI, Кшв, 1958, 10), 'под печи; огонь, жар; костер, кострище' (Онишкевич. Словник бойювського д1алекту. В, стр. 11), 'огонь (в печи, в костре), жар, раскаленные угли с пламенем; место, где горит или горел огонь; теплое место на печи, лежанка' (Карпатский диалектологический атлас, карта № 142), 'костер' (В. Р. Рущак. Система 1менника гов1рки села Негровець. Дипломна робота. Ужгород, 1960, 109), 'огонь' (Г. Г. Немченко. Особливост1 гов1рки с. Широкий Луг Тяч1вського району. Дипломна робота. Ужгород, 1954, 133), с пепел, искра из соломы; огонь' (Г. Р. Шило. Швденно-захщш говори УРСР на швтч вщ Дшстра. Льв1в, 1957, 241), vatfa 'под печи' (Dejna. Tarnopolszczyzna 125). Настоящее слово представляет собой случай, когда этимологические связи в общем ясны, но сама их природа (заимствование? генетическое родство?) продолжает оставаться недостаточно выясненной. По этой причине даже отнесение слова, представленного в части слав, языков (болг., сербохорв., чеш., слвц., польск. диал., укр.), к праслав. периоду не лишено до сих пор проблематичности. Тем не менее, мы склонны думать, что слово, реконструируемое здесь как праслав. *atra, представляет собой древний элемент слав, лексики, распространенный некогда значительно шире (см. также ниже), т. е. наделенный чертами архаической, изживаемой лексемы, а отнюдь не нового заимствования. Основа этого слова обнаруживает следы древней словообразовательной активности, причем не только в случаях вроде сербохорв. ватрйште ср. р. 'кострище', слвц. диал. vatrisko ср. р. 'цыганский табор' (Buffa. Dlha Luka 229), а также интересного своей великорусской принадлежностью русск. ватрушка 'изделие из теста' (давно и убедительно поставлено в связь с ватра 'огонь', см. еще Miklosich 376; А. Погодин РФВ L, 1903, 231, где указывается на польск. диал., подгальск., watrzniak 'овсяная лепешка, испеченная на углях'; Фасмер I, 279). Замечено также, что сюда относится и русск.-цслав. обатрити СА 'воспалиться' (Жит. По. Злат., Срезневский II, 499; там же: обащренше 'fXe^aov-/) 'воспаление, опухоль', XVI—XVII вв.). Фасмер (там же) использует эти образования как свидетельство исконности слав. *(v)atra, от которого они произведены, как и укр. eampimu 'сгорать' (Гринченко, I, 129). Цслав. данные, однако, не могут быть истолкованы как содержащие еще не протезированное *atra, поскольку с успехом объясняются из об + ватр = , как видел уже Срезневский. Тем не менее, мы условно восстанавливаем праслав. *atra, поскольку v- возникло здесь бесспорно как вторичное наращение, см. Ильинский, Праслав. грамм. 164; Агишаа. Urslav. Gramm. I, 105. Об этом же говорят неславянские соответствия, давно и надежно установленные: авест. Шаг- 'огонь' (см. Н. Pedersen KZ XXXVIII, 1905, 311), др.-инд. dtharva 'жрец-огнепоклонник' (заимств. из ир., см. Mayrhofer I, 28), возможно, также ирл. dith 'печь' и лат. ater 'черный, темный'. См. A. Meillet MSL 14, 1907, 370; Мейе. Общеслав. язык 69; Walde—Hofm. I, 75—76; Ernout—Meillet3 I, 95—96. Все авторы приводят еще в этом ряду арм. airem 'жгу, зажигаю' от незасвидетельствованного имени арм. *air <С и.-е. *ater-, ср. Pokorny I, 69. Как на проблематичное укажем еще на сравнение слав, слова с галльск. atinia 'вид вяза', якобы из и.-е. *athina 'очаг, костер' (L. Loewenthal WuS X, 1927, 163). Вместе с тем другие авторы находят отношение сербохорв. ватра, чеш. vatra и др. к авест. atar- неясным, см. Vaillant. Gramm. comparee I, 186. Более того, несмотря на мнение о том, что форма слав, слова исключает возможность заимствования (см. A. Meillet BSL 24, 1924, 142), а также несмотря на то, что, напр., ударение сербохорв. ватра как будто правильно отражает исконную древнюю долготу гласного, многие лингвисты видят в слав, слове заимствование: из ир. через тюрк. (Miklosich 376); через цыг. посредство (Bruckner 604; Machek 557). Из ир. через рум. объясняет слав, слово Розвадовский (J. Rozwadowski RO 1, 1914—1915, 109—110). Среди балканистов в особенности распространено мнение о заимствовании в слав, из алб. votr'e, vatr'e скостер' — прямо или через рум. vatra, см. Иокль у Фасмера (там же); М. Павловип 1Ф XXII, 1957—1958, 269—270; Popovic. Geschichte der serbokr. Spr. 537, 540, 613. Последний допускает возможность древнего заимствования из фрак. Ср., Георгиев БЕР II, 123, где слав, слово производится из дако-мизийского *oatra <С *otra < и.-е. *atr-\ Трубачев. Ремесленная терминология 202; Б. В. Кобилянський «Мовознавство» 1967, № 6, 42; Shevelov. A prehistory of Slavic 243. Критику фрак, (дак.) посредничества в передаче данного слова из ир. см. J. Hubschmid. «Die Kultur Sudosteuropas, ihre Geschichte und ihre Ausdrucksformen» (Wiesbaden—Munchen, 1964) 101.

*ava: макед. jaea ж. p. 'явь, действительность' (И-С), кашуб.словин. lava ж. р. 'бдение (в противоположность сну)': по lave 'наяву' (Lorentz Pomor. I, 302), русск. диал. ява ж. р. 'показ, выставка' (пек., твер., осташк., Даль3 IV, 1557; Картотека Словаря русских народных говоров), укр. ява 'явь, действительность' («Укр.-рос. словн.» VI, 563), блр. ява ж. р. 'явь; явление, дивное происшествие' (Гарэцш 174; Носов. 725). Сущ. с основой на -а, соотносительное с гл. *aviti (см.), а также с нареч. *ave (см.; там же подробно об этимологии).

*avě: ст.-слав. A&i, ra&i нареч. cpavep&s 'явно, открыто'; S-TfAov 'видно, ясно, известно' (SJS), болг. аве, Лее нареч. (Геров), макед. диал. jaee, нареч. 'наяву' (И-С), сербохорв. jdvi, нареч. 'aperte, manifesto' (<Г *jave, RJA IV, 494), русск.-цслав. шЛ 'ясно, определенно, открыто' (Срезневский III, 1637—1638). Кажется вероятным квалифицировать нареч. *ave как адвербиализированную форму дат.-местн. п. ед. ч. от сущ. на -a *ava (см.), тем более,что последнее реально засвидетельствовано, в частности ср. макед. jaea, что существенно для истолкования случаев *ave (в основном — болг., макед.) также в плане лингв, географии. Однако морфол. характер древних и.-е. соответствий вне славянского, среди которых тоже выступают нареч., убеждает в том, что не обязательно сводить на слав, почве наречн. форму *ave к регулярной падежной форме названного выше слав, имени. Праслав. *аоё давно признано родственным др.-инд. avih, авест. am'открыто', см. Miklosich 101; Berneker I, 34; P. Persson. Beitrage zur indogerm. Wortforschung 2 (Uppsala, 1912), 723; A. Meillet RES VI, 1926, 173; Мейе. Общеслав. язык 69, 405; Mayrhofer I, 82; далее см. Bruckner 201; Slawski I, 527; Machek 178; Фасмер IV, 541; Sadnik—Aitzetmuller Vgl. Wb. 1, 39. Форма индо-ир. слова, а также греч. aiaOavopai 'чувствовать, ощущать' (< *auis-dh-, см. Frisk I, 45), лат. audio 'слышать, слушать' (*a?jis-dh-, WaldeHofm. I, 80) позволяет говорить об общем для них и для слав, исходном и.-е. ттареч. *auis, *U7ze~is. Практически во всех действительно близких и.-е. формах мы имеем дело с исходом основы -i(что может свидетельствовать о позднем возрасте праслав. *ava см.). Только как более отдаленное родство можно трактовать в этой связи праслав. *итъ (см.), на которое обычно указывают авторы. Прочие отдаленные соответствия см. F. Specht «Die Sprache» I, 1949, 45; В. В. Иванов. Общеиндоевропейская, праславянская и анатолийская языковые системы (М., 1965) 155. К праслав. *аиё обычно также относят близкие по форме и знач. лит. ouyje 'наяву' и некоторые др. балт. слова, о кот. см. под *auiti. Праслав. ^ёвкпъ (см.), лит. diskus 'ясный' не имеют сюда отношения, вопреки Микколе, см. Mikkola. Urslav. Gramm. II, 165.

*avida?: укр. диал. явида м. р. 'черт' (Гринченко IV, 534; I. С. Колесник. Матер1али до словника д1алектизм1в украшських говор1в Буковини, 175). Возможно двоякое объяснение. С одной стороны, это может быть префиксальное сложение *a-vid- (см. еще *avidb, ниже) с префиксом в знач. приблизительности от основы гл. *videti (см.). В то же время наличие лит. диал. ovaidas'страшный шалун, сорвиголова', сравнительно близкого по знач. и этимологизируемого из сложного *ovi-vaidas 'являющийся наяву' (К. Buga. Rinktiniai rastai I, 370—371; II, 451—452; Fraenkel I, 519), напоминает нам о возможности происхождения слав, слова из *avi-vid- 'тот, кто привиделся наяву' (знач. 'черт' могло с успехом развиться из этого последнего). См. О. Н. Трубачев. Сб. к 70-летию В. И. Борковского 270—271. Не вполне ясным (быть может, табуистическим?) изменением представляется укр. диал. яведрик м. р. 'чёрт' (Желеховский у Гринченко IV, 534).

*avidь?: русск. диал. (арх.) явидь ж. р. 'змея, которая водится в тундрах' (Даль3 IV, 1557). Этимологически тесно связано с предыдущим (см. *avida), чему не препятствует и знач. обоих слов: 'змея' со 'черт'.

*aviti(sę): ст.-слав, ДБИТИ (СА), ГЖИТИ (СA) drcoxaXoirceiv, cpavepoov, Seixvuvai, opaa&ai, атиохосХбтстеайаь 'явить, открыть, показать; явиться, показаться' (SJS, Sad.) болг. явя 'показать, открыть; сообщить, окликнуть' (БТР), авя (Геров: ав\к), диал. йава 'показать' (с. Желен,* Софийско; дип. раб. Архив Софийск. ун-та), макед. jaeu 'сообщить,;передать; заявить, донести', jaeu се 'показаться, появиться' (И-С), сербохорв. jaeumu 'объявить', jaeumu овце свести за собой овец', jaeumu се 'заявить о себе, дать о себе знать', 'появиться', словен. jdviti 'заявить', jdvitl se 'явиться, дать о себе знать' (Plet. I, 360—361), чеш. jeoiti 'проявить, показать' jeviti se 'появиться', слвц. javli(sa) то же (SSJ 1,637), н.-луж. jawis 'уведомлять, объявлять' (Muka SL I, 536), польск. редк. /аиле 'делать явным, проявлять', jdwic si$ 'являться' (Warsz. II, 147), польск. диал. iavic se 'явиться, прибыть' (Szymczak Doman. II, 343), словин. javjic 'объявить' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 385), русск.-цслав., др.-русск. шити 'показать; заявить, объявить' (Срезневский III, 1634), русск. стар, явить 'обнаружить, показать', явиться, укр. явйти 'явить, показать, предъявить' (Гринченко IV, 535). Можно думать, что основа гл. *aviti произведена от и.-е. наречия, о кот. подробнее см. под *аиё. Обращает на себя внимание тот факт, что как раз в тех языках, в которых установлены надежные родственные соответствия слав, слову, мы имеем дело в первую очередь с наречиями (др.-ипд, avib, avis, авест. avis) и с отнаречиыми образованиями (греч. ab-fr

*avo: ст.-чеш. javo только в выражениях па javo, v javo, па jeve 'явно, открыто' (Gebauer I, 605). Наречн. образование. Этамологию основы см. подробно под *ave, *aviti.

*avodь?: русск. диал. яводъ ж. р. 'струя, быстрина' (иск., твер., осташк., Даль3 IV, 1559; Картотека Словаря русских народных говоров). Согласно Калиме у Фасмера (см. Vasmer III, 478), сложение приставочного русск. я- (<С праслав. *а-) и основы сущ. *voda. Другая этимология (см. Berneker I, 429) реконструирует в первом компоненте *(j)e- (см. *

*avorina: сербохорв. javor ina ж. р., увелич. от javor, также как ороним (у Стулли в знач. сlignum plataninum'; RJA IV, 498), словен. jduorina ж. р. 'древесина клена' (Plet. I, 361), чеш. диал. jauofina 'яворовый лес', 'место в лесах, отведенное для пастьбы овец' (Bartos Slov. 131), слвц. javorina ж. р. 'яворовая, кленовая поросль' (SSJ I, 638), русск. яворина ж. р. 'дерево явор в поделках' (Даль3 IV, 1559). укр. яворина 'явор, яворовое дерево' (Гринченко IV, 535). Производное с суфф. -ina от *аиогъ Г (см.).

*avorišče: сербохорв. javoriste ср. р. 'место, где растут яворы' (Микаля: 'platanetum'; Стулли: 'locus platanis consitus' RJA IV, 498), словен. jdvorisce ср. p. 'кленовый лес' (Plet. I, 361). Производное с суфф. -isce от *аиогъ I (см.). Ввиду популярности данного суфф., в частности — в сербохорв., древность образования скорее проблематична.

*avorovъ(jь): ст.-слав. <\&оро&ъ TiXa-dcvou 'кленовый, платановый' (SJS), болг. (Геров) яворовый, аворовый, сербохорв. jdeopoe 'кленовый' (КарапиЬ; RJA: с XIV в.), словен. jduorou то же (Plet. I, 361), чеш. javorovy, слвц. javorovy 'яворовый, кленовый' (SSJ, I, 637), в.-луж. jaworowy 'яворовый', русск. яворовый, укр. яворбвий 'принадлежащий явору, сделанный из явора' (Гринченко IV, 535), блр. яваравы 'яворовый' (Блр.-русск.). Прилаг., производное от *аиогъ I (см.) с помощью суфф. -ov-.

*аvоrъ l: цслав. л&оръ, шоръ м. p. TuXaTavos, platanus (Mikl.), болг. явор м. р. 'явор Acer pseudoplatanus (БТР), авор (Геров), макед. jaeop м. р. 'явор' (И-С), сербохорв. jdeop м. р. 'явор Acer platanoides', словен. jduor м. р. 'клен, явор' (Plet. I, 361), чеш. javor м. р. 'клен Acer', диал. jabor то же (Hruska Slov. chod. 37), слвц. javor м. p. 'явор, белый клен' (SSJ I, 637), в.-луж. jawor м. p. 'явор Acer platanoides' (Pfuhl 231), н.-луж. jawor м. p. то же (Muka SI. I, 537), полаб. jovdre мн. м. p. (*avory) 'клены' (Polaiiski—Sehnert 76), польск. jawor м. p., jawor, диал. jabor 'явор' (Warsz. II, 148), русск. явор м. p. 'особый вид клена, белый клен', 'чинар Platanus orientalis' (Даль3 IV, 1559), укр. Aeip, род. явора м. р. 'явор Acer pseudoplatanus' (Гринченко IV, 534), блр. явар 'явор'. Довольно подробный обзор форм по слав, языкам см. еще: Будилович. Первобытные славяне I, 1, 134 (где сообщается еще любопытное сербохорв. jaxop). Праслав. заимствование из герм, (и, кстати, единственное известное нам герм, заимствование в составе праслав. лексики на изначальное). В качестве источника слав, слова уже довольно давно указывали на герм, форму, близкую др.-в.-нем. ahorn, соврем, нем. Ahorn 'клен', ср. Miklosich 101; см. особенно Berneker I, 35, где предпринята серьезная попытка объяснить разницу в исходе герм, и слав, слов таким образом, что герм, форма на -п была воспринята как прилаг. *аиогъпъ, откуда обратное производное *аиогъ. Фонетические неясности, возникающие при этой этимологии, устраняются при произведении слав, слова из более простой герм, формы вроде др.-бав. *ahor-. См. Е. Schwarz AfslPh XL, 1926, 284—287 (ср. там каринтийское cjhr и другие нем. диал. формы); Kiparsky. Die gemeinslav. Lehnworter aus d. Germ. 229. Ср. еще в пользу герм, источника без конечного -п приводимые Махеком многочисленные нем. диал. формы Are, Ohr, Ure, Ere и др. (см. V. Machek LP II, 1950, 154; Machek 172; не может вызвать одобрения лишь развиваемая там идея о «праевроп.» субстратном происхождении как слав., так и герм, слова). Пытаются очень точно датировать заимствование из герм. (Е. Schwarz, там же: VI—VIII вв. н. э.; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 40: VI—VII вв.),; на основании реконструкции прагерм. *ehura-, принимая во внимание, что процесс перехода и >> а в зап.-герм, уже закончился ко второй половине I тысячелетия, откуда зап,герм. *ahor-, прототип слав. *аиогъ. См. еще Фасмер IV, 541 — 542. С точки зрения озвончения герм, -h-, которое, видимо, поэтому и не могло быть передано иначе в слав, как с помощью -ина месте возникшего зияния (или можно говорить о субституции -V- вместо герм, -h- в славянском? — ср. особняком стоящее сербохорв. jaxop, хотя в последнем можно видеть местное проявление тенденции гиперкорректности), сравнительно поздняя датировка заимствования здесь, действительно, уместна. Но реконструкция прагерм. *ё~/шга- не обязательна: родство герм, слова с лат. асег 'клен' и греч. axapvog * odtavr] (Гесихий) говорит о начальном а- в прагерм. *ahira- 'клен', см. Walde—Hofm. I, 6. Из прочей лит-ры см. подробно Slawski I, 528—529; J. LoewenLhal WuS X, 1927, 153 (с неудачной попыткой исконной слав, этимологии); V. Kiparsky AION (sez. slava) I, 1958, 19 с привлечением акцентол. критерия).

*"аvоrъ II: др.-русск. яворъ 'кладь сена?' (косит на триста коле/,Гч и явори г^ие с той иеговы НОЛАНЫ роавозил а было на ней се" яворо^ а ка^ г'^не ту землю паше1' и лугтт косит и яворы ро3возпл тому сем л'Ь1'. . .—Правая Рязанского писца Мокр, м-рю, № 81. 1523—1524 гг. ДРС). Единичная лексема, полные соответствия которой нам неизвестны ни из русск., ни из других слав, языков. Вместе с тем есть основания полагать, что перед нами древнее слово. Из довольно пространного контекста приведенной др.-русск. цитаты явствует как будто знач. яворъ-- с кладь сена (приспособленная для перевозки)', ср. указание на то, что именно яворы развозились с полян и лугов. Это ранее как будто не этимологизировавшееся слово можно объяснить как сложение приименного префикса аи основы *иогъ (см.), отглагольное производное от *иъгёИ 'запирать', широко встречаемое в слав, лексике как в связанном виде (*zavor&, *otvon, *obvoram. р.), так и в свободном употреблении— *иогъ, ср. польск. wor смешок'. Семантика этой основы вполне соответствует видимому знач. др.-русск. яворъ с*увязанная кладь'. Для дальнейшего сравнения с реконструируемым *аиогъ II 'увязанная кладь' целесообразно привлечь греч. aopov • ao^Xov, TCUX&VOC, &op(opov. Катерки (Гесихий). В словаре Фриска это кипрское название дверного запора сближается в первую очередь со ст.-слав. ЗЛ-БО^Ъ в том же знач. (Frisk J, 117). Однако, думается, что еще более близким соответствием греч. aopov, вин. п. ед. ч. от *аоро;, является праслав. диал. *шюгъ II в описанном знач. Фриск анализирует греч. слово как *smuoros\ но исходный гл. asipw 'связывать' встречается последовательно только с приставкой cuv (что было бы при условии упомянутой этимологии плеоназмом), а разные случаи употребления именной основы -аориоказывают долготу -а-, что также говорило бы против -а-<^-ти скорее в пользу *a-uo'ros. Правда, обычно праслав. а- префиксальное трактуется как продолжение и.-е. *о / *е и соответствие греч. со-, что сообщает определенную проблематичность сближению праслав. *а-иогъ с греч. *a-Fopoc. В остальном функциональное тождество праслав. префиксальных сложений *а-иогъ и *za-von (см. выше), близко напоминающее случаи *aduxa: *za~ duxa и *apadb: *zapadb, позволяет поставить *агогъ II в один ряд с прочими известными случаями употребления этого префикса. См. О. Н. Трубачёв Сб. к 70-летию В. И. Борковского 271—272.

*avorьje: словен. jdvorje ср. р. 'кленовый лес' (Plet. I, 361), чеш. javofi ср. р. 'яворовый лес' (Kott I, 604), слвц. javorie ср. р. собир. редк. 'яворы, яворовый лес' (SSJ I, 637). Производное с собир. суфф. -ь]е от *аиогъ I (см.).

*avorьnica: сербохорв. javornica ж. р. 'явор', 'название растений Rubaghe, Laurus nob. L.' (RJA IV, 499), сюда же чеш. Javornice ж. p., название деревни в округе Градец Кралове (Kott I, 604), укр. диал. явЬрнйце 'Johannisbeere, Ribes rubrum' (I. Верхратський. Знадоби 274). Производное с суфф. -ътса от *аиогъ I (см.) или соответственно— с Аса от *аиогъпъ (см.). Древность проблематична.

*"ауоrьnikъ: словен. juror nih' м. р. 'сорт imnoi радиои лозы' (Ие1. I, ;>61), чеш. javornl/X м. р. 'майский жук', 'яворовый лес', также название горы в Болеславском округе и в Моравии, название деревни (Ко(Л I, 604). Производное с суфф. -ыикъ от *аиогъ I (см.) или с суфф. -гкъ от основы прилаг. *аиогъи-. Может быть местным новообразованием.

*аvorьnъ(jь): сербохорв. стар, javoran 'яворовый' (у одного автора XVII в., а также в словарях Микали, Беллы и Стулли; RJA IV, 498), русск. яворный 'яворовый' (Даль3 IV, 1559). Прилаг., производное с суфф. -ъп- от *аиогъ I (см.).

*аvъ: сербохорв. jae м. р. н выражении ни стрва ни jaea сни. слуху, ни духу', чеш. jev м. р. 'проявление', стар, jav 'свет, ясность, явность' (Kott I, 626), нольск. jaw м. р. в выражении па jaw 'на свет божий' (YVarsz. II, 146), русск. яв м. р. в выражении на яву 'в полном, здравом уме, в бодрствующем состоянии', диал. яв 'извещение, уведомление, сообщение' (калуж., Картотека Словаря русских народных говоров). Будучи распространено относительно широко и представлено в диалектах, сущ. *аиъ имеет, однако, признаки вторичного, отглагольного образования и в свете того, что нам известно о праслав. *ave, *aviti (см.), не может возводиться к глубокой древности.]

*аvъkа: сербохорв. диал. javka ж. р. 'курица, несущаяся впервые' (RJA IV, 496), др.-русск. шъиа'вид пошлины' (Жал. гр. Дм. Ив. Тр. Серг. мон. 1389 г. и др., Срезневский III, 1637), русск. явка, диал. (твер.) 'рубка леса на продажу' (Даль3 IV, 1558). Производное с суфф. -ъка от гл. *aviti (См. Ж. Ж. Варбот. Древнерусское именное словообразование (М., 1969) 80—81. Разнохарактерность и пестрота значений и функций в отдельных слав, языках (nomen actionis — в русск., nomen agentis — в сербохорв.) делают вероятным независимое параллельное и сравнительно позднее образование этого производного. Вместе с тем интересно как отражение древней семантики 'впервые показать, явить'.

*аvь: сербохорв. jav ж. р. 'явь, бдение' (RJA IV, 493), польск. jaw, род. jawi ж. р. (в фразеол. оборотах, Warsz. II, 146), русск. явь ж. р. 'реальная действительность в противоположность сну, бреду, мечте', диал. явь: на яви=наяву (волог., калуж., Картотека Словаря русских народных говоров). Сущ. ж. p. *avb образовано вторично от гл. *aviti (см.). В морфол. иерархии 'наречие' 'глагол' 'имя' в случае с семейством слов *ave, *aviti, *avb, *avъкa, *avb убеждает нас и сравнение с и.-е. соответствиями, о кот. см. подробно под *ave, *aviti. О вторичности образования *avb см. еще Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 40 (там речь гл. обр. о семантич. мотивах).

*аvьnъ(jь): болг. Авен 'явный, очевидный' (БТР) (Геров: Авный, авный) макед. jaeen 'явный, открытый, публичный; общеизвестный' (И-С), сербохорв. jaeaH 'явный', словен. jdven то же (Plet. I, 360), чеш. jevny 'явный, общественный' (Kott I, 626), слвц. javny 'явный, ясный, видимый' (SS.I [, 637), н. луж. jawny 'явный' (Muka St I, 537), польск. jawny 'публичный, общественный; открытый; видный' (Warsz, II, 147—148), словин. javni 'общественный' (Lorentz Slovinz. Wb, I, 386), др.-русск. тъныи 'явный, открытый' (Срезневский III, 1637), русск. Лвный, укр. явный 'явный, известный, очевидный' (Гринченко IV, 535), блр. Лины 'явный'. Прилаг. с суфф. -ьп~ от *аиь, *аиё (см.) или др. близких видов :>той основы. Условно можно отнести к позднепраслав. времени. Знач. 'общественный, публичный' в ряде слав, языков (чеш., польск. и др.) — новая калька с нем. offentlich в том же знач. Последнее обстоятельство упускает Славский (см. Stawski Г, 527—528, где подробно о данном слове)

*aziea: в.-луж. jazyca ж. р. 'рыба Alosa' (Pfuhl 1072), н.-луж. jazyca ж. р. 'плотва, шерешпер Idus melanotus' (Muka St. I, 538), польск. jazica 'язь' « Warsz. II, 149). Производное с суфф. -ica от *azb (см.)

*аzъ: ст.-слав, лзъ мест, еуш 'я' (SJS, Sad), болг. аз 'я', обл. Лзе, я 'я' (БТР), диал. йа (с. Баница, Врачанско, дип. раб.; Архив Софийск. ун-та), ее 'я' (Стойчев БД II, 157), макед. jac 'я' (И-С, Кон.), сербохорв. ja 'я', диал. jaz то же (Tentor. Leksicka slaу an ja 75), словен. jaz 'я' (Plet. I, 361), чеш. ja 'я', ст.-чеш. jaz (Gebauer I, 606), слвц. ja 'я' (SSJ I, 626). в.-луж. ja 'я' (Pfuhl 228), н.-луж. 'я' (Muka St. I, 518), иолаб. jo, joz 'я' (Polanski—Sehnert. 75), ст.-польск. jaz, польск. ja 'я' (Warsz. II, 148), словин. jau 'я' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 389), др.-русск., русск.-цслав. азъ, шъ, 1 слав, e/ja, ст.-слав, i, и. Упомянутый рефлекс последовательно сохраняется в ст.-слав., где нет сколько-нибудь надежных древних примеров начального л- на месте первоначального jL т. Давно уже указано на то, что л- в ст.-слав дзъ нельзя связывать с 4, см. А. Соболевский РФВ LXIV, 1910, 103, правда, этот ученый делал отсюда вывод об отсутствии тесной связи &зъ с лат. ego, греч. е-р, в чем за ним едва ли можно последовать. Многие авторы предпочитают квалифицировать отношения слав, формы как неясные. См. Vaillant. Gramm. comparee 1,185; В. Георгиев «Slavia» 28, 1959, 6; Георгиев ВЕР I, 5 («. . .а в праслав. *azъ может происходить от и.-е. а или о»). В своей книге «Вокалната система в развоя на славянските езици» (София, 1964) 17 Георгиев уже считает форму ст.-слав, дзъ с чистым гласным началом вторичной, из *jazb или даже *jazh < IT.-е. *egHsm. Но это противоречит тому, что известно об употреблении ст.-слав, форм — в основном &зъ, при единичном 'кзъ (в сочетании и кзъ, Map.). Ср. и В. Георгиев. «Известия на Института за български език» XI, 38. Надо считаться с фактом, что у- здесь не был постоянным первое время и лишь появлялся в определенных синтаксич. условиях, ср. упомянутое и кзъ. См. A. Mcillel RSI, 26, 1925, 202; Е. Nieininen «Scando-Slavica» II, 1956, 25 (где проводится сравнение и i3Z, Map. с и &зъ, 3orj).). J Го могут быть приняты всерьез попытки реконструкции форм вроде русск. я <^ *yV, *уо<и.-е. *H1j-eH1 в кн.: G. Liebert. Die i.-e. Personalpronomina und die Laryngaltheorie (Lund, 1957; цит. по рец.: J. Puhvel «Language» 35, 1959, 654). He является выходом из положения и гипотеза о стяжении а *егъ > *azъ (Berneker I, 35), потому что реальные стяжения с союзом а обычно не вступают затем в новые сочетания с этим союзом, напр. русск. ан « *а опо), в отличие от обычного русск. а л и т. п. Мысль О слав.-ир. изоглоссной связи вокализма слав. *аъъ и осет. aez, курд, dz, талыш. az, памир. az, согд. azu, авест. azsm то же см. В. И. Абаев Сб. к 70-летию В. И. Борков ского 11. Можно констатировать лишь, что ни одним из известных способов не удалось доказать вероятность исторического тождества и.-е. е- и праслав. а- в формах местоим. 1-го л. ед. ч. И.-е. *egd(m) должно было правильно отразиться в слав, в виде *eza или *jbza, ср. в последнем случае отношение начала слов лат. ето: праслав. *]ъту. Праслав. *jbza 'ego' оказалось в невыгодной ситуации по причине возникшей омофонии с предл. *za (см.) и его сочетаниями (*jbz za), почему и могло подвергнуться метатезе (> *азъ) для сохранения формальной самостоятельности важного слова. Допущение подобной «патологии и терапевтики» в случае с *azb единственно способно простейшим образом объяснить количество и качество гласного а-. Между прочим, к мысли о метатезе здесь близко подходят те из индоевропеистов, которые говорят об отражении в слав, форме особого и.-е. *6g- (см. Ernout—Meillet 3 I, 343; Т. Milewski; цит. no: RS XII, 1936, 80). Что касается древней независимости употребления и эмфатической природы данного и.-е. местоим., то многое говорит за то, что перед нами в сущности целое слово-предложение, которое можно прочесть как *egdm<^*e go ете 'вот я!' Здесь *е — указат. мест., *|о — энклитическая частица, *ете — основа косв. пп. местоим. 1-го л., в данном случае — в употреблении, близком англ. it is т е 'это я'. Такая фразовая реконструкция позволяет заключить, что в основе всех и.-е. форм лежало полное *е£от (с заместительным удлинением о или без него), поэтому реконструкции якобы более архаичного *eg- оказываются беспредметными. Возможность образования и.-е. формы из е- местоименного и частиц *ghe, *gho названа у Покорного (см. Pokorny I, 291), но ключевое для всей конструкции -т конечное охарактеризовано им неудачно — как показатель ср. р. (вслед за И. Шмидтом). Иной порядок расположения упомянутых элементов — *m-e-go представлен в тох. ?шку венет, теуо.

*аrъkъ / *аrьkъ: чеш. диал. jazek 'рыба елец' (Rartos Slov. 13), н.-луж. jazk м. р. 'малый шерех' (Muka Si. 1, 537). Производное с соответствующей суффиксацией (-ъкъ или -ъкъ) от основы *azb (см.).

*аzь: сербохорв. jdz м. р. 'рыба Idus melanotus' (RJA IV, 500), словен. jez м. р. 'плотва, язь' (Plet. I, 369), чеш. jes, jesen м. p. 'язь Leuciscus', в.-луж. jaz 'бычок, Cottus', н.-луж. jaz м. p. 'язь, шерешпер Leuciscus idus, Idus melanotus' (Muka St. I, 537), польск. jaz м. p. 'язь' (Warsz. II, 149), русск. язь м. p. Пресноводная рыба из семейства карпов, Leuciscus idus' (Подвысоцкий 197), укр. диал. язя ж. р. 'рыба Leuciscus idus' (Гринченко IV, 537), язь м. p. 'Leuciscus idus, Idus melanotus' (там же), блр. язь 'язь'. Убедительно проэтимологизировано Янзеном как родственное лит. *ozz/s'козел', что предполагает и для праслав. *azb первоначальное знач. 'козел', полностью вытесненное затем вторичным знач. 'язь, рыба', (ср., впрочем, еще *azbno как остаток, след древнего знач.). Такое обозначение объясняется тем, что для карпообразных рыб характерно наличие подобия усов, отсюда — возможность сравнения их с бородатым козлом. В нем. языке язь носит также название Ziege 'коза'. См. A. Janzen ZfslPh XVIII, 1942, 29—32; Фасмер IV, 551; Machek 172; Fraenkel I, 519; А. П. Критенко «Русск. речь» 1968, № 5, 129—131 (то же см. «Мовознавство» 1967, № 1). Необходимо, впрочем, взвесить и др. возможность — происхождение от *ёzъ 'плотина, запруда', поскольку язи периодически сбиваются массами поперек реки, см. Stawski I, 532—533. Нем. название рыбы Jesen скорее само V заимствовано из слав., чем наоборот (как см. К. Strekelj AfslPh XIV, 1892, 526). См. еще К. Moszynski JP XXXVII, 1957, 298. Очень подробно в последнее время см. I. Leder. Russische Fischnamen (Wiesbaden, 1968) 51 и след., где подвергнута сомнению этимология Янзена, сам автор толкует слово из первонач. обозначения блеска.

*azьnĕnъjь: русск.-цслав. тънЪныи 'кожаный' (Изб. 1073 г., Срезневский III, 1650). Прибал., производное с суфф. -ёп- от *azbno (см.).

*аrьnо: серб.-цслав. азно ср. р. (Зброа corium detractum, шъно ср. р. Sspjxa corium (Mild. 3, 1145), русск.-цслав. шъно 'кожа' (Гр. Наз. XI в. и др., Срезневский III, 1650). Субстантивированное прилаг., производное с суфф. -ьп- от *azb (см.) в древнем знач. 'коза, 'козел'. Точное соответствие находит в др.-инд. ajinam ср. р. 'шкура', далее — лит. прилаг. ozinis козий', ср. др.-инд. ajd- м. р. 'козел', лит. ozys м. р. то же. В семантическом отношении ср. праслав. *koza 'кожа' — от *koza 'коза'. См. Berneker I, 35—36; A. Meillet MSL 12, 1902, 226 (где обращается внимание на отношение a: a); Mikkola. Urslav. Gramm. I, 51 (говорит о продлении анлаута в отличие от др.-инд.); J. Loewenthal AfslPh XXXVII, 1920, 387; Trautmann BSW 22; Мейе. Общеслав. язык 396; Фасмер IV, 550; Mayrhofer I, 23; Fraenkel I, 519; Трубачев. Дом. жив. 84; О. Haas «Godisnjak» IT, 1961, 95; Sadnik—Aitzelmuller. Vgl. Wb. 1, 42; A. Sabaliauskas. Ballu. каНзц naminiu, gyvulhi pavadinimai. «Lietuviij kalbolyros klausimai» X (Vilnius, 1968), 123.

*aževina?: слов-еи. azeinna ж. р. 'отходы при дублении кож', 'сердцевина тыквы, густой мох на деревьях и сырых стенах' (Plet. I, 7). В литературе уже указывалось на возможность связи с *azbno (см.), см. Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 1, 42, Bezlaj. Etim. slovar., рукой. Детали словообразования неясны. Можно объяснить из *az-jev-ina с той же основой, что и *azb. Два последних знач. словен. слова представляются вторичными. B

*ba: болг. ба, междом. с противит. знач. (БТР), диал. ба, утвердит, част., 'да' (с. Добротино, Гоцеделчевско, дип. раб. Архив Софийск. ун-та, М. Младенов. Говорът на Ново Село, Видинско 207), макед. ба\ междом., передающее удивление в связи с чем-либо неожиданным (Кон.), сербохорв. Ьа, междом., передающее удивление и утверждение (редк., с XVI в., RJA I, 128; Елез. I), чеш. Ьа, нареч. утвердит., усилит., слвц. Ьа, част, утвердит., усилит. (SSJ I, 60; Buffa. Dlha Luka 130), н.-луж. Ьа, междом. удивления (Muka Si. I, 6), польск. ba 'поистине, ей-ей', 'даже, больше того', свот', 'ага', 'еще бы, конечно', 'ну' (Warsz. I, 77), русск. ба, междом., выражающее удивление, догадку, укр. ба, междом. 'вишь, видишь; вот, а вот; да, да нет; даже, да и' (Гринченко I, 12), ст.-укр. ба 'даже' (XVII в.), ^наоборот, как раз' (XVIII в.) (Тимченко I, 44). Праслав. *Ьа — междом. весьма старого вида и происхождения, характеризовавшееся целым комплексом значений, начиная с сугубо экспрессивных междометных функций (сигнализация удивления, неожиданной ситуации, далее — сюда же обозначение чего-либо отвратительного, в обращении к детям, ср. русск. бя и др. опускаемые здесь слав, примеры), видимо, древнейших, и кончая функциями утвердит, частицы вроде 'да', 'конечно' и под. Трудно отделять одно от другого, как это делают разные авторы, см. Berneker I, 36; Фасмер I, 39; Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 61. Ср. Георгиев ВЕР I, 22, где указывается, что ба 'утвердит, част.' есть, по всей вероятности, семантическая разновидность междом. ба. Родственно авест. Ьа, утвердит, и усилит, частица, греч. ©TJ 'словно', лит. Ьа, утвердит, част. См. Berneker, там же; Trautmann BSW 22—23; Slawski I, 24; Machek 20; Pokorny I, 113 (:bh8, bhS): Hofmann 396; Fraenkel I, 2S; eStownik. prasiowiariski. Zeszyt probny» 4. Очевидную связь *Ъа и *Ьо (см.) нередко толкуют с помощью чередования гласных, однако справедливее считать, что праслав. *Ьо вторично не только семантически (см. Мейе. Общеслав. язык 388, о знач. 'потому что'), но и формально, по своему вокализму, а именно: *Ьа, междом. > > *ba > *Ьо, с сокращением древней долготы в условиях энклитич. употребления (см. *i bo, *li bo и др.).

*baba: ст.-слав, БДБД Ж. р. р.ар.рл], avia 'бабушка', »лаТа, obstetrix сповивальная бабка', nutrix 'пестунья, воспитательница' (SJS, Sad.), болг. баба ж. р. 'бабушка; старуха; теща' (БТР), 'пленка, в кот. появляется на свет ребенок', 'колбаса из толстой спипоп кишки, начиненной мясом' (Младенов БТР, Геров), 'пеликан', 'хищная птица, нападающая на кур' (Младенов БТР, Геров — Панчев), 'повитуха, акушерка', 'крупная дикорастущая ягода', 'старое дерево', 'отверстие, в кот. ходит ось мельничного жернова', 'детская игра' (Горов. Страндж. БД I, 65; Попгеоргиев БД I, 207; Стойчев. Родоп. БД II, 125), макед. баба ж. р. 'бабушка; теща; старуха; повивальная бабка, акушерка' (И-С), диал. баба 'деревянная ступица оси мельничного жернова' (С. Поповски. Зборови од Мариово. — MJ I, 1950, 162), сербохорв. баба ж. р. 'бабушка', 'старуха', 'кормилица', 'жена', 'теща', 'свекровь', 'тетка' (РСА I, 218-219; Mic 172; LM 366; GP 79), 'повитуха, акушерка', 'пчелиная матка' (Vis 148, 198, 24, 195), babe ж. р. 'божья коровка Coccinella septempunctata' (у Бука — бабе, собственно — зв. п. ед. ч., RJA I, 131; сюда же диал. babacienka 'божья коровка', Sus 151), также в проч. значениях — 'самый крупный табачный лист', 'стропило, балка', 'опора моста', 'опора веретена верхнего мельничного жернова', 'рычаг, подъемная стрела', 'путевой, межевой знак', 'круглый камешек', вообще — термин ряда детских игр, название изделий из теста, название разных видов рыб и морских животных (РСА, там же), словен. баба ж. р.'бабушка', 'повивальная бабка, акушерка', 'баба, взрослая женщина', также название ряда технических деталей, 'гайка' (Plet. I, 7—8), чеш. baba ж. р. 'бабушка', 'старуха', 'повивальная бабка', 'баба, замужняя женщина', также название ряда обычаев, игр, кушаний (см. еще Kott. Dod. k Bart. 1), baby, baby мн. 'разновидность облаков', слвц. baba ж. р. 'бабушка, старуха', 'баба', 'жена, замужняя женщина', 'повитуха', название изделий из теста, 'пугало' (SSJ I, 60), в.-луж. baba ж. р. 'старуха, бабушка', 'повитуха', 'изделие из теста', 'птица пеликан Pelecanus onocrotalus' (Pfuhl 3, 1054), н.-луж. baba 'старуха, (старая) баба', 'баба (пирожное или булка круглой формы)', диал. 'повивальная бабка' (Muka St. I, 6), полаб. bobo ж. p. 'старуха', baba ж. р. 'бабка с материнской стороны', boba ж. р. 'повивальная бабка' (Polanski—Sehnert 35, 39), польск. baba ж. р. 'баба, жена', 'старуха', 'замужняя женщина', 'бабушка, мать, тетка матери или отца', 'изделие, выпеченное из теста в особой форме', baby мн. 'старопольское название созвездия плеяд' (Dorosz. I, 278—280), словин. baba ж. р. 'старуха', 'баба', 'самка животного' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 10), др.-русск. баба 'женщина замужняя', 'мать отца или матери', 'повивальная бабка', 'ворожея' (Срезневский I, 36—37), русск. баба ж. р. 'замужняя женщина', 'жена', 'бабушка', 'тяжелый молот, болванка, гиря разного устройства', диал. баба 'треног с железным наверху шпилем, на кот, насаживают воробы' (Подвысоцкий 2), 'прибор для свивания ниток, состоящий из тренога и вращающегося на нем креста, со вставленными на его концах веретенами' (Куликовский 2), 'птица пеликан Pelecanus onocrotalus' (Даль 3 I, 83), 'синяя или зеленая стрекоза', 'устарелая бесплодная пчелиная матка', 'моль, бабочка' (Картотека Псковского областного словаря), 'рыба Cottus gobio L., подкаменщик' (Филин 2, 14), 'род высокого кулича, из очень сдобного теста, выпекаемого в цилиндрических формах', 'булка из пшеничной муки, имеющая цилиндрическую форму' (Добровольский 18), сюда же диал. бабаха ж. р. 'оладья, лепешка' (Псковский областной словарь 1, 80), ст.-укр. баба ж. р. 'замужняя женщина', 'старуха', 'бабушка', 'знахарка, ворожея', 'повитуха' (Тимченко I, 44), укр. баба 'женщина, баба', 'старуха', 'бабка, бабушка', 'повивальная бабка', 'нищая', 'знахарка', 'рыба Cottus, бычек, головач' (Гринченко I, 12—13), 'колода, чурбан с рукоятями для вбивания свай или утрамбовки земли' (там же), 'деревянная колода с полукруглыми выемками для бревен или с ручками, которую ставят в сани при перевозке бревен', 'задняя часть саней' (Л. И. Масленникова. Из полесской терминологии транспорта. «Лексика Полесья». М., 1968, 161), 'большой шарообразный комок горшечной глины, образованный для перевозки глины с места добывания в мастерскую горшечника' (Гринченко, там же), 'трясина' (А. С. Лысенко. Словарь диалектной лексики северной Житомирщины. «Славянская лексикография и лексикология». М., 1966, 9), 'птица пеликан Pelecanus crispus', 'сойка Corvus glandarius' (Гринченко I, 13), 'вид кушанья из теста' (там же), блр. баба 'баба'. «У всех славян baba имеет одно и то же основное значение, а часто и одинаковые вторичные значения» (Machek 20). Это высказывание суммирует распространенную в науке точку зрения, согласно которой праслав. *baba — слово детской речи (Lallwort) с главным знач.'старуха, бабка', тогда как остальные значения — результат вторичного переноса, в основе которого лежит либо простая метафора (обозначение чего-либо по сходству со старой женщиной, бабой), либо языческое представление, напр. русск. бабочка 'мотылек' — это первоначально 'душа бабки, предка женского пола'. См. А. А. Потебня РФВ VII, 1882, 69; Фасмер I, 100. Знач. 'старуха, бабка' — бесспорно древнее, ср. лит. ЪбЪа 'старуха, баба', лтш. baba то же; см. F. de Saussure MSL 8, 1894, 431; Berneker I, 36; Trautmann BSW 23; Фасмер, там же; Fraenkel I, 52; Трубачев. Слав, термин, родства 72; Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 64; Георгиев БЕР I, 23. Однако едва ли необходимо считать, что именно это знач. легло в основу всех прочих перечисленных выше. Укр. диал. значение 'трясина' и некоторые другие трудно объяснить из 'бабка, старуха'. Здесь могли отразиться древние значения 'жидкая пища, каша', 'набухать', свойственные еще для и.-е. звукокомплексов *ЪаЪ-, *рар-. Примеры см. Pokorny I, 91, 789. Недалеко от истины было бы мнение, что в слав. *baba сохраняется простейший древний звукокомплекс (редупликация) с чертами древнего полисемантизма или даже пансемантизма, ввиду которого едва ли оправданы предположения об обязательной исторической иерархии всех известных значений. О слав. *baba как термине родства см. еще «Slownik praslowiai'.ski. Zeszyt ргбЬпу» 4—6; А. А. Бурячок. Назви спорщненосп i свояцтва в укр. мов1 (Кшв, 1961) 50 и след.; Трубачев «Лексикогр. сб.» VI (1963), 6 и след.; М. Piskur. Pomenska analiza besede ЪаЪа. - JiS X, 1965, 6-16.

*babii ǫga: русск. баба-яга 'злая волшебница и людоедка'. По-видимому, старое словосочетание *ЬаЪа (см.) и *

*baba rǫga?: сербохорв. диал. баба руга ж. р. 'мифическое существо, которым пугают детей'. Словосочетание, состоящее из *baba (см.) и отглагольного имени *rgga (см. *rggatii где говорится об этимол. связях). Праслав. древность проблематична.

*ЬаЬаkъ: болг. бибяк м. р. 'птица цапля Ardea cinerea', 'растение. Verbascum thapsus, медвежье ухо' (Геров, Младенов — БТР), словен. bdbjak м. р. 'бабник', 'дикий шалфей Salvia silvestris' (PJet. Г, 8), чеш. babdk м. р. (вульг.) 'вошь', 'муж повитухи', 'страшилище, пожирающее детей' (Jungmann I, 195; в собств. именах с XIV в.; см. J. Soukup. Pffspevky a vyklady ke slovniku ceskemu. «Prograni rakovnicke realky» 1914, 16. Ст.-чеш. Прага), слвц. babiak то же (Kalal 10), русск. диал. бабьяп м. р. 'женатый раздевуля' (арх., Даль* I, 86), бабъяк м. р. 'застенчивый женатый человек', 'любитель ухаживать за женщинами' (Филин 2, 31). Допустимость реконструкции праслав. формы *ЪаЪакъ (в том числе для случаев со смягчением fo' или bj, которое снимается при этом как вторичное) еще не дает полной уверенности в древности данного производного с суфф. -акъ от *baba (см.). Для характеристики значений этого производного в общем подходит то, что сказано относительно *baba.

*babcĕli: чеш. babeti 'бабиться, становиться старой бабой' (Kott I, 40), укр. бабгти 'делаться женоподобным, бабиться, изнеживаться', 'набрякать, отекать', 'сморщиваться от долгого пребывания в воде (о человеч. теле)' (Гринченко I, 14). Гл. состояния, производное регулярного вида с суфф. -etl от *uaba (см.).

*babica: болг. бабица ж. р. 'куделя, горсть дурного льна', 'блопа' (Герои), 'железа' (Стойчев БД II, 125), 'свиной пузырь, начиненный мясом', 'пучок мелкого недоброкачественного волокна'(M. Младеыов БД 111, 37), ссвиной желудок', неразвившаяся, больная слива' (Гълъбов БД II, 69), бабици мн. 'острицы Oxyurus vermicularis у детей' (Горов. Страндж. — БД I, 65), сюда же бабичка ж. р. сстаруха, старушка, бабушка' (БТР), макед. бабица ж. р. 'акушерка, повивальная бабка' (И-С), сербохорв. ЪаЫса ж. р. — ум. от baba, а также в различных специальных знач-ях, напр. 'насекомое Millipeda', 'вид морского рака', 'название ряда растений — Plantago и др.', 'стебель', 'наковаленка для отбивки кос', 'столб в постройке' (RJA I, 131; РСА I, 223), бабице мн. 'злые духи, преследующие маленьких детей', 'родильная лихорадка', 'обряд поминовения' (РСА, там же), словен. ЪаЫса ж. р. 'бабушка', 'повивальная бабка', 'старушка', 'самка мелких животных', 'рыба Cobitis barbatula', 'белый гриб Boletus edulis', 'вид груши', 'шелуха, кочерыжка (кукурузы)', ряд технических терминов — 'гайка', 'брусок для отбивки косы', 'крышка', 'копна' (Plet. I, 8), bdbicka ж. р. 'старушка-мать' (там же), чеш. ЪаЫсе ж. р. 'баба', babicka сбабушка', слвц. диал. ЪаЫса ж. р. 'повитуха' (SSJ I, 61), русск. диал. бабица ж. р. собир. 'бабы, бабье' (Даль 3 I, 83), ум. 'бабенка' (там же, 85), бабица ж. р. 'женщина средних лет' (олон., перм.), 'молодая женщина, недавно вышедшая замуж' (волог.), бабица 'распутная женщина' (перм., свердл., Филин 2, 20), укр. бабиця ж. р. 'баба, старуха', 'растение Alyssum campestre', бабищ мн. 'боль, колики в животе' (Гринченко I, 14). Праслав. *ЪаЫса — производное с суфф. -ica от *baba (см.). Сравнение с праслав. *baba показывает преобладание у производной формы производных (—переносных) значений. Впрочем, вопрос об иерархии значений и их связи со знач. 'старуха, б^Си1 сложен и недостаточно выяснен в деталях также я здесь. Ср. в связи с этим о сербохорв. бабица и словен. ЪаЫса И. ПоповиИ ,ГФ XIX, 1951-1952, 167-168; Bezlaj. Etim. slovar (рукоп.: «ЪаЫса ж. p. 'Cobitis barbatula'. Неясно; вероятно, только вторично сближено с baba»).

*"Ьаbinъ: болг. бабин нрилаг. 'принадлежащий бабе, бабушке' (БТР), макед. бабин прилаг. то же (Кон.), сербск.-делав, бабинъ [xaaavjc, aviae (Mikl.), сербохорв. бабин то же (RJA I, 132), сюда же бабине, бабигъе мн. 'первые дни после родов и связанные с этим обычаи' (РСА I, 222; Vis 148; Mic 172), чеш, ЫЫп прилаг. 'старушечий, повитухин, бабкин' (Jungmann I, 57), н.-луж. ЪаЫпу ирилаг. 'принадлежащий старухе или повивальной, бабке' (Muka Si. I, 7), словин. bdbj'in 'старухин, бабкин' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 10), др.-русск. бабинъ 'бабин, aviae' (Срезневский I, 37), русск. бабин 'принадлежащий бабе', ст.-укр. бабинъ 'бабий, бабкин' (XVII в., Тимченко I, 45), укр. бабин то же (Гринченко I, 13—14), блр. бабт 'бабушкин' (Блр.-русск.). Притяж. прилаг., производное с суфф. -игъ от *baba (см.) в знач. 'старуха, бабка'.

*babiti: цслав. БЛБИЧ^И p.aie6etv, obstetricem esse (Exod. 1, 16, Mild.), болг. бабя 'помогать при родах' (Младенов БТР, Геров—Панчев), макед. баби то же (Кон.), серб.-цслав. бабити СА 'рожать: жена бабить се' (Mikl.), сербохорв. бабити то же, словен. babiti то же (Plet. I, 8), чеш. babiti то же, слвц. babiV 'помогать при родах, быть повитухой' (SSJ I, 61), в.-луж. ЪаЫс 'быть акушеркой', др.-русск. бабити 'бабить, быть повивальной бабкой' (Срезневский I, 37), русск. бабить 'повивать, принимать; лекарить, знахарить' (Даль 3 I, 87), ст.-укр. бабити 'принимать детей, быть повитухой' (XVIII в., Тимченко I, 45), укр. бабити то же (Гринченко I, 14). блр. бабщъ то же. Глагольное производное регулярного вида с суфф. -Ш от *baba (см.) почти исключительно в знач. 'повитуха, знахарка'.

*babitjь: сербохорв. бабыТь м. р. 'виноградная лоза, плодоносящая разновидностью черного винограда' (РСА I, 223), также в кач-ве фам. БабиН (там же), др.-русск. Бабичъ, прозванье довольно многих князей удельных (XIV—XV вв., Срезневский I, 37), русск. диал. бабич 'бабий угодник, прихвостень' (Даль3 I, 86), 'птица Pelecanus crispus, пеликан' (нижнедонск., Филин 2, 20), укр. бабич м. р. 'бабник', 'неженка', 'самец стрекозы' (Гринченко, I, 14). Спорадически распространенное и неясное в отношении древности своего образования производное сущ. с суфф. -itjb от *baba (см.). В отдельных примерах видна патронимич. функция этого суффиксального производного, ср. прозвища и фамилии вроде Бабичъ, БабиН, в других примерах можно говорить об иных, более новых функциях суфф. -itjb.

*'bablati sę: чеш. диал. bablat se 'пачкаться, копаться в чем-либо' (Gregor. Slov. slavk.-bucov. 16; Kopecny. Ur6. 135), сюда же чеш. диал. bachlat 'перемешивать, путать' (Bartos. Slov. 10), польск. babtac 'возиться', диал. ЪаЫас 'полоскать, мочить в воде' (Warsz. I, 79), укр. баблятися 'копаться руками в чем-либо жидком, мягком, напр. в тесте; пачкаться' (Гринченко I, 15; Укр.-рос. словн. I, 22; А. А. Москаленко. Словник д1алектизм1в украшських гов1рок Одесько! обл. Одеса, 1958, 14). Гл. *bablati s$ бесспорно звукоподражательного, экспрессивного происхождения (неполная редупликация *ba-bl-), соотносим с близким во всех отношениях и более широко распространенным гл. *babrati s$, см. (мена I : г). Что касается чеш. диал. bachlat (см. выше перечень), кот. Махек связывал прямо с babrati (см. Machek 282), для нас очевидна его более непосредственная связь с прочими нашими продолжениями исходного *bablati (s$).

*baboniti / *babuniti: болг. диал. бобоним 'говорить густым, гортанным голосом' (Брезнишко, см. Георгиев), сербохорв. бобоуьити 'бубнить, греметь, гудеть' (РСА I, 670), чеш. диал. babonit 'бесцельно ходить туда—сюда, особ, в потемках' (Gregor. Slovn. slavk.bucov. 16), ср. еще с основой на а чеш. диал. babonat 'бестолново искать что-либо', 'мотаться' (Kopecny. Urc. 136), далее слвц. диал. babiifuc 'колдовать' (Buffa. Dlha Liika 130), русск. диал. бабонить 'говорить громко, но невнятно; бубнить' (Филин 2, 26), сюда же бадунйть 'гадать, предсказывать что-нибудь' (Псковский областной словарь 1, 91—92), укр. диал. бабонйпш 'ворожить' (Гринченко I, 15). Гл., производный от след. имени. На первый взгляд как будто разнородные, значения приведенных выше слов ('ходить туда— сюда', 'громко, невнятно говорить', 'гадать') вполне могут быть объединены емким значением гл. *baboniti, который, видимо, обозначал совокупность действий колдуна, прорицателя. Этот гл., представленный в народной лексике лишь части слав, языков, является, вероятно, праслав. образованием. Отнесение к праслав. *baboniti малоизвестного русск. диал. бадунйть (см. выше) является одновременно этимологией для этого слова, испытавшего экспрессивную диссимиляцию. Примерно то же можно сказать и о чеш. диал. baboiiit, которое Махек едва ли удачно выводил из приставочного pa-bucat (см. Machek 21).

*Ьаbоnъ/*Ьаbиnъ/*ЬаЬопа: макед. бабун м. р. 'тот, у кого морщинистое лицо', 'богумил, член еретической секты в древней Болгарии' (Кон.), ср. еще Геров—Панчев: бабун м. р. 'человек с морщинистым лицом', сербохорв. бабуна ж. р. 'женщина со злыми глазами' (РСА I, 225), бабогьа м. р. 'мужчина, похожий на бабу', 'старик' (там же, 224), сербск.-цслав. бабоуни мн. 'superstitio, суеверие' (Mikl.; ср. еще RJA 1,136), чеш. ЪаЪопёк, род. п. -пки м. р. 'наваждение' (Kott I, 41), слвц. народн. baboria, bobona ж. р. 'суеверие' (SSJ I, 61), др.-русск. бабХны мн. 'чары, колдовство, ворожба' (Срезневский I, 37; III, Доп., 7), укр. диал. баббны 'суеверие' (I. Верхратський. Знадоби 201); сюда же слвц. диал. babunstvo ср. р. 'болтовня о чудесах и вера в них' (Buffa. Dlha Luka 130). Сюда примыкают укр. забоббни мн., блр. забаббны мн. 'суеверие' (откуда позже русск. забоббни, см. Фасмер II, 70; есть мнение, что вост.-слав, слова — из польск. zabobon м. р. то же, см. Bruckner 643). Эти приставочные формы как бы подтверждают мысль об отглагольности всех вообще соответствующих имен, высказанную еще Бернекером, который ссылался на сербохорв. стар, boboniti 'strepere, шуметь', сербохорв. bobonjati 'болтать' (см. Berneker I, 36—37, где, кроме укр. диал. бабонити, не назван ни один глагол из перечисленных у нас выше под *baboniti /*Ьаbuniti с их специфическими значениями). Но польск., укр. и блр. образования с приставкой za- стоят вообще особняком и явно уступают в древности ю.-слав., чеш., слвц., др.-русск. и укр. именным формам, приведенным выше, которые, в свою очередь, обладают более обширным ареалом, чем соответствующий глагол, видимо, произведенный от именной основы *babon- I *babun-. Такая фонетическая черта как наличие -а- практически во всех сравниваемых здесь формах позволяет взвесить возможность проис хождения из частичной редупликации и.-е. *bha(n)~ 'звук голоса, речь, слово; заповедь, молитва5. Связь с *baba старуха могла наметиться по народн. этимологии вторично у макед. бабун (см. выше). Оценку прочих объяснений и звукоподражательную этимологию см. Berneker, там же.

*babotati: болг. баботя 'издавать гул' (Геров: баботщ, сербохорв. бабатати 'стучать зубами от холода, страха или лихорадки' (РСА I, 221), в.-луж. babotac 'болтать', н.-луж. babotas 'болтать' (Muka SJ. I, 7). Звукоподражательный глагол. Праслав. древность образования предполагается здесь достаточно условно.

*babrati (sę): сербохорв. баб рати 'возиться, рыться', 'канителиться' (РСА I, 224), чеш. babrati se 'копаться (руками) в чем-либо', слвц. babraV 'пачкать; делать плохо, неумело; трогать', ЪаЬraV sa 'пачкаться; возиться, медленно и долго делать' (SSJ I, 62), польск. babrac 'пачкать, загрязнять; плохо делать' (Dorosz. I, 284), русск. диал. барабать 'рыть, разрывать; брать, захватывать' (Опыт 6), 'перебирать, приводить в беспорядок', 'говорить о чем-либо без толку, без смысла' (Васнецов 12), барабатъся 'плескаться в воде, пачкаться, перебирать грязь, песок', 'лезть вверх' (там же), барабать 'беспорядочно двигать ногами (о ребенке)', 'хватать, схватывать', 'говорить невнятно или невразумительно' (Сл. Среднего Урала I, 34), укр. бабрати 'пачкать, марать' (Гринченко I, 15), бёбрати 'перебирать, выискивать что получше (о еде)' (Л. С. Паламарчук. Словник специф1чноТ лексики говхрки с. Мусивки Вчорайшенського р-ну Житомирсько! обл. — Леке. бюл. VI. Кшв, 1958, 23), бабратися 'копаться в нечистоте, заниматься грязной работой' (Гринченко I, 15). —- Возм., сюда же сербохорв. диал. babbrati 'болтать о чем угодно' (Mas /J24). Неясно отношение болг. диал. бабрём са 'морщиться' (Стойчев БД II, 125). Этот своеобразный гл. давно охарактеризован как звукоподражательный, см. Berneker I, 37 (где неточно сюда же отнесено укр. бабрун 'божья коровка', о кот. см. подробно ниже, под *bedгип(ък)а). В качестве близкой формы может быть указано *рарrati (см.; ср. Bruckner 9; Slawski I, 24), экспрессивный вариант, далее — *bablati se (см.) с аналогичным парным *paplati (см.). Наконец, сюда же примыкает близкое в специфическом для ономатопей смысле *ЬъгЬаИ (см.), ср. словен. brbati 'рыть, поднимать пыль, ударять', сербохорв. брб,ъати 'болтать', словен. brbljdti 'болтать'. Между прочим, непосредственно к этим последним относил русск. диал. барабать Шахматов (см. ИОРЯС VII, 1902, 353). В этой общей форме сближение Шахматова может быть сохранено, с тем отличием, что мы не видим необходимости реконструировать вслед за этим ученым сочетания с долгим плавным of/*, а/ ua базе современных -ара- в русск. формах, что можно объяснить проще и непосредственнее в условиях повышенной экспрессивности: из *барб- < *бабр- или из *ЬъгЬ-. Основа представляет собой классическую ономатопею с повтором губного согласного и подвижностью плавного. Махек считает род ственным хетт, paprahh- 'загрязнять, осквернять' (см. Machek 21), что сомнительно, если учесть описанный характер слав, слова и характер хетт, слова, которое выступает как культовый термин.

*babriti (sę): слвц. habrlf 'пачкать', ~ sa 'пачкаться, мараться' (SSJ I (52). Гл. на -Ш от той же основы, что и *babrati (см.).

*babrotati: слвц. babrotaf sa 'пачкаться; возиться' (SSJ I, 62), словин. bqbriwtac 'шлепать, плескать(ся)' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 25). Гл., производный от той же основы, что и *babrati s§ (см.). Суффиксация (-otati) имеет интенсивный характер. Возможно позднее, параллельное новообразование. Впрочем, ср. след. имя.

*babrot ъ: словин. babrot м. р. 'плеск' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 25). Именное образование недостаточно ясного возраста, стоящее в связи с группой экспрессивных, преимущественно глагольных образований, см. выше *babrati и близкие.

*babrovъjbь?: ст. чеш. babrovy прилаг.: babrovy stroj (Lekarstvi zenske, XV в. Ст.-чеш., Прага). Словари, в том числе этимологические, обычно не отмечают этой редкой формы с ее необычным корневым вокализмом. Так, напр., этой формы не знает Махек, кот. приводит другие варианты названия бобровой струи, лекарственного выделения желез бобра— ст.-чеш. bobrovy stroj, bobrostroj (см. Machek 36). Ст.-чеш. babrovy не находит подтверждения ни в других слав, формах названия бобра (считается, что сербохорв. дабар 'бобр' отражает *ЬъЬгъ см.), ни в других и.-е. соответствиях, вокализм которых не обнаруживает здесь долготы, которая позволяла бы обосновать древность слав. -а-. Все это делает сомнительной древность реконструированного праслав. *babrov^b.

*"babuxa: слвц. диал. babucha 'закутанная женщина' (kalal 11), русск. диал. бабуха ж. р. 'бабка, старуха', 'прабабка', 'повивальная бабка', 'женщина, баба' (Филин 2, 29). Производное с суфф. -иха от сущ. *baba (см.) в знач. 'старуха, •бабка'. Достаточно древнее образование, лежащее в основе ]*babusa (см.) и *ЪаЪиёъка (см.), весьма распространенных по слав, языкам. Можно обратить внимание на сходство суффиксального производного *babuxa ( <С *bab-ous-) с лит. bobausis'сморчок' 'от ЬбЪа 'баба'. Указанное сходство, впрочем, может остаться чисто внешним, если прав Френкель, кот. толкует лит. слово как сложение с сущ. ausis 'ухо' (см. Fraenkel I, 52, с опечаткой Altweiberrohr, нужно: Altweiberohr).

*babura: макед. бабу pa ж. р. 'зеленый сладкий перец (круглом фор¬ мы)' (И-С), 'крупная игла', 'овца с плохими зубами', 'вид маленькой рыбки в р. Врегалнице' (Кои.), серболорв. babura ж. р. 'червяк, насекомое', 'насекомое Miliipeda', 'какой-то рак', 'нарост, шишка', 'часть дверного запора' (RJA I, 136; РСА I, 226), сюда же бабурача ж. р. 'вид жабы Bufo cinereus L.\ baburica ж. p. 'божья коровка Goccinella septempunctata', 'шишка, нарост' (RJA, там же), baburina ж. р., увеличит, от baba, также 'жаба', 'растение Salvia verticillata L.' (RJA, там же), словен. ЪаЪйга ж. р. 'коробка', 'червь Oniscus' (Plet. I, 8), слвц. диал. baburky мн. 'сережки вербы' (SSJ I, 62), русск. диал. бабура срыба' (Мельниченко 27), бабурка 'бабочка', 'особый род мелкой рыбы', 'чашка', 'поднятая со стлища и поставленная в виде конуса треста' (Мельниченко 27), бабурки 'свинячьи лодыжки, маленькие игорные бабки' (Д. Зеленин. Особенности в говоре русских крестьян юго-восточной части Вятск. губ. — ЖСт. XI, 1901, 84), укр. диал. бабура ж. р. 'старуха, старая баба (презр.)' (I. Верхратський. Знадоби 49), сюда же, возм., укр. бабёра сбабища' (презр., Укр.-рос. словн. I, 21). Производное с суфф. -ига от основы *baba (см.) с целым комплексом значений 'баба, старуха', 'плод округлой формы', 'нарост', 'живые существа разного вида'. Имеются основания говорить также о связи с другими древними разновидностями полисемантической звукоподражательной основы *рар-, *bob-y *bob-, *Р9Р-. См. И. Поповип JO XIX, 1951—1952, 167—168; J. Leder. Russische Fischnamen (Wiesbaden, 1968) 150. В последней работе говорится, например, о связи русск. бабура 'рыба бычок, подкаменщик' с русск. бобыръ, бубыръ. Далее, там же приводятся другие любопытные в указанной выше связи названия рыбы Cottus gobio L. —- русск. диал. поп, попок, которое автор связывает с польск. pppowka 'рыба Gobius' и далее — с праслав. *рдръ 'пуп'.

*Ьаburъ: болг. бабур м. р. 'улитка Helix' (Геров), русск. диал. бабур м. р. 'гриб Helvella esculenta, строчок' (Филин 2, 28), укр. диал. бабур, бобыр м. р. Обыкновенный ерш' (Кривицкий. Из словаря полесских рыболовов. «Полесье» 166). Производное м. р. с суфф. -игъ от основы *bab-, см. подробнее *ЬаЬа и *babura, где дается семасиологическая и этимологическая характеристика близких образований.

*babuša: сербохорв. babusa ж. р. 'баба, старуха (грубо)' (RJA I, 136; РСА I, 225), словен. babusa ж. p. = babura, т. е. 'коробка', 'червь Oniscus' (Plet. I, 8), чеш. babuse ж. р. 'бабушка' (Kott I, 41), диал. babusa 'глупая баба' (Kott. Dod. k. Bart. 2), 'закутанная баба' (Gregor. Slov. slavk.-bucov. 17), слвц. babusa ж. p. 'старушка, бабушка', 'гусь, гусыгтя', 'название растения' (SSJ I, 62), н.-луж. babusa 'бабушка' (Muka St. I, 8), русск. диал. ба~ буша ж. р. 'бабка, старуха' (орл., Филин 2, 29). Расширение с помощью -у- формы *babuxa (см.; там же о словообразовании исходной формы).

*babušьka: болг. бабушка 'бабушка, старуха' (Дошлё девбк'е ис цвёк'е, И млади момчетйе. По н'и иду старе бабушке Да вййу вёнци на реку. Чупреня, Белоградчишко, СбНУ XLI, 419. Архив Болг. диал. словаря, София), бабушка ж. р. 'больная овца с большим животом', 'кокон', 'рыба Gobio', 'какое-то растение' (Младенов БТР), бабушка ж. р. 'рыба Gobio' (Геров—Панчев), диал. бабушка ж. р. 'вид лесной травы с широкими мшистыми листьями, которую очень любят свиньи' (Горов. Страндж. БД I, 65), 'вид бурьяна с округлыми мшистыми листьями', 'ослабевшее животное', 'выродившиеся плоды сливы' (Стойчев БД II, 125), макед. бабушка ж. р. 'сладкий перец', 'крупная игла', 'больная овца', 'вид небольшой пузатой рыбки в р. Брегалнице' (Кон.), сербохорв. babuska ж. р. 'насекомое Millipeda', 'шишка, орешек' (RJA I, 137), 'дубовый орешек' (Mas 425), babuska = zohar (М. Tentor «Razprave» I, 1950, 571), словен. babuska ж. p. 'старуха', 'червь определенного вида' (Plet. I, 8), чеш. babuska ж. р. (книжн.) 'бабушка', слвц. babuska ж. р. 'старушка, бабушка', 'гусыня', 'мать-и-мачеха' (SSJ I, 62), babusky мн. 'зубчатые кружева' (Kalal 12), в.кпуж. babuska ж. р. 'бабушка' (Pfuhl 4), н.-луж. babuska 'бабушка', babuski мн. 'скабиоза Scabiosa snccisa L., Succisa praemora A.' (Muka SI. I, 8), русск. бабушка ж. p. 'мать отца или матери', 'пожилая женщина, старуха', 'повитуха', диал. бабушка ж.]), 'оспина', 'всякая болячка у детей', 'пятна в натуральной оспе' (Доп. к Опыту 3), бабушки 'игрушки' (Г. Потанин. Этнографич. заметки на пути от г. Никольска до г. Тотьмы. - ЖСт. IX, 1899, 227). Производное с суфф. -(ъ)ка от *babusa (см.). Обращает на себя внимание чрезвычайная множественность значений производного, в известном смысле продолжающая множественность значений исходного имени *baba (см.).

*Ьаbъkа: болг. бабка ж. р., ум. от баба, а также в знач. 'старая мелкая монета' (БТР), диал. банка ж. р. 'раковина, которая идет на ожерелья', 'пуговица (из морской раковины)', 'золотая монета' (Стойчев БД II, 126), 'самка дикой свиньи' (там же), 'глиняный свисток' (Сакъов БД III, 318), макед. батька ж. р. 'зоб'(И-С),'зоб', 'глотка; гортань; горло', 'свинка (болезнь)', 'шишка', 'опухоль', 'ком' (Кон.), сербохорв. банка ж. р. 'старинная монета', 'подпорка', 'наковаленка для отбивки косы', 'перекладина', 'седельная лука', 'груда битого камня для поддержания дороги в исправном состоянии', 'вид морской рыбы Lepadogaster Gouani, название различных мелких животных и паразитов', 'растение Galanthus nivalis', 'пучок шерсти', 'яма' (РСА I, 296; JS 28; Ки 16), диал. банке ыи. 'в селах вокруг Лесковаца так называют злых духов, которые мучат роженицу, принося ей разные болезни, а нередко и смерть' (РСА, там же), словен. babka ж. р. 'старушка, бабка', 'кукла', babke мн. 'кости ног у телят и овец' (Plet. I, 8), чеш. babka ж. р. 'баба, бабка; повитуха, знахарка7, 'изделие из теста', гжук\ 'стебель', • пенек или корень', 'наковаленка, брусок для отбивки косы', диал. ЪаЬка ж. р. 'железная петля для крючка, напр. на дверк', 'брусок для косы и серпа' (Gregor. Slov. slavk.-bucov. 16), 'бабка, старушка', 'брусок для косы', 'жук', 'небольшое темное облачко', 'старое дерево', 'бесценок' (Hruska. Slov. chod. 11—12), 'мелкая (венг.) монета' (Brand! 3), слвц. ЪаЪка ж. р. 'бабка, старушка', 'старушка-мать', 'повитуха', 'петля на одежде', 'железная щеколда', 'брусок для отбивки косы', 'пучок чесаного льна' (SSJ I, 61), сюда же ЪаЪеска 'старушка' (SSJ I, 60), диал. Ъарка ж. р. 'наковаленка, брусок', также ум. к ЪаЪа (Buffa. Dlha Luka 131), в.-луж. ЪаЪка ж. р., ум. к ЪаЪа, также 'углубление в конце или на боку вареного яйца', фигурально — 'пчела' (Pfuhl 4), н.-луж. ЪаЪка ж. р. 'старушка, бабушка; повивальная бабка' (Muka Si. I, 7), полаб. Ъоркаж. р. 'повитуха' (Polaiiski—Sehnert 39), польск. ЪаЪка ж. р. 'баба; бабушка' (Dorosz. I, 282—283), словин. Ъапрка ж. р. 'старушка, бабушка' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 24), русск. бабка ж. р. 'бабушка, ста,руха', 'повитуха', 'надкопытный сустав ноги у животных, кость этого сустава', 'ящерица' (Псковский областной словарь 1, 83), 'белый гриб', 'растение попутник Plantago arenaria, подорожник' (Даль 3 I, 85). сюда же бабочка ж. р.'насекомое из отряда полевых', ст.-укр. бабка ж. р., ум. от баба, 'бабушка' (1577 г.), 'повитуха', 'гриб Boletus scaber' (1604 г.), 'насекомое Coccinella', 'растение Plantago', 'наковаленка', 'опора, столбик' (Тимченко I, 45), укр. бабка ж. р., ум. от баба, 'вид гриба Boletus scaber, Agaricus procerus', 'растение подорожник Plantago major', 'Salvia dnmetorum', 'Salvia pratensis', 'Gentaurea mollis', 'маленькая наковальня, па кот. отбивают косу', 'стрекоза', 'игральная кость из ступни животного5 (Гринченко I, 14; Укр.-рос словн. 1, 21), 'узенький круглый ремешок, связывающий две основные части цепа' (Л. Т. Выгонная. Полесская земледельческая терминология. «Лексика Полесья». М., 1968, 93), 'кушанье из запеченного в высокой посуде тертого картофеля', 'сдобная булка', 'хлеб из гречневой муки', 'кушанье из вареного мятого картофеля', 'запеканка из рисовой или другой каши', 'пенка на кипяченом молоке' (Г. Ф. Вешторт. Названия пищи в robopax Полесья. «Лексика Полесья». М., 1968, 369; Dejna. Tarnopolszczyzna 123), 'петля к крючку, которым застегивают одежду', 'петля на пуговицу' (А. С. Соколовская. Полесские названия одежды и обуви. «Мексика Полесья», 281), сюда же байки мн. 'восковая моль' (В. В. Анохина, Н. В. Никончук. Полесская терминология пчеловодства. -¬ Там же, 321), блр. бабка 'бабушка'. Старое лексикализованное производное с суфф. -ъка от *baba (см.). Среди значений немало продолжений древней семантики исходной основы, есть также новые местные значения — название мелкой монеты и т. п. См. специально F. Slawski RS XXIII, 1964, 154; Sadnik—Aitzetmtiller, Vgl. Wb. 2, 64—65. Впрочем, существует мнение, что знач. 'монета5 (болг. и др.) развилось особо на чеш. почве, откуда через венг. распространилось среди южных славян, см. (вслед за Шуланом) L. Kiss «Studia Slavica» X, 1964, 465.

*-Ьаbъkъ: сербохорв. бабак, род. и. банка м. р. 'рукоятка косы', 'насекомое Cantharis' (с XVII в.), 'Millipeda' (RJA I, 130), 'Blennius gattorugine5, 'божья коровка Goccinella', 'перекладина' (PCA I, 220), диал. бабак 'мелкие стеклянные монисты5 (черног., Ровинский 641). Производное м. р. с суфф. -ъкъ от *baba (см.), близко примыкающее к предыдущему *ЬаЬъка (см.).

*babyka: сербохорв. babika ж. р. 'растение Plantago' (редк., RJA, I, 132), челн. ЪаЪука ж. р. 'вид явора Acer campestre5, русск. диал. бабйка м. р. 'заика5 (арх., Филин 2, 31). Наблюдается определенная связь с продолжениями *ЪаЪъка (см.), обозначающими в некоторых слав, языках растения, в частности — Plantago (русск., укр.). Сравнение говорит о том, что *ЪаЪука — производное от *ЪаЪа (см.) с суфф. -ука. Соотнесение *ЪаЪъка и *ЪаЪука (*-йка: *-йка) весьма любопытно и может быть использовано для суждений о генезисе этого крайне редкого слав, суффикса, ср. еще праслав. *voldyka (см.). Несколько особняком — семантически и, видимо, по своему происхождению — стоит в ряду наших сопоставлений русск. диал. бабйка (местное звукоподражание?).

*ЬаЬьсь: сербохорв. бабац, род. п. бапца м. р. 'старуха, старая баба', 'крупный орех5 (PCA I, 221), словен. babec, род. п. -Ъса м. р. 'бабник5, 'трус5, 'кукла5, 'раст. Verbascum nigrum5 (Plet. I, 8), чеш. ЪаЬес\ род. п. -Ъсе, уничиж. 'баба5, диал. babec, род п. -Ъса м. р. (шутл.) 'дед, старик5 (Bartos. Slov. 8), 'баба, старуха' (уничиж., Gregor. Slov. slavk.bucov. 16), укр. диал. бабёц 'головастик, Cottus5 (I. Верхратський. Знадоби 201), укр. бабёцъголовач 'подкаменщик Cottus gobio L.5 (Укр.-рос словн. I, 21). Производное с суфф. -ъсъ от *ЪаЪа (см.).

*babьjь: цслав. БАБИЙ прилаг. ураа>8т|с, 'anilis5 (Mikl.), сербохорв. баб(ы)]й прилаг. (PCA I, 221), ЪаЦь 'принадлежащий бабке, старухе' (с XVII в., RJA I, 134), словен. babji 'старушечий, бабий' (Plet. I, 8), чеш. ЬаЫ 'женский, бабий', слвц. ЬаЫ, обычно только в сочетании babie leto 'бабье лето' (SSJ I, 01), н.-луж. ЬаЫ 'старушечий, бабушкин' (Muka Si. I, 6—7), польск. babi 'старушечий, бабушкин' (Dorosz. I, 280—281), словин. babji 'ба бий' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 10), др.-русск. бабий бабий, anilis' (Срезневский I, 37), русск. бабий, ст.-укр. бабш (XVII в., Тимченко I, 45). Прилаг. притяжат. регулярного вида, нроизводное с суфф. -ъуь от *baba (см.) исключительно в знач. 'женщина, баба, старуха'. *ЬаЬьшкъ: болг. бабник 'род свиной колбасы' (Геров), словен. bab nik м. p. 'бабник', 'вид шалфея Salvia verticillata' (Plet. I, 8), чеш. редк. babnik м. p. 'форма для выпечки теста', русск. диал. бабник м. р. 'бабий угодник, прихвостень, волокита' (псковск., Даль 3 I, 86), укр. бабник м. р. 'форма для выпечки теста' (Гринченко I, 15), блр. бабтк 'бабник' (Блр.-русск.). Производное с суфф. -ьпгкъ от *ЪаЪа (см.), охватывающее весьма разнородные по значению и, видимо, по образованию случаи. Праслав. древность вызывает сомнения.

*babьskъjь: сербохорв. бапскй 'бабий; старушечий' (PGA 1, 296), словен. babski прилаг. то же (PJet. 1, 8), чеш. babskij прилаг. 'бабий; знахарский', слвц. babsky 'бабий' (SSJ I, 62), н.-луж. (стар.) babski 'женский' (Muka Si. I, 8), польск. babski 'бабий' (Dorosz. I, 284), словин. bapsh'i прилаг. 'бабий' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 15), укр. бабсъкий 'бабий, бабский' (Гринченко I, 15). — Возможно, сюда же в конечном счете и болг. бабешки прилаг. 'старушечий, бабушкин' (БТР), макед. бабешки 'бабий, старушечий' (И-С), кот., строго говоря, продолжают некую праформу *ЬаЬъсъ8къ]ъ. Производное с суфф. -ъя/съ/ь от *baba (см.).

*bacati (sę)/*bocati (sę): болг. б щам 'целовать', 'щелкать пальцем по голове' (Георгиев), 'колоть' (Шапкарев—Близнев БД III, 202), ббцам 'покалывать', диал. буцам 'толкать, бить' (Георгиев), сюда же бакам 'целовать' (Младеыов БТР), макед. баца се 'пачкаться, грязниться', буца 'бодать' (И-С), сюда же боцка 'покалывать' (там же), сербохорв. бацати 'бросать, метать, стрелять' (RJA I, 137), боцати 'колоть', becati 'trudere, ringi', 'pungere', со se 'ringi, torvo oculo aliquem intueri' (RJA I, 218), 'злиться', диал. буцат (Елез. I), словен. bacdti 'ползти на четвереньках', 'медленно идти' (Plet. I, 9), bddcati 'прорастать' (Plet. I, 38), becati 'толкать, пинать' (Plet. I, 15), чеш. bacati 'бить', диал. bacat то же (Hruska. Slov. chod. 12; Malina. Mistf. 8), слвц. bdcaV экспр. 'бить, ударять; бухать' (SSJ I, 63), сюда же bicaV то же (Kalal 24), русск. бацать 'хлопать, бить со стуком' (Даль3 I, 141), 'ударяя, производить сильный, резкий, отрывистый звук', 'стрелять' (Филин 2, 159), ббцатъ 'бить, колотить', 'стучать по полу при ходьбе' (Филин 3, 139—140), буцатъ 'ударять, громко стучать' (Филин 3, 327), далее — сюда же буцкатъ 'сбивать, бить в чем-либо' (Словарь русских старожильческих говоров средней части бассейна р. Оби 1, 56), укр. бацяти 'бацать' (Rudnyckyj. An etymological dictionary I, 90), буцати 'бить, ударять лбом (о баране)' (Гринченко I, 118). Этимологизация этого слова, представленного здесь в нескольких реконструированных праформах, взаимосвязанных хронологически (см. также ниже), наталкивается на трудности. К числу помех относится возможность независимого, спонтанного образования сходных глаголов в разных слав, языках от междом. типа русск. бац. Тем не менее, большинство собранных здесь форм может продолжать праслав. *bodbcati. Последнее достаточно рано выступает в аллегровом варианте *bocati или — с проведением вокализма, обычного для итеративов, — в виде *bacati (вторичные, местные огласовки -и- построены на -о- вокализме). Праформа *bodbcati реконструирована, по сути, Георгиевым, который указал и на точное соответствие в лат. fodico 'покалывать' <С и.-е. *bhod-ik-ajd. См. Георгиев БЕР I, 70. Действительно, семантика 'колоть, покалывать', 'бодать' характерна для многих продолжений *bacati l*bocati. Т. о., этимологическое родство с *bodbCb, *bodъ (см.) тоже вполне очевидно. Правда, у авторов имеется тенденция отделять слова с -а- вокализмом вроде болг. бацам и др., объясняя их из звукоподражания, см. Георгиев БЕР I, 37; однако и семантически и формально едва ли целесообразно отделять все случаи *bacati от *bocati, см. также выше. Названную выше этимологию Георгиева критикует Гавлова (см. Е. Havlova «Slavia» 33, 1964, 310), однако неясно, почему мы должны отдать предпочтение предлагаемому ею *bod-sa-jg, если есть реальная аналогия лат. слова. Близкие к Гавловой мысли высказывал еще Махек, кот. видел в слав. bacati интенсив на -s- bat-sati (см. Machek SPFFBU I, 1952, 84; также Machek 21; вслед за ним — Sadnik-Aitzetmuller 2, 68, но выше была показана близость семантики нашего глагола ('бодать, колоть' и лишь вторично — 'бить') именно с основой bod-.

*baciti: макед. баци 'поцеловать' (Кон.), сербохорв. бацити 'бросить', 'выстрелить', диал. бацйт (Елез. 1), сюда же бачити 'бросить' (РСА I, 350) и, возм., beciti 'trudere, torquere' (с XVI в., RJA I, 219—220), чеш. ЬасШ, диал. bacit 'бросить, ударить' (Malina. Mistf. 8), русск. диал. бацитъ 'делать что-либо' (Филин 2, 159). Гл. форма, морфологически, по-видимому, вторичная по отношению к *bacati I *bocati (см., там же подробно об этимологии).

*bacnǫti/*bocnǫti: болг. бацна 'поцеловать, чмокнуть, щелкнуть'(Геров, Георгиев), ббцна 'кольнуть' (БТР), макед. боцне 'уколоть, кольнуть; приколоть, прикрепить' (И-С), сюда же производное макед. бакне 'поцеловать' (там же), сербохорв. bacnuti 'кольнуть' (с XVII в., RJA I, 141), бдцнути то же, словен. bdcniti, becniti 'толкнуть, пихнуть' (Plet. I, 9, 15), чеш. bdcnouti 'ударить; выстрелить', диал. bdcnut 'упасть с высоты' (Malina. Mistf. 8), bdcnot 'ударить', 'выстрелить', 'упасть с грохотом' (Gregor. Slov. slavk.-bucov. 17), bucnut 'ударить' (Kott. Dod. k Bart. 7), слвц. bacnuf 'ударить', 'швырнуть', 'упасть, свалиться' (SSJ I, 63), диал. bacnuc 'ударить челом' (Buffa. Dlha Luka 130), русск. бацнуть (Даль 3 I, 141), диал. ббцнутъся 'удариться обо что-либо, упасть, ушибиться' (псковск., тверск., Доп. к Опыту 12), укр. диал. бацънути 'ударить, упасть с шумом' (Грипченко I, 34). Производное с суфф. -щ-ti от основы гл. *bacati I *bocati (см.). Вторичность образования следует из противоречия между суффиксацией, характерной для краткостного, моментального вида глагольного действия, и корневым вокализмом из другой глагольной категории.

*bačęgь?/*bočęg?: русск. диал. бачаг 'заливаемая весеннею шдою ложбина' (Подвысоцкий 5), бочаги 'лужицы от дождя, а также небольшие ямы, пруды, постоянно наполненные водой' (Куликовский 3), бочаг м. р., бочага, мочага ж. р. 'глубокая лужа, колдобина, ямина, залитая водою; омут; большая ямина, шире и глубже впадающей в нее речки или ручья' (Даль 3 I, 295). — Возм., сюда же др.-русск. бочижъ (:Далъ пустой ухожеи бортной бочижь на речки на Рвенце. Судебн. зап. 1606 г. Срезневский I, 159). Это, по-видимому, только русск. (гл. обр.—с.-в.-р.) слово до сих пор не проэтимологизировано и считается темным по происхождению. См. Фасмер I, 138. Тем не менее, позволительно предположить здесь образование значительной древности (ср. близкую др.-русск. форму, не учтенную, напр., Фасмером), а именно — производное с суфф. -egb от основы *Ьак-, общей у нашего слова с другим суффиксальным производным — *ЬаkuVa I *ЬакъГа (см.), которое так же, как и *bacegMo, до сих пор не находило места в слав, этимол. словарях. Продолжения обеих праформ имеют (в числе прочих) значения 'яма с водой', 'озеро'. Мы предполагаем здесь наличие и.-е. основы *bha-k-, с расширением, обозначающей блеск, свет, что вполне подходило бы как название небольшого водного зеркала, резко выделяющегося на каком-либо ином фоне. Подробнее см. *bakuVa I *ЬакъГа.

*Ьаčiti?: русск. диал. бачитъ 'говорить, разговаривать' (Опыт 8), 'сказывать, рассказывать' (Васнецов 13), 'понимать', 'слышать' (Филин 2, 161), бацйшъ 'шуметь, шумно разговаривать' (там же, 159). Расширение с помощью -к- суффиксального основы, представленной в праслав. *bajati (см.) и в др. образованиях. См. Фасмер I, 138 (: бачитъ II). Древность проблематична.

*badadlo: сербохорв. badalo ср. р. 'хирургический зонд' (RJA I, 145), 'острио' (Mas 425), слвц. стар, badadlo ср. р. 'колючка, острие' (SSJ I, 63). Производное от гл. *hadati (см.) с помощью суфф. -dlo.

*badakъ: н.-луж. badak 'большой чертополох Lappa maior' (Muka St. I, 8; ср. еще Badak 'tribulus, Grope Distel',-1650 г., Schuster-Sewc, Sprachdenkm. 337), русск. бо'дяп 'Cirsium', укр. бодак 'Cirsium palustre' (Гринченко I, 80), бодяк 'чертополох' (Гринченко I, 81), укр. будяк м. р. 'чертополох, волчец' (Гринченко I, 106—107), блр. бадзяк 'Cirsium'. Сущ., производное с суфф. -{а)къ от основы гл. *badati (см.). Укр. форма будяк обнаруживает вторичное изменение корневого вокализма и экспрессивное, неорганическое смягчение согласного.

*badati (sę): болг. бода 'колоть(ся)', 'ощущать острую боль' (БТР), бода се 'колоться, бодаться'(Геров: бодж ся), сюда же болг. бадкам 'силиться припомнить, сказать, сделать что-нибудь' (Георгиев), бадакам 'ковыряться, медленно работать (обычно — о шитье, вышивании)', 'покалывать' (там же), макед. боде 'колоть', 'бодать' (И-С), боде се'колоться; бодаться' (там же), сербохорв. бадати 'покалывать', 'идти потихоньку'; стар, bodati 'pungere' (RJA I, 469), словен. bodati 'колоть', 'прорастать' (Plet. I, 38), сюда же budati 'плохо работать' (Plet. I, 69), ст.-чеш. bddati (XV в., Ст.-чеш., Прага), чеш. bddati 'испытывать, исследовать, изучать', сюда же bodati 'колоть (острым орудием), жалить', диал. bodat 'закалывать ножом (поросенка)' (Malina. Mistf. И), сюда же диал. bzodat 'колоть, жалить' (Gregor. Slov. slavk.-bucov. 31), слвц. badaV 'исследовать, наблюдать', bddaV 'изучать', bodaV 'колоть (острым орудием)' (SSJ I, 63, 64, 110), сюда же badkaV 'идти мелкими шажками', 'подталкивать', bakaV 'идти кое-как' (SSJ I, 67), н.-луж. badas 'исследовать' (Muka Sj. I, 8), польск. badac 'исследовать', 'убеждаться наощупь, присматриваясь, прислушиваясь' (Dorosz. I, 291—292), словин. ЪЫас 'толкать' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 12), др.-русск. бадати 'бодать, колоть', 'размышлять, исследовать' (Срезневский I, 39), русск. бодать 'ударять, колоть рогами (о рогатом скоте)', диал. бадатъ 'лить (воду)' (Филин 2, 38), бадатъся 'пачкаться, мараться, возиться в грязи', 'пачкать (о краске)' (там же), бадятъся 'ходить без дела, болтаться' (Говоры Прибалтики 22), ст.-укр. бадатися 'допытываться, доискиваться, углубляться во чтолибо', 'заниматься' (XVII в., Тимченко I, 49), укр. бадати, бадатися 'исследовать, испытывать' (П. Б1лецький-Носенко. Словник укр. мови. КиУв, 1966, 48), бадатися 'стараться' (Картотека Украинского академического словаря), бадацце 'превозмогать трудности, перебиваться' (П. С. Лисенко. Словник д1алектно1 лексики середнього i схщного Пол1сся. Кшв, 1961, 17), блр. бадзяцца 'скитаться, шляться'. Следует пояснить, что, хотя ряд форм в слав, языках имеет корневое -о- (или даже -о- > -и, напр. в словен.), мы считаем необходимым восстановить для всех этих форм праслав. прототип с корневым гласным -а- как наиболее закономерную дуративно-итеративную гл. форму на -ati. Вокализм -о- был обобщен в ряде языков позднее, под влиянием *bodo, *bosti (см.). Вместе с тем *Ьаdati и его -а- вокализм — это праслав. глагольная инновация, поскольку и.-е. соответствия последовательно показывают здесь наличие в основе -е- и -о-, при отсутствии долгих а или о, ср. объединяемые вокруг и.-е. *bhedh- лат. fodio 'рыть', кимр. bedd, корн, bedh 'могила', лит. bedii, besti 'колоть, втыкать', badt/ll то же, см. Pokorny J, 113—114; Trautmann BSW 29; Berneker I, 37, 66; Machek LP 7, 1958, 78 (отгюсттт сюда еще хетт, padda-); Фасмер I, 1.83. Существенно отметить, что изложенное выше объяснение *badati полностью распространяется и на случаи со знач. 'исследовать, испытывать' (чеш., слвц., н.-луж., польск., др.-русск., укр., см. выше). См. еще Bruckner 10; Stawski I, 25. Широкой популярностью пользуется иная этимология *badati 'исследовать, испытывать' — из ложной декомпозиции *o-badati < *obadati <С *ob-adati, ср. ст.-чеш. jadati 'исследовать, испытывать' и далее — лит. dodziu, dosti 'нюхать, чуять' (Berneker I, 24; J. Rozwadowski RS I, 1908, 254; G. Iljinski PF 11, 1927, 183-184; Б. M. Ляпунов ИОРЯС XXXI, 1926, 42; A. Vaillant RES XIII, 1933, 111; Machek 21). Мы оставляем ст.-чеш. jadati совершенно в стороне как особый случай (см. *adati, выше). Что касается относительной хронологии вокализма *badati, см. изложенные выше соображения, не позволяющие, как кажется, оперировать здесь и.-е. сравнениями. Генезис значений 'исследовать, испытывать' можно проследить, не выходя за рамки известных значений продолжений праслав. *badati (см. выше), ср. в первую очередь знач. 'стараться, силиться' (болг., укр.). От знач. 'стараться' совсем недалеко знач. 'толкаться, ковыряться' и наконец — исходное 'колоть'. Соотнесение укр. бадатися 'стараться' — как итератива — с *bosti содержится также в Материалах Украинского этимологического словаря под ред. А. С. Мельничука (рукоп., Киев). Формы вроде болг. бадкам, бадакам, слвц. badkaf и даже bakaV могут быть совершенно уверенно охарактеризованы как суффиксальные интенсивные гл. формы (слвц. знач. 'идти коекак' <С 'колоть', ср. сербохорв. басати 'идти не глядя' <С 'бить'). Русск. диал. бадятъся, блр. бадзяцца содержит экспрессивную палатализацию.

*badoriti? / *baduriti?: чеш. badufitl 'обманывать' (Kott I, 42), слвц. baddrif экспр. 'подталкивать, подзадоривать, подначивать' (SSJ I, 64; см. еще Habovstiak. Orav. 187), н.-луж. badoris 'болтать' (Muka St. I, 9), польск. badurzyc 'болтать небылицы' (Warsz. I, 82). Ср. еще чеш. baddrat se 'казаться' (Kott. Dod. k Bart. 2). Слово, довольно проблематичное относительно своего возраста и происхождения. Можно, исходя из знач., взвесить две возможности: (1) образование с префиксом Ьа- от гл. *duriti (см.), относительно природы префикса Ьа- ср. *batoriti (ниже); (2) производное от основы гл. *badati (см.), ср. знач. слвц. слова.

*badъ: сербохорв. стар., диал. bad м. p. 'punctus' (XVII в.), 'stimulus, заостренный стержень' (RJA I, 145; Елез. I; Тг. 75). Обратное отглаг. производное от основы *badati (см.). Древность скорее сомнительна.

*Ьаdъlь: сербохорв. бадал>у род. п. -дм м. р. 'травянистое растение Carduus', 'острый железный наконечник, которым погоняют волов', 'колючка (ежа)', 'овод' (RJA I, 145), 'рыба Cobitis taenia L.', баде.ъ то же, бадол> м. р. 'то, чем погоняют волов' (PGA I, 237), бадьъе ж. ми., б ад.ям м. им. 'глазная болезнь' (см. также Vis 298), словен. badelj, род. п. -dlja, м. р. 'высокое тернистое растение Silybum mariamim' (Slovar sloven, jezika, I, 89).—Сюда же относится производное и преобразованное сербохорв. бадр.ъииа ж. р. 'стебель, ствол', баздр.ъика ж. р. то же, баздрляща ж. р. Производное с суфф. -ъ1ь от основы гл. *badati (см.). Ср. след. Не исключена вторичность образования от *bod^b (см.) под влиянием вокализма *badati. Об экспрессивных формах типа бад/хъица как о производных от основы несврш. вида bad- говорит, сравнивая их с формой badaljika, Скок (Skok. Etim. rjecn.

*badylь: сербохорв. badil м. р. 'железная лопата' (с XVI в., RJA I, 146), badil м. р. 'растение Cirsium arvenso L.' (там же), диал. badllj 'железная лопата, заступ для рытья земли' (Mas 425), сюда же преобразованное сербохорв. диал. bacllj 'перо лука' (Mas 425), слвц. диал. badiV м. р. стебель кукурузы (Buffa. Dlha Liika 130), badyV (вост.-слвц., S. Ondrus Slsl 2, 1967, 96), польск. badyl м. p. 'стебель без листьев, сухой ствол' (Dorosz. I, 293), badyl, badel (Warsz. I, 82), русск. диал. бадылъ м. р. 'сухой стебель' (Филин 2, 41), сюда же бадылёк 'растение Galeopsis Tetrahit' (Даль31, 93), укр. бадилйна ж. р. 'стебель, трость, былинка' (Гринченко 1, 19; Укр.-рос. слови. I, 27), блр. бадылъ м. р. 'бодливый' (БайкоуНекраш. 40). Производное с суфф. -у1ъ от гл. основы несврш. вида bad(см. *badati). Тесно связано с *bodyh (см.); сравнение с последним, а также вокализм корня близких суффиксальных производных *kovylb, *metylb, *motylb (см.) показывают возможную вторичность вокализма *badylb (под влиянием *badati). См. еще Фасмер I, 104 (: бадылек); Siawski I, 25; Sjawski JP XXXIV, 1954, 135. Принимая во внимание географию *badylb и его многозначность ('лопата', 'растения Cirsium arvense, Galeopsis', 'перо лука, стебель'), а также наличие специфических форм вроде сербохорв. bacllj (относительно объяснения -с- см. *bacati), нельзя не признать ошибочным мнение о заимствовании сербохорв. badil] 'лопата' из ит. (ср.-лат.) badile то же (Skok. Etim. rjecn. J, 87).

*badylьje: укр. бадйлля ср. р. собир. 'стебли, былинки, ботва' (Гринченко I, 19; Укр.-рос. словн. I, 27), блр. бадылълё 'сухие стебли от соломы' (Байкоу—Некраш. 40). Производное с суфф. bje (собпр.) от *badylb (см.).

*bagati: слвц. диал. bahac 'догадываться' (Buffa. Dlha Luka 130), укр. багати—бажати 'сильно желать, хотеть7 (Гринченко I, 16).—Сюда же польск, диал. zabagac sip 'захотеть, пожелать' (Warsz, VIII, 14). Это слово обычно этимологизируют как родственное греч. ?о>уа) сжарить, поджаривать', др.-в.-нем. bahhan, др.-англ. Ьасап спечь, жарить', с развитием знач. сжарить, жечь' >'горячо желать, жаждать'. См. Berneker I, 38; Фасмер I, 104—105; Sadnik— Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 107. Сюда же примыкают близко родственные праслав. *bazati, *baziti (см.). Не получила поддержки в литературе этимология, связывавшая праслав. *bagali с др.-инд. bhdjati, bhdjate 'делит, наделяет; получает как часть', а также с праслав. *Ьодъ, *bogatb (см.), причем *bagati якобы получило знач. 'желать5 из первонач. 'хватать' (Г. А. Ильинский ИОРЯС XXIII, 1918, 126—129). Менее вероятные этимологии (вроде гипотезы Петерссона о метатезе в связи с лит. gobsti 'жаждать', подробно разбираемой другими авторами, см. напр. Sadnik—Aitzetmuller, там же) здесь опускаем. Знач. 'догадаться' у глаголов с основой bag- (слвц. bahac, ср. еще укр. збагнути, Гринченко II, 121) мы объясняем контаминативным сближением с глаголами с основой bad- (см. *badati).

*bagatьje: укр. багаття ср. р. 'огонь, горящие угли, костер' (Гринченко I, 17), багатыпе ср. р. 'горящее уголье, огонь, пламя' (И. Б1лецъкпй-Носенко. Словник укр. мови. Кшв, 1966, 48, там же варианты бгачъе, багачъ, бгачъ; см. еще Пискунов 9), русск. диал. багатъе ср. р. 'огонь' (донск., Опыт 4; Даль 2 I, 35: «более употр. об огне, еще не вырубленном или тлеющемся под пеплом»), блр. багацце 'огонь'. Предположительный праслав. лексический диалектизм, неизвестный другим слав, языкам. Считают родственным греч. с.озусо 'поджаривать', др.-в.-нем. bahhan 'печь' и праслав. *bagati, *bazati, *baziti (см.). См. Фасмер I, 101—102 (там же прочая литер.); Rudnyckyj 1, 48. Впрочем, должно учитываться и иное, старое толкование — из родственной связи с *bogaH (см.), в основе чего якобы лежит представление о превращении жара в золото (А. А. Потебня ЖСт. I, 1890, 117).

*bagna/bagn'a: русск. диал. багна ж. р. 'растение Scabiosa arvensis L., короставник полевой', 'то же, что багун', 'заросли багульника' (Филин 2, 34), русск. диал. (арх.) багля 'дорога, тропа, выстланная по раде (болоту) бревешками; бревенчатая мостовая, мостовинник' (Даль3 I, 89), укр. диал. bahna ж. р. 'грязь в поле' (St. Hrabec. Narwy geograficzne Huculszczyzny. Krakow, 1950, 27), блр. багна ж. p. 'топь' (E. Ф. Карский ИОРЯС II, 2, 1897, 562), диал. багма ж. р. 'топь, болото' (Бялькев1ч, Мапл. 80). Форма ж. р., соответствующая ср. p. *bagno (см.) и м. p. *bagiib (см.) или (*bagn'a) производное с суфф. -j(a) от основы *bagn-, объединяющей все эти слова.

*hagnatъjь: чеш. bahnaty прилаг. 'болотистый' (Jungmann I, 61). Прилаг., производное с суфф. -at-, от основы bagn- (см. *bagno).

*bagnĕti: укр. багтти 'делаться болотистым, тинистым, топким' (Гринченко I, 18). Гл., производный с суфф. -Ш от именной основы *bagn- (см. bagno и родственные).

*bagnistъjь: слвц. bahnisty 'болотистый' (SSJ I, 65), иольск. bagnistij 'болотистый, топкий' (Warsz. I, 83), русск. диал. багнйстый 'НИЗКИЙ, болотистый, мокрый' (курск., Филин 2, 35), укр. багпйстий 'болотистый, тонкий, тинистый, илистый' (Гринченко I, 18). Прилаг., производное с суфф. -1st- от основы *bagn- (см. * bag по).

*bagnišče: чеш. bahniste ср. р. 'болотистое место', bahnisko ср. р. то же, слвц. bahnisko ср. р. то же (SSJ I, 65), и.-луж. bagnisko ср. р. 'большое болото' (Muka St. I, 9), польск. bagnisko ср. p. 'болото' (Warsz. 1, 83), укр. багнйще ср. р. 'болото, болотистое место' (Гринченко I, 18). Производное с собир. суфф. -isce от основы bagn- (см. *bagno).

*bagniti?: чеш. bahniti 'делать болотистым', диал. bahnit se 'гноиться (о ране, язве)' (Hosek. Geskomorav. II, 146), русск. диал. (с.-в.-р.) баглитъ 'мостить бревнами дорогу на раде' (Подвысоцкий 3), 'мостить бревнами дорогу на болоте' (Филин 2, 33), ю.-в.-р. 'сильно топить, топить жарко' (Даль3 I, 89), 'сильно идти (о дожде)', 'сильно, жарко топить (печь)', 'долго и больно бить' (Филин 2, 33—34). Несмотря на разнородность значений и различие форм, здесь предпринята попытка объединить их одной реконструированной праформой. Русск. баглитъ <С *багнитъ. Форма *bagniti — производное на -Ш от именной основы bagn- (см. *bagno). Значения, более или менее прямо связанные со знач. *bagno — 'болото, сырое место, топь', — не нуждаются в комментариях: 'делать болотистым', 'мостить дорогу на болоте', 'сильно идти (о дожде)'. Значения 'жарко топить' и 'больно бить'могли развиться вторично на описанной выше семантической первооснове, ср. аналогичную многозначность русск. шпарить, наконец просторечн. жарить 'идти (о дожде)', 'бить'. Значения слов в русском диал. материале объединяются в две четкие группы — с.-в.-р. и ю.-в.-р., причем похоже, что в обоих случаях словообразовательные акты протекали независимо от одной и той же основы. Не исключена возможность, что с.-в.-р. форма (и знач.) произведена не прямо от багно 'болото', а от производного багля 'дорога на болоте' ( <С *багня < *Ьа#7г'а, см.).

*bagnitъjь: чеш. bahnity прилаг. 'болотистый, топкий', слвц. bahnity прилаг. 'болотистый' (SSJ I, 65), в.-луж. bahnity (Jakubas), н.-луж. bagnlty. Прилаг., производное с суфф. -it- от основы bagn- (см. *bagno).

*bagno: чеш. bahno ср. р. 'болото', диал. behno то же (Hruska. Slov. chod. 12), слвц. bahno ср. р. 'топь, большое болото, тина на дне тихих рек, потоков и болот' (SSJ I, 65), в.-луж. bahno 'болото, ил' (Pfuhl 4), н.-луж. bagno ср. р. сболотос, диал. 'багульник болотный Ledum palustre' (Muka St. I, 10), иольск. bagno ср. p. 'топь, трясина, болото', 'растение Ledum (palustre)' (Dorosz. I, 297), словин. b&gne ср. p. 'багульник Ledum palustre' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 12), др.-русск. багъно 'грязь, lulum, болото, palus' (Срезневский I, 39), русск. диал. (курск.) багнб ср. р. 'низкое и топкое место' (Опыт 4), 'растение багульник' (Даль 3 I, 89), багно ср. р. 'растение Ledum L., багульник' (арх., ср. полоса России, Филин 2, 34), ст.-укр. багно 'топь, трясина, болото' (1477 г.), 'растение Ledum palustre' (Тимченко I, 48), укр. багнб ср. р. 'болото, топь, глубокая грязь', 'грязь', 'растение Ledum palustre' (Гринченко I, 18), 'болотистая местность', 'беспорядок, мусор' (В. С. Ващенко. Словник полтавських говор1в. Хартв, 1960, 13), 'название растения' (Г. Г. Немченко. Особливост1 гов1рки с. Широкий Луг Тяч1вського р-ну. Дип. роб. Ужгород, 1954, 132), багнб, багун 'растение Ledum palustre' (П. С. Лисенко. Словник д1алектно*1 лексики середнього i схщного Пол1сся. Кшв, 1961, 17), блр. багно 'болото', 'сенокос' (Е. Ф. Карский. Материалы для изучения белорусских говоров. 1. —ИОРЯС II, 2, 1897, 562). Подробные диал. сведения о слав, продолжениях *bagno и *6а#?гъ (у автора — *bagbno, *bagbtib) см. также Н. И. Толстой. Славянская географическая терминология. Семасиологические этюды (М., 1969) 154—158. Там же — о связи знач. 'болото' и 'багульник'. Четкость географического ареала (зап.-слав, и вост.-слав.), регулярность соответствий и простота реконструкции праслав. праформы находятся в явном противоречии с невыясненностью этимологии этого слова, о происхождении которого до сих пор ведутся споры. Можно оставить в стороне устаревшие сравнения праслав. *bagno с лит. bognas (Miklosich 6; Holub-Kopecny 63), кот. само недавно заимствовано из соседних слав, языков, а также весьма проблематичное сближение с лит. bojus 'топкое место' (К. Буга РФВ LXX, 1913, 100; между прочим, ни этого, ни вышеупомянутого лит. слова не дает Френкель в своем лит. этимол. словаре). Особняком стоят также разыскания Оштира, который сближал слав, с праром. *bauga, откуда франц. Ъоие 'грязь' (К. Ostir «Etnolog» I, 1926-1927, 7). Наиболее серьезным представляется старое сравнение слав. *bagno с герм. *baki-, *bakki-, откуда — др.-в.-нем. bah, соврем, нем. Bach 'ручей', др.-сакс, beki, англос. Ъесс, др.-исл. Ъеккг 'ручей'. См. J. J. Mikkola ВВ XXI, 1896, 218; С. С. Uhlenbeck РВВ 26, 292; Berneker I, 38; Фасмер I, 102. Сравнение с герм, словами ценно еще потому, что их объединяет со слав, названием болота не только общий корень, но и общий суффиксальный элемент -п-, поскольку, как указал Миккола, герм. отражает и.-е. *bhagni-. Суффиксальным (на -п-), хотя и темным, образованием считал наше слово Миклошич, см. Miklosich. Vgl. Gr. II, 117. Наличие непроизводного, бессуффиксного н.-луж. bagi мн. 'болота' уже с полной определенностью позволяет квалифицировать -п- в *bagno как суффикс, см. Трубачев «Сербо-луж. лингв, сборник» (М., 1963) 160; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 113. Видеть в исходе -п- не суффикс, а след гетероклитической основы, как это делает целый ряд ученых, сближающих *bagno с *bagn, *bagra 'красный цвет' (Bruckner 11; Stawski I, 25; Pokorny I, 161; J. Schtitz «Festschrift fur M. Woltner» [Heidelberg, 1967] 152; E. Fraenkel. Сб. в честь Эндзелина 107), затруднительно хотя бы потому, что название болота и название цвета в данном случае обладают выразительно разными ареалами (см. карту). Так, название пурпура — почти исключительно ю.-слав., где *bagno неизвестно, поэтому излюбленная апелляция к тесной взаимосвязи терминов 'цвет' и 'болото' в данном примере не действует. Перед нами бесспорно древние диалектизмы праслав. лексики. Обращают внимание в связи с проблемой -гIn- основы также на укр. багрйна 'болото, место, богатое источниками' (Материалы Украинского этимологического словаря под ред. А. С. Мельничука, рукоп., Киев; там же привлекается слвц. bahurina 'сырая, болотистая местность', кот. лучше оставить в стороне), но ср. чеш. bahnina ж. р. 'болотные испарения' (Kott I, 42), что вызывает предположение о вторичных изменениях формы укр. слова. Сближение Махека— *bagno: лат. stagnum 'болото' (Machek 22) едва ли может быть принято. На отношении значений *bagno 'болото' и 'багульник Ledum palustre' мы наблюдаем начальную стадию выделения нового имени — перенесение названия болота на растение, собственно — семантическое словообразование, которому сопутствуют также формальные средства, см. в последнем случае *Ьа#7гъ.

*bagnǫti: чеш. bahnoutl 'жаждать, вожделеть' (Kott 1, 42), диал. (остр.) bahndt 'жаждать' (Kott. Dod. k Bart. 2), слвц. bahnuV то же (Kalal 13), укр. багнути 'сильно желать, хотеть' (Гринченко I, 18). Производный гл. с суфф. -ngti от основы bag-, представленной в *bagt4, *bagati (см.).

*bagnъ: н.-луж. bagan м. р. 'болото при ключе, растение багун Ledum palustre, багульник, зоря' (Muka St. I, 9), bagon м. p. 'багульник болотный Ledum palustre' (там же, 10), сюда же н.-луж. bagen, род. п. -gna м. ^.=bagan (Muka Sj. I, 9), русск. диал. багбн 'багульник' (Даль3 I, 89), баган м. р. 'болото', 'багульник' (Псковский областной словарь 1, 89), багун м. р. 'кустарник багульник Ledum palustre' (Словарь русских старожильческих говоров средней части бассейна р. Оби 1, 22), укр. багун м. р. 'растение Ledum palustre L.' (Гринченко 1, 18), блр. багун м. р. 'багульник Ledum palustre L.' (Байкоу — Некраш. 40). Местные н.-луж., русск., укр., блр. рефлексы, при всем их разнообразии, являются прямым продолжением праслав. *bagrw. Следовательно, речь может идти не о суффиксах -ан, -он, -ун, как могло бы показаться на первый взгляд, а только о местных вторичных вокализациях группы -gn-. Обратное производное (*Ьа^/гъ м. р.) от *bagno ср. р. (см.) для обозначения растения Ledum palustre, багульника. Ср. Фасмер I, 103, где сказано весьма осторожно: «возм., к багнб». Там же справедливо отвергается сближение Соболевского с греч. срт^ос, лат. fagus. Подробно о названиях багульника (включая такие вторичные производные как русск. багульник, диал. багунник) см. В. А. Меркулова «Этимол. исследов-ия по русск. яз.» Ill (М., 1961) 15—17. Неправ В. И. Абаев («Studia linguistica slavico-baltica С.-О. Falk . . .oblata». Lundae, 1966/1968, 1 и след.), кот. отделяет явно вторичные варианты — диссимилятивное багула, багульник — и сближает их с далекими нем. Wachol-der 'можжевельник' и осет. iva^yly 'шиповник'.

*bagnъka: чеш. bahenka ж. р. 'вид болотного травянистого растения', 'пресноводное животное Paludina vivipara', слвц. bahienka ж. р. 'вид болотной травы Heloechloa' (SSJ I, 65), укр. диал. багбнка ж. р. 'лужа' (Гринченко I, 18). Производное с суфф. -ъка от основы bagn- (см. *bagno).

*bagnьсь?: русск. диал. баганец, род. п. -нца, м. р. 'растение Urtica L., крапива' (смол., Филин 2, 33). Производное с суфф. -ъсъ от основы bagn- (см. *bagno).

*bagnьje: н.-луж. bagne ср. р. 'болото' (Muka SL I, 9). Производное с суфф. -ь)е (собир.) от основы bagn- (см. *bagno).

*bagnьnъjь: чеш. bahenni, bahenny прилаг. 'болотный', слвц. bahenny прилаг. то же (SSJ I, 65), польск. bagienny 'болотный' (Warsz. I, 82). Прилаг., производное с суфф. -ъп-, от основы bagn- (см. *bagno).

*bagotiti?/*bagъtiti?: чеш. pachtiti se 'стремиться, жаждать', слвц. bachtW (sa), pachtiV (sa) экспр. |'жаждать, сильно желать; стараться' (SSJ III, 10), слвц. диал. bahotHV 'жаждать, желать' (Habovstiak. Orav. 187). Скорее всего, экспрессивное производное с интенсивирующим суфф. -rt-iti/-ot-iti от основы гл. *bagati, *bagngti (см.). См. Machek 28, где чеш. и слвц. формы в общем правильно относятся к baziti, но там же, 349, pachtiti se совершенно ошибочно поставлено в связь с pakost и производными Экспрессивный характер гл. формы делает сомнительным ее праслав. происхождение.

*bagǫtbnъjь: слвц. диал. bahutni 'жадный' (Zoch 74). Отглагольное прилагательное, производное с суфф. -qt-ъпот основы гл. bag- (см. *bagati). Ничто не мешает, впрочем, рассматривать это образование как суффиксальное расширение (-ъп-) основы старого причастия *baggt-, еще не имеющего -/-ового расширения, позднее проведенного у всех слав, причастий на -gt-j-§t-. Ср. по типу образования *moggtbnbjb (см.). Стоит также отметить, что прич. *bagqt- образовано непосредственно от основы нетематического гл. *bagti (см.), ajjHefoT уже тематизированных *bagati, *bazatl, *baziti (см.).

*bagra: болг. багра ж. р. 'краска; цвет' (БТР), макед. багра ж. -р. 'цвет, окраска', 'пурпур, багрянец' (И-С), сербохорв. bagra ж. р. 'pigmentum, мазь, которой смазывают сети, чтобы они не рвались от сухости' (RJA I, 150), багра ж. р. 'растение Puccinia graminis' (PCA I, 230), багра ж. p. скрасная краска', 'вид морской рыбы' (там же), блр. багра ж. р. 'пурпур' (Байкоу—Некраш. 40). Во всем, кроме рода, тождественно *Ьа#(ъ)гъ I (см.; там же подробно об этимологии). Любопытно обратить внимание на изоглоссную связь ю.-слав. форм с блр. словом, тем более что относительно последнего трудно предположить книжное заимствование, как это, видимо, имело место в других близких случаях в вост.-слав, языках.

*bag(ъ)rĕnb(jь): ст.-слав. ьАгъркнъ, ьлг^енл, -ми прилаг. ЯООФО.ООО? purpureus 'багряный' (SJS), болг. багрян 'тёмнокрасный, багряный' (Младенов БТР), багрен то же (БТР), сербохорв. bagren 'purpureus' (XIII в., RJA I, 151), словен. bagren 'пурпурный, багряный' (Plet. I, 9). — Сюда же сущ. сербохорв. багрелг, багрем, багрен, багрен м. р. 'акация Robinia pseudacacia' (PCA I, 230). Прилаг., производное с суфф. -ёп- от основы bagr- (см. *Ьа#(г)гъ I).

*bag(ъ)riti: ст.-слав, БДГА^ИТИ

*bagro: слвц. диал. bahro 'часть колеса' (Buffa. Dlha Luka 130), русск. диал. багрб 'багор' (Куликовский 2), багрб ср. р. 'металлический наконечник багра' (Псковский областной словарь 1, 90) укр. багрб ср. р. 'косяк, часть составного обода колеса' (Гринченко I, 18). Сюда же bahra ж. р. 'обод колеса' (Jungmann I, 62: с пометой sic). Во всем, кроме грамм, рода, тождественно *bag(b)n II (см.; там же относительно этимологии).

*bagrovъjь: цслав. БАГРОБЪ прилаг. 'purpureus' (Mikl.), в.-луж. bako-rowy пурпурный (Pfuhl 1054) Производное с суфф. -ov- от *Ьа#(ъ)гъ I (см.). Вост.-слав, соответствия (русск. багровый) здесь сознательно опущены, поскольку представляют собой книжные заимствования из цслав.

*bag(ъ)rъ 1: ст.-слав. к&гъръ м. p. akoo^k, purpura 'багрец' (Супр., SJS), болг. багър м. р, 'багряница, порфира', багър прилаг.'багряный' (Младенов БТР), сербохорв. стар. (серб.-цслав.) bagar, род. п. bagra, м. р. (с XIII—XIV вв., RJA 1,149), сербохорв. багар, -гра, м. р. ^багра (РСА I, 228), словен. bdger, род. п. -gra, м. р. 'багрец' (Plet. I, 9). Как и в других статьях на bagr-, здесь опущены все вост.-слав, формы, которые целесообразно считать книжными заимствованиями из цслав. (кроме блр. багра — см. *bagra, — которое имеет вид народной формы, соответствующей ю.-слав. словам). Это надлежит постоянно иметь в виду при решении вопроса об этимологии данного слова, потому что этимол. словари здесь не проводят почти никакого различия между местными народными формами и литер, лексикой, заимствованной из цслав. (см., напр., Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 107, где даны в обзоре соответствий также русск. багор, укр. багор; ср. еще Фасмер I, 103). Генезис зап.-укр. багрйй 'темно-красный' (Желеховский, Гринченко I, 18) для нас недостаточно ясен. Ср. безусловно заимствованный характер такого укр. цветообозначения, как барзш, барзий 'черное животное с белой грудью'. Бернекер считал слово этимологически темным, см. Berneker I, 38. В последующее время был высказан ряд предположений и об исконном, и об иноязычном происхождении. Младенов производил это название цвета из и.-е. *bhagh-ro-, откуда также ср.нидерл. baggaert 'ил, типа, грязь', сближая их со слав. \*bagno (см.) и ирл. bilal 'вода' < и.-е. *bhoghla (см. РФВ LXVIII, 1912, 373—378; Младенов 13; Георгиев БЕР I, 25). Ряд ученых связывает наше слово с греч. срсЬуш 'жарить' и родственными, как напр. X. БариЬ, цит. по ЗФ III, 1922—1923, 200; Фасмер, там же. Предполагалось родство также с болг. божур 'мак' <^ *bageur- (К. Ostir «Etnolog» I, 1926/1927, 2), подвергнутое сомнению позднее. Особо проблематичным, впрочем, представляется объяснение *bag(^n из част. Ьа- в соединении с корнем *#ъгякобы из *goreti (А. С. Львов — «Этимол. исследов-ия по русск. яз.» IV, 1963, 66—71). Всесторонне рассматривался вопрос о возможности заимствования, причем в качестве источников назывались герм. *jagra-'красивый' (Преобр. I, И; против см. Фасмер, там же), араб, тауга 'краснозем' (см. вслед за Локочем — Stawski RS 16, 1948, 85; Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 108; против см. Е. Dickenmann «Kratylos» I, 79), наконец — тюрк. baqyr, bayyr 'медь' (К. Н. Menges UAJb. 31, 1959, 177-178). Слово продолжает оставаться этимологически неясным, признание его исконного родства со слав, формами (с основой *bagati, *baziti < и.-е. *bhog-, ср. греч. fcoyco, выше, или с *bagno) всякий раз встречает препятствие в явном несовпадении ареалов тех и других слов (см. карту). Считать данное название красного цвета и краски (т. е. типичное культурное слово) особо древним и.-е. реликтом как будто нет веских оснований. Очагом распространения красного красителя было древнее восточное Средиземноморье, поэтому мысль о заимствовании *Ьа£(ъ)гь I балканскими славянами не может быть пока снята с повестки дня. Из прочей литер, см. G. Heme. Die slavischen Farbenbenennungen. Uppsala, 1954, 48 и след.

*bag(ъ)iъ ll: слвц. bahor, род. и. -hra, м. p. 'деревянная гнутая часть колеса', 'выгнутые кирпичи, идущие на постройку печей' (SSJ I, 65), также диал. bahor (Zoch 74), behor, bahor 'верхний, подвижный мельничный жернов' (Kalal 20), русск. багор, род. п. -гра, м. р. 'длинный деревянный шест, на кот. насажен железный наконечник с острием и крюком', укр. диал. багр, багор 'косяк колесного обода' (Онышкевич. Словарь бойковского диалекта 64). Праслав. диал. *Ьа#(ъ)гь II (слвц., русск., укр.) вместе со слвц. диал. bahro 'часть колеса', русск. диал. багрб 'багор, наконечник багра' (см. *bagro, выше) мы объясняем как производное имя с суфф. -г- от глагольной основы *bag-, этимологически родственной и апофонически парной основе *beg- (см. *begfi) (ср. уже §. Ondrus. Povod slova bahor «Jazykovedne stiidie» 11. Jonov sbornik (Bratislava, 1971) 111—115). Если последняя во всех слав, языках выражает знач. 'бежать, быстро двигаться', то реликтовый вариант *bag~, кот. продолжает дослав. *bdg(соответственно — *beg- < *beg-), мы квалифицируем как производную -о- ступень с каузативной функцией 'заставлять бежать, быстро двигаться'. Ср. лит. boginti 'поспешно тащить', связь которого с лит. begti и далее — слав, begtfi, bezati общеизвестна (см. Fraenkel I, 38, где, к сожалению, никак не комментирован не вполне регулярный вокализм лит. слова — ожидалось бы *buoginti, ср. лтш. buokstlties 'околачиваться', buokstit 'скрывать'). Осмысление имени *Ьа#(г)гъ II в связи с дослав. *beg-: *bdg- удовлетворительно в семантическом отношении, ср. выше знач.'часть колеса', ^подвижный жернов', 'шест для толкания'. Здесь все указывает на движение, бег. Немаловажно, что наряду с слвц. bahor в том же знач. 'верхний, подвижный мельничный жернов' выступает слвц. behor (см. выше) и что чеш. эквивалентом этих слов служит behoun, собств. 'бегун'. Предлагаемая здесь этимология от гл. 'бежать' не требует отмены старой гипотезы о происхождении от гл. 'гнуть', якобы лучше всего объясняющей знач. 'крюк багра', 'колесный обод' (Berneker I, 38; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 109), но оставляет место также и для этой связи, правда, на ином уровне. Следует иметь в виду, что значения 'гнуть' и 'двигать' тесно связаны и взаимно переплетены, ср. чеш. hnuti 'движение', а также семантический комплекс 'избегать' счэ 'уклоняться' в разных языках. При этом едва ли нужно прибегать к сомнительной иррегулярной апофонии (Ablautsentgleisung) bug-: bag- на базе и.-е. *bheug- 'гнуть' (см. Sadnik—Aitzetmuller, там же). Слав. *beg-/ *b&g-

*bagrьсь: словен. bagrec, род. п. -гса, м. р. 'пурпурная краска' (Plet. I, 9), в.-луж. bahorc м. р. 'пурпур' (Pfuhl 1054). Производное с суфф. -ьсъ от *bag^)n I (см.). Есть мнение, что словен. слово заимствовано из русск. книжным путем (см. Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 107; в.-луж. форма приводится там с опечаткой). Русск. багрец не фигурирует в нашем перечне, поскольку оно представляет собой в конечном счете цслав. элемент.

*bagti: укр. багтй, багчй 'хотеть, желать' (Гринченко I, 18). Сохранение (или скорее воспроизводство, иначе ожидалось бы укр. *бачи) древней атематической основы, представленной с тематизирующими расширениями в *bagati, *bazati, *baziti (см.). Косвенный след той же атематической основы находим еще в прилаг. *bagotbnbjb (см.).

*bagъvinьje: укр. баговйння, ср. р. 'род водорослей' (Гринченко I, 18), блр.- багавтьне 'водоросли, тина', (Гарэцш 18). Суффиксальное производное на -in-bje от основы bagbu- (см. *bagy).

*bagъvьnikъ: слвц. диал. bahounik 'название растения' (Habovstiak. Orav. 158), русск. диал. баговнип м. р. 'растение Conium maculaturn L.; небольшой ядовитый кустарник, резкий запах которого вызывает головную боль; болиголов' (тверск., псковск., новг., волог.), 'то же, что багульник' (Даль 3 I, 89; Филин 2, 34). Суффиксальное производное на -ьпгкъ от основы bagbv- (см. *bagy).

*bagy: н.-луж. bagi мн. 'тундры, болота' (Muka St. I, 9), укр. багва ж. р. 'болотистая низменность, топь' (Гринченко I, 17; Укр.-рос. слови. I, 26). Здесь, по сути дела, целесообразно говорить о двух несколько различных случаях, формально объединенных под одним заглавным *bagy: 1) мн. ч. от незасвидетельствованного *bagъ м. р. (н.-луж., см. также под *bagno, где и об этимологии); 2) основа ж. p. *bagy (основа косв. п. — *bagw-), ср. сюда же Багва, река бассейна Днестра, см. о последней Фасмер I, 102; SadnikAitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 112; М. Rudnicki SO 30, 1973, 115-117 (последний, правда, пытается связать с названием бука). Родственно также *bagno (см.).

*bахаčь: словен. bahdc м. р. 'хвастун' (Plet. I, 9), чеш. bachdc м. р. 'все пузатое, толстое' (КоIt I, 42). Производное с суфф. -(а)съ от гл. *baxatl (см.).

*Ьаxаrь: русск. диал. батръ 'сказочник' (Вогораз 22), бахаръ, ба~ хорь м. р. 'говорун, краснобай', 'сказочник', 'знахарь', 'любовник' (Филин 2, 152). Суффиксальное производное на -х-агь от основы *Ьа- (см. *bajali). См. А. И. Соболевский ИОРЯС XXVII, 1924, 324; Berneker I, 38; Фасмер I, 136. Ср. еще расширения на -х-огот той же основы, ниже.

*baxati: сербохорв. hahatl 'топать' (с XVI в., RJA I, 153), словен. bdhati 'хвастать' (Plet. I, 9), чеш. диал. (мор.) bdchati 'бить' (Kott I, 42), слвц. bdchaV 'ударять, бить, колотить' (SSJ I, 65), русск. бахать 'бить, колотить, стучать, хлопать, стрелять' (Даль 3 I, 139), укр. бахати 'стрелять; толкать' (Гринченко I, 34). Значения глаголов свидетельствуют о семантическом развитии 'хвастать' <С 'стучать, ударять', следовательно, неправы лингвисты, кот. производят все эти случаи из общего *Ьа- 'говорить' (Miklosich 5; R. Perusek AfslPh XXXIV, 1912, 20; Berneker I, 38-39; A. Bruckner KZ LI, 1923, 240). В основе наших глаголов лежит особый ономатопоэтический звукокомплекс Ьах-, передающий удар, стук. Ср. нем. prahlen 'хвастать': prallen 'ударяться'; русск. хвастать, первонач. —'хлестать'. С *Ьахагь, *baxura, *baxoriti (см.) не связано.

*Ьахаtъ(jь): сербохорв. bdhat прилаг. 'superbus, гордый, надменный' (RJA ], 153), словен. bahat прилаг. 'хвастливый' (Plet. I, 9), чеш. bachaty 'толстый, пузатый' (Kott I, 42). Прилаг., производное от основы Ьах- (см. *baxati, *Ьахась) с помощью суфф. -at-. Не исключена, правда, возможность, что чеш. слово со своей специфической семантикой представляет собой экспрессивное производное от banaty 'пузатый' (см. *Ьа/г'а) или семантически сблизилось с последним.

*baxnǫti: сербохорв. бахнути 'явиться как снег на голову', bahnuti 'impingere, ingruere' (с XVII в.), 'ударить' (RJA I, 153), банути (РСА I, 293), диал. банут 'ударить' (Елез. I), слвц. диал. baynuf 'ударить с шумом' (Habovstiak. Orav. 187), русск. диал. бахнуть 'упасть', 'выстрелить из ружья', 'ударить' (Добровольский 24), укр. бахнути 'выстрелить, толкнуть' (Гринченко I, 34), блр. бахнуцъ. Сербохорв. глагольная лексика производилась от сущ. bah 'ictus, momentum' (см. Fr. Kurelac «Rad» XV, 1871, 91—96, с подробным обзором значений и употреблений), однако именно на сербохорв. языковой почве часть случаев bah продолжает *Ьъх- и поэтому двусмысленна. Как и *baxati (см.), *baxnoti образовано от звукоподражания типа Ь.х с различной вокализацией, ср. *buxngti.

*baxora: ст.-чеш. bdchora ж. р. 'сказка, басня, выдумка' (XV в., Gebauer 24), чеш. bdchora ж. р. 'выдумка, побасенка', а также bachora ж. р. 'ребенок, только еще начинающий говорить', диал. bdchora ж. р. 'выдумка' (Gregor. Slov. slavk.-bucov. 18). Ср. еще слвц. bdchorka ж. р. 'побасенка, выдумка' (SSJ I, 65); любопытно отличие знач. приводимого Юнгманом чеш. bdchora ж. р. 'набухшая слива' (Jungmann I, 63). Русск. диал. бахбра м. и ж. 'разговорчивый человек, балагур', 'тот, кто хвастается, бахвалится', 'знахарь, знахарка' (Филин 2, 156). Суффиксальное производное на -х-or- от основы Ьа- (см. *Ьахагь, *bajati). Об экспрессивной роли -х- в этих образованиях см. Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 117. *baxorica: сербохорв. бахорица ж. р. 'колдунья, знахарка' (см. также М. Tentor «Razprave» I, 1950, 71), чеш. bachorlce ж. р. 'вид колбасы'. Формально представляет собой суффиксальное производное *ba-x-or-ica от основы Ьа- (см. *baxora, *bajati), ср. особенно знач. сербохорв. слова. Семантика чеш. слова, возм., отражает влияние иного лексического гнезда, где выступают значения 'бить', 'плотный', 'толстый' (см. *Ъахасъ, *baxatbjb, *baxati).

*baxoriti: сербохорв. бахорити 'колдовать, заговаривать (болезнь, горе)', словен. bahoriti 'колдовать' (Plet. I, 10), сюда же Ъаhdriti 'хвастать' (там же, 9), чеш. bachoriti 'болтать' (Jungmann I, 63; Kott I, 43), русск. диал. бахбрить 'говорить, разговаривать' (Васнецов 13), 'разговаривать, беседовать; сплетничать; наряжаться' (Сл. Среднего Урала 38), 'болтать, говорить попусту' (Псковский областной словарь 1, 134), укр. бахорити 'ворожить, гадать' (П. I. Реденець. Особливост1 гов1рки села Малий Раковець 1ршавського округу. Дип. роб. Ужгород, 1952, 82). Экспрессивное суффиксальное расширение (-х-ог-Ш) основы Ьа- (см. *bajati) или глагольное производное на -Ш от имени *baxora, *Ъахогъ (см.).

*Ьахоrъ: болг. бахур 'прямая кишка', 'прямая кишка свиньи, нафаршированная как колбаса' (Младенов БТР), бахур м. р. 'круглый сосуд с узким горлышком для водки' (там же), диал. бахур м. р. 'кровавая колбаса' (Стойчев БД II, 128), сербохорв. бахор м. р. 'колдун', 'живот' (PGA I, 340), диал. баор, уничиж.—о ребенке (: oHaj баор плаче, йч не патише), 'часть внутренностей животного' (Елез. 1; РСА I, 295), чеш. bachor м. р. 'передний желудок у жвачных', 'брюхо (у человека)' диал. bachor м. р. то же (Sverak. Boskov. 105), ср. ст.-чеш. bachor м. р. 'прямая кишка' (Gebauer 24), слвц. bachor м. р. 'самая большая часть желудка у жвачных', 'внутренности животного', экспр. 'брюхо, пузо (человека)', счтолибо выпуклое, полость чего-либо' (SSJ I, 65), в.-луж. bachor 'толстощекий мальчик' (Jakubas). В этой статье объединены случаи, кот. можно трактовать, по-видимому, как *Ьахогъ I и *Ьахогъ II, поскольку для одних примеров мы можем говорить о своего рода экспрессивном имени деятеля *Ьа-х-огъ от основы Ьа-, ср. сербохорв. бахор*колдун', диал. баор 'ребенок (видимо, крикливый)', сюда же укр. бахур 'маленький ребенок, крикун' (см. о последнем Р. Смаль-Стоцький «Slavia» 5, 1926, 9, но там дана связь с bachati). См. еще *baxoriti, *baxora, *Ьахагъ. В то же время для других примеров мы должны принимать образование *Ьах-огъ от гл. *baxati (см.), сюда относится весьма специфическая болг., сербохорв., чеш., слвц. лексика с семантикой 'внутренности, кишки', 'колбаса', 'живот', 'что-либо толстое, круглое'. Бесспорно сюда принадлежит русск. диал., блр. бахур 'толстяк', приводимое Фасмером и ошибочно толкуемое им как заимствование из еврейского (см. Фасмер I, 137). Достаточно указать на родственные чеш., слвц. bachor 'часть желудка у жвачных', а также 'пузо, брюхо' (см. выше), чтобы мнение о наличии здесь исконнославянского образования представилось несравненно более вероятным. Ср. сюда же уже упоминавшееся неоднократно выше сербохорв. диал. баор — о ребенке. Кстати, этот последний пример служит также оправданием того, что разграничение на *Ъахогъ I и *Ьахогъ II не проведено нами здесь до конца, потому что в том же сербохорв. диалекте слово баор выступает также в знач. 'внутренности животного' (откуда, может быть, затем вторично — 'карапуз, ребенок'?). Вероятным направлением развития значений, видимо, было след.: *baxati 'бить' > 'сбитый, плотный; живот, внутренности, кишки, колбаса; круглое, выпуклое'. Принимая во внимание очевидную оригинальность всех этих слав, образований, мы должны признать сомнительной тюрк, этимологию (Георгиев БЕР I, 36). Подробно об этих экспрессивных образованиях см. R. Laskowski. Sjowianskie *Ьаскогъ: *Ьаскогь: *Ьаскигъ. — RS XXVI, 51-56.

*Ьахunъ: словен. bahun м. р. 'хвастун, крикун' (Plet. I, 10). Производное с суфф. -ипъ от гл. *baxati (см.).

*Ьахъ?: сербохорв. bah м. р. 'гордец', 'шум, грохот' (RJA I, 151), русск. диал. бах 'говорун, краснобай' (Подвысоцкий 5). Суффиксальное производное с экспрессивным -х- от основы Ьа- (см. *bajati). Возраст данного экспрессивного образования остается неясным, вместе с тем сравнение с более сложными *Ьахагъ, *baxora, *baxoriti (см.), представленными в слав, языках достаточно широко, дает некоторые основания для того, чтобы сохранить также настоящий простейший тип в ряду других однокоренных образований предположительно праслав. эпохи.

*baxъtati: в.-луж. bachtac 'крякать (об утках); болтать', н.-луж. bachtas (se) 'хвастать, важничать' (Muka St. I, 10). Интенсивная форма глагола, суффиксальное производное на -bt-ati от основы гл. *baxati (см.).

*baxъtĕti?: сербохорв. диал. бахтети 'пугать' (РСА I, 340), русск. диал. бахтетъ 'бахвалиться, гордиться' (А. Балов. Народный говор в Пошехонском у. Яросл. губ. — ЖСт. III, 1893, 510). Аналогично предыдущему объясняется как глагольный интенсив, производное с суфф. -ъЬ-еИ от основы гл. *baxati (см.). Ср., впрочем, след.

*baxъtъ?: сербохорв. bahat м. р. 'шум, грохот, топот' (с XVI в., RJA I, 152—153), сюда же bat и. р. то же, со стяжением из bahat (RJA I, 205). — Ср. еще, с отклонениями в форме bahot м. р. то же (RJA I, 154), bahat ж. р. 'топот' (XVI в., редко, RJA I, 153). Производное имя с суфф. -г£ъ от основы гл. *baxati (см.).

*baja/*bajь: сербохорв. диал. 6dja ж. р. 'чары, сглаз' (РСА Г, 245), словен. bdja ж. р. 'колдовство, заклинание' (Plet. I, 10), чеш. bdj, bdje ж. р. 'миф, басня, фантазия', диал. baja ж. р. 'басня, выдумка' (Malina. Mistf. 8; Gregor. Slov. slavk.-bucov. 18), русск. диал. бая ж. р. 'прозвище веселой говорливой женщины, рассказчицы' (Филин 2, 167). Отглаг. производное имя ж. р. от основы гл. *bajati (см.).

*bajačb: болг. баян м. р. (БТР), макед. бащч м. р. 'знахарь' (И-С), сербохорв. ба]'ач м. р. 'колдун', чеш. bdjec м. р. 'тот, кто рассказывает басни, небылицы' (Kott I, 43). Производное имя деятеля с суфф. -(а)сь от основы *bajatt (см.).

*bajadlica: сербохорв. bajalica ж. р. 'колдунья, знахарка, incantatrix' (с XVII в., RJA I, 155). Имя деятеля ж. р., производное с суфф. -ica от след.

*bajadlo: сербохорв. бащло м. р. 'колдун' (Вук КарапиЬ; РСА I, 247), русск. диал. баяла м. и ж., баялка ж. р. 'то же, что баюн, говорун, рассказчик' (перм., Филин 2, 167). Первонач. имя действия с суфф. -dlo от основы Ьа- с вторично проведенной тематизацией под влиянием формы гл. *bajati (см.). Более древний вид именной основы, возм., представлен в образованиях на *ba(d)l- (см. ниже).

*bajadlьсь: сербохорв. bajalac, род. и. bajaoca м. p. 4ncantatory колдун, знахарь' (с XVII в., RJA I, 155). Производное с суфф. -ьсь от *bajadlo (см.).

*bajadlьnica: словен. bajaluica ж. р. 'плутовка' (Plel. I, 10). Производное с суфф. -ыи'са от *bajadlo (см.) или с суфф. Аса — от ирилаг. *bajadli>nb (см.).

*bajadlьiiikъ: словен. bujalnik м. р. сллут, мошенник' (Plet. I, 10). Производное с суфф. -ьткъ от *bajadlo (см.) или с суфф. Акъ — от ирилаг. *bajadlbHb (см.).

*bajadlьnъ: словен. bajalen прилаг. 'колдовской, волшебный' (Plet. I, 10). Прилаг., производное с суфф. -ыг- от *bajadlo (см.).

*bajanъ?: болг. баян нескл. ирилаг. (только в песне: Видо ле, баян българко. Георгиев), др.-русск. баинъ 'обаятель, incantator' (Срезневский I, 46), русск. диал. баян м. р. 'певец', 'то же, что баюн, говорун, рассказчик' (Филин 2, 167). Производное с суфф. -{а)пъ от основы гл. *bajati (см.). См. Георгиев БЕР I, 38; Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 115. Названные авторы не соотносят др.-русск. имя деятеля и болг. диал. слово (несклоняемое прилагательное), в то же время между ними наблюдается формальное тождество, а функция и прочие особенности болг. слова могли появиться вторично.

*bajati I: болг. бая 'шептать заговоры, заклинания (о знахаре, колдуне)', 'рассказывать', диал. бае 'лечить заговорами' (Горов. Страндж. — БД I, 65), байъ то же (Колев БД III, 294), бае 'лечить' (с. Добротино, Гоцеделчевско. Дип. раб. Архив Софийск. ун-та), бае нареч. 'словно, как будто, кажется' (Георгиев), макед. бае 'колдовать, ворожить, заговаривать' (И-С), сербохорв. 6djamu'колдовать, ворожить, заговаривать (болезнь, горе)', словен. bajati 'болтать', 'предсказывать, гадать', сзаговаривать, ворожить, колдовать', ст.-чеш. bdti, Ьа)и 'говорить, выдумывать' (Gebauer I, 29), чеш. bdjeti 'болтать, говорить небылицы' (Kott I, 43), диал. bajaV 'рассказывать (сказки)' (Bartos Slov. 10), bajat 'выдумывать, рассказывать басни' (Gregor. Slov. slavk. - bucov. 18, Kopecny. Urc. 136), в.-луж. bac рассказывать (сказки, басни)', 'говорить вздор' (Pfuhl 4), н.-луж. bajas 'болтать, рассказывать' (Muka St. I, 11), польск. bajac рассказывать (басни или сказки)', 'рассказывать небылицы' (Dorosz. I, 298), словин. bajac 'рассказывать (сказки)', 'говорить вздор' (Sychta I, 15), др.-русск. бамти 'рассказывать басни, выдумки', собаять' (Срезневский I, 47), русск. диал. баять 'говорить' (Куликовский 3, Деулинский словарь 50), ст.-укр. баяти 'говорить, разговаривать', 'заговаривать' (Тимченко I, 65), укр. баяти рассказывать', 'ворожить' (Гринченко I, 35), диал. баиати 'ворожить', 'заговаривать' (Оньтгакевич. Словарь бойковского диалекта (56; В. В. Г>абиыець. Гов1рка села Лавки Мукач1вського р-ну. Дии. роб. Ужгород, 1954, 143). Праслав. *bajati с очерченным выше кругом значений родственно арм. ban 'слово', греч. фтцлс (дор.

*bajati (sę) II: в.-луж. bac so 'незаметно гореть, тлеть' (Pfuhl 4), н.-луж. bajas se 'тлеть, мерцать' (Muka SI. I, 11). На основании этих исключительно серболуж. свидетельств мы восстанавливаем особое праслав. слово, лексический диалектизм ограниченного распространения. Ср. уже Berneker I, 39: bajg, baj'atl 2, кот. сближается там с др.-инд. bh&ti 'светит, блестит, сияет', греч. cpatvco 'показывать,' нрл. ban 'белый'. См. еще Pokorny I, 104; Трубачев «Славянское языкознание (V Междунар. съезд славистов)» (М., 1963) 187. Однако Бернекер неправ, когда он до конца разделяет праслав. *bajati I 'говорить' и *bajati II 'гореть, тлеть, мерцать' и считает неродственными также породившие их и.-е. основы. Несостоятельны также его указания на особые аблаутные отличия и.-е. основы со знач. 'говорить' от и.-е. основы со знач. 'светить'. Достаточно обратиться к материалам словаря Покорного (кот., правда, сам не говорит о связи обеих основ), чтобы увидеть, что и та и другая и.-е. основа имеет ступени *bha- и *bhd-. Мы считаем обе группы слов этимологически родственными на и.-е. уровне, о чем говорят и другие семантикоэтимологические аналогии, ср. *svbrkati: *svbrcati и др.Разграничение, имевшее следствием выделение особых праслав. *bajati 1 и *bajati II, наметилось еще в дослав, период. Здесь уместно вспомнить, что еще Бак придерживался мнения о тождестве и.-е. *bha- 'говорить' и др.-инд. bha- 'светить', греч. cpaivco (С. D. Buck. Words of speaking and saying in the Indo-European languages. — AJPh XXXVI, 1915, 127), причем он представляет себе развитие знач. как 'делать ясным' > 'говорить'. Мы склонны выводить все из синкретической ономатопеи.

*bajidlo: словен. bajilo ср. р. 'колдовство, заговор' (Plet. I, 10). Производное с суфф. -dlo от основы гл. *bajiti (см.). Ср. еще *bajadlo (см.) и ряд слов с основой *ba(d)l- (см. ниже).

*bajidlьja: ст.-укр. баиля, байля ж. р. 'знахарка, шептуха' (Тимченко I, 50—51). Имя деятеля, производное с суфф. -ь]а от имени действия на -dlo *bajidlo (см.).

*bajiti: сербохорв. 6djumu 'зевать, произносить с зевотой' (РСА I, 250), ст.-чеш. bdjiti 'сочинять' (XV в. Ст.-чеш., Прага), чеш. bdjiti 'фантазировать, вымышлять', слвц. bdjif (si) 'грезить, мечтать, фантазировать; тосковать' (SSJ I, 66), русск. диал. баитъ 'говорить, разговаривать, рассказывать' (Опыт 5), 'манить, приманивать' (Доп. к Опыту 4), 'говорить', 'рассказывать сказки' (Д обр ов о л ьский 20). Гл., производный на -Ш от той же основы, что и *bajati I (см.). Основа также косвенным образом засвидетельствована в производном *bajidlo (см.).

*bajunъ: русск. диал. баюн 'говорун, краснобай' (Богораз 22; Мельниченко 30); Словарь говоров Подмосковья, 24). Имя деятеля, производное с суфф. -ипъ от основы гл. *bajati (см.) или *bajiti (см.).

*bajь: сербохорв. Ьа] м. р. 'ворожба, колдовство, incantatio' (RJA I, 155), 'очарование, чары' (РСА I, 245), слвц. bdj ж. р. 'миф, фантазия, легенда, сказание' (SSJ I, 66), русск. диал. бай м. р. 'веселый рассказчик, говорун', 'речь, способность говорить' (Филин 2, 52), ст.-укр. бай м. р. 'знахарь, колдун' (1758 г., Тимченко I, 50), укр. бай м. р. 'сказочник' (Гринченко I, 20), 'забава, развлечение, веселье' (I. С. Колесник. Матер1али до словника д1алектизм1в укр. roBopiB Буковини. 1959, 5), блр. бай 'сказочник' (Носович. Сборник белорусских пословиц 205). Отглаг. производное от основы *bajati (см.), практически тождественное имени ж. p. *baja/*bajb (см.) и выделенное, скорее, лишь по морфологическим соображениям, ср. вероятное отражение в сербохорв., русск. диал., укр. и блр. соответствиях основы на -jo- м. р.

*bajьda: польск. диал. bajda 'болтун, враль' (Warsz. I, 83), укр. байда, общ. р., 'гуляка, беспечный человек', 'прозвище неуклюжей женщины', 'краюха, ломоть хлеба' (Гринченко I, 20; Укр.-рос. словн. I, 28). — Сюда же производные отыменные глаголы чеш. диал. bajdat 'болтать' (Kott. Dod. к Bart. 2), польск. bajdac 'нести вздор' (Warsz. I. 83), укр. диал. байдати 'болтать вздор, говорить чепуху' (Гринченко I, 20), русск. диал. байдатъ 'бездельничать, бить баклуши' (курск., орл., Филин 2, 54). Первонач. имя действия, производное с суфф. -oda от основы гл. *bajati (см.) или *bajiti. Уже состоявшийся переход nomen actionis > nomen agentis, а также тот факт, что суфф. -hda рано утратил продуктивность и вообще весьма редок (ср. *pravbda, *vorzbdd),ne позволяет нам следовать за теми, кто, возм., склонен видеть здесь позднее образование, чему, видимо, способствует экспрессивность этих слов (см. Stawski I, 25, особенно — Sadnik— Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 116—117; Machek 22). Знач. 'ломоть хлеба', известное также у польск. pajda, bajda, в конечном счете, вероятно, — тюркизм, ср. Bruckner 391.

*bajьka: макед. ба]ка ж. р. 'сказка' (И-С), сербохорв. bdjka ж. р. 'басня, сказка, fabula' (с XVII в., RJA I, 151), 'сказка, выдумка', 'ворожба, заговоры' (РСА I, 250), словен. bajka ж. р. 'сказка' (Plet. I, 10), чеш. bajka ж. р. 'басня', 'сказка, выдумка', слвц. bajka 'басня, выдумка' (SSJ I, 66), диал. bajka ж. р. 'неправда' (Buffa. Dlha Luka 130), в.-луж. bajka ж. р. 'сказка, басня' (Pfuhl 5), н.-луж. bajka 'басня, сказка' (Muka St. I, 11), польск. bajka ж. р. 'сказка, басня' (Dorosz. I, 301), русск. диал. байка ж. р. 'говор', 'сказка' (Опыт 5), ст.-укр. байка ж. р. 'выдумка' (Зизаний, Тимченко I, 50), укр. байка ж. р. 'басня', 'безделица, шутка, пустяки' (Гринченко I, 21), блр. байка ж. р. 'басня, небылица' (Б л р.-русск. 115). Широко распространенное в слав, языках, но, возм., возникшее как параллельное и относительно новое образование с суфф. -ька от основы гл. *bajati (см.).

*bajьnъ(jь): сербохорв. 6djau 'очаровательный, упоительный', 'сказочный', 'баснословный' (РСА I, 247), словен. bajen прилаг. 'легендарный, мифический', 'устный' (Plet. I, 10), чеш. bdjny прилаг. ' мифический', ' таинственный', ' прекрасный, великолепный', слвц. bdjny прилаг. 'фантастический, легендарный' (SSJ I, 66). Учитывая активность употребления этих слов в литературе и книжной поэзии, следует считаться с вероятием возникновения их в какой-то части как семантических калек для передачи соответствующей зап.-европ. литературной терминологии: нем. sagenhaft, mythisch, франц. Ugendaire. Не исключено, что решающую роль при этом сыграл чешский, ср. чеш. bdjeslovi (калька) = мифология. Отсутствие в нашем распоряжении историч. данных вынуждает нас оставить пока *Ъа]ъпъ(]ъ) в числе возможных праслав. лексем.

*bakati: сербохорв. bakati 'increpare' (XVI в., редк., RJA I, 159), чеш. bakati 'ссорить, натравливать' (Kott I, 43), диал. bdkat 'много болтать о пустяках' (Kott. Dod. k. Bart. 2), польск. стар. bakac '(весело) кричать3, 'ругать5 (Warsz. I, 85), русск. диал. бакатъ 'говорить, разговаривать, беседовать4 (Филин 2, 59). — Сюда же русск. диал. бакулитъ 'говорить, пустословить5 (Труды МДК. Словарь к ответам на программу по Саратовск. губ. — РФВ LXVI, 1911, 204; Мельниченко 27), а также, возм., ббкнутъ 'сказать что-либо тихо5, 'сообщить что-либо не вовремя5 (Филин 3, 69) и бокотатъ 'обидно выражаться5 (там же, 70), бякнутъ (влад., тамб.) 'сильно ударить о землю5, (колым.) 'буркнуть5 <^ *бакнуть (А. А. Шахматов ИОРЯС VII, кн. 2, 1902, 346). Расширение на -к- основы, представленной в *ba]ati (см.) и родственных. См. J. Olrqbski LP 1, 1949, 126; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 118. Ввиду экспрессивного характера допустимо считать относительно поздним образованием.

*Ьакоšь?: чеш. диал. bakos м. р. 'большая корзина, куда складывают яйца, подаренные на рождество5 (Malina. Mistf. 8). Проблематичное по своей древности сложение не вполне ясного префикса Ъа- и имени *ко$ъ (см.). В словаре Махека отсутствует.

*bаkul'a/*bаkъl'а: сербохорв. бакула ж, р. 'первый слой древесины (особенно у дуба) непосредственно под корой, около трех пальцев в толщину, заболонь, alburnum5 (Карацип, где даются синонимы бе»ъ, б)елика, а также говорится: «Заболонь белее самой древесины и раньше нее начинает гнить»; см. еще RJA I, 161, РСА I, 264), ст.-чеш. bakule ж. p. 'porolum5 (Ст.-чеш., Прага), чеш. диал. bakula ж. р. 'шишка, нарост5 (Gregor. Slov. slavk.bucov. 18), диал. bakule ж. p. 'шишка, желвак5, слвц. bakuVa ж. р. 'толстая, кривая палка5 (SSJ I, 67), в.-луж. bakulka ж. р. 'прыщ, пузырь, pustula5 (Pfuhl 1054), русск. диал. бакулъка 'выстроганная палочка для веретена5 (Волог. обл. Бабаев, р-н, Картотека Словаря белозерских говоров), баклуша ж. р. 'заболонь, у дерева5, 'чурка5 (Даль3 I, 101), сюда же, с поздним оформлением, русск. диал. баклан м. р. 'чурбан5 (Даль3, там же), баклыш м. р. 'большой камень, островок5, 'колышек (деталь саней)5 (Филин 2, 63). — Сюда же, далее (непосредственно к варианту *Ьакъ1ъ*?), могут быть отнесены укр. бакалъ м. р. 'озеро5 (Гринченко I, 22; Т. А. Марусенко. Материалы к словарю украинских географических апеллятивов (названия рельефов). — «Полесье» [М., 1968] 214), русск. диал. бакай м. р. 'речной проток, проран в плавне, в камышах5 (Даль3 I, 99), укр. бакай м. р. 'глубокая яма в реке, пруде5, 'грязный, наполненный водою ухаб на дороге, выбоина, ложбина, посредине которой лужа5 (Гринченко I, 22), 'яма, канава, ухаб5 (Картотека Украинского академического словаря; Укр.-рос. словн. I, 29), 'яма, выбоина на дороге, залитая водой5 (В. С. Ващенко. Словник полтавських говор1в. Хартв, 1960, 13), бакая 'большой овраг5 (Т. А. Марусенко, там же), Наконец, сюда же относятся русск. диал. бакалея ж. р. 'залив, губа, лужа5 (вятск., Филин 2, 58), из *ЬакъГа, а также бакала ж. р. 'заязь, заязок в проточной воде перед плотиною, от напора льда' (Даль3 I, 99), бокал м. р. 'рытвина на летней дороге' (Филин 3, 68), бакалда ж. р. 'глухой заливец или ковш, поемная яма, колдобина, ямина, которая наливается водой по весне и остается как бы озерком; глубокая зажора по дороге в распутицу' (Даль3 I, 99—100), сюда же бокалдйна ж. р. 'яма, наполненная водою' (там же, 267), с экспрессивной эпентезой -д-. Ср. еще укр. диал. бакат 'заболоченная мокрая равнина' (Т. А. Марусенко, там же). Ср. еще с изменением вокализма а > о > у русск. диал. букла 'дубина, палка', 'нерасторопная женщина' (Филин 3, 265), букля ж. р. 'залив', 'изгиб реки', 'глубокое, тихое место в реке; заводь' (там же, 266), букля 'яма, вырытая водой во время весеннего разлива' (Мельниченко, 37), буклинка ж. р. 'дубинка' (Доп. к Опыту 14), буклёшка ж. р. 'толстый обрубок дерева' (там же), буклёня, буклёха 'толстяк' (Даль3 I, 341). Объединение этих раньше трактовавшихся как правило разрозненно слов (ср. Фасмер I, 109, где предполагается заимствование бакай, бакалда; а также Machek 22, где слвц. bakuVa истолковано как заимствование из лат. baculum, далее — там же приводится слвц. bakalia 'губка', причем автор увидел единственную возможность проэтимологизировать последнее, соотнеся его с русск. бакалея 'колониальные товары', из араб., хотя слвц. слово так же далеко от этого арабизма, как и диал. русск. бакалея 'залив, лужа', см. выше) под одной общей леммой вызвано у нас, кроме очевидной формальной возможности сведения разных вариантов к исходному *ЪакиГа I *ЬакъГа (и близким), также и серьезными семантическими основаниями. Ср. *Ьо1пъ и *bolribje (см.), равным образом обозначающие как древесную заболонь, так и болотистые, мокрые пространства и т. д. Аналогия названий *Ьо1пъ ~ *bolnbjey отчетливо продолжающих и.-е. обозначение светлого, белого цвета, положенного как в основу названия заболони дерева, так и в основу названия болот, а также прочие аналогичные показания вроде сербохорв. бел>, б]елика 'заболонь', лат. alburnum то же, позволяют искать и для *ЬакиГа I *ЬакъГа синонимичную исходную основу, возм., — некое расширение и.-е. *bha- 'блеск, свет' с помощью элемента -к-. Речь идет о лексике, не пользовавшейся до сих пор особым вниманием этимологов, ср. тот факт, что в словарях Миклошпча, Пернекера и, насколько можно понять, — Садник—Айцетмюллера пропущено не одно-два слова, а все названное выше обширное семейство лексем, объединяемых у нас ираформами *ЬакиГа I *ЬакъГа в сербохорв., чеш., слвц., русск., укр. языках со знач. 'заболонь дерева', 'шишка, нарост', 'прыщ, пузырь', 'чурка, палка, колышек', 'яма с водой', 'болотистое место' (прочие значения выглядят как производные, менее ясно семантически отношение словен. диал. bdkulica ж. р. 'корзиночка', см. Strekelj. Slov. 5). Обширность данного лексического гнезда, сложность отношений форм и значений между собой — все говорит о древности образования, во всяком случае — о праслав. возрасте. Филиация отдельных значений, видимо, была такова, что мы можем выделить знач. 'болото' и 'заболонь дерева' как главные (см. выше). С последним знач. тесно связаны '(губчатый) нарост', 'шишка'; 'прыщ, пузырь', 'чурка, палка'. Между прочим, интересно обратить внимание на форму и знач. лат. Ъаса ж. р. 'ягода', Ъаcula то же (Плиний), а также baculum ср. р. 'палка'. Ср. Walde— Hofm. I, 91, 92, где совсем иначе, но вряд ли более вероятно (Ъаса связывается с именем Вакха и толкуется как средиземноморское название винограда, однако лат. слово употребляется применительно к лавру; baculum реконструируется как *Ьасtlom). Р. В. Кравчук («Беларуская лексшалопя i этымалопя». Мшск, 1968, 85) возобновляет объяснение Даля — бакалда — метатеза к калдоба, но таким путем трудно объяснить все разнообразие вариантов (выше).

*ba(d)la?: укр. диал. бала 'ворожбит' (Онышкевич. Словарь бойковского диалекта 66). Имя деятеля *ba(d)la, возм., представляет собой результат перехода nomen actionis > nomen agentis. Подробно об этимологии см. *ba(d)lovati, *ba(d)lbji, ниже. Переход в другой тип именных основ — *ba(d)lo j> *ba(d)la — мог также быть вызван вторичным выравниванием по именам деятеля м. р. на -а.

*balagovati: болг. диал. балагувам 'говорить неясно, бормотать' (Георгиев), слвц. диал. balagovac 'тратить время впустую' (Buffа. Dlha Luka 131). Скорее всего сложение *bala-gov-ati, где *gov- близко родственно этимологически второму компоненту gu-r- (с расширением -г-) в сложном гл. *balaguriti (см.). Первый компонент, по-видимому, вопреки распространенному мнению, не связан с *ba(d)lovati, *ba(d)lbji (см.), кот. выступали как культовые, специальные термины, тогда как элемент bala не более как экспрессивная ономатопея типа др.-инд. balbala (см. о последнем Mayrhofer II, 421). См. Berneker I, 40, где взвешивается возможность истолкования как -Z-ового причастия *Ьа1ъ, куда автор относит и ст.-слав, кдлии, с чем трудно согласиться; болг. и слвц. слов, названных выше и образующих любопытную изолексу, Вернекер не знает. Как неясное охарактеризовано болг. диал. балагувам в болг. этимол. словаре, см. Георгиев ВЕР I, 28. Садник и Айцетмюллер видят в болг. диал. слове только производное от *Ьа- или *6aZ- (см. Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 123, без упоминания слвц. соответствия), но парность *balagovati : *balaguriti, близких этимологически и семантически, слишком красноречива, ср. также выше. Любопытно отметить, что др.-инд. gavate 'заставляет звучать', обычно приводимое как этимолсоответствие вариантам праслав. основы *gur- I *govor-, наиболее точно отвечает праслав. *gov- в составе *balagovati, редкому примеру нерасширенной основы в этом этимол. гнезде.

*balaguriti: русск. балагурить 'говорить весело, забавно, пересыпая речь шутками, остротами', блр. балагуръщъ 'балагурить, вести пустую беседу' (Касьпяров1ч 32). — Сюда же укр. балагур (редк.) 'балагур' (Укр.-рос. слови. I, 30), если это не русизм. Исключительно вост.-слав, и вместе с тем, видимо, старый праслав. лексический диалектизм: сложение ономатопеи balaи основы gur-, ср. вокализм лтш. gaura 'болтовня', далее — *goУОТЪ (см.). См. Berneker I, 40; Фасмер I, 112; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 122; Shevelov. A prehistory of Slavic 272. Близко родственно *balagovati (см.).

*balakati: болг. диал. балакам 'плескаться, играя, в воде' (Геров, Георгиев), сербохорв. balakati 'болтать что угодно' (редк., RJA I, 162), слвц. baldchaf 'говорить небылицы, вносить смуту, смущать' (SSJ I, 67), польск. диал. batakac 'болтать' (Warsz. I, 90), русск. балакать, диал. балакать 'болтать, шутливо разговаривать' (Опыт словаря говоров Калининской области 29), балякать 'разговаривать о том, о сем, без цели, без плана' (Васнецов 12), укр. балакати 'беседовать, болтать, калякать, разговаривать' (Гринченко I, 23), блр. балакаць 'калякать' (Блр.-русск. 115). — Сюда же, с иным расширением, первоначально той же основы чеш. диал. baldnat 'болтать' (валашек., Kott. Dod. k Bart. 2) и русск. диал. баланить 'говорить, болтать' (куйб., арх., Филин 2, 74). Мы сближаем болг., русск., укр. слова вслед за составителями болг. этимол. словаря (Георгиев БЕР I, 28), объясняя форму *balakati как производное на -k-ati от звукоподражат. основы *bala-, родственной др.-инд. balbala-. До сих пор обычно данное слово толковалось и этимологизировалось как почти исключительно вост.-слав, образование, см. Berneker I, 40; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 121 (где говорится о предположительном блр. происхождении польск. слова, а также о русск. происхождении сербохорв. примера, см. там же, 123). Однако наличие болг. и слвц. соответствий (знач. болг. слова 'плескаться' генетически близко знач. 'болтать вздор') все-таки позволяет рассматривать все эти, в том числе — вост.-слав, слова в плане более широких, общеслав. закономерностей. Поэтому мысль о том, что русск. балакать, укр. балакати отражают слоговой плавный и сопоставимы с болкнуть, польск. betkac (Шахматов ИОРЯС VII, 1902, 353, 375; Sadnik—Aitzetmuller, там же; Фасмер I, 112) выглядит сомнительно. Сближение балакать: лит. balazyti см. К. Буга РФВ LXX, 1913, 100

*balamǫta/*balamǫtъ: чеш. диал. balamufa 'тот, кто морочит голову людям' (BartoS. Slov. И), слвц. balamuta ж. р. 'смятение, беспорядок', 'смута' (SSJ I, 67), galamuta ж. р. то же (SSJ I, 425), диал. balamuta ж. p. 'неприятность' (Buffa. DIM Luka 131), русск. баламут м. p. 'беспокойный, производящий тревогу, смуту человек', 'вздорный болтун, сплетник', ст.-укр. баламутъ 'баламут, смутьян' (1600—1605 гг.), 'смута', 'пустой человек' (Тимченко I, 52), укр. баламут м. р. 'возмутитель, нарушитель душевного покоя, обольститель', 'знахарь' (Гринченко I, 24). — Сюда же (усеченное) русск. диал. балама м. и ж. р. 'непостоянный, пустой и болтливый человек' (Даль3 I, 105). Скорее всего отглагольное производное, см. *balamotiti.

*baIamǫtiti: чеш. balamutitl 'вводить в заблуждение, обманывать', диал. batamutit 'лгать' (Kott. Dod. k Bart. 2), слвц. balamutif 'сбивать с толку', 'сеять смуту, ложные слухи' (SSJ I, 67), сюда же диал. galamut'it' то же (Hobovstiak. Orav. 143), а также усеченное baldsit9 (Kalal 14), польск. диал. bafamqcic 'мутить, вводить в заблуждение' (Warsz. I, 90), русск. диал. баламутить 'мутить' (Добровольский 21), 'мутить, делать мутной чистую воду', 'производить несогласие, раздор' (Васнецов 11), ст.-укр. баламутити 'мутить, темнить' (Тимченко I, 52), укр. баламутити 'мутить, возмущать', 'смущать, нарушать покой' (Гринченко I, 24), 'мешать в работе' (I. А. Соф1лкапич. Особливост1 гов1рки с. Лецовиця Мукачзвського р-ну. Дип. роб. Ужгород, 1954, 97), блр. баламуцщъ 'баламутить, будоражить' (Блр.-русск. 115).—Сюда же, видимо, укр. диал. балашгть 'лежать под паром, не возделываться' (П. С. Лисенко. Словник д1алектно1 лексики середнього i сходного Пол1сся. Кит. 1961, 17), ср. аналогичную форму слвц. baldsif (выше). — Сюда не относится, видимо, болг. диал. баламбсувам 'вводить в заблуждение, обманывать' (Шапкарев — Близнев БД III, 201). Вероятнее всего может быть истолковано в духе старой этимологии — как глагольное сложение *bala-mgtiti (см. *motiti), см. Berneker I, 40; см. еще раньше V. J. Petr ВВ XXI, 1896, 208 (сближает первый компонент с лат. fal-lere 'обманывать', греч. срт]Х6; 'ложный, обманчивый'); Bruckner 12; V. Machek CMF 13, 99 (элемент bala- связывает с bldto 'болото'); несколько иначе см. Machek 23 (bala-motiti, где первый компонент сближается с др.-инд. bala- 'молодой, детский'); Е. Stankiewicz «Word» 11, 1955 (=«Slavic Word» № 4), 628; Фасмер I, ИЗ. Первоначальное употребление *balamotiti относится, видимо, к моральной сфере, ср. значения 'обманывать', 'лгать', 'сеять смуту, ложные слухи", 'вызывать несогласие', 'нарушать покой' (знач. 'мутить чистую воду' вторично), поэтому *balamgtiti может быть поставлено в ряд с *balagovati, *balaguriti, *balakati (см.), с кот. его объединяет этимологически общий компонент bala-, ономатопея, близкая по природе к др.-инд. balbala-. Выдвигались также различные гипотезы о заимствованном происхождении слова. В качестве курьеза назовем забытое объяснение из нем. стар, balmunt, balemunt 'плохой опекун' (A. Ludwig «Кгок» 3, 1889, 4). Значительно большим успехом пользуется этимология от монг. balamut 'своевольный', принятая рядом авторов. Литературу см. Фасмер, там же; далее см. F. Stawski SO 18, 1947, 278; Sjawski I, 26; Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 125—126. См. еще некоторые дополнительные соображения в кн.: А. И. Попов. Из истории лексики языков Восточной Европы (Л., 1957) 35, примеч. 4.

*balamǫtьnъjь: чеш. редк. balamutny прилаг. 'лживый, обманчивый', польск. balamutny, диал. batamqtny (Warsz.), русск. диал. баламутный прилаг. 'болтающий пустяки, любящий сплетни' (Куликовский 3), ст.-укр. баламутный 'сбивающий с толку, обманчивый' (1598 г., Тимченко I, 52), укр. баламутный 'мутный, нечистый (о жидкостях)', 'непокойный, тревожащий' (Гринченко I, 24). Прилаг. производное с суфф. -ъп- от основы balamqt- (см. *balamotal*balamofo, *balamgtiti, где подробно об этимологии).

*bаlаmъčь, *bаlаmъčьnъjь: русск. диал. балмочъ, балмошъ, баломошъ ж. р. 'дурь, сумасбродство, безрассудство, бестолочь' (Дал.у* I, 109), баламыш м. р. 'обман' (псковск., Даль3, там же), сюда же производные балмошный, баламбшный прилаг. 'дикий, несуразный по своим выходкам, эксцентричный' (Молотилов. Говор северной Барабы 94), баламбжитъ 'дурачиться' (нижегор., Доп. к Опыту 5), баламбшитъ 'тревожить, будоражить, беспокоить' (вятск., Филин 2, 71), балмасти мн. 'прихоти' (Псковский областной словарь 1, 102). — Правильность заглавной реконструкции косвенно подтверждает родственное русск. диал. баламыка 'жидко разведенное толокно' (Два старинных областных словаря XVIII столетия. Сообщение П. К. Симони. Вятский областной словарь 1772 г. - ЖСт. VIII, 1898, 448). Видимо, старое сложное слово, несмотря на свой исключительно русск. характер. Первый компонент — тот же, что и в *balaguriti, *balamqtiti, как см. уже Фасмер I, 117, однако второй компонент отнесен там неточно к мочь. Мы видим здесь тесную связь с *тъкпдН, *mykati (см.).

*baliti/*ba(d)liti?: русск. диал. балитъ 'шутить, проказничать' (Даль3 I, 109), балитъ 'болтать' (Труды МДК. Н. Соколов. Поездка в Тихвинский у. Новгор. губ. Словарик говора д. Пептневы.—РФВ LX1I, 1909, 294), балитъ 'разговаривать, болтать' (Деулинский словарь 48). — Сюда не относится сербохорв. baliti 'mucum emittere, выпускать слюну' (RJA I, 165), деноминатив от сербохорв. бала, bale ми. ч. ж. p. 'mucus, слюни' (RJA I, 164), видимо, заимствовано из роман, языков. Недостаточно ясно (отсюда и двойственный вид реконструкции), — происходит ли это слово от звукоподражат. элемента bal- (см. *balaguriti, *balamqtiti) или же оно может быть понято как *ba(d)liti, производного от именной основы *ba(d)l- (см. ниже *ba(d)lovati, *ba(d)lb]i), ср. знач. 'болтать', а также ср. отыменный гл. с родственной основой лат. fabulare 'рассказывать' (: fabula 'беседа, рассказ' < и.-е. *bhadhld), откуда, напр., исп. hablar 'говорить, разговаривать5. Сравнение с балакать, балагур, баламут см. у Фасмера (I, 115), но отнесение им сюда же слова баять совершенно излишне в таком случае.

*ba(d)lovati (sę): цслав. БЛЛОБЛТМ 'curare, лечить' (Mild.; ст.-слав, оувдлсждти; см. А. С. Львов. Очерки 39 и след.), болг. диал. балбсвам, балосам 'заниматься, увлекаться; мешать кому-либо в работе' (по мысли Младенова ЕПР 14, относится сюда же, см., впрочем, с сомнением, Георгиев), словен. balovdti 'болтать, нести вздор', слвц. диал. balovac 'обращаться, обходиться' (Каlal 15), словин. balovac sq 'шумно веселиться, кутить' (Sychta I, 16), русск. баловать 'потворствовать прихотям, капризам', 'шалить', диал. баловать 'ласкать, снисходительно обращаться' (Добровольский 21), баловаться 'смеяться' (там же), укр. балувати 'заниматься чем, быть опытным в чем' (Гринченко I, 25), диал. 'развлекаться', 'добиваться своего' (Онышкевич. Словарь бойковского диалекта 67), блр. балаваць 'баловать'. Давно принято связывать со ст.-слав, БЛЛИИ 'врач' (см. Berneker I, 42, где balovati производится непосредственно от *Ьа1ъ — к bajati, однако вследствие древнего и повсеместного проведения иотового расширения в bajati производная форма вроде *Ьа1ъ нереальна; далее см. Фасмер I, 117, где баловать связано с б а¬ лий без комментариев; Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 118). Но если верно, что основой глаголов на -ей-/и-, в том числе — праславянских на -ovati I -ujg, служили имена деятеля на -и(V. Georgiev LP VIII, 1960, 17 и след.; В. Георгиев «Славянска филология» III. София, 1963, 31; V. Georgiev «Proceedings of the Ninth International Congress of Linguists)). Cambridge, Mass., 1962 [19641, 741), то производящей основой для balovati никак не могло быть balbji. В лучшем случае мы можем лишь соотнести *ba(d)lovati и именную основу *ba(d)l-, рассматривая при этом данный глагол как аналогическое образование по типу более древних на -ovati I -ujg. Подробности этимологии основы см. под *ba(d)lbji. Что касается слав, соответствий и их ареала, то, помимо уже упомянутой ненадежности болг. формы, нужно также отнести к весьма сомнительным слвц. balovac, не упоминаемое Махеком, и особенно — словин. balovac sq, кот. вполне может оказаться идентичным польск. balowac 'веселиться на балу' < bal, зап.европ. происхождения (см. Bruckner 12). Т. о., основной ареал образуют надежные ст.-слав., словен, русск., укр., блр. формы, тогда как зап.-слав, языки обнаруживают лишь проблематичные соответствия и не имеют поэтому контрольного значения в вопросе отражения dl, предполагаемого здесь нами.

*balovina?: словен. bdloj'ma ж. р. 'ковыль Stipa Pennata' (Plet. I, 11), русск. диал. баловина 'тенистое карасевое озеро' (Яросл. Поволжье, Филин 2, 85). Возм., родственно *Ьа1ъка (см.) в близких значениях.

*ba(d)loviti?: чеш. диал. halvit 'говорить вздор, глупости' (Malina. Mistf. 8), слвц. диал. balvit' то же (Kalal 15), русск. диал. баловать 'парить в печке' (Псковский областной словарь 1, 103). Эта диал. лексика не получила отражения в слав, этимол. словарях. Предположительно сближаются нами с *ba(d)lovati (см.), что требует, разумеется, допущения перехода dl > I, кот. мог в специальных условиях (в группах согласных вроде -lv- < -dlv- в наших примерах или диалектно — на слвц. территории) осуществляться и в зап.-слав, языках, Знач. 'говорить вздор' и 'парить в бане', при всей их разнородности, могут быть связаны друг с другом в рамках всей семантики *ba(d)lovati и близких форм.

*ba(d)luni>: русск. диал. балунм. р. 'шалун' (волог., Доп. к Опыту 5), 'баловник, шалун', 'баловень, избалованный человек', 'рассеянный, невнимательный человек', 'лентяй' (Филин 2, 87). Производное с суфф. -ипъ от *ba(d)lovati (см.). Древность образования проблематична.

*Ьаlъkа: сербохорв. диал. balka, bala ж. р. 'ковыль Stipa pennata L.' (Истрия, RJA I, 165), польск. диал. balka ж. р. 'маленькое озеро в долине; сухой овраг в степи' (Warsz. I, 90—91), русск. диал. балка ж. р. 'впадина на дне реки' (Псковский областной словарь I, 102), 'камыш' (там же), 'долина, ложбина, длинный и широкий овраг в степи', 'овраг в лесу', 'низменная местность' (Филин 2, 82), ст.-укр. балка ж. р. 'овраг в степи' (1688 г., Тимченко I, 54), укр. балка ж. р. то же (Гринченко I, 25), диал. бавка 'лужа' (I. С. Колесник. Матер1али до словника д1алектизм1в укр. гоBopiB Буковини. 1959, 5). — Ср. еще укр. диал. балок 'мокрое место между взгорьями' (Т. А. Марусенко. Материалы к словарю украинских географических апеллятивов (названия рельефов). — «Полесье». М., 1968, 215 Производное с суфф. -ъка от слабо засвидетельствованного *bala < и.-е. *bhd-l- 'светлый, яркий, белый', откуда затем развились названия болота, лужи (ср. лит. bald) и названия отдельных растений, ср. прежде всего ковыль с его светлой метелкой (см. еще *balovina). До сих пор ю.-слав. слова обычно не привлекались для сравнения с русск., укр. балка, но рассматривались изолированно, что способствовало признанию сербохорв. bala, balka словом иноязычного происхождения (Skok. Etim. rjecn. I, 98). В свете вероятного родства сербохорв. balka 'ковыль' с русск. балка 'овраг', 'впадина,' а также 'камыш', укр. балка 'овраг', бавка 'лужа' представляется устаревшим мнение об отсутствии соответствий русск., укр. и польск. словам в других слав, языках (Фасмер I, 116; см. еще Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 127, где тоже отсутствует указание на сербохорв. слово; но ср. Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 3, 158, где о bala, balka говорится как о словен. слове). Сближение русск. балка с оронимом Балкан (А. Соболевский РФВ LXXI, 1914, 439- 440) проблематично.

*ba(d)ly мн.: русск. диал. балы мн. 'россказни, пустой, забавный разговор, шутки, веселье, остроты' (Даль3 I, 111), балй 'болтовня' (Е. Будде. К диалектологии великорусских наречий. Исследование особенностей рязанского говора. — РФВ XXVIII, 1892, 50), укр. бали мн. 'разговоры, россказни' (Гринченко I, 24). Plurale tantum от незасвид. имени *ba(d)la ж. р., тождественного лат. fabula ж. р. 'речь, рассказ; басня' < и.-е. *bha-dhl-d (см. о лат. слове Walde—НоГт. I, 437, без слав, слова). Ограниченность распространения вост.-слав, языками сообщает некоторую проблематичность реконструкции, откуда — вариантность заглавной формы. См., напр., Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 119, где русск. балы, укр. бали рассматриваются в духе традиции как производные на -Z-.

*ba(d)lbji: ст.-слав, БЛЛИИ м. p. taboos, medicus 'врачеватель, врач' (SJS, Sad.), др.-словен. ^Ш'врач', 'исцелитель, спаситель (о Христе)' (Фрейз. пам., см. А. V. Isacenko. Jazyk a povod Frizinskych pamiatok. Bratislava, 1943, 46, 51, где эта форма относится к древнейшему ст.-слав, фонду великоморавского происхождения, см. еще А. С. Львов. Очерки, 39 и след.). — Неясно, относится ли сюда ст.-чеш. Bale) м. р., имя собств.: Domini Balegyonis (Gebauer I, 24). Имя деятеля, производное с суфф. -bji от основы имени действия *ba(d)l- < и.-е. *bha-dhl-, ср. лат. fabula 'речь, рассказ'. См. Трубачев «Этимология» (М., 1963) 46, примеч. 57. Большинство авторов выдвигает праформу *balbji, кот. по сути дела лишь транслитерирует ст.-слав, слово (так см. Berneker I, 42: < *Ьа1ъ < *bajati; Sadnik—Aitzetmuller, Vgl. Wb. 2, 118 и след.; Vaillant. Gramm. comparee II, 1 (Lyon—Paris, 1954) 104—105). Но еще Соболевский («Slavia» V, 1927, 441) обратил внимание на то, что ст.-слав, слово восходит, по-видимому, не к *balbji, а к *badlbji, ср. тот факт, что именно ряд зап.-слав, основ на ~dl~ образуют производные на -bji- *predlbji, *prad!bji, сюда же др.-русск. *бьралии, русск. бралья, прялья, швальл (Соболевский, правда, разъединяет БЛЛИИ И русск. баловать, что едва ли нужно). Вайян тоже, кстати, ставит ст.-слав, БЛЛИИ в один ряд со ст.-чеш. prcdli, pradli, pradli, sradli, названиями лиц м. и ж. р., производными от названий действий на -dl-, однако это не мешает ему говорить о суфф. -li)i в БЛЛИИ, СМ. Vaillant, там же. Мы не считаем убедительной мысль о влиянии на БЛЛИИ СО стороны лат. balneum и прочих форм названия бани (I. Vahros. Grossrus. Sauna. — «FF Communications)) No. 197. Helsinki, 1966,70; см. еще А. С. Львов. Указ. соч. 45). Из более старой литер, см. A. Pictet. Etymologische Forschungen iiber die alteste Arzneikunst bei den Indogermanen. — KZ V, 1856, 47; он же. Die alten Krankheitsnamen bei den Indogermanen.— KZ V, 1856, 331.

*ba(d)Iьstvo: ст.-слав, БДЛАГТБО ср. p. tdxpeta, cpappaxov, remedium, sanatio 'лекарство, лечение' (SJS, Sad.). Производное с суфф. -bstvo от основы ba(d)l-,^ см. подробно *ba(d)louati, *ba(d)lbji.

*ban'a: ст.-слав, вдш ж. p. (3ccXaveTov, Xooxoov, balneum, lavacrum 'баня, купанье' (Supr. Apost., SJS. Sad.), болг. баня ж. p. сбаня, купальня; купанье' (БТР), макед. ба?ьа ж. р. 'баня, ванная, купанье, ванна' (И-С), сербохорв. багьа ж. р. 'баня, купальня', ^'мщю^альный источник', сюда же багыща ж. р. 'баня, купальня, ванна', словен. 'ban]а ж. р. 'ванна, корыто' (Plet. I, 11), чеш. bdii, bane ж. р. 'купол башни; небосвод; круглая крышка; круглый сосуд', 'осиное гнездо', 'шахта, копь', диал. bana ж. р. 'купол'. (Lamprecht. Slov. Stfedoopav. 21), ban 'жбан, кувшин' (Kubfn, Cech. klad. 164), слвц. baha ж. p. 'копь, шахта', 'круглый пузатый сосуд' (SSJ 1, 69), 'все округлое' (Buffa. Dlha Luka 131: ruka mu napuxla jak bana), в.-луж. banja ж. p. 'кувшин, тыква, вообще — все пузатое' (Pfuhl 6), н.-луж. bana 'брюхастый сосуд; чаша для воды; большой молочник', 'тыква' (Muka SI. I, 13), польск. bania 'все выпуклое', 'выпуклый сосуд', 'купол' (Warsz. I, 93), др.-русск. баш 'баня, balneum' (XI в., Срезневский I, 41), баинА 'баня' (1599 г., там же, III, Доп., 71), русск. баня ж. р. 'специальное помещение, где моются и парятся', 'мытье в бане', диал. (южн., зап.) баня 'шар, мыльный пузырь' (Даль3 I, 113), байка 'баня' (Подвысоцкий 3; Опыт словаря говоров Калининской области 29), ст.-укр. баня ж. р. 'баня' (Беринда, Тимченко I, 56), 'выпуклый сосуд, котел' (1597 г.), 'купол' (1591 г., там же), укр. баня ж. р. 'купол', 'солеварня', 'минеральный целебный источник' (Гринченко I, 27), диал. бан'а 'каменоломня' (I. А. Софшканич. Особливоси roBipKii с. Лецовиця Мукач1вского р-ну. Дип. роб. Ужгород, 1954, 97), bdni ж. р. 'минеральный источник', 'солеварня' (St. Hrabec. Narwy geograficzne Huculszczyzny. Krakow, 1950, 32). Достоверно объяснено как праслав. заимствование *ban'a < *banja < народнолат. *banea, balnia (последнее засвид. в лат. эпиграфике), собственно — мн. ч. от лат. balneum, balineum 'баня, купальня', кот. в свою очередь заимствовано из греч. paXaveiov в том же знач. См. A. Meillet BSL 16, 1910, CLXXVI; он же BSL 20, 1916, 91; он же MSL 11, 1899, 179 (в первых двух работах Мейе оспаривает мнение Фасмера и Шахматова о том, что слав, слово заимствовано из греч. или через посредство греч.; еще меньше оснований предполагать герм, посредство); особенно подробно, с освещением реалий, см. М. Murko. Die Schropfkopfe bei den Slaven. Slav, bana, barika, lat. balnea. — WuS V, 1913, 1—42; Berneker I, 43 (предполагает посредство ср.-греч. *|3avsiov); Мейе. Общеслав. язык 130 (со специальным указанием на отражение в слав, слове долготы народнолат. *banja : сербохорв. бап>а)\ F. Stawski RS 16, 1948, 85; P. Chantraine LB VI, 1963, 16; Фасмер I, 121—122. См. еще И. С. Вахрос «Scando—Slavica» IX. 1963, 162—165, а также специальную монографию: I. Vahros. Grossruss. Sauna. «FF Communications)) No. 197 (Helsinki, 1966) 68 и след., автор которой пытается, вслед за Махеком, реабилитировать теорию непосредственного заимствования из греч. (3aXavelov, кот. якобы отразилось, в частности на русск. почве, в формах с ср. русск. диал. байна. Но подобные формы могут быть легко объяснены иначе, см. А. Соболевский РФВ LXIV, 1910, 134, где говорится о диссимиляции *банъна. См. еще Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 85—86, где подробно о взаимоотношениях 'баня, купальня' оо скупол, пузатый сосуд' (однако с привлечением постороннего материала). Праслав. *baria, будучи заимствовано южными славянами в знач.'balneum,' прежде всего беспрепятственно распространилось у вост. славян в том же знач. 'balneum', и лишь через стадию 'рудник, шахта', распространилось в знач. 'купол, сосуд' в зап.-слав, языках (ср., впрочем, отдельные ю.-слав. соответвия *Ьапъка I *Ьапъка), под влиянием которых последнее^наиболее позднее, знач. появилось и в вост.-слав. ГеографияУи относительная хронология распространения слова *6а/г'а как бы иллюстрирует наличие известных в науке изоглоссных рубежей и ареалов. См. Трубачев. Ремесленная терминология. (М., 1966) 289—293. Имели место попытки объяснить *Ьап'а как исконное слав, слово, см. A. Bruckner KZ XLV, 1913, 26—27 (но его ссылки на относительно позднее польск. banior, bajor неубедительны); Г. А. Ильинский ИОРЯС XXIII, 1921, 197—202 (с маловероятной попыткой объяснения из и.-е. *bhd-); S. Ondrus «Slavica Slovaca» 4, 1968, 242 и сл. (производит *ban'a от *batati 'бить', т. е. 'там, где бьют, хлещут водой', ср., впрочем, сходно — от *bkan- 'бить'— еще R. Meringer IF XVI, 1904, 158—159).

*bаnъkа/*bаnьkа: сербохорв. батька ж. р. 'сосуд, которым черпают воду' (РСА I, 295), словен. bdnjka ж. р., ум. от banja, 'плоская посудина для жидкости' (Plet. I, И), чеш. banka ж. р. 'пузатый сосуд', 'небольшой купол', слвц. banka ж. р. 'маленькая посуда' (SSJ I, 70), диал. banka ж. р. 'глиняный пузатый сосуд для питьевой воды' (Buffa. Dlha Luka 131), в.-луж. banka ж. р. 'кувшинчик' (Pfuhl 6), иольск. banka ж. р. 'пузырек, банка' (Warsz. I, 95), русск. банка ж. р. 'стеклянный или металлический сосуд, преимущественно цилиндрической формы', диал. банка 'мелкая, но широкая деревянная бадья для продажи живой рыбы' (Мельниченко 28), 'коробка' (Словарь Тверского у. Тверской губ. Труды МДК. — РФВ LXXI, 1914, 343), банька 'железное кольцо, скрепляющее косу и косовище' (Псковский областной словарь 1, 108), банки мн. 'металлические, пустые внутри, цилиндры, привязанные к верхней тетиве плавной «лоховой» сети' (псковск, Филин 2, 94), ст.-укр. банька ж. р. 'пузырек', банка ж. р. то же (Тимченко I, 55—56), укр. диал. банька 'глиняная посуда с узким горлом, для жидкости' (Й. О. Дзендзел1вський. Словник специф1чно1 лексики гов1рок Нижнього Подн1стров'я. — Леке, бюл. VI. Кшв, 1958, 39), банька ж. р. 'пузырь на воде' (П. Biлецький-Носенко. Словник украшськоТ мови. Кшв, 1966, 50), банки мн. 'пузыри на воде от дождя' (А. С. Лысенко. Словарь диалектной лексики северной Житомирщины. «Славянская лексикография и лексикология». М., 1966, 9), блр, банька. Ум. производное от *Ъап'а (см.). Древность образования сомнительна; в некоторых слав, языках могло распространиться вторично.

*bаnьnъ(jь): болг. банен прилаг. 'банный, купальный' (Младенов БТР), сербск.-цслав. BANANZ прилаг. ftaXavetou, Хоотроб, balnei 'банный' (Mikl.), др.-русск. банъныи, бальный 'банный, balnei' (XII — XIII вв., Срезневский I, 40), русск. банный прилаг., ст.-укр. банный прилаг. 'с куполообразной крышей (?)' (Тимченко I, 55), укр. банний 'банный' (Укр.-рос. словн. I, 33). Прилаг., производное с суфф. -ьп- от *Ъап'а (см.). Ср. иное производное с той же функцией в *banbskbjb (см.). Форма др.-русск. бальный вторична (диссимиляция) и не может непосредственно сравниваться с лат. balneum, balnei.

*banbskъ(jь): ст.-слав. БАН>ГKZ прилаг. TOO Хоотроо, lavacri 'банный' (Euch., SJS), болг. бански, прилаг. от баня (РВЕ), сербохорв. бауьскй прилаг. 'минеральный, водолечебный' (РСА I, 295), чеш. bdnsky 'шахтный, горнодобывающий', слвц. bansky прилаг. то же (SSJ I, 69). Прилаг., производное с суфф. -bsk- от *Ьап'а (см.). Ср. *Ьапъпъ]ъ.

*bага: болг. бара ж. р. 'речка, поток', 'стоячая вода, лужа' (БТР), 'маленький поток' (Божкова БД I," 242), 'лужа' (Горов БД I, 66; Сакъов БД III, 318), 'речка' (Гълъбов БД II, 70), 'маленькая речка' (Шапкарев — Близнев БД III, 202), 'маленький источник, крытый и огражденный камнем' (Стойчев БД II, 126), макед. бара 'лужа' (И-С), сербохорв. бара ж. р. 'лужа','луг', словен. bdra ж. р. 'болото, топь' (Plet. I, 12), чеш. диал. Ъага 'большое болото' (Bartos. Slov. 12), слвц. диал. Ъага (Kalal 16), возможно, сюда же полаб. рого ж. р. 'болото, грязь' (Polanski— Sehnert 113). — Ср., возм., еще русск. диал. баларужина ж. р. 'лужа, скоп грязной воды' (вятск., Даль3 I, 106), если последнее из *baro-luzina\ далее, ср. болг. диал. барало ср. р. 'выемка с водой' (Стойчев БД II, 127), укр. диал. барйло 'возвышенность в общем значении' (Т. А. Марусенко. Материалы к словарю украинских географических апеллятивов (названия рельефов). «Полесье». М., 1968, 215), бару ля 'яр, обрыв' (Дорошенко. Матер1али до словника д1алектно1 лексики Сумщини 104). Поскольку вызывает известные сомнения принадлежность, к *bara русск. диал. баларужина (< *баро-лужина? или *балолужина? См. Berneker I, 40; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 127; Фасмер I, ИЗ), русск.-цслав. бара по сути дела - южиославянизм (см. V. Georgiev WdS VI, 1961, 13), а связь между соответствующими -Z-овыми производными — болг. диал. баралд и укр. диал. барйло, баруля, ранее как будто не привлекавшимися, также нуждается в дополнительном изучении, постольку делается сомнительным в целом отражение *bara в вост.-слав. (То обстоятельство, что поднятый выше вопрос еще может быть решен положительно специально для укр. языка, объясняется скорее фактом известного проникновения лексических изоглосс из карпатской и балканской области на укр. территорию, ср. также близкое *Ьагъ, ниже). Проблематично далее, древнее наличие bara в польск. языке, так как приводимое обычно польск. диал. barzyna (см. Berneker I, 43), возм., заимствовано из чеш. Характерно, что Брюкнер вообще не упоминает такой формы, а в статье bara специально указывает: «. . . у нас только в ономастике: река Barycz» . . . (Bruckner 15). Мы приводим среди соответствий и полаб. рого (см. еще Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 3, 157), вполне отдавая себе отчет в гипотетичности этого. Т. о., бесспорный ареал *Ъага — это болг., макед., сербохорв., словен. территория, на периферии которой помещаются чеш. и слвц. соответствия. Георгиев (там же) отмечает еще отражение слав. bara в топонимии Рудных гор, на западе славянства, ср. die Bare (1518 г.). Но особенно широко это слово представлено в Болгарии, гл. обр. — западной, включая многочисленные названия рек и мест (см. Георгиев Б ЕР I, 32, там же — предыдущая литер.; Sadnik—Aitzetmuller, там же). Происхождение слова *bara, кот. может быть отнесено к числу праслав. регионализмов, еще не выяснено окончательно. Греч, р^ара, с кот. его сравнивал Миклошич (Miklosich 7), само заимствовано из слав., см. Георгиев БЕР, там же. Продолжают сближать *bara с алб. Ъёггак 'болото, стоячая вода' (см. еще из литер. Berneker I, 43; К. Ostir «Etnolog» I, 1926/1927, 2; V. Georgiev. La toponymie ancienne. . . 9), но последнее само — целиком слав, происхождения — из *Ьагъпъ+сл&в. суфф. -ак (см. подробно Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 3, 157). Вслед за Младеновым принято говорить о родстве слав, слова с др.-инд. Barbara ж. р., гидроним, греч. ^(Зоооь 'тина', но эти сближения крайне сомнительны (см. о др.-инд. названии Mayrhofer II, 412; о неясности праформы и возможном звукоподражат. образовании греч. слова см. Frisk I, 252). Мысль о том, что *bara легко объясняется как параллельное образование к < и.-е. *bha-l- 'светлый, блестящий»' (Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 3, 158; см. еще раньше в том же духе F. Specht. Ursprung 318, примеч. 5), не кажется нам убедительной. Очевидная изолированность имени *bara в слав., а также преимущественное его распространение в западной части Балканского п-ова вынуждает серьезно взвесить возможную связь праслав. диал. *bara с остатками языка дослав, населения этих районов. Ср. второй компонент названия Metu-baris, междуречье Савы и Дравы в древности, буквально — 'междуболотье' или 'междуречье' (Н. Krahe. Illyrisches. «Glotta» 22, 1934, 125 и след.); не менее ценно указание на практическую идентичность слав, апеллатива bora 'речка, ручей' и второго компонента названия реки Колу-бара, притока Савы (см. I. Duridanov. Illyrische Flussnamen in Serbien. — LB VI, 1963, 102). Меньшей достоверностью обладает в наших глазах отождествление праслав. *bara с фрак, para 'ручей, река' < и.-е. *bora (V. Georgiev. La toponymie ancienne. . . 9). Нужно помнить, что свидетельства о наличии *bara как раз нехарактерны для восточной Болгарии, что в известном смысле противоречит фрак, этимологии *Ъага О чеш. и слвц. соответствиях см. Machek 26, где также о взаимовлиянии (или смешении) форм чеш. bafina: bazlna.

*baranica: чеш. beranice ж. р. 'баранья шапка', 'овца, матка', 'овечья шкура, овчина', 'штаны из овчины' (Jungmann I, 95), слвц. диал. baranica (Habovstiak. Orav. 160, без указания знач.), ст.-укр. бараигща ж. р. 'выделанная баранья шкура' (Тимченко I, 56), укр. баранйця 'баранья полость, полость из овчины' (Укр.-рос. с лови. I, 33), баранйця ж. р. 'овчина для укутывания ног зимою в дороге' (Гринченко 1, 28). Производное с суфф. -lea от *Ъагапъ (см.).

*baranina / *boranina: чеш. beranlna ж. р. 'баранина, запах барана', диал. haranina ж. р. 'баранина' (Sverak. Karlov. 109) слвц. диал. Ъатап/па ж. р. 'мясо' (Buffa. Dlha Luka 131), польск. baranina ж. p. 'баранина' (Dorosz. I, 345), словин. barqntna *ж. p. 'баранина' (Lorentz. Slovinz. Wb. I, 15), др.-русск. боранина 'мясо барана' (Афан. Никит,, Срезневский III, Доп. 24'), русск. баранина ж. р. 'мясо барана или овцы', ст.-укр. баранина ж. р. 'баранье мясо' (Тимченко I, 56), укр. баранина ж. р. 'баранина' (Гринченко I, 28), блр. баратина 'баранина'. Производное с суфф. -1па от *Ъагапъ / *Ъогапъ (см.).

*baranovb(jb): н.-луж. baranowy 'бараний' (Muka Si. I, 14). Притяжат. прилаг., производное с суфф. -ov- от *Ъагапъ (см.).

*bаrаnъ: сербохорв. баран м. р. '(черно-белый) козел', 'баран' (РСА I, 300), диал. bdran 'баран' (Nk 270), чеш., стар, и диал. Ъагап м. р. (Gebauer 25, 40) 'баран' (мор., Kott I, 46), 'баран', 'дурак' (Маlina. Mistr. 9; Gregor. Slov. slavk.-bucov. 19), 'железная тяпка', 'название сорта яблок', 'приспособление для переноски травы' (Bartos. Slov. 12), сюда же чеш. диал. barusky 'сережки на иве' (Kott. Dod. k Bart. 3), слвц. Ъагап м. р. 'баран, самец овцы', 'дурак', 'тяжелая колотушка, баба' (SSJ I, 71), сюда же слвц. диал, baruska 'овечка' (Kalal 18), barka ж. р. 'ягнёнок' (Matejcik. Vychodonovohrad. 121), в.-луж. boran м. р. 'баран' (Pfuhl 40), н.-луж. Ъагап 'баран' (Muka Si. I, 14), польск. Ъагап м. р. 'баран, самец овцы' (Dorosz. I, 342—343), словин. Ьагдип м. р. 'баран' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 17), др.-русск. баранъ, боранъ 'баран, овечий самец, aries' (XIV в., Срезневский I, 41—42), русск. баран м. р. (в т. ч. в спец. знач.-иях: 'стенобитное орудие, таран', 'толстый брус' и т. п.), диал. баран м. р. 'тонкий сорт бараньей кожи', шерстный баран 'нестриженая баранья шкура', баран 'шуба из овчины', 'праздник молотьбы', разнообразные прозвища, название кушанья ('печенье'), 'гребень морской волны', 'птица Gallinago gallinago, бекас' (Филин. 2, 103, 105), баранок м. р. 'баранья шкура' (там же, 106), ст.-укр. баранъ м. р. 'баран, самец О vis aries', 'военная осадная машина' (Тимченко I, 57), укр. баран м. р. 'баран, самец овцы' (Гринченко I, 28), баранок м. р. 'бекас' (Гринченко I, 28), баранка ж. р. 'овца?' (там же), блр. баран 'баран'. — Сюда же примыкает болг. диал. бъранкъ ж. р. 'овца', 'легкомысленный человек' (с. Карайсен, ВеликоТырновский окр., дип. раб. Архив Софийск. ун-та), баранкой мн. 'овцы', ласкат. (с. Величково, Позарджикский окр., дип. раб. Архив Софийск. ун-та). Вопрос о происхождении слова *Ъагапъ должен решаться с особым учетом данных лингвистич. географии как в рамках слав, территории, так и в отношениях с иными языковыми ареалами. Должны быть также подвергнуты пересмотру некоторые мнения, укоренившиеся в этимологии. Прежде всего нужно указать, что представления о распространении этого слова в слав, языках должны быть несколько расширены. Если последнее время возобладало мнение, что ю.-слав. языки не знают слова *Ьагапъ (см. Трубачев. Дом. жив. 74; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 4, 240: «В южнославянском этого слова не существует»), то, по-видимому, необходимо уточнить, что по имеющимся сведениям данного слова не знает только словенский (а это в конечном счете играет здесь решающую роль при этимологизации), тогда как в сербохорватском и даже болгарском *Ьагапъ в действительности известно. Так, мы не считаем возможным отделять этимологически вслед за Садник и Айцетмюллером сербохорв. баран 'козел, баран' (ср. еще сербохорв. диал. Ъагап 'баран', у нас выше) от праслав. *Ъагапъ. Скок в своем сербохорв. этимол. словаре указывает сербохорв. Ъагап м. p. (J. S. Reljkovic) 'баран', также в кач-ве фамилии (в Приморье), отсюда ум. Ъага — о козе и свинье; вариант Ъогап в народн. говорах не обнаружен. На существование этого слова в паннонско-славянском указывает, по мнению Скока, венг. Ъагапу (Skok. Etim. rjeun., I, 110). Приведенных нами выше болг. соответствий как будто достаточно, чтобы констатировать в народн. болг. языке наличие формы ж. р. *Ъагапъка, производной от *Ъагапъ, что косвенно говорит о существовании в определенное время также формы *Ъагапъ в болг. языке. Этих болг. диал. слов, между прочим, не знает даже новый Болгарский этимологический словарь, как известно, очень богатый народной лексикой. Вост.-болг. характер упомянутых свидетельств (см, выше), вероятно, не может скомпрометировать их исконного характера в пользу, скажем, заимствования из вост.-слав. (ср. укр. баранка ж. р. 'овца?'). Отношения слов *Ьага?гъ и *оиъпъ (см.) говорят о том, что *Ьагапъ — относительно новое название самца овцы в слав, языках (см. Трубачев, там же; A. Sabaliauskas. Ва1Ц kalbij naminiij gyvulhi pavadinimai (jq kilme ir santykis su atitinkamais slavi} ка1Ьц pavadinimais. «Ва1Ц ir slavij rysiai». Vilnius, 1968, 115). Вне всяких сомнений слово *Ьагапъ заимствовано слав, языками, правда, ссылка при этом как на основной аргумент на различия корневого вокализма bar-lbor-lber- (Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 4, 240) ничего не объясняет сама по себе, а сами эти варианты огласовки не существовали, конечно, одновременно в древнейших слав, формах или языке-источнике, но развились вторично уже в отдельных слав, языках. Поэтому правильно считать чеш. Ъегап 'баран' вторично диссимилированной формой (так см. Holub—Кореспу 67), аналогично мы объясняем и др.-русск. боранъ, русск. диал. (холмогорск.) боран (Трубачев, там же, 73), в.-луж. boran <С *Ьагапъ. Древнейшую слав, форму *Ьагапъ наряду с этимологической непрозрачностью характеризует, по нашему мнению, наименее славянский звуковой облик с последовательным проведением определенного вида гармонии гласных. Все это вместе взятое, особенно в соединении с необходимостью объяснить не только корень, но также и суффикс, которым потенциально является исход -an-, недвусмысленно указывает на Восток. Поэтому неудачна этимология, объясняющая только часть слав, слова и предложенная гл. обр. албанистами и романистами, кот. сближали слав. Ъагапъ с алб. berr 'овца, пастбищный скот', далее — с сев.-ит. диал. ber, birr, hero, bar, ю.-франц. berri в том же знач., видя в них лексику альпийского ареала, оформившуюся из подзывания животных (см., вслед за Г. Майером, Иоклем и Майер- Любке, — Е. Qabej «Glotta» 25, 1937, 50 и след.; J. Hubschmid. Haustiernamen und Lockrufe als Zeugen vorhistorischer Sprach- und Kulturbewegungen. «Vox Romanica» 14 (1954/1955) 195; M. Camaj. Albanische Wortbildung. Wiesbaden, 1966, 86; Berneker I, 43, кот. наряду с алб. и роман, словами указывает на близость греч. Bapi^oi 'бараны', piptov 'овцы, мелкий скот'; Bruckner 15; Фасмер I, 123). Сюда примыкают более расплывчатые указания чешских этимологов на «праевропейский» субстрат, см. Holub—Коресп^, там же; Machek 29). Но Pocpi^oi — это, собственно, (F)apt^ot, кот. вместе с pipiov относится прямо к греч. (F)apiQv 'овца, баран', родственному греч. elpos (*FepFoc) 'шерсть', а также лат. veruex 'баран' (см. Frisk I, 137; Walde2 826). Между прочим, из лат. vervex происходит и франц. brebis 'овца' и, возм., часть прочих роман, диал. форм, обычно относимых к подзываниям альпийского ареала. Эти греч. и роман, формы сравнивались со слав. Ъагапъ ошибочно, см. Трубачев. Дом, жив, 74—75; F. Кореспу «Slavia» XXXI, 1962, 462; он же SaS XXVIII, 1967, 276; Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 4, 240. Объяснение многочисленных прочих европейских (романских и др.) форм из первичного подзывания в общем привлекательно, подзывания типа brr, обращаемые к овцам, встречаются и сейчас, но в таком случае пришлось бы говорить не об ограниченном альпийском ареале, поскольку созвучные подзывания овец употребляются не только в Альпах РТ на Пиренеях (баск. Ъагга), но и на Востоке Европы и далеко за ее пределами, на что обращал внимание Хубшмид. В случае с подзыванием допустимо предполагать независимое элементарное родство, ономатопею. Альпийская теория происхождения праслав. *Ъагапъ окончательно снимается тем фактическим обстоятельством, что именно альпийские славяне — словенцы — не знают слова *Ьагапъ совершенно (в отличие от балканских славян), что проницательно подметил еще Брюкиер (см. Bruckner, там же). Выше уже была речь о типологическом вероятии вост. происхождения слав, слова. Раньше высказывалась гипотеза о тюрк, происхождении праслав. *Ъагапъ < др.-тюрк. *baran/идущий' (см. Трубачев. Дом. жив. 76), которую мы сейчас считаем целесообразным видоизменить, отведя тюрк, языкам лишь роль посредника при передаче вероятного среднеиранского заимствования *bardn 'баран, овца' < ир. *иагапу родственного др.-инд. игапа- м. р. 'ягненок, барам', арм. gafn 'ягненок', греч dpTjv (о кот. см. выше)<и.-е. *и0геп- 'баран, овца' (см. Pokorny I, 1170). Аналогичный путь из иранского через тюркские в славянский проделало семантически смежное слово чабан 'овечий пастух'. См. близко к изложенному уже К. Moszynski JP XXXIII, 1953, 365—366; Sadnik—Aitzetmuller, там же.

*bаrаnьсь: слвц. диал. Ъагапес 'молодой баран' (Habovstiak. Orav. 164), русск. диал. баранёц, род. п. -нца, баранец, род. п. -нца, м. р. 'растение Lycopodium, плаун', 'Thymus Serpillum L., чабрец, богородская трава', 'крапива' (Филин 2, 105), укр. баранёцъ, род. п. -нця, м. р. 'бекас' (Гринченко I, 28). Производное с суфф. -ъсь (и вторичными значениями, см. русск., укр.) от *Ьагапъ (см.).

*baranьjь: слвц. barani прилаг. 'бараний' (SSJ 1, 71), польск. baranl 'бараний, овечий' (Dorosz. I, 344), словин. barqni прилаг. 'бараний' (Lorentz. Slovinz. Wb. I, 16), др.-русск. борании 'сделанный из шкуры барана' (XV в., Срезневский III. Доп. 24'), боранъ (XIV в., Картотека СДР), русск. бараний 'относящийся к барану', 'приготовленный из баранины', ст.-укр. бараний прилаг. 'бараний' (Тимченко I, 56). Притяжат. прилаг., производное с суфф. -ь;ь от *Ьагапъ (см.).

*barati: болг. барам 'трогать, касаться' (БТР, также — диал., см. БД I, 294, 66, 243, II, 71, III, 202), диал. 'искать, спрашивать' (Георгиев), 'работать' (Стойчев БД II, 127), макед. бара 'искать', 'просить, требовать', 'рыться, шарить', 'трогать, касаться, щупать' (И-С), диал. се барам —се леку вам (А. Андоновски. Зборови од Дебарско. — MJ I, 1950, 240; Видоески. Поречкиот говор 56), словен. barati 'спрашивать' (Plet. I, 12), слвц. bdraf <ломать, пронзать' (SSJ I, 71—72), др.-русск. барати длит, 'сражаться, pugnare' (Срезневский I, 42). Единственно приемлемой представляется в данном случае морфологическая этимология: * barati, итератив к *borti I *boriti ^> *barati 'проникать, искать, спрашивать, просить, требовать', также с ослаблением исходного значения: 'ломать, сокрушать' > 'трогать, щупать', 'рыться', 'работать'. Это дает возможность увидеть инновационный характер данного словообразовательного (семантического) акта, ограниченного, по сути, только ю.-слав, языками, и вместе с тем поставить все (лексикализованные и морфологические) случаи *barati в один ряд. См. уже Георгиев ВЕР I, 33, где дано сближение болг. и словен. слова с др.-русск. барати, но семантические отношения авторам остались неясны. Близкую семантическую аналогию мы видим в слав. *pytati 'спрашивать' < 'пробовать' < 'мучить', родственном лат. puto, -are 'думать' < 'резать' (см. Фаемер III, 421). См. Z. Gol^b «Studia in nonorem Т. Lehr-Splawiriski», 1963, 213 — 215, где автор тоже говорит о родстве barati и boriti 'бороться', но предлагаемый им путь развития значения кажется менее убедительным ('бороться' > 'хватать' > 'искать' > 'требовать, просить'). Прочие этимологии: Младенов ЕПР 17: болг. барам — к бера, русск. беру, брать (но итератив к *berg — *birati\); Ильинский PF 11 (1927), 185: болг. барам 'искать', словен. barati 'спрашивать' < *ob-arati (ср. лат. огаге), с первичным знач. 'спрашивать'; В. Сор SR XIII, 1961/1962, 185-187: Harati - итератив к *borti <^и.-е. *bhord-, ср. греч. opab-, cppd^co 'говорить, доводить до све,дения', :ppa£o[iai 'думать, полагать', в конечртом счете — из и.-е. *bher- 'нести, приносить', якобы о движении руки, но автор понимает затруднительность семантич. стороны своей этимологии; ср. об этом Bezlaj. Etim. slovar 8, но собственная гипотеза Безлая — barati < *g^arati, с упрощением начала слова, куда автор относит вслед за Махеком (см. Machek 142) также *govon I *gwon, — по меньшей мере сомнительна. Бернекер, сравнивая болг. и словен. слова, кратко определял их как «темные» (Berneker I, 43), Садник и Айцетмюллер тоже приходят к неутешительному выводу (см. Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 4, 237: «Nur unbefriedigende Erklarungen»), хотя авторы хорошо осведомлены в существующей литературе по этимологии слова, вышедшей после Бернекера.

* barina: сербохорв. barina ж. р., увелич. от Ъага (с XVII в., RJA, I, 186), ст.-чеш. barina ж. p. 'lacuna' (XV в., Ст.-чеш., Прага), ср., возм., сюда же чеш. диал. barena 'трещина, щель' (Kott. Dod. к Bart. 3), bafina 'топь, болотистое место' (Hruska. Slov. chod. 12; Kellner. Vychodolas. I, 70), слвц. barina ж. p. 'сырое, болотистое место' (SSJ I, 72), а также, возм., диал. baharina то же (Kalal 13). Производное с суфф. -ina от *bara (см.).

*barišče: макед. барииппе ср. р. 'большая лужа' (И-С), сербохорв. барйште ср.^р. 'болотистое место' (PCA I, 307), чеш. диал. (мор.) bafisko ср. р. 'болото' (Kott I, 47). Производное с суфф. isce (собир.) от *bara (см.).

*baruga/*barǫga?: болг. баруга ж. р. 'поток', 'лужа' (Геров; Младенов БТР), 'низкий источник, обложенный камнями', 'маленький водоворот' (Стойчев БД II, 127), макед. диал. баруга ж. р. 'лужа' (Кон.), сербохорв. баруга ж. р., увелич. от бара, 'русло, по которому вода бежит от плотины на мельницу' (PCA I, 314), сюда же баругва ж. р. 'водоворот, омут, куда больше всего^собирается рыбы' (там же). Суффиксальное производное от *Ъага (см.). Древность образования проблематична.

*baruxati?: чеш. диал. barouchat *мять, комкать' (Bartos. Slov. 12—13). Представленное только в чеш. диалектах и явно экспрессивное по характеру, это образование сомнительно в отношении своей древности. Возм., из сложения приставки Ъа- и основы гл. *гиsiti (см.). Относительно природы этой приставки в глагольном сложении см. еще под *batoriti. Ср. еще чеш. диал. (мор.) Ьагйchat 'разрушать, разваливать', а также 'греметь', в кот. Махек объяснял Ъа- < *ра- (пейоративный префикс), см. Machek 26, но с приставкой ра- у нас связано скорее представление об исключительно именном префиксе.

*Ьаrъ: русск. диал. бар м. р. 'болото, место, непригодное для хозяйственных целей' (тверск.), 'глубокое место в море, где останавливается пароход' (арх., Филин 2, 98), укр. диал. бар и. р. 'мокрое место между холмами' (Гринченко I, 27). Не совсем ясно, можем ли мы говорить о бесспорном родстве с *bara (см.), кот. ведет себя как древний регионализм субстратного (иллир.?) происхождения. См. еще Фасмер I, 122, кот. не знал еще русск. диал. форм.

*barьje: сербохорв. 6dpje ср. р. 'поле под водой' (PCA I, 310), словен. barje ср. р. 'болото, топь' (Plet. I. 12). Производное с суфф. -ь]е от *bara (см.).

*Ьаrыrь: сербохорв. баран прилаг. 'болотный, болотистый' (PCA I, 300). Прилаг. производное с суфф. -ъп- от *bara (см.).

*barьskъjь: сербохорв. barski прилаг. 'paluster, болотистый' (RJA I, 190). Прилаг., производное с суфф. -bsk- от *bara (см.).

*basati: макед. баса 'бить, шлепать' (Кон.), сербохорв. басати "бить, ударять' (PGA 1, 318), диал. басат 'сильно ударить', 'страдать, мучиться' (Елез. I), басати, басати 'идти не глядя' (РСА 1, 318), 'есть' (там же). — Неясно, относится ли сюда словен. bdsati 'напихивать, набивать' (Plet. I, 13), возм., из нем. fassen или близких более старых форм, см. Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 82; ср. еще русск. диал. басать, сбасатъ 'украсть', тоже объясняемое как заимствование из того же нем. fassen 'хватать и т. п.' (Фасмер I, 130). Неясно, далее, и отношение к *basati болг. диал. баскам 'резать (крупными кусками), рубить' (Геров; Горов БД I, 66; Стойчев БД II, 127), ср. еще басна то же (Геров). Гл. *basati в знач. 'бить, ударять' продолжает форму *bat-s-ati, расширение на -s- основы bat-, выступающей во многих образованиях с близкими значениями. Форма с расширением -s- носит экспрессивный характер. См. Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 81—82. Особо следует оговорить форму русск. диал. басить 'занимать кого-либо разговорами, россказнями' (Филин 2, 128), где можно констатировать лишь -s-овое расширение варианта основы, представленной (с иным расширением) в *bajati 'говорить' (см.), т. е. в данном случае — *ba-s-ati (см. след.).

*basiti: русск. диал. с.-в.-р. басить 'занимать кого-либо разговорами, россказнями' (Филин 2, 130), 'толковать, калякать, болтать' * (Подвысоцкий 5), 'лечить' (Е. Будде. К диалектологии великорусских наречий. Исследование особенностей рязанского говора. — РФВ XXVIII, 1892, 50; И. Солосин. Материалы для этнографии Астраханского края. Краткие сведения о говоре ахтубинских сел Царевского уезда. — РФВ LXIII, 1910, 128), басить 'загов фивать' (Деулинскпй словарь 49), баситься 'лечиться' (ряз., Доп. к Опыту 6). Расширение на -s- основы, представленной в *ba-j-ati (см. *Ьаjati), *ba-j-iti и родственных. См. Фасмер I, 130. *basnica: чеш. bdsnice ж. р.'сказочница, сказительница' (Jungmann I, 75). Имя деятеля ж. р., производное с суфф. -ica от *basnb (см.) и соответствующее аналогичному имени м. p. *basnifo (см. след.).

*bаsnikъ: чеш. bdsnik м. р. Чюэт', слвц. basnlk м. р. то же (SSJ I, 74), ст.-укр. басникъ 'знахарь, шептун, колдун' (Тимченко I, 60). Производное с суфф. -1къ от *basnb (см.).

*basnь: ст.-слав, блгна ж. p. циОо;, fabula 'сказка' (Apost., SJS), болг. басня ж. р. 'басня', 'выдумка' (БТР), басьнъ ж. р. 'басня; ложь, выдумка' (Геров), диал. басна, басма ж. р. 'заговор, заклинание против болезни' (М. Младенов БД II1, 38), макед. басна ж. р. 'басня', 'заговор, заклинание' (И-С), сербохорв. basan, род. п. basni, ж. p. 'fabula' (с XV в., RJA I, 192), bdsna ж. р. то же (с XVII в., также 'выдумка' 'заговор', RJA 1, 193), basma ж. р. 'заговор, заклинание' (там. же), словенbasen, род. п. -snl, ж. p. "вымысел; басня', bdsna ж. р. то же (Plet. 1, 13), стар, basem ж. p. 'Fabula' (Kastelec: bai\em), ст.чеш. basn, basn, basen ж. p. 'вымысел, басня' (Gebauer I, 27), чеш. bdsen, род. п. -sne, ж. р. 'стихотворение, поэма; басня', диал. basna 'выдумка, вымысел' (Bartos. Slov. 13), слвц. bdsen, род. п. -sne, ж. р. 'поэма, стихотворение', 'выдумка' (SSJ I, 73), в.-луж. basen, род. и. -snje, ж. р. 'рассказ, поэма, стихотворение' (Pfuhl 8), basnja то же (там же), н.-луж. basn, basen ж. р. 'сказка, поэма, стихотворение' (Muka SJ. I, 19), польск. basn ж.р. 'басня; выдумка, небылица' (Dorosz. I, 371), др.-русск. баснь 'сказка, [ловос; обаяние, incantatio' (Срезневский I, .45), русск. басня ж. р. 'небольшой нравоучительный рассказ', 'выдумка, вымысел', диал. басня 'сказка' (Добровольский 23), ст.укр. басня ж. р. 'басня, выдумка', 'предание, рассказ' (Тимченко 1, 60). Древнее слав, именное произведение с суфф. -snb от основы Ьа~ (см. *bajati 'говорить' и родственные). См. Berneker I, 45; Фасмер I, 131; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 120, Вместе с тем сравнение с и.-е. соответствиями показывает инновационный характер слав, производного на -snb, т. к. другие и.-е. языки знают только более простые именные производные от *bha на -m-j-n- и на -s: лат. fama, арм. ban, лат. fas.

*basъkъjь: русск. диал. баской 'красивый, нарядный, ирекраснцй: (Подвысоцкий 4), баской 'хороший, красивый' (Куликовский 3). баской, баский 'говорливый' (влад., костр., Филин 2, 133), баский 'речистый, бойкий на разговор' (Опыт словаря говоров Калининской области30), укр. баский 'резвый, ретивый, рьяный' (Гринченко I, 32), 'ретивый, резвый (о коне)' (Картотека Украинского академического словаря). Здесь выделено особо прилаг. *basbkbjb, словообразовательное оформление которого как самостоятельного слова (производное с суфф. -ък- от основы bas-) представляется достаточно древним, если учесть с.-в.-р.-укр. ареал соответствий. Полезно обратить внимание на то, что это прилаг. обнаруживает как знач. 'говорливый', так и знач. 'красивый', — обстоятельство, существенное для установления этимол. связей. Сама основа bas- представлена в более широкой группе образований — имен и прилагательных (ср. хотя бы подборку примеров у Садник и Айцетмюллера, кот. достаточно убедительно сближают русск. диал. названия красоты, красивого — басъ, баса, басый — с сербохорв. диал. nabas 'красиво, превосходно', одновременно справедливо критикуя комизырянскую этимологию Фасмера, см. Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 127), но возраст лексического выделения этих остальных образований, их праславянская древность осталась для нас недостаточно ясной. Возвращаясь к основе bas-, заметим, что она нуждается в более широкой этимологической трактовке (ср. выше значения 'красивый' и 'говорливый'), почему, с одной стороны. нельзя игнорировать сближения слав, bas- с др.-инд. bhdsati 'светит, блестит, сияет' (см. Sadnik—Aitzetmuller, там же), а с другой стороны — нельзя не учитывать связи баса, баской с *bajati 'говорить' (см. А. И. Соболевский ИОРЯС XXVII, 1924, 325), особенно же — с лат. fas ср. p. (*bha-s) 'божественный закон' и др.-инд. bhasate 'говорит', показывающими идентичное расширение. В основе всех этих лексем мы полагаем единое и.-е. *6/га-5- (подробности о едином и.-е. *bha- 'говорить' и 'сиять' см. иод *bajati I, II, выше).

*bata/*bat'a/*batja: болг. бате 'старший брат' (Георгиев), диал. бать м. р. 'отец, кум; старший брат' (Младенов БТР; Стойчев БД II, 127: бати. р. 'кум'), бак'у м. р. 'старший брат' (Горов. Страндж. БД I, 65), сюда же диал. бако м. р. 'старший брат', 'отец' (Младенов БТР), балъо м. р. то же (там же), далее — болг. баща м. р. 'отец' (БТР), макед. бате м. р. 'старший брат' (И-С), сербохорв. бата м. р., ласкат., 'брат', 'друг, приятель', 'отец, свекор, деверь', 'пожилой человек' (РСА I, 325), бато м. р. то же, часто в знач. 'отец', далее — Ъаса м. р. 'брат' (RJA I, 144), ст.-чешек. bat а м. р. 'брат', фамильярное обращение (Хрон. Далимила, XV в.; Ст.-чеш., Прага), чеш. bdta м. р., обращение к добродушному или глупому человеку, отсюда, далее, вторичные производные ст.-чеш. batik м. р. 'братец' (1490 г., Ст.-чеш., Прага), batik м. р. 'милый' (XV—XVI вв., там же; Simek 27), batck м. р. 'брат, милый' (Simek 27), чеш. batik м. р. 'братец' (Jungmann I, 76), batek, род. п. -tka, м. р. 'брат' (Kott I, 50), диал. batek, род. п. -Vka м. р. 'маленький, коренастый парень' (Bartos. Slov. 13), ст.-чеш. batice ж. р. 'сестрица' (Gebauer 1, 29), слвц. bdfa м. р., особенно в обращении 'известный, немолодой человек' (SSJ I, 74), отец, дядя, старший брат' (Kalal 18), сюда же производное baVko м. р., при фамильярном обращении, 'известный, немолодой человек' (SSJ I, 75), др.-русск. батА 'отец, pater' (только один раз, Ип. летоп. под 1161 г. Срезневский I, 45—46), а также производное др.-русск. батъко 'отец' (Тверск. летоп. под 1160 г.. Срезневский III, Доп. 8'; Гр. берест, новг. № 290, XIII—XIV вв., Картотека СДР), русск. батя м. р. 'отец', 'священник', диал. батя м. р. (презрит, и пренебреж.) 'отец', 'дед', 'крестный отец', старший брат', 'тесть', 'почтительное или ласковое обращение к старшему по возрасту', 'друг, приятель' (Филин 2, 150), вторичные производные батюшка м. р. то же, диал. батька 'отец' (Добровольский 24), бачкя 'отец' (Труды МДК. Словарь к ответам на программу по Тамбовской губ. — РФВ LXVI, 1911, 214), ст.-укр. батъко м. р. 'отец' (1548 г.), 'духовный отец' (Тимченко I, 61), батко м. р. (1562 г. там же), укр. батъко м. р. 'отец', также — почтительное приветствие пожилому человеку (Гринченко 1,33; Укр.-рос. словн. I, 37), батя, ум. от батъко (там же. 34), блр. бацъка 'отец, батюшка'. Вынесенные в заглавие статьи формы не исключают друг друга взаимно, но являются хронологическими вариантами, из кот. *bata — древнейший (реально засвид. в сербохорв.). остальные обнаруживают смягчение (экспрессивной природы), с наиболее законченным результатом в болг. (*batja). Форма *bata весьма архаична и по своим особенностям может быть поставлена в один ряд с другими простейшими названиями родства (*baba, *рара, *iata, *тата), которые характеризует двухсложность (нередко — чистая редупликация), однородный вокализм, принадлежность к экспрессивной сфере словоупотребления, как бы наделяющая их чертами ахронии. Эти особенности способствуют тому, что данная форма, будучи типологически очень древней, вместе с тем лучше всего подходит для того, чтобы подключаться к некоторым более развитым словообразовательно, тематизированным и семантически более нейтральным названиям родства на правах ум. формы. Поэтому мы имеем основания не рассматривать известную этимологию *bat'a как деминутива от *brat(r)b (см. Berneker I, 46; Machek 26—27) как последнюю досягаемую инстанцию истолкования нашего слова. Можно сказать, что мужской термин родства *bata 'отец, дядя, старший брат, старший, почтенный мужчина' вторично соотнесен с *ЪгаА(г)ъ (см.). Заслуживает упоминания этимология, выдвинутая в принципе еще Соболевским, кот. сближал русск. батя, болг. баша с др.-инд. pita, греч. тгаттр, лат. pater (А. И. Соболевский РФВ LXIV, 1910, 149; он же ИОРЯС XXVII, 1924, 3301), однако совершенно излишне при этом его предположение о заимствовании славянами у скифо-сарматов. Здесь налицо озвончение (т. е. ослабление артикуляции) р^>Ь, ср. напр. ит. ЪаЪЪо 'папа', при нейтральном padre 'отец', экспрессивное по природе, что же касается несоответствия в вокализме между старой акутовой долготой *bata (сербохорв. Ьаса) и краткостью и.-е. pdter, то вторична как раз краткость (< *pa-ter). Далее см. подробно, с литературой, Трубачев. Слав. терм, родства 21, 195 и след. См. еще Фасмер I, 135; Sadnik—Aizetmuller. Vgl. Wb. 4, 226; А. А. Бурячок. Назви спорщненост1 i свояцтва в укр. MOBi (Кшв. 1961) 10 и след.

*batati: сербохорв. батати 'бить, колотить', словен. bdtati то же (Plet. I, 14), др.-русск. батати 'колотить tundere' (XIV—XV в., Срезневский I, 45), русск. диал. бататъ, ботатъ 'бить по воде багром или батаухой для того, чтобы испугать рыбу и загнать ее в сети', 'искать, бегая' (Филин 2, 142), бататъ 'искать, бегать для розысков' (Бычков. Слова Валдайского у. и Владимирской губ. XLV). — Неясно, сюда ли основа болг. диал. батйсувам 'наносить вред' (БД I, 242; II, 70). Старая глагольно-именная основа (см. еще *batb, *botati и др.), ономатопоэтическая природа которой никак, однако, не противоречит возможности определения генетических связей с и.-е. лексикой, ср. напр. лат. battuere 'бить, колотить, толочь' (см. о последнем Walde—Hofm. I, 99). Специфичность слова не позволяет однозначно охарактеризовать его вокализм (итеративная долгота?). Нет никаких данных прямо соотносить tati и *badati (см.), вопреки Прокошу (см. Е. Prokosch AJPh XXXII, 1911, 432). В близких формах встречаются отличия в вокализме, правда, неясно, насколько правильно видеть здесь апофонию в полном смысле (см. подробнее Berneker I, 46: *bkeua-t-, *bhau-t-9 *bhud-t-). См. еще Sadnik—Aizetmtiller. Vgl. Wb. 2, 68 и след. Подробный обзор сербохорв. значений см. F. Kurelac «Rad» XV, 1871, 97.

*batica: сербохорв. диал. batlca 'третья часть молотильного цепа' (Skok), диал. betlca (Црес, М. Tentor «Razprave» I, 1950, 71), словен. beticu 'толстый конец цепа', 'дубинка'. Производное с суфф. -ica от основы, представленной в *ЪаЬъ, *batati (см.).

*batikъ: русск. диал. батик 'короткое древко цепа' (Сл. Среднего Урала 37), 'палка с утолщением на одном конце, использующаяся для разных целей', 'часть цепа, ударяющая по снопам; било', :кнут' (Филин 2, 143). Производное с суфф. -1къ от основы bat- (см. и особенно — *batog^. Древность образования трудно доказать.

*batina: сербохорв. батина ж. р. 'палка, fustis', 'удар, палкой', словен. bdtina ж. р. 'палка, дубинка, колотушка' (Plet. I, 14), чеш. диал. batina 'точный удар' (Hruska. Slov. chod. 12). Суффиксальное производное на -ina с основой bat- (см. *Ьа1ъ, *batati и др.).

*batiti(sę): сербохорв. диал. (черногорск.) батити се 'отскакивать, бить назад (напр. о ружье, дающем отдачу)', русск. диал. (костр., кинеш.) батить 'издавать глухой звук от удара' (Опыт 8), батйтъ 'бить, стучать', 'лгать' (Филин 2, 143). Вариант глагольной основы, близко родственный *batati (см.).

*batjina: болг. бащина ж. р. 'отцовское наследство' 'отчизна' (БТР), макед. баштина ж. р. 'родовое имущество, наследство', 'родной край, родные места' (И-С), сербск.-цслав. БДШТИМД Ж. p. 'hereditas' (Mikl.). Только ю.-слав. производное с суфф. -ina (собир.) от *bafa I *batja (см.). Сербохорв. баштина ж. р. 'родина', 'вотчина, имение' заимствовано из болг.

*batjinь: м цслав. БЛШТИЫЪ притяжат. прилаг. тедтоб?, patris (Mikl.), болг. бащин прилаг. 'отцовский', 'отеческий' (БТР), сербохорв. диал. baciti прилаг. притяжат. от Ьйса 'братец' (RJA 1, 144). Притяжат. прилаг., производное с суфф. -тъ от *baVa I *batja (см.).

*batogъ: сербохорв. батог м. р. 'палка', 'сушеная рыба' (РСА 1, 333), также баток м. р. 'сушеная рыба' (КарациЬ, s. v.; РСА I, 334), ст.-чеш. batoh м. р. 'плетка' (XIV—XV вв., Ст.-чеш., Прага), чеш. batoh м. р. 'дорожная заплечная котомка', также диал. batoh м. p. (Sverak. Karlov. 109), польск. batog м. р. 'здоровенная дубина', batogi мн. 'битье палкой' (Dorosz. I, 374), словин. butug м. р. 'бич, плеть' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 18), др.-русск. батогъ 'бич, flagellum' (Срезневский I, 45), русск. батог м. р. 'палка, 'трость', 'простая из лесного дерева палка' (Подвысоцкий 5), 'бильная часть цепа', 'палка, посох' (Мельниченко 29), диал. бадаг, бадег, бадбк, род. п. -ока, м. р. 'палка, посох, трость, хворостина; било; бич, плеть, долгий кнут на длинном кнутовище' (Даль3 I, 92), бадбг, бадок 'вообще рычаг, толстая длинная палка' (Васнецов 10), падбг 'палка, посох', 'часть ткацкого станка', 'палка у молотила', 'короткая палка цепа' (Мельниченко 140), ббдбг м. р. 'посох, палка', 'бьющая часть цепа, било' (Филин 3, 56), ст.-укр. батогъ м. р. 'бич', 'палка, планка' (1688 г., Тимченко I, 61), укр. бат/г, род. п. -ога, м. р. 'кнут, плеть', 'растение Scorzonera rosea', 'усы у огурцов, дынь', 'растение Chondrilla juncea L.' (Гринченко I, 32), сюда же, возм., преобразованное патйк м. р. 'палка, кол' (Гринченко III, 101), а также батюга ж. р. 'большой кнут, плеть' и батура ж. р. то же (Гринченко I, 33). Производное с суфф. -ogъ от основы гл. *batati (см.). Хотя группа образований на -ogъ в славянском весьма своеобразна, включает ряд темных, а также заимствованных слов, далее — содержит также отыменные производные и прочие специфические случаи, относительно *batogъ едва ли имеет смысл питать сомненения в его чисто слав, характере и отглагольности (см. выше), невзирая на известное количество затемненных вариантов (см. обзор). Относить *batogъ к «воинской» лексике ир. происхождения (см. Moszynski. Pierwotny zasi£\g 130—131) мы не можем хотя бы ввиду явной принадлежности нашего слова к аграрной, хозяйственной, бытовой (а не кавалерийской или военной) лексике. Относительно особого знач. чеш. слова см. Machek 27. Ср. еще словен. batjdga ж. р. 'дубинка, колотушка' (J. Kelemina CjKZ III, 1921—1922, 35), с отличием в огласовке суффикса. Далее см. Berneker I, 46; Фасмер I, 134. На заимствовании (из финно-угорского через тюркско-булгарский) настаивает Добродомов «Этимология. 1967» (М., 1969) 253—270.

*batoriti: слвц. диал. batorif 'шуршать, шуметь' (Habovstiak. Orav. 187). польск. диал. botorzyc ' лепетать (о ребенке, начинающем говорить)5 (Warsz. I, 194), русск. диал. батбрить 'разговаривать, беседовать' (перм., Филин 2, 146). — Неясно, принадлежит ли сюда слвц. butorW 'будить' (SSJ I, 147). Бесспорное сложение элемента Ъа- и глагольной основы toriti, ср. редуплицированное *tor-tortti (см. *tortoriti). Праслав. *toriti, не сохранившееся в чистом виде в слав, языках, тождественно этимологически лит. taryti 'говорить, произносить, выговаривать'—форме, более первоначальной сравнительно с употребительным лит. tafti в том же знач. (см. об этом Fraenkel II, 1064). Что касается элемента Ьа-, он функционирует здесь как специальный глагольный префикс, преверб, возм., близкий по знач. лит. Ье-, кот. сообщает глаголу оттенок длительности или усиления действия. Т. о., структурно и этимологически праслав. *batoriti может отвечать лит. betafti 'продолжать говорить, все еще говорить'. Префикс Ъа-, возм., из и.-е. *bhu-a~. Образование *ba-toriti, усвоившее черты экспрессивного глагола, известно нам в нескольких слав, языках (слвц., польск., русск.). на уровне диал. элемента лексики. До сих пор как будто не было объектом этимол. исследования.

*batъ: болг. диал. бит м. р. 'стрела у весов' (Геров: батъ, бжтъ), сербохорв. bat м. р. 'дубина, колотушка, палка, clava,. malleus, baculum, verber, pistillum, surculus' (с XV в., RJA I, 205), также — определенная мера земли (Вла^инац II, 152), словен, bat м. р. 'дубина; жезл; (деревянный) молоток, колотушка', 'початок' (Plet. I 14), чеш. bat 'палка' (Kott I, 50), польск. bat 'кнут' (Warsz. 1,104), русск. диал. баш м. р. 'полый железный конус на длинном шесте, которым ударяют по воде во время рыбной ловли, чтобы испугать рыбу; прут' (Филин 2, 139), 'долбленое сосновое или осиновое корыто с прибитыми по бокам для устойчивости бревнами' (Куликовский 3), 'лодка, выдолбленная из толстого дерева' (Сл. Среднего Урала 37), (сиб., камч.) 'лодка, обычно небольших размеров, выдолбленная из целого ствола дерева; однодеревка', мн. (волог., перм., сиб.) 'два (иногда три) соединенных вместе долбленых корыта или колоды, использующиеся вместо лодки, парома' (Филин 2, 139), укр. диал. бат 'батог' (А. А. Москаленко. Словник д1алектизм1в украшських гов1рок Одесько'1 обл. Одеса, 1958, 16). Обратное образование от гл. *batati (см.), сохраняющее характерный для последнего вокализм. См. Machek 26: «Postverbale od batati». Нельзя, конечно, не считаться с формами, кот. допускают другой древний вокализм (или влияние этого другого вокализма), ср. цслав. B?xTZ 'скипетр', словен. bdt 'дубина', др.-серб. быпъ (первые две формы взяты у Г. А. Ильинского ИОРЯС XXIII, 1921, 209; о др.-серб. форме XIV в. см. Г. ШкриваниЬ HJ VII, 1955). Но едва ли подходит для всех наших примеров в целом предлагаемая Ильинским (там же) этимологизация из и.-е. *bheut- 'надуваться'. Совершенно конкретная словообразовательно-морфол. характеристика слова *Ьа£ъ (см. выше) не позволяет, впрочем, также последовать за Айцетмюллером, когда он оспаривает древнее значение 'бить' (см. Berneker I, 46) и, наоборот, считает древним и основным знач. 'расти, растение', а эволюцию формы представляет себе как *bheu- > *bhu9t- > праслав, *bvot- > *bat/-I Hot- (R. Aitzetmuller ZfslPh XXII, 1954, 363¬ 367; см. еще Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 72, 74). Это слишком широкая трактовка этимол. связей; думается, что о другом говорят сближения праслав. *Ьа£ъ 'дубина' и прежде всего — праслав. *batati 'бить' с галльско-лат. battuo 'бить', лат. fatuus 'глупый' <Сс*пораженный глупостью' < и.-е. *bhat- (см., напр., Е. Н. Sturtevant «Language» 3, 1927, 119—120). См. еще Bruckner 18; Stawski I, 28 (обращает на себя внимание поздняя дата появления bat в польск. письменности: XVIII в.); Фасмер I, 133 (автор специально указывает на ненадежность старого сближения с лат. con-futo 'сваливать, сбивать', гё-futo 'опровергать', предпочитая сравнение *bafo, *batati с кимр. bathu 'бить' и галльско-лат. battuere 'бить').

*bava: русск. диал. бава ж. р. 'довольство' (ряз., Доп. к Опыту 4), бава 'забава, игрушки; довольство, достаток, обилие' (Даль3 I, 89), блр. бава ж. р. 'разговор, беседа' (Байкоу—Некраш. 40), диал. бава ж. р. 'долгая беседа' (Бялькевгч. Мапл. 80), 'забава, потеха' (Сцяшков1ч. Грод. 42). Праслав. диал. *bava, реконструируемое на основе этих вост.слав. примеров, может быть весьма старым глагольным именем, . соотносимым с гл. *bauiti (см. подробно это последнее, там же и о характере отношений *bava: *baviti). Обращает на себя внимание известная архаичность и самостоятельность значений имени — 'довольство, достаток, обилие' и лишь отчасти — 'забава, игрушки' и под., что замечательно, если учесть почти полное возобладание в русск. языке продолжений приставочного *zabaviti {se) (см.) с семантикой 'забавлять, развлекать' (семантика, близкая к знач. 'довольство', косвенно отражена также в приставочных *dobaviti, *pribaviti). Знач. и форма *bava 'довольство, достаток' делают возможным объяснение этого глагольного имени как производного с удлинением гласного от основы наст, врем, несупплетивного гл. *bovg, *byti, ср. *trava : *trovg, *truti (см.). He исключена, далее, возможность поисков и.-е. истоков этих отношений, во всяком случае можно принять, что праслав. диал. *Ьаиа продолжает и.-е. *bhdua ж. р., ср. др.-инд. bhavdh м. р. 'становление, бытие', нем. Ваи 'строение', лат. favus м. р. '(пчелиный) сот с медом' < *fovos <С и.-е. *bheuos (см. о них Walde—Hofm. I, 469; Mayrhofer II, 485; Pokorny I, 146 и след.). Фасмер (I, 101) говорит о -бава только в составе сложного забава, не упоминая наших случаев свободного употребления бава.

*bavežь: болг. бавёж м. р. 'промедление, задержка' (БТР), макед. бавеж м. р. то же (И-С). Производное имя с суфф. -ezb от гл. *baviti (см.). Не исключено позднее местное образование.

*baviti (sę): болг. бавя 'медлить', 'задерживать', 'забавлять' (БТР), диал. баве 'мешать кому-нибудь', баве се 'задерживаться' (Горов. Страндж. БД I, 65), бав'ъ 'задерживать кого-нибудь' (Колев БД, III, 294), бава се 'терять время, задерживаться' (М. Младенов БД III, 37), бавим съ Оставаться, задерживаться дольше на одном месте' (М. Младенов. Говорът на Ново село, Видинско 208), макед. бави 'медлить; оттягивать, тянуть' (И-С), сербохорв. диал. бавит 'опаздывать, задерживаться' (Елез. I), бавити се 'задерживаться', словен. bdviti se 'заниматься', 'задерживаться' (Plet. I, 14), чеш. baviti 'развлекать, интересовать; отнимать время'; baviti se 'коротать время, развлекаться', диал. bavit'мешать в работе', bavit se 'медлить' (Bartos. Slov. 13), слвц. bavitf 'развлекать; интересовать', 'отнимать время, задерживать', bavif sa 'развлекаться, забавляться', 'задерживаться' (SSJ I, 75), польск. Ьаwlc 'забавлять', 'пребывать', bdwic si? (Dorosz. 1, 378—379), словин. bdrjic 'задерживать', 'занимать, забавлять' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 18), русск. диал. бавитъ 'мешкать, делать чтонибудь не скоро' (псковск., Доп. к Опыту 4), 'говорить' (Псковский областной словарь 1, 89; Филин 2, 31), бавитъся 'мешкать, задерживаться', диал. бавитъся 'медлить' (Добровольский 20), 'с трудом обходиться, кое-как перебиваться' (Деулинский словарь 48), ст.-укр. бавити*оставаться', 'медлить, проводить время', 'задерживать', 'заниматься чем-либо' (Тимченко I, 46), бавитися 'задерживаться, оставаться', 'заниматься чем-либо, увлекаться', 'забавляться' (там же), укр. бавити 'забавлять, развлекать', 'удерживать, задерживать' (Гринченко I, 15), 'замедлять, задерживать', 'забавлять' (П. Б1лецышй-Носенко. Словник укр. мови 48), 'развлекать', 'проводить время', 'тратить', 'пройти, миновать' (Картотека Украинского академического словаря), 'задерживать', 'играть' (Онышкевич. Словарь бойковского диалекта 64), блр. бавщъ 'занимать, тешить, задерживать; мешкать' (Байкоу—Некраш. 40). Обычно соотносят с *byti (см.) как его каузатив. См. Berneker I, 47; Machek 27 (толкует как старый фактитив-каузатив к byti, выступающий в этой роли в слав, языках обычно только в сложениях с jbz-, za-, do-; простое baviti 'amuser' автор склонен расценивать как вторичное, депревербализованное); Георгиев ВЕР I, 24; Stawski I, 28; Фасмер I, 101; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 101—103. В последнее время см. специально Z. Gotab. The Grammar of Slavic Causatives (=«American contributions to the Sixth International congress of slavists». Prague, 1968. Preprint) 9, кот. указывал, что каузатив baviti построен на предполагаемом презентном *bovq (к byti), соответствующем др.-инд. bhdvati (ср. J. Kurytowicz BPTJ XVI, 101). Вокализм каузатива а получен продлением: о < о. Т. о., соотношение презентной и каузатнвЕюй основ имеет вид на и.-е. уровне как *bheue-: *bhoue[e-, на праслав. уровне — как *bove-: *bavi- ср. др.-инд. каузатив bhavdyati. Однако серьезного внимания заслуживает отличная точка зрения на *baviti, высказанная, напр., Брюкнером: «od *bawa, zabawa, a to od bye (jak slawa od slyc)» (Bruckner 18). Иными словами, соотносимое на практике с *byti каузативное *baviti построено в действительности на имени *bava подобно тому, как *traviti (кауз. к *truti) построено на *trava, a *slaviti (:*slyti I *sluti) — на *slava. Выше мы приводим конкретные, живые продолжения праслав. *bava (см.), а также доводы в пользу древности последнего имени. Если праслав. *bava имеет близкие параллели в др.-инд. bhavd- и др. (см. *bava), то параллелизм праслав. *baviti и др.-инд. bhavayati, принимаемый практически всеми авторами, носит скорее иллюзорный характер, на что указывалось также в соотв. дополнении к русскому изданию словаря Фасмера, вслед за Куриловичем, кот. пишет об этом: «Вокализм а, получивший в индо-иранском функцию древней ступени о, нельзя отождествлять с балто-славянским вокализмом а, германским о, которые часто обретают ту же самую функцию. Неправильно делают вывод о непосредственном фонетическом родстве таких форм, как ст.-слав. вдвити 'избавить, спасти' и др.-инд. bhavayati 'рождает, производит', ст.-слав, глдвити 'славить' и др.-инд. uravdyati 'произносит', авест. sravayeiti 'возвещает', ст.-слав, плдвити 'заставлять плыть' и др.-инд. plavayati то же, ст.-слав, г^двити 'гареге' и др.-инд. grahayati (кауз.), ст.-слав, пдрити 'парить, летать' (герм, forjan 'вести') и др.-инд. pardyati 'вести'» (J. Kurytowicz. L'apophonie en indoeuropeen. Wroclaw, 1956, 325). Траутман приводит в своем балто-слав. словаре ираформу *Ьдveio как балто-слав. каузатив к гл. 'быть', но он не в состоянии назвать балт. соответствий (см. Trautmann BSW 41). Брюкнер с полным правом говорит об отсутствии соответствий слав. *Ьаviti в лит. (см. Bruckner, там же). Балтийский не знает ни архаичного праслав. *bava, ни инновационного *baviti.

*bavǫtъka: русск. диал. баутка ж. р. 'прибаутка, побасенка, присказка' (Даль3 I, 138). Производное с суфф. -ъка от основы старого, нейотированного прич. *bavot- (см. *baviti, *bava).

*bavьnъ(jь): болг. бавен прилаг. 'медленный' (БТР), также диал. бавен то же (М. Младенов БД III, 37), макед. бавен то же (И-С), чеш. bavny прилаг. 'занимательный' (Jungmann I, 80). Прилаг., производное с суфф. -ъп- от основы гл. *baviti (см.).

*bazaniti?: русск. диал. базанитъ 'говорить напыщенно, свысока; иногда употребляется в значении лести' (В. Шевляков. Местные слова города Тотьмы (Вологодской губ.). — ЖСт. IX, 1899, 139), 'сильно кричать' (Васнецов 10—11), 'кричать, плакать с криком' (Мельниченко 27), 'стрекотать, перебивать чужую речь' (Богораз 21), 'хвастать' (Куликовский 3), 'реветь, кричать, горланить' (Подвысоцкий 3), базанитъ, базбнитъ 'плакать, реветь', 'кричать, громко петь', 'буянить, шуметь, стучать', 'громко лаять, мычать' (Сл. Среднего Урала 1, 30). Бесспорно экспрессивный характер слова сказался и на его значениях (из них преобладают 'сильно кричать', 'громко петь' и под., отмеченные экспрессией) и на форме, чем объясняется условность нашей заглавной реконструкции. Конечная этимология не оставляет сомнений: основа *Ьа-, родственная *bajati, *basnb (см.) и др. Конкретная словопроизводная связь несколько менее ясна: деноминатив от имени деятеля (ср. русск. диал. базан 'крикун', см. Фасмер I, 105) или экспрессивное фонетич. преобразование *baznitVl — Ср. *bazliti, *bazlo.

*baziti: русск. диал. базйть 'громко кричать, плакать, ругаться' (Мельниченко 27). Экспрессивное расширение (*ba-z-iti) основы, представленной в *bajati I, *bajiti, *basnb (см.).

*bazliti: русск. диал. базлйтъ 'реветь, кричать' (влад., Доп. к Опыту 4), "врать' (Куликовский 144). Производное на -Ш от *bazlo (см.). Ср. еще *bazaniti, *baziti (см. выше). В целом возраст этих экспрессивных образований проблематичен.

*bazlo: русск. диал. базло 'крикун', 'горло, широкое горло' (Мельниченко 27), 'горло, глотка', 'крикун', 'врун, обманщик', 'злой человек', бранно о стариках (Филин 2, 50). Это экспрессивное слово с невыясненной историей неоднократно относилось исследователями к праслав. лексике и даже дало повод к этимол. дискуссии, см. N. Jokl AfslPh XXVIII, 1906, 8 (для обоснования своего закона деназализации в праслав. языке неудачно этимологизирует как сложение приставки оЪи основы гл. jeti); J. Charpentier AfslPh XXIX, 1907, 9 (выступив с критикой упомянутого закона Иокля и в частности по этимологии слова базло, предложил не менее сомнительную этимологию из и.-е. *bka(u)g(h)lom, сблизив с лат. faux 'пасть, глотка, горло'); см. затем антикритику автора названного закона: N. Jokl AfslPh XXIX, 1907, 29. Разбором нашего слова занимался также Ильинский, кот. справедливо указал на то, что русск. базло стоит в одном ряду с многочисленными глаголами и прочими словами с корнем баз-'кричать', ср. русск. базанитъ, базлить, базланитъ, базан, базлан, базел и др.; баз- есть расширение и.-е. *bha- говорить' формантом g, куда автор относит также греч. (ВаСо> 'говорить, болтать' < *Зауио (Г. Ильинский РФВ LIX, 1908, 430—432). Далее см. Berneker I, 47; A. Bruckner IF XXIII, 206-219 (цит. по: RS II, 1909, 232-233); особенно обстоятельно см. Фасмер I, 106.

*bazovъjь: н.-луж. bazowy 'бузинный' (Muka St. I, 21). Производное с адъективным суфф. -ov- от *bazb (см.).

*bazuriti: русск. диал. базуритъ 'жить обманом, плутовать' (пек., осташк., твер., Филин 2, 51). Топоров (Сб. в честь С. Б. Бернштейна 450 и сл.) гипотетически выделяет праслав. диал. *bazuriti или, скорее, *obazuriti, заимств. из ир. *abi-zur-/*aba-zur-, ср. авест. zurah- 'несправедливость', 'обман'. Там же привлекается слав. *baduriti, о кот. иначе см. выше.

*bazъ: н.-луж. baz м. p. 'бузина Sambucus nigra' (Muka St. I, 21), русск. диал. бас м. p. 'бузина' (курск., Филин 2, 127). — Ср. сюда же, судя по вокализму, укр. диал. базнйк 'сирень' (Г. Ф. Шило. Швденно-захщш говори УРСР на швшч вщ Дшстра. Льв1в, 1957, 240), базнйк м. р. 'собачья бузина Sambucus ebulus L'., 'сирень Syringa vulgaris' (Гринченко I, 20). Обычно принято считать, что слав, языки сохранили и.-е. огласовку *bhdug- (откуда праслав. *Ьшъ, *tuzina, см.) и *bhug(откуда — широко распространенное праслав. *bъzъ, см.), тогда как об отражении в слав, главного варианта древнего и.-е. названия бука — *bhag или ничего не говорится или упоминается с сомнением. См. Berneker I, 111, s. v. Ьъгъ: «. . *bha(u)g- in: gr. <рт]у6<;, dor. cpayog 'Eiche'; lat. fagus 'Buche'; aisl. bok, ahd. buohha 'Buche'; got. boka 'Buchstabe' (bei Caesar: silva Bacenis); (schwerlich in klr. baznyk; slk. baza?)». Между тем если слвц. baza, действительно, скорее восходит к *bbza (см. Berneker. там же, выше; ср. еще двусмысленные болг. диал. базак м. р. 'бузина Sambucus ebulus', см. Илчев БД I, 185; ср. далее болг. диал. базанйк, базанбк, см. Стойчев БД II, 126; базбвина ж. р. 'Sambucus nigra', Илчев, там же), то производное укр. базнйк, а также н.-луж. baz и особенно — русск. диал. бас 'бузина' (см. выше), не нашедшее пока доступа в этимол. словари, продолжают праслав. *Ъazъ, кот. ценно для нас своим прямым соответствием вокализму и.-е. *bhagos, единственной достоверной реконструкции и.-е. названия бука. См. Pokorny I, 107—108, кот. приводит греч., лат., галльск., герм, формы, точно указывающие на общее и.-е. *bhagos, а реконструкцию вариантов *bhaug-, *bhdug-, *bhag- называет «крайне невероятной». Очевидно, в отношении праслав. *baz-: *bbz-: *buz- отразились какието вторичные перестройки, однако это еще надлежащим образом не исследовано наукой. Из литер, см. Bruckner 22 (автор обращает внимание на то, что польск. bez, диал. bezd, обозначает два совершенно разных кустарниковых растения — бузину и сирень, кот. объединяет такое свойство, как сильный запах, откуда мысль о происхождении от bzdziec и родственных); Machek 31 (с полезным наблюдением о возможных табуистических мотивах изменчивости формы *Ъъzъ, *buz- и т. д., ср. суеверия, связанные с бузиной и чертом, у поляков), Moszynski. Pierwotny zasi^g 60; Фасмер I, 233 (: бузина, там же указана предшествующая литер.).

*bažati: слвц. диал. bazatH 'жаждать' (Matejcik. Vychodonovohrad. 122), русск. диал. бажатъ 'очень хотеть чего-нибудь, сильно желать' (Опыт 5), 'желать, иметь склонность, любить, ласкать' (Куликовский 2), 'искренно, сердечно любить', 'усиленно просить, ублажать' (Подвысоцкий 3), бажацъ 'пламенно желать чего' (Добровольский 20), ст.-укр. бажати 'хотеть' (1675 г., Тимченко I, 50), укр. бажати 'сильно желать, хотеть' (Гринченко I, 19), блр. бажацъ 'сильно желать, просить; (Носов. 12), 'хотеть' (Расторгуев. Северен.-блр. 140). Словообразовательный вариант, представляющий собой, по всей вероятности, /-овое расширение *bagati (см.: там же и относительно этимологии; см. еще *baziti, ниже).

*bažina: ст.-чеш. bazina ж. р. 'очень сырая местность' (1490 г., Ст.-чеш., Прага), чеш. bazina ж. р. 'сырая, болотистая местность,' польск. bazyna ж. р. 'растение Empetrum' (Dorosz. I, 384). Если перечисленные чеш. и польск. слова не представляют собой результат нередкого в этих языках смешения исконного z и первоначального г, т. е. г палатализованного (см. в этом случае *barina, *bara, выше), то, очевидно, мы имеем дело с суффиксальным производным на -ina от основы *bag- (см. . *bagno, *bagnb, *bagy).

* bažiti: ст.-чеш. baziti (конец XIII в.; ... povesti svetskych i skodnych neba\iti. Ст.-чеш., Прага), чеш. baziti 'сильно желать', возможно, сюда же диал. bascit 'много и жадно есть' (Gregor. Slow slavk.-bucov. 20), слвц. bazW 'очень хотеть, стремиться' (SSJ ], 77), русск. диал. бажйтъ 'очень хотеть чего-нибудь, сильно желать' (Опыт 5; Васнецов 10), 'по поверью, с помощью колдовства насылать несчастья на других' (Сл. Среднего Урала I, 30), бажйтъ 'ласкать, лелеять' (Картотека Печорского словаря), ст.-укр. бажити 'хотеть, желать, жаждать' (1758 г., Тимченко 1, 50), укр. бажити 'жаждать, сильно желать' (Гринченко I, 19). — Сюда же ст.-польск. пример cosz mu sie zdbdzylo (Лексикон Кнапского, 1641 г., см. A. Bruckner AfslPh XI, 1888, 122). Несмотря на то что следы основы *bag-, первоиач. каузатива к *beg-, реальны в слав. (см. специально *bag(b)rb Г1, выше), не кажется вероятным стремление некоторых лингвистов отнести сюда также слав. *baziti. См. W. Osten-Sacken IF XXII, 312 и след., 340 (автор выдвинул объяснение *baziti как каузатива к ст.-слав. вЪкдти); аналогично см. Z. Gola/o. The grammar of Slavic causatives (= «American contributions to the Sixth International congress of SJavists». Prague, 1968) 14. Наиболее распространено толкование праслав. *baziti из. и.-е. *bhdg- 'жечь, жарить', см. Berneker I, 38; Фасмер I, 104—105; см. также подробно *Ьаgati, далее — *bagnqti, *bagt4. Предположение о метатезпом происхождении (Machek 28, вслед за Петерссоном) проблематично.

*bažǫtъka: русск. диал. бажутка общ. р. 'желанный, милая' (ДальЧ, 94), 'милый, любимец, желанный, голубчик (о ребенке)' (иск., тверск., Филин 2, 46). Именное производное с суфф. ъка от основы старого прич. *bazot- от *bazati (см.). Ср. еще *bagotbnbib (см.).

*bеbrĕnъ: др.-русск. бебрхтъ 'бобровый, fibrinus' (Слово о полку Игореве, Срезневский I, 47), ср. еще Иос. Флав. VII, 5, 4: въ ризахъ бъбрянахъ ev ea&rpsaiv arjpixaTc (Мещерский УЗ ЛГПИ 1.98, 1956, 5—6). Прилаг., производное с суфф. -ёп- (и.-е. -ёп-) от *ЬеЬгъ (см.). Другие слав, языки не знают такой формы, употребляя обычно прилагательные, восходящие к праслав. *ЬоЬгоиъ]ъ (см.). Праслав. диал. *ЬеЬгёпъ, восстанавливаемое на основе только др.-русск. свидетельства, имеет, с другой стороны, довольно широкий круг соответствий за пределами слав, языков в виде целого ряда -я-овых прилагательных от местных продолжений и.-е. *bhebhr-. Так, для праслав. *ЬеЬгёпъ можно назвать параллелизмы в авест. bawraini-, лат. jibrinus 'бобровый', вольск. Fibrenus, гидроним, галльск. bebrinus, лит. bebrinis, др.-в.-нем. bibirln 'бобровый' (формы цит. по: Fick3 I. 157; Pokorny I, 136— 137). На древность соединения *ЪеЪгъ (или его предшественника) с -гс-овьш суффиксом может указывать наличие аналогичных производных от нередуплицированного и.-е. *bher-, напр. греч. cpoOvT] 'жаба, лягушка'. См. еще Berneker I, 47, Фасмер I, 141 (и тот и др. только упоминают без комментариев). Иначе толкует др.-русск. слово Мещерский (там же; см. он же «Труды Отд. др.-русск. литер.» XIV, 1958, 43—44). Считать др.-русск. бебринъ обычным производным на -ёпъ (см. A. Vaillant BSL 59, 1964, 141) едва ли целесообразно, принимая во внимание хотя бы его реликтовый, изолированный и бесспорно древний характер, наряду с отличным и тоже древним, сформировавшимся на -^-основе прилаг. *ЬоЬгоиъ]ъ.

*bebrina: сербохорв. Bebrlna ж. р., название трех сел в Славонии (RJA 1, 218), в.-луж. bebrlna 'мясо бобра' (Pfuhl 10). Производное с суфф. -1па от основы имени *ЬеЬгъ (см.).

*bebrovmna: в.-луж. bebrownja ж. р. 'жилище бобра' (Pfuhl 10).— Ср. сербохорв. Bebreunlca ж. р., название села в Хорватии (XIII в., RJA I, 218). Производное с суфф. -ъпа от основы прилаг. *bebrov- (см. *bobгоиъ]ь, с отличием в корневом вокализме).

*bеbrъ: сербск.-цслав. веьух м. р. хатоор, fiber (Mikl.), болг. бёбер м. р. 'бобр Castor fiber' (Младенов БТР, Георгиев), словен. ЪёЬег, род. п. -bra, м. р., ЪгёЪег, род. и. -bra, м. р. 'бобр' (Plet. I, 15, 54), в.-луж. ЪёЪг м. р. 'бобр' (Pfuhl 10), др.-русск. бебръ 'бобр fiber, castor', 'бобровый мех' (Срезневский I, 47; III, Доп. 8'). Название бобра известно в нескольких вариантах, восходящих к праслав. периоду, ср. еще *ЬоЬгъ, *ЪъЪгъ (см.). Древность всех этих огласовок подтверждается еще тем обстоятельством, что каждая из них обнаруживает соответствия также за пределами слав, языков. Правда, характер, масштабы и распространение этих соответствий позволяют наметить некоторые возможные хронол. отличия между ними. Так, соответствия праслав. *ЪоЬгъ (см.) не идут дальше балтийского, ср. лит. babras 'бобр' и др. (см. К. Буга РФВ LXVII, 1912, 234). и это говорит скорее в пользу относительно поздней природы праслав. *ЬоЪгъ, но оно, с другой стороны, сохранило древнюю -^-основу и географически представлено в слав, языках весьма широко. Последнего нельзя сказать о варианте *ЬъЬгъ (см.), хотя для него можно предполагать значительную древность, ср. реликтовый характер отражений балт. *bibrus в др.-прусск. ономастике (Bybir, Biber, Biver, Bibra, см. Буга, там же), как, впрочем, и соответствия в ряде других и.-е. языков, ср. ниже герм., итал., кельт, примеры, кот. могут отражать как *bhebhru-, так и *bhibhru-. Имеются все основания считать праслав. *ЬеЬгъ более старой огласовкой сравнительно с *ЬоЬгъ. Об этом ясно говорит, напр., то, что в польск. языке название животного в форме *ЬеЬгъ неизвестно, тогда как последняя огласовка еще выступает в древнем польск. гидрониме Biebrza (см. A. Bruckner KZ XLVIII, 1918, 213). О том же свидетельствуют и.-е. соответствия: лит. bebras, bebrus 'бобр', лтш. bebrs, др.-прусск. bebrus, др.-в,-нем. bibar 'бобр', др.-англ. beofor, корн, befer, лат. fiber 'бобр'. См. в основном уже А. Будилович. Первобытные славяне I (Киев, 1878), 192; Miklosich 8; Berneker I, 47; Vondrak. Vgl. slav. Gr. I, 498; Brugmann. KVGr. 152; R. Trautmann BSVV 28-29; Walde Hofm. I, 490—491; Specht. Der Ursprung 120; Kluge 15 75; Рокоту I, 136; Фасмер I, 141, 180—181; Fraenkel I, 38; Sadnik— Aitzetmuller. Vgl. Wb. 3, 150-151; P. Эккерт ВСЯ IV/108-109. Давно убедительно показано, что *ЪеЪгъ восходит к первонач. цветообозначению в редуплицированной форме и.-е. *bhe-bhr-u-s. Древнее знач. хорошо сохранено в др.-инд. babhrii- 'бурый, коричневый' (см. Mayrhofer II, 409).

*bеbrъkъ: в.-луж. bebrk м. р. 'маленький бобр, бобренок' (Pfuhl 10). Производное с суфф. -ъкъ от основы ЪеЪг- (см. *ЬеЬгъ) или точнее — с суфф. -к- от -м-основы ЬеЬгъ-, ср. др.-инд. bdbhrukaм. р. 'ихневмон' от babhru-.

*bečati: сербохорв. бёчати 'мычать', 'кричать' (РСА I, 528), словен. becati 'блзять (об овцах); кричать, хныкать' (Plet. I, 15), в.-луж. hlecec, н.-луж. bjacas 'мычать, блеять' (Muka St. I, 39), чеш. ber.etl 'блеять', диал. becat 'плакать' (Malina. Mistr. 9), becaf то же (Bartos. Slov. 14), becet 'мекать, блеять, мычать' (Gregor. Slov. slavk.-bucov. 21), сюда же чеш. диал. becit то же (Hruska. Slov. chod. 12), слвц. диал. becaV (Habovstiak. Orav. 278), польск. ' beczec 'блеять (об овце, козе)' (Dorosz. I, 390), русск. диал. беиатъ (новг., Филин 2, 285), ст.-укр. бечати 'блеять' (Тимченко I, 38); сюда же примыкает pvccK. диал. бячатъ 'блеять (об овце)' (Филин 3, 360). Звукоподражат. глагол, фонетический вариант *bekati (см.).

*bedra: ст.-слав, вед^д ж. p. [ATjpog, femur 'бедро' (Psalt., SJS), сербск.-цслав. ьбд^д ж. р. р-^рбс, femur (Mikl.), сербохорв. бёдра ж. р. 'бедро', словен. bedra ж. р. 'бедро' (Plet. I, 16), ст.-чеш. bedra ж. р. 'бедро, ляжка', 'пах', 'поножи' (Gebauer I, 33; Simek 27), польск. диал. b'edram. р. 'бедро' (Olesch, S. Annaberg 9), др.-русск. бедра 'верхняя часть лядвеи' (СрезневЬкий I, 47), русск. диал. бедра ж. р. 'верхняя половина всей ноги; часть от таза до колена; лядвея, ляжка' (Даль3 I, 144). Старый словообразовательно-морфол. вариант ж. р. к *bedro (см.; там же подробно об этимологии). Легкость, с кот. варьируют *bedra и *bedro в разных слав, языках, наводит на мысль о первонач. адъективной природе образования.

*bedratъ(jь): словен. bedrat прилаг. 'широкобедрый, с большими ляжками' (Plet. I, 16), в.-луж. bjedraty (Jakubas), укр. бедрагпий 'широкобедрый, с развитыми бедрами' (Гринченко I, 36). Прилаг., производное с суфф. -at- от основы bedr- (см.* bedro).

*bedrenica/*bedrьnica: макед. бедреница ж. р. 'бедренная кость' (Кон.), сербохорв. бедреница ж. р. 'болезнь крупного рогатого скота, свиней, lumbago', 'бок чего-либо (кровати, ткацкого станка)' (РСА I, 377), 'бедренец Pimpinella saxifraga' (там же, I, 378), диал. бедрница 'болезнь скота' (Елез. I), бедреница 'кривая деревянная часть седла сзади' (Vuk. 380), словен. bedrnica ж. р. 'das Darmbein' (Plet. I, 16). — Ср. еще сербохорв. бёдриница ж. р. 'прострел, lumbago', 'бедренец Pimpinella saxifraga'. Производное с суфф. -ica от основы прилаг. *bedren-/*bedrbn(см. *Ьеа^гъпъ]ъ1 *Ьеа1гепъ]ъ1 ниже), по сути — субстантивация упомянутого прилагательного.

*bedrenikъ/*bedrьnikfъ: сербохорв. bedrenik м. р. 'растение Pimpinella' (RJA I, 223), 'болезнь Bacillus anthracis', 'бедренец Pimpinella saxifraga' (РСА I, 377), словен. bedrnik м. p. 'бедренец Pimpinella' (Plet. I, 16), ст.-чеш. bedrnik м. p. то же (Gebauer I, 33; Ст.-чеш., Прага), также vedrnik (Ст.-чеш., Прага), чеш. bedrnik м. р. 'растение Pimpinella', слвц. стар, bedernik м. р. 'растение Pimpinella major' (SSJ I, 78), диал. bebrnik то же (Kalal 19), ст.-польск. biedrnik 'бедренец' (Si. stpol. I, 86), укр. диал. бэдр)ник м. p. 'Potentilla anserina L., гусиная лапка' (Д. А. Бейлина. Материалы для Полесского ботанического словаря. «Лексика Полесья». М., 1968, 415). Ю.-слав. свидетельства вызывают у исследователей сомнения, см. Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 4, 262, где прямо указано на русск., чеш. или польск. происхождение словен. формы; правда, в отношении сербохорв. слова эти авторы не совсем точны, когда они утверждают, что примеры не встречаются раньше XIX в. и связаны с формированием естественно-научной терминологии в XIX в. Но сербохорв. bedrnik есть уже у Стулли, что практически фиксирует наличие его в языке XVIII в., задолго до систематической деятельности по формированию названной научной терминологии. См. еще А. Будилович. Первобытные славяне I (Киев, 1878), 72. Острый запах и жгучий вкус растения оправдывали бы, с нашей точки зрения, этимологию, ранее игнорировавшуюся исследователями: производное от первоначально адъективного *bedn, образования с суфф. -г- (ср. *xytn и под.) от глагольной основы *bed-, ср. *bodg, *bosti (см.), а в отношении ступени вокализма — лит. bedu, besti 'колоть'. Только в этом и ни в каком другом смысле может пониматься опосредствованное родство с *bedra, *bedro 'бедро' (см.). Подробнее см. след. статью.

*bedrenьcь/*bedrьnьcь: сербохорв. bedrinac, род. п. bedrlnca м. р. 'растение Pimpinella' (RJA 1, 223), бёдренац, бедрёнац, род. п. -нца, м. p. (PGA I, 347), словен. bedrenec, род. и. -пса, м. р. 'растение Pimpinella' (Plet. I, 16), bedrinec, род. п. -пса, м. р. (там же), польск. biedrzeniec, wiedrzeniec 'бедренец Pimpinella' (Warsz. I, 148), русск. бедренец 'Pimpinella saxifraga' (Даль3 I, 144), диал. бедрянец, род. п. -нца, м. р. 'лекарственное стенное растение' (донск., Филин 2, 178), ст.-укр. бедренецъ, бедринецъ м. р. то же (Тимченко I, 65), укр. бедринецъ, род. п. -н'{я, м. р. 'растения Pimpinella saxifraga, Peucedanum cervaria' (Гринченко I, 37).—Сюда же производное от той же исходной формы слвц. bederencek с тем же знач. (Kalal 20). Мы этимологизируем название лекарственного растения Pimpinella saxifraga, обладающего резким запахом и жгучим вкусом, как суффиксальное производное на -еп-ъсъ/-ъп-ъсъ от более древнего -г-производного *bedn, функционально и структурно понимаемого нами как прилаг. от глагольной основы *bed~l*bod-, ср. праслав. *body, *bosti 'колоть' и родственные (см. еще близкое *bedrenikb/*bedrbnifo). Этими броскими качествами бедренец давно обратил на себя внимание (в качестве некоторой семантич. аналогии здесь можно указать на лат. эпитет saxifraga 'ломающая камни', придаваемый обычно лат. названию бедренца и калькированный в русск. научной терминологии, ср. бедренец камнеломковый). Родство названий бедренца, приведенных выше, а также в предыдущей ст., с названием бедра — *bedra, *bedro (см.) предполагалось уже давно и неоднократно (см. еще Miklosich 8; Holub—Kopecny 67: bedrnik

*bedrica: болг. бедрйца ж. р. 'сбитый хлопок, раскатанный тонкой и длинной прядью для прядения' (Геров), сербохорв. бедрйца ж. р. 'бедро', 'окорок', 'синяк, кровоподтек от удара на теле','растение Pimpinella', 'сорт яблок' (РСА I, 377), диал. бедрице мн. 'сорт яблок' (Vis 15), словен. bedrica ж. р. 'бедро' (Plet. I, 16). Производное с суфф. -ica от древней адъективной основы *bed-r- (: *bed-l*bod- 'колоть, бить', см. *bodq, *bosti, ниже), лексикализованная субстантивация незасвидетельствованного прилаг. *bedn. Семантика'колоть, бить', реконструируемая для исходного *bedn, легла в основу знач. 'бедро, окорок' (см. выше сербохорв., словен. примеры, а также специально — *bedro), эта же семантика почти без изменения сохранена в сербохорв. знач. 'синяк, кровоподтек от ' удара на теле' (Разрядка наша. — О. Т.), к ней близко в сущности и болг. знач. 'сбитый хлопок'. Относительно знач. 'сорт яблок' см. *bedrika, о знач.'растение Pimpinella' см. подробно *Ьес1гепъсъ/*Ьес1гъпъсь (выше), Более традиционные концепции с исходным *bedro 'бедро' или и.-е. *bhedr- 'процветать', как нам кажется, не в состоянии объ яснить упомянутые выше семант. особенности слов.

*bedrika: сербохорв. бедрика ж. р. 'сорт сладких и твердых яблок' (РСА I, 377), 'яблоко средней величины' (JS 11), словен. bedriha ж. р. 'сорт яблок' (Plet. I, 16). Производное с суфф. -ika от древней основы прилагательного *bedr-, в сущности — фонетич. вариант к *bedrica (см.). Семантич. развитие, возм., объясняется из значения этимологической первоосновы: 'бить' >'сбитый, плотный, твердый'. Неубедительно отнесение к и.-е. *bhedr- 'процветание' (Н. G. Lunt «Language» 29, 1953, 133).

*bedro: болг. бедро ср. р. 'бедро' (БТР), макед. бедро ср. р. 'бедро' (И-С), сербск.-цслав. ведро ср. p. и-т^бс, femur (Mild.), сербохорв. бедро, ср. р. 'бедро, ляжка', словен. bedro ср. р. 'бедро' (Plet. I, 16), чеш. bedra мн. ср. р. 'поясница, чресла', слвц. bedro ср. р. 'бедро, бедренная кость' (SSJ I, 78), диал. bedro ср. р. 'ребро' (Matejcik. Vychodonovohrad. 123), в.-луж. bjedro ср. р. 'ляжка' (Pfuhl 19), н.-луж. стар, b'edro ср. р. 'поясница, бедро' (Muka St. I, 33), польск. biodro ср. р. сбедро' (Dorosz. I, 525), русск. бедро ср. р. 'часть ноги человека или животного от таза до колена', ст.-укр. бедро 'верхняя часть ноги' (Тимченко I, 65), укр. бедро ср. р. 'бедро' (Гринченко I, 37), блр. бядрб. Мы объясняем праслав. *bedro как субстантивированное прилаг. *bedr- (в форме ср. р.), производное с суфф. -г- от глагольной основы *bed-/*bod- 'бить, колоть' (см. *bodg, *bosti). Ср. * bedra ж. р. (выше). Лексема *bedro обозначает верхнюю часть ноги от таза до колена, бедренную кость, кстати сказать, — самую длинную кость человека. Лексические инновации, экспрессивные по природе, отмечены здесь и для других языков. Характерно отсутствие общего и.-е. названия бедра, в отличие от нижней части ноги, ступни (и.-е. *pod-). Образование праслав. *bedro < *bed-/*bod- 'бить, колоть' полезно сравнить с нем. Bein 'верхняя часть ноги, кость', герм. *baina- <С и.-е. *bhei'бить'. Т. о., *bedro — праслав. новообразование, и его поэтому не имеет смысла связывать с лат. femen, femur, как это предложил в свое время Петр (см. V. J. Petr ВВ XXI, 1896, 210, где неточно дается femen, femur, там же приводится сравнение с якобы родственным нем. Bein). См. подробно Walde— Hofm. I, 477, где лат. femur, род. п. -inis, ср. р. 'бедро, ляжка' признается в конечном счете неясным, старым исконным именем с основой на -г/п-, кот. не может продолжать праформу *bhedmen-/*bhed-r- и тем самым не родственно слав, bedro; см., далее, Ernout—Meillet3 I, 399: femur. . . «Нет никакой возможности сблизить со ст.-слав, вбдро 'бедро', которое само изолировано». Этимологическое сближение bedro : femur, усовершенствованноев деталях реконструкции Бернекером (см. Berneker I, 47—48) и признаваемое в общем им* самим ненадежным, сохраняется современными этимол. словарями (см. Фасмер I, 143, там же названа старая литер.; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 4, 264); H. Birnbaum. Indo-European nominal formations submerged in Slavic 150. По изложенным выше соображениям целесообразно отказаться от этого сближения. Прочие этимологии: к др.-инд. badh-, bandh- 'ligare, colligere' (С. Микуцкий. Изв. ОРЯС IV, 1855, 409); из и.-е. 'гнуть', ср. др.-инд. juu-bddh- 'преклонив колени', др.-исл. кпё-bed (W. v. d. Osten-Sacken IF XXIII, 1908, 377—378); из и.-e. *bed-rom, ср. арм. port 'пуп, середина' <С и.-е. *bod-ro(Н. Petersson LUArs I/XI, № 5, 1915, 171, цит. по: 1Ф III, 1922— 1923, 216; Pokorny I, 96); Махек развивает оригинальную, но малоубедительную мысль о родстве слав, bedro со ср.-в.-нем. zimere, zimb(e)re ж. р. 'бедро, чресла' <С герм. *temra- < demra-, куда относит и лат. femur I-minis на базе общего *d(h)emr/теп-, с допущением метатез и т. п. (Machek 28—29); сближение с и.-е. догреч. пг-ра 'скала', тггтро; 'камень' <^ *bed-ros, *bed-ra см. V. Georgiev LB 1, 1959, 84.

*bedrunъka/*bedrunica/*bedrenъka/*bedronъka: чеш. bedrahka ж. p. 'божья коровка', диал. bedrunka то же (Bartos. Slov. 14), berunka ж. р. то же (Gregor. Slov. slavk.-bucov. 21), verunka ж. p. то же (Malina. Mistf. 136), слвц. bedrunka (Kalal 20, 909), диал. bobruna ж. p., bobrunka 'божья коровка' (Buffa. Dlha Luka 134), польск. biedronka, biedrzonka ж. p. 'Coccinella, 'божья коровка' (Warsz. I, 148), укр. диал. бобрункя ж. р. 'божья коровка Coccinella' (Гринченко I, 78), боборунка то же (там же), бобрутщя ж. р. то же (там же), бобрука, бобру с^ка 'божья коровка' (Карпатский диал. атлас 95), бабруна ж. р. то же (Гринченко!, 15), баб руна (Онышкевнч. Словарь бойковского диалекта 63), бабрун м. р. 'божья коровка' (Гринченко 1, 15); далее, сюда же инакооформленные бабрйсъка ж. р. 'божья коровка Coccinella' (там же), бедрап м. р. 'личинка майского жука' (Гринченко I, 36), б6дрик м. р. 'божья коровка' (Гринченко I, 37; А. С. Лысенко. Словарь диалектной лексики северной Житомирщины. «Славянская лексикография и лексикология». М., 1966, 10), бзздрик м. р. 'божья коровка Coccinella septempunctata' (Гринченко I, 40), п'трик м. р. 'божья коровка' (Н. В. Никончук. Из лексики полесского села Листвин. «Лексика Полесья». М., 1968, 88), блр. бабрунща, бедарка, бедрык, далее — диал. вэдрык, бэдрык, П)дрык, вэдрык-пэдрык, бобрик, федрык м. р., подэрко м. р., федарка м. р., фэдорко м. р., хведарка м. р., пэтрык м. р., пятрок м. р. пятрук м. р., пятрусъ м. р., пытро м. р., пэтро м. р., пятро, петра-па^лам. р., тодор м. р., пэдорка-едорка м. р., пэтрик-ведрык м. р., цэдрык-пэдрык м. р, и др. 'божья коровка' (Л. Ф. Шаталава. Назва «божай кароукЬ (Coccinella septempunctata) у беларуск1х гаворках. — «3 жыцця роднага слова». Мшск, 1968, 166 и след.). Название божьей коровки, представленное в таком удивительном множестве вариантов в чеш., слвц., польск., укр. и блр. языках, может быть возведено в основном к нескольким праслав. праформам *Ьес1гипъка, *bedrunica *bedrenbka, *bedгопъка, кот. имеют второстепенные суффиксальные отличия. Все эти названия — не что иное как субстантивация с помощью суффиксов -ипъка,-итса, -епъка, -опъка первоначальной основы прилагательного *bedn, -r-производного от глагольной основы *bed-/*bod- 'колоть' (см. *bodg, *bosti). Прилаг. *bedr(восстанавливаемое нами косвенным путем, кроме данного названия насекомого, также на основе слов *bedra, *bedrenifo/*bedrbткъ, *bedrenbcb/*bedrbnbcb, *bedrica, *bedrika, *bedro, см. выше) характеризовалось наличием семантики, производной от глагольного знач. 'колоть, бить'. Применительно к случаю названия насекомого Goccinella septempunctata мы имеем право говорить о конкретной реализации значения 'наколотый', «punctatus», ср. такую броскую особенность божьей коровки как несколько точек на жестких надкрыльях, что отмечено и латинским научным термином septempunctata 'покрытая семью точками'. Отличия диалектных разновидностей названий, при всем их множестве, объясняются без особого труда. Это вторичные усечения с новой суффиксацией (бедрак, бедрик, бездрик, бэдрык), разнообразные ассимиляции и диссимиляции согласных (bobrunka, боборунка; vedrunka, вэдрык), наконец — отражение разных вторичных осмыслений в связи с именами людей и святых, напр. блр. пэдорка, петра-паула (см. специально о последних Л. Ф. Шаталава, там же). Признавая тот известный факт, что божья коровка окружена разными народными суевериями, мы, тем не менее, не видим необходимости объяснять перечисленные выше названия из проблематичного и.-е. *bhedr- 'процветание, счастье' (так см. Н. G. Lunt «Language» 29, 1953, 131—133; ср. Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 4, 262—263). Махек, считая происхождение слов неясным, указывает на близость лит. petrele 'божья коровка' (см. Machek 29, с опечаткой: Lid., вместо Lit.), но само лит. слово (кстати, пропущенное в словаре Френкеля) представляет собой лишь адаптацию, литуанизацию блр. пэтрык и под. (см. выше). Не кажется убедительным, далее, объяснение наших названий божьей коровки из первонач. словоупотребления бедра 'с пятнами на бедрах, с бедрами иного цвета', откуда — 'пестрая вообще' (так см. В. Т. Колом1ець «Мовознавство» 1967, № 3, 49—52, с большим укр. диал. материалом и правильным возведением всех укр. форм к первонач. *бедрунка). См. еще Р. В. Кравчук ВЯ 1968, № 4, 124, где справедливо оспаривается близость укр. бабрун и т. д. 'божья коровка' с бабрати, но, с другой стороны, проводится необоснованная попытка отграничить варианты баб/?-, бобр- от бедр-, без сомнения связанные генетически (см. выще). Специально о варианте блр., укр. бедрик см. Р. В. Кравчук «Беларуская лекс1калог1я i этымалопя» (Мшск, 1968) 85. Этимологию укр. бёдрик, вёдрик < ведро '(ясная) погода' см. Г. Ф. Шило. Названия божьей коровки в украинских говорах. — «Совещание по общеславянскому лингвистическому атласу (Одесса, 4—7 июня 1969 г.)» М., 1969, 37.

*bedrьce: болг. бедърцё ум. ср. р. 'ляжочка' (Геров: бедърцё), словен. bedrce ср. р. ум. 'бедро, ляжка' (Plet. I, 16), русск. бёрце, берцб ср. р. 'голень' (Даль3 I, 207), диал. бёрце то же (Сл. Среднего Урала 43), бёрце, бёрцо, берцб ср. р. 'бедро', голень', 'кусок холста, служащий для обертывания голеней ног' (Филин 2, 260). Ум. производное с суфф. -ъсе от *bedro (см.). Собственно говоря, болг., словен. образования не вызывают сомнений, этимологическая проблема возникает только в связи с русск. формами. Кажется вполне приемлемым старое объяснение русск. бёрце, берцб < *бедръце упомянутого выше состава, с последующим упрощением группы согласных. Литературу см. Фасмер I, 159, собственные возражения которого не представляются существенными, равно как и разделяемое рядом авторов мнение о происхождении из *Ьъгкъ, невероятное фонетически, о чем см. справедливо Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 4, 265 (: необычность прогрессивной палатализации в этих условиях в русск.). Сами Садник и Айцетмюллер считают наиболее подходящим объяснением берцо < *bbrdbce, куда действительно относятся укр. берцё 'мостик из одной или двух кладок', 'валек, к кот. крепится дышло', ст.-польск. barca, bierco 'валек при дышле', но, по нашему мнению, эта последняя лексика, продолжающая праслав. *ЬьЫъсе (см.), не связана с берцб < *bedrbce. Знач. свая для укрепления рыболовной снасти', диалектно представленное у русск. слова (см. Фасмер, там же), не представляет дополнительных трудностей, если вспомним о первонач. семантике основы *bedr- (см. ряд предшествующих статей).

*bеdrьnъ(jь) I / *bedrenъjь: цслав. ьеьрьнъ прилаг. (J^oo, fernoris (Mikl.), болг. бёдрен 'бедренный' (БТР), макед. бедрен прилаг. то же (Кон.), сербохорв. бёдренй 'бедренный' (PCА I, 377), словен. bedrn прилаг. 'бедренный' (Plet. I, 16), чеш. bederni нрилаг., слвц. стар, bederny прилаг. то же (SSJ I, 78), ст.-польск. biedrny 'бедренный, coxendicis, femoris' (1471 г., St. Stpol. I, 86), русск. бедрен(н)ыйу бедерный, бедряный (Даль3 I, 144). Прилаг., производное с суфф. -ыг- от *bedro (см.).

*bedrbьiъ II?: ст.-слав. Бедрzно прилаг.: ведено Бъздлыиб rcXooaiav тф/ 'avTa-rcoSoaiv (Euch., SJS; Sad.: bedrbfib adj. reichlich). Употребленное единственный раз ст.-слав, прилагательное (откуда — проблематичность реконструкции самостоятельной праформы, см. выше), имевшее, судя по греч. эквиваленту, знач. 'богатый, обильный', можно проэтимологизировать, вслед за Лантом (см. Н. G. Limt «Language» 29, 1953, 128—133), как родственное др.-инд. bhadra- 'благосостояние, процветание, богатство', которое далее связывается с гот. batiza 'лучший'. См. специально Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 4, 261 (с указанием прежних, менее вероятных этимологии). Особенно близки в таком случае, конечно, слав, и др.-инд. формы, объединяемые также наличием общего суфф. -г- и возводимые к общему и.-е. *bhed-r-. Кажется, это единственная приемлемая слав, этимология, предлагаемая Лантом в упомянутой работе, поскольку его попытки аналогично истолковать названия божьей коровки и растения Pimpinella saxifraga с основой *bedr- (см. выше) нами отвергаются.

*beka?: болг. диал. бека ж. р. 'растения осока Сагех, чистец Stachys' (Младенов БТР; Георгиев), сербохорв. диал. бека 'растение с мелкими мясистыми листиками и звездчатыми желтыми цветочками, стелющееся по скалам и каменным стенам, Sedum sempervivum tectorum' (черног., Ровинский 642), словен. beka ж. р. 'вид ивы Salix viminalis' (Plet. I, 16), укр. becka 'Salix L.' (St. Makowiecki. Slownik botaniczny Jacinsko—maloruski. Krakow, 1936, 322). — Далее, сюда же, возм., примыкают сербохорв. bekva ж. p. 'Salix vitellina L., Salix viminalis L.,' а также bekovica (RJA I, 228), русск. бековйна ж. p. 'растение Horminum' (Даль2 I, 81, без помет относительно распространения). Эта группа слов целиком пропущена Бернекером и авторами некоторых других этимол. словарей (напр., русск. бековйна не упоминают ни Преобр., ни Фасмер). Мысль Георгиева о происхождении болг. слова от звукоподражания, обозначающего овцу (см. Георгиев БЕР I, 40), не очень убедительна и не учитывает близких форм в других слав, языках. Правда, нет полной уверенности в связи всех этих форм друг с другом, нельзя не считаться с различиями значений, наконец — с сомнительностью отдельных форм и в целом — с неясностью праслав. реконструкции, вытекающей отсюда. Основательному анализу подверг словен. и сербохорв. лексику Безлай, приводящий также производные словен. bekovica, bekovina и др. и указывающий на возможную связь с болг. названием. Безлай признает неясность происхождения слов, допуская вместе с тем заимствование из ср.-в.-нем. *weike, *weikel, соврем, нем. Weichel, как, впрочем, в равной степени — вслед за Скоком— и из роман, названия ивы, ср. фриульск. venc 'Salix' (Bezlaj. Etim.slovar, рукоп., Любляна). Нетрудно заметить, что принадлежность сюда русск. формы означала бы ошибочность идеи об этих (сравнительно поздних) заимствованиях.

*bekati: болг. диал. бёка 'блеять' (Стойчев БД II, 128), сербохорв. bekati 'balbutire' (Белостенец, Ямбрешич, Стулли, RJA* I, 227), словен. bekdti 'блеять, болтать' (Plet. I, 16), чеш. bekati 'блеять, невнятно бормотать', диал. bekat 'рявкать' (Malina. Mistf. 10), русск. бёкатъ 'блеять; мямлить' (Даль3 I, 197 — 198; Филин 2, 206), укр. бёкати 'кричать по-козьи, по-овечьи, блеять', 'реветь (о детях)' (Гринченко I, 48). — Сюда же, далее, примыкает словен. beketdti, begetdti 'блеять' (Plet. I, 16), ст.-укр. бегетати 'блеять (об овцах)' (Тимченко I, 65), русск. диал. бекетать то же (Даль, там же). Гл. звукоподражат. происхождения от междом., передающего крик (напр. овцы), см. Berneker I, 48; Фасмер I, 146.

*beknǫti: макед. бепне 'заблеять' (И-С; Кон.), сербохорв. бёкнуТпи 'проблеять', словен. ЬёкпШ то же (Plet. I, 17), чеш. диал. Ьёknot 'рявкнуть' (Gregor. Slov. slavk.-bu5ov\ 21). Перфективная глагольная форма на -nqti от *bekati (см.).

*bekotъ>: словен. beket, bekbt м. р. 'блеянье (о мелкой скотине)' (Plet. I, 16—17), чеш. bekot м. р. 'блеянье (овец), мычанье (те лят); плач'. Отглагольное имя, производное с суфф. -otb от основы *bekati (см.).

*belbeniti /*belbeliti: русск. диал. белебёнипгь 'безумолку молоть' (Даль3 1, 198), 'беспрестанно говорить пустяки, не умолкая болтать' (Филин 2, 208), белебёлипгь 'много говорить о пустяках' (Филин, там же), укр. белебёнипш 'болтать, баять' (Гринченко 1, 49). Звукоподражательный гл. с редуплицированной ономатопеей в основе: *belbel-, тесно связанной с вариантом *bolbol-, с иной огласовкой, см. Фасмер I, 111, 147, о связи русск. белебенишъ и балаболить. Основа *belbel- диссимилировалась в *belben-, но ср. лит. blebenti 'болтать', очень напоминающее по своему звуковому составу русск. и укр. слова (см. Fraenkel I, 31, без упоминания русск., укр. форм).

*bеlbеnь?/*bеlbеlь: укр. бёлебень, род. п. -беия\-бня, м. р. 'возвышенное и открытое место', 'глубокое место в воде'(Гринченко I, 49; Укр.-рос. словн. I, 55), диал. бёлебень 'открытая или опустошенная местность без построек и растительности', 'очень холодный ветер' (В. С. Ващенко. Словник полтавських говор1в. Харк1в, 1960, 15), белибёнь 'незаросший, голый бугор, пустошь' (А. А. Москаленко. Словник д1алектизм1в украинських гов1рок ОдеськоУ области. Одеса, 1958, 16), бйлиб'ьп* 'глубина' (Г. Е. Дорш. Особливост1 гов1рки села Шдгород Мукач1вського округу. Дип. роб. Ужгород, 1953, 78). Отчетливо звукоподражат. по своему происхождению именное образование, соотносимое с предшествующим гл. (см. *belbenitij *belbeliti). См. Э. Балецкий «Studia Slavica» V, 1959, 183—184, кот. производил знач. 'глубокая вода', 'глубокое место в воде', от первонач. обозначения шума воды, а знач. 'возвышенное и открытое место' — от шума ветра.

*belbelali: сербохорв. блебётлпт 'болтать', диал. блебскат 'говорить невнятно' (Елез. I), словен. blebetdti 'болтать' (Plet. I, 33), чеш. blebtati, blebotati 'невнятно бормотать', слвц. диал. blebtaV (Kalal 28), русск. диал. блебетатъ 'лепетать, мямлить; болтать пустяки' (Даль3 I, 235). Глагол, производный от не полностью редуплицированной основы (*bel-be-) с помощью интенсивирующего суфф. -(e)tati. При реконструируемой ираформо *belbetati русск. блебетатъ должно было бы продолжать некое *белебетатъ с последующим выпадением гласного, понятным в этом экспрессивном слове, но ср. лит. blebeti, blabeti 'болтать', наряду с лит. balbatuoti 'ворчать' (см. Fraenkel I, 31). В подобном образовании не имеет смысла предполагать обычный ход метатезы плавного или регулярную апофонию гласных, уместнее говорить о звукоподражании b-1-blb-r-b с различной вокализацией (Skok. Etim. rjecn., s. v. blabositij (I, ^166); Sadnik — Aitzetmuller. Vgl. Wb. 3, 166-167).

*bel'ati? /*bĕl'ati?: чеш. belhati (se) 'прихрамывать, ковылять' (см. также Koll I, 56). — Бернекер приводит и слвц. belhat 'хромать' (Berneker 1, 48, без указания источника). Это слово получило у некоторых этимологов праслав. реконструкцию *beHgati, см. Berneker I, 48—49 (с замечанием: «Der Ansatz ist problematisch>>); В. Cop «Ziva Antika» V, 1955, 233— 234 (: чеш. belhati <^*belbgati, ср. греч. pdXaps; -oi pXaiaoi). Реконструкция *befagati в данном случае попросту ошибочна, и элемент h в чеш. belhati так же вторичен, как и в чеш. kulhati. Подобно тому как синонимичное kulhati восходит к *kuVati (Machek 246), belhati может продолжать *beVati, ср. сюда же чеш. диал. belat 'качать, укачивать (ребенка)'. См. Machek 29, где также указано на рифмованный характер употребления чеш. belhati — kulhati. Автором высказывается (там же) интересная мысль о связи с чеш. kolebati 'качать, колыхать' < праслав. *kolebati (см.), кот. Махек анализирует как *ko-lebati, т. е. сложение основы 1ёЬ- с -приставкой ко- (см. Machek 213). К сожалению, Махек очень краток («Viz i kolebati»), и отношения *коlebati и *beVati(?) / *bel'ati(?) еще нуждаются в изучении. Возм., наше темное слово — резз^льтат старой метатезы *1ёЬ- <^ *Ьё1'-?

*belnika: болг. блёнйка 'белена' (Георгиев; Геров: блЪнйка ж. р. 'растение Hyoscyamus niger, белена черная'). Производное с суфф. -ika от основы *beln- (см. *Ье1пъ).

*belnovati: болг. бленувам 'отравиться беленой' (Георгиев), 'предаваться мечтам, грезить' (БТР), 'Мечтать' (Младенов БТР), макед. бленува 'мечтать' (Кон.; И-С), чеш. blenovati 'болтать' (Kott, I, 73). Гл. на -ovati, производный от имени *Ье1пъ (см.).

*bе1nъ/*bеlеnа: болг. блян м. р. 'греза, мечта (несбыточная)' (БТР), диал. блей то же (Младенов БТР), (Геров: блЫъ м. р. 'мечты', 'белена'), макед. блен м. р. (поэт.) 'греза, мечта' (И С), сербохорв. Ыеп, Ыет м. р. (редк.) сбелена' (RJA I, 435), сюда же белена ж. 'дурак, болван' (РСА I, 439), словен. Ыеп м. р. 'белена Hyoscyamus niger' (Plet. I, 34; отсюда производное blencdti 'говорить во сне, бредить; болтать', там же), ст.-чеш. Ыеп м. р. 'белена' (Gebauer I, 64), чеш. Ыъп м. р. 'белена', (переноси.) 'порочное вожделение', диал. blim м. р. 'белена' (Kott. Dod. k Rarl. 4), слвц. Ыеп м. р. 'белена Hyoscyamus niger' (SSJ I, 102), 'горечь' (Kalal 28), диал. belian 'белена' (Kalal 21), польск. Ыеп м. р., а также bieiun 'белена' (Warsz. I, 165), др.-русск. беленъ 'белена, hyoscyamus, ooay.6ap.os' (Изб. 1073 г., Срезневский I, 68), русск. белена ж. р. 'ядовитое растение сем. пасленовых', диал. белен м. р. 'белена Hyoscyamus niger' (ворон., ряз.), 'растение Capsella bursa pastoris' (олон., Филин 2, 209). Две заглавные реконструкции отражают древнее наличие двух праслав. вариантов данного слова, причем менее распространенное *belena столь же реально (ср. сербохорв. белёна, слвц. belian, русск. белена, сюда же примыкает польск. bieiun, см. еще ниже), как и более распространенное *Ье1пъ, куда относятся остальные болг., макед., сербохорв., словен., чеш., слвц. примеры, а также др.-русск. беленъ, русск. диал белен. Следовательно, в отдельных частях слав, территории наблюдается сложное соотношение форм, как напр. в русск., где есть продолжения и праслав. *Ье1пъ, и *belena (впрочем, так же должны быть охарактеризованы пары слвц. Ыеп—belian, польск. Ыеп (см. *Ье1пъ/-bieiun). При этимологизации названия белены важно обратить внимание на древность знач. 'мечты, грезы, бред, бредить, болтать', ср. еще *belnovati (выше). Здесь поучителен пример укр. блёкот*белена' (сюда же укр. блекота 'белена', 'цикута', блётт 'цикута, бешеница'), первоначально, конечно, — 'невнятное бормотание', ср. укр. блекотлти, белъкотати 'невнятно говорить, бормотать'. Белена Hyoscyamus — очень ядовитое растение, сильное отравление ею вызывает галлюцинации и бред. Будучи известна с древности именно этим свойством, она, "естественно, обозначалась с помощью слов, называющих бред, бессвязную речь, бормотанье. В одних языках это наблюдается очень наглядно (см. выше), в других затемнено ввиду древности обозначения, тем более что речь идет о названии, охватывающем ряд и.-е. языков. Праслав. *Ье1пъ, *belena и *Ьъ1пъ (см. ниже) родственно кельт, (галльск.) belinuntia, belenuntia, fkXivotWa, peXevtov 'белена', кимр. bela 'белена', англос. beolone, др.-сакс. bilene 'белена', нем. диал. bilme, далее — др.-в.-нем. bil(i)sa, нем. Bilsen-kraut 'белена Hyoscyamus niger'. Индоевропеисты предполагали связь названий белены с и.-е. *bhel-'белый, светлый'. Ср. еще A. Pictet. Les noms celtiques du soleil. — KZ IV, 1855, 361—362, кот. сближает кельт, названия белены, растения, посвящаемого Аполлону, с галльск. именем бога — Belenus и далее — с ирл. beal, beol, bel 'солнце', слав. Ы1ъ 'белый', др.-инд. bhal-. См. далее P. Kretschmer «Glotta» 14, 1925, 96 и след.; Kluge 15 79 (: «... к и.-е. *bhel- 'беловатый': растение названо за свои серозеленые листья»); Pokorny I, 120; Sadnik— Aitzetmuller. Vgl. Wb. 2, 134 (авторы говорят о неделимой связи названия белены и слав. Ы1ъ 'белый'). Ср. еще Фасмер I, 147. Между прочим, авторы ряда слав, этимол. словарей вовсе не считают эту связь самоочевидной. Еще Миклошич обращал внимание на возникающее при отравлении беленой головокружение, умственное расстройство (Miklosich 9). У Бернекера, возм., не случайно опущена та часть индоевропеистских этимологии, где говорится о родстве с названием белого цвета (Berneker I, 48). Вполне определенно высказывается Брюкнер: «. . . bielon, bielun ничего не имеет общего с белым» (Bruckner 25). Ничто не метает нам при этимологизации праслав. названий белены обратить внимание на возможность родства этого названия (и близких герм, и кельт, названий растения) с глаголами 'говорить, болтать, кричать', объединяемыми вокруг особого и.-е. *bhel- (см. Pokorny I, 123: bhel-G). См. еще из литер.: V. J. Petr ВВ XXI, 1896, 209; ВВ XXV, 1899, 146 (относит к слав, слову лат. filix, filex 'папоротник', против этого см. Berneker, там же; Walde—Hofm. I, 497); Trautмап BSW 30 (автор рассматривает форму belena-lbelena как балто-слав., фиктивность чего станет очевидной, если учесть отсутствие близких форм в балт., напр. в лит., см. Bruckner, там же); Specht. Ursprung 140 (ставит вопрос о гетероклитичности отношений имен др.-в.-нем. bili-sa, кельт. j3eXi-vo6v7iau: англос. beolone < *bhelu-na : слав. *Ье1-п-ъ1 *Ьъ1-п-ъ); Machek 34—35 (относит слав., герм, и кельт, слова к «праевропейскому», см. еще Machek LP II, 1950, 158, но аблаут *bel-en- : *bel-n~ : *Ьъ1-п- свидетельствует в пользу исконности этих слов, см. Sadnik— Aitzetmuller, там же; см. также Specht, выше). См. еще Shevelov. A prehistory of Slavic 405.

*bеlnь: ст.-иольск. Ыеп 'белена Hyoscyamus niger L.' (1460 г., St. stpol. I, 99). Словообразовательно-морфологический вариант (сведениями о грамм, роде мы не располагаем) к *Ье1пъ (см.).

*bеrаčь: болг. берач м. р. 'тот, кто берет', 'собиратель' (Геров; БТР), макед. берач м. р. 'сборщик урожая' (И-С; Кон.), сербохорв. Ъёгас м. р. 'сборщик урожая (винограда, кукурузы)' (вслед за Стулли и Вуком см. RJA I, 234), словен. berdc м. р. 'сборщик, собиратель' (Plet. I, 20). Имя деятеля, производное с суфф. -ась от презентной основы гл. *berg, *ЬъгаИ (см.).

*berčina: в.-луж. brecina ж. p. 'Sorbus torminalis' (Pfuhl 1058). Производное с суфф. -та от осповгд *berk- (см. *herka, *herJn>, ниже)

*berdja: цслав. вр^ждА прилаг. eyxocov, eyxopxov, praegnans, fetus (Mikl.), русск.-цслав. брЪжии epc6|j.a)v, gravidus (Срезневский I, 185—186), сербохорв. брЩа 'беременная' (КарациЬ s. v.; Mic 171, 202), диал. breja 'стельная (о корове)' (Ка 261), словен. breja прилаг. 'беременная (о животных)' (Plet. I, 54), чеш. bfezf прилаг. 'беременная (обычно — о дом. ЖИВОТЕШХ)' русск. диал. берёжая 'жеребая' (Куликовский 4; Подвысоцкий 6), берёжа 'кобыла жеребая' (Добровольский 26), укр. берёжа (Желеховский).—Сюда же производное слвц. brezwd прилаг. 'беременная (о самке четвероногого)' (SSJ I, 129—130). Праслав. *berdja — типичный архаизм и реликт древней лексики. Это слово сохраняет древнее знач. своего корня *bher 'рожать, носить (во чреве)' (см. Мейе. Общеслав. язык 401), весьма показательно также реликтовое его употребление в части ю.-слав., зап.-слав, и вост.-слав, языков. Праслав. *berdja может продолжать (с акутовой долготой, учитывая русск. и сербохорв. акцентуацию) и.-е. *bherddia или является слав, производным на -/- от и.-е. *bherdda, производного с суфф. -d- от упомянутого *bher-. Уже давно обратили внимание на родство слав, слова с синонимичным лат. fordus, forda, см. Miklosich 10; Berneker I, ~49; M. Коген ИОРЯС XXIII, 1918, 19-20; F. Mezger «Language» 22, 1946, 197; A. Meillet MSL 12, 1902, 220 (: ср. др.-инд. bhdrlman-, ст.-слав. B^k.wA, др.-инд. bharitram, греч. сраоетра); он же MSL 14, 1907, 378 (о родстве слав, berg, ЬъгаИ); G. К. Solta «Die Sprache» XII, 1966, 45 (: лат. forda — архаизм в сакральном языке); Фасмер I, 154; Трубачев. Дом. жив. 54 (там же — о влиянии русск. жеребая -> бережая); Откупщиков. Из истории и.-е. словообразования (Л., 1967) 119; Machek 48; Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 4, 282-283. Недостаточно ясны детали развития лат. формы: из *foridos (см. Walde—Hofm. I, 527, где предполагается влияние формы лат. gravidus, т. е. вторичный процесс) или из *bhj,d- I *bhrsd- (ср. Ernout—Meillet3 I, 406). He лишено сомнений и сравнение праслав. *berdja с лит. bergzdzia прилаг. ж. р. 'яловая (о корове, телке)' по причине его семантических отличий и формальных особенностей (см. Berneker, там же; Sadnik-Aitzetmuller, там же; высказывалось даже мнение, что лит. слово произведено от -s-основы *bheros, см. Fraenkel I, 39; ср. возможность лат. forda <С и.-е. *bhrsda, см. выше). Однако думается, что можно, не прибегая к этим построениям, объяснить лит. bergzdzia

*berĕja: русск. диал. берея 'женщина, собирающая ягоды для домашнего употребления или для продажи' (арх., Даль3 I, 308). Имя деятеля ж. р., производное с суфф. -eja от презентной основы гл. *bbrati (см.) — *berg и т. д.

*bergatъ: словен. bregat прилаг. 'гористый' (Plet. I, 54), чеш. brehaty 'имеющий берега' (Kott I, 95). Прилаг., производное с суфф. -at- от *bergb (см.).

*bergovitъjь: болг. бреговйт 'холмистый' (Младенов БТР), (Геров: брЪговитый, прилаг., 'утесистый, обрывистый, стремнистый'), макед. бреговйт прилаг. 'холмистый, гористый' (И-С; Кон.), сербохорв. bregovit прилаг. 'clivosus' (с XVI в., RJA I, 623), 'холмистый, возвышенный' (РСА II, 141), словен. bregovit прилаг. 'ktistenreich', 'гористый' (Plet. I, 54), чеш. bfehovity 'имеющий берега' (Kott I, 95), слвц. редк. brehovity прилаг. 'холмистый' (SSJ I, 129). Прилаг., производное с суфф. -ov-it- от *bergъ (см.).

*bergovъ(jь): чеш. bfehovy прилаг. 'береговой', слвц. brehovy прилаг. то же (SSJ I, 129), в.-луж. brjohowy то же (Pfuhl. 48), польск. brzegowy 'береговой' (Dorosz. I, 690), словин. bfeguev'i прилаг. то же (Lorentz Slovinz. Wb. I, 79), русск. береговой прилаг. 'относящийся к берегу', укр. береговйй 'береговой' (Укр.-рос. словн. I, 56), блр. берагавы то же. Прилаг., производное с суфф. -ои- от *bergb (см.). Характерно для зап.-слав, и вост.-слав, языков. Ср., впрочем, сербохорв. Брёгово ср. р., название села на берегу р. Великий Тимок (РСА II, 141), болг. Брегово, местн. назв. близ Видина, первонач. прилаг., а также образования *bergovife (см.), характерные гл. обр. для ю.-слав. языков, кот. косвенно свидетельствуют об общеслав. распространении адъективной формы на -ov- от *bergъ. Сюда же ср. греч. Веруоо|ЗсЧаог, местн. название, из субстратного слав. *bergovica от *bergou-. Болг. бреговй 'береговой' заимствовано из русск., Георгиев БЕР II, 84.

*bergt'i: цслав. БРШТИ, брагу j-iiXsiv, curae esse (Mikl.), сербохорв. brijeci 'беречь, хранить, соблюдать' (XIII—XVII вв., Даничич, RJA I, 64), др.-русск. берегХ, беречи 'беречь' (Срезневский I, 69), русск. беречь 'охранять; сохранять, предохранять', диал. беречь 'угощать', 'ухаживать' (Говоры Прибалтики 28), ст.-укр. берегти (Тимченко I, 83), укр. берегти 'беречь, хранить' (Гринченко I, 51), блр. _ берагчй 'беречь' Слово, широко и активно сохраненное только в вост.-слав, языках, но в древности бесспорно употреблявшееся также ив других частях слав, территории, о чем свидетельствует производное имя с -о-вокализмом *borgb (см.) для обозначения клади сена и т. п. как раз прежде всего в зап.-слав, языках. О древности образования гл. *bergg, *bergt4 говорит такая морфологическая черта как сохранение и.-е. вокализма -е-, см. A. Meillet MSL 14, 1907, 384; Мейе. Общеслав. язык 174. Этимологическая ситуация охарактеризована достаточно всесторонне уже Миклошичем: «ср. гот. bairgan, др.-в.-нем. bergan. Микуцкий приводит лит. birginti; 'берег' как будто связано с brega в знач.'защищать'» (Miklosich 10). Хотя гот. bairgan 'прятать, хранить', др.-в.-нем. bergan то же принято возводить к и.-е. *bherp;k-, форма на палатальный задненебный (см. Pokorny I, 145), слав. *bergo, *bergt4 с его нарушением сатемного перехода так же, как и слав, *bergъ (см.), современные лингвисты единогласно считают искониородственным герм, лексике, а не заимствованным из последней. Основной аргумент — наличие оригинального слав, апофонического ряда *berg-l*borg-l*bbrg-, при второстепенности значения фонетич. показателя и.-е. *gh > слав. z. См. Berneker I, 49; Trautmann BSW 31; Kluge15 68; Pokorny, там же (сюда же, кроме герм., слав, и лит. слов, еще галлороман. (рето-иллир.) barga 'крытая соломенная хижина' < *borga\ там же, 141, вслед за Кречмером, высказана мысль о деноминативном образовании гл. *bherghd 'прятать, скрывать' от имени *bhergh- 'гора, убежище'); Фасмер I, 153; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 4, 271; Kiparsky. Die gemeinslav. Lehnworter aus d. Germ. 59; Fraenkel I, 44 (s. v. blrginti 'беречь, скупиться'). Попытки определить следы обеих упомянутых и.-е. основ в иллир. и пеласг, субстратах см. А. Mayer «Glotta» 24, 1936, 163 и след.; A. J. Van Windekens. Le pelasgique (Louvain, 1952) 131 и след. Серьезного внимания заслуживает этимологическое сближение, забытое как славистами, так и балтистами и вместе с тем весьма перспективное именно в плане балтистики, особенно если вспомнить странную изолированность лит. blrginti в лит. и лтш. словаре. Мы имеем в виду сближение русск. берегу, беречь и лит. gerbti 'чтить, почитать, уважать, ценить' (С. Микуцкий Изв. ОРЯС IV, 1855, 409), ср. далее — лтш. garbeVхорошо обращаться, беречь', garblt 'беречь, щадить'. Обращает на себя внимание практическое тождество знач. слав. *bergt4 и этих балт. слов, кот. в таком случае могут быть объяснены из метатезы первоначальных лит. *bergti, л Tiff. *bargit I *bargct, этимологически тождественных слав., герм, словам и лит. blrginti (см. выше; иначе н едва ли удачно -- <> лит. gerbti см. Fraenkel I, 147 — 148: очевидны трудности, с кот. приходится бороться автору словаря, который справедливо сомневается в родстве лит. gerbti и girti 'хвалить'; созвучную лит. и лтш. лексику со знач. счистить, наряжать', приводимую у Френкеля, лучше объяснять из нем. gerben в близких знач., как предлагал уже Кипарский; др.-прусск. лексика, связанная с русск. жеребей и др., должна быть также оставлена в стороне).

*bergul'a/*bergulica: сербохорв. bregu\a ж. р. 'вид ласточки: Merops apiaster L., Hirundo apus L.' (RJA I, 622), брегул>ица ж. p. 'стриж, береговая ласточка' (РСА II, 141), брёгула ж. p. cAlcedo ispida' (там же), словен. bregdlja ж. р. сстриж' (Plet. I, 54), чеш. bfehule ж. р. 'береговая ласточка, стриж Cotyle riparia', слвц. brehuVa ж. р. 'стриж, береговая ласточка Kiparia riparia' (SSJ I, 129), укр. диал. берегулиця 'стриж Cotyle riparia; трясогузка Motacilla alba' (I. Верхратський. Знадоби, 202). — Ср. еще сербохорв. брегуница ж. р. 'стриж Riparia riparia' (РСА II, 141; RJA I, 622: с XVII в., впервые — в словаре Микали). Производное с суфф. -иГа и-ul-ica от *bergb (см.). Береговая ласточка и некоторые другие виды птиц были названы так за обыкновение селиться в мягких прибрежных обрывах рек и озер. Ср. сходные наименования — нем. Uferschwalbe, лат. {hirundo) riparia, собственно — 'береговая ласточка', хотя видеть в слав, названиях кальку с этих нем. и лат. слов, возм., необязательно.

*bergъ: ст.-слав. Б^4ГА м. p. XOT][J-V6<;, alyiaXog, о^От], ^slXos, HUis, ргаеceps, praecipitium, ripa 'берег' (SJS), болг. бряг м. р. 'берег', 'земное возвышение, обрыв' (БТР; Геров: брЪг м. р. 'обрыв, скат, стремнина, утес; берег реки или моря над водою'), диал. брег то же, макед. брег м. р. 'берег', 'холм; гора' (И-С), сербохорв. брщег м. р. 'холм', 'берег, межа, край', диал. брег (Елез. I), словен. breg м. р. 'берег', 'склон горы', 'холм, невысокая гора' (Plet. I, 54), ст.-чеш. bfeh м. р. 'холм, склон', 'берег', 'пристань' (Gebauer I, 100—101), чеш. bfeh м. р. 'берег', 'край, межа', диал. brech, род. п. -йа, м. р. 'холм' (Malina. Mistr. 13), слвц. breh м. р. 'берег', 'склон, откос, холм' (SSJ I, 129), в.-луж. brjoh, broh м. р. 'берег; холм' (Pfuhl 47, 49), н.-луж. bfog 'берег; склон, бугор; вал, насыпь; куча, громада' (Muka St. I, 79), полаб. brig м. р. 'берег (реки)' (Polanski—Sehnert 41), польск. brzeg м. p. 'берег, край' (Dorosz. I, 689), словин. bfeg м. р. 'край, берег' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 79), др.-русск. берегъ 'ripa' (Пов. вр. л., Срезневский I, 69), русск. берег м. р. 'край земли у водной поверхности', ст.-укр. берегъ м. р. 'берег', 'край', 'около' (Тимченко I, 83—84), укр. берег м. р. 'берег', 'край, кайма' (Гринченко I, 50), диал. берег 'возвышенность, пригорок; гора, склон горы; склон оврага, долины; высокий отвесный берег, пропасть' (Т. А. Марусенко. Материалы к словарю украинских географических апеллятивов (названия рельефов). «Полесье». М., 1968, 216), bereh 'берег', 'возвышенность, гора, склон' (St. Hrabec. Nazwy geograficzne Huculszczyzny. Krakow, 1950, 32), бёрЧг 'берег', 'неурожайная земля', 'взгорье' (Онышкевич. Словарь бойковского диалекта, 74), бёрэг 'кромка, продольный край ткани' (Н. Г. Владимирская. Полесская терминология ткачества. — «Лексика Полесья». М., 1968, 195), блр. бёраг 'берег'. Сравнение праслав. *bergb с близкими герм, названиями горы— гот. bairgahei, др.-в.-нем. berg — было принято еще в слав, этимологии XIX в. (см. Miklosich 10). В дальнейшем, с включением в сравнение также классических сатемных соответствий вроде авест. bardzo 'высота, гора', арм. barjr 'высокий', оформилась точка зрения на слав, слово как на заимствование из герм., в противном случае ожидалось бы исконное праслав. *Ьегъъ < и.-е. *bhergh-. См. Berneker I, 50 (с литер.). Но уже тогда критика указала, что на одном лишь этом основании трудно счесть заимствованием слово, столь распространенное, своеобразное семантически (наиболее популярное слав. знач. 'берег' как раз неизвестно в герм.) и связанное с топографической лексикой. См. A. Meillet RS II, 1909, 69; A. Bruckner. Die germanischen Elemente im Gemeinslavischen. — AfslPh XLII, 1929, 127; Bruckner 44; Trautmann BSW 30—31; Младенов ЕПР 47; Георгиев БЕР II, 85; Фасмер I, 153 («Учитывая нисходящую интонацию и знач., едва ли можно рассматривать это слово как заимств. из герм. . .»); Moszynski. Pierwotny zasi^g 157; Kluge15 67; Machek 47 («Относится к случаям, где *g отразилось как g, вместо надлежащего 2, поэтому не нужно считать это слово заимствованным из германского»); Popovic. Geschichte der serbokr. Spr. 545 (специально о древности знач. 'гора, холм' в сербохорв.); Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 4, 272-273. В связи с необходимостью осмыслить различие между сатемными продолжениями и.-е. *bhergh-, с одной стороны, и праслав. *Ье^ъ — с другой, выдвигались соображения относительно возможной экспрессивной веляризации и.-е. палатального задненебного, причина чего могла корениться в эмоциональности образа высокого, крутого, обрывистого. См. близко к идеям Махека — F. Liewehr. Uber expressive Sprachmittel im Slavischen. — ZfS I, 1956, 21. Попытку объяснить праслав. *bergb с его нерегулярной рефлексацией и.-е. *gh как заимствование из какого-то другого (не герм.) кентумного и.-е. языка см. Kiparsky. Die gemeinslav. Lehnworter aus d. Germ. 101, 108 (автор даже считает возможным говорить об «ареале еще не разделившихся кентумных языков» как вероятном источнике подобных случаев). См. еще более определенно — Pokorny I, 140—141, где ст.-слав. B^irz, сербохорв. dpiijee, русск. берег характеризуется как слово скорее венет.-иллир., чем герм, происхождения. Ср. фрак. Веруа, Bep-fT], якобы с доэтнической депалатализацией, как и в ст.-слав. B^irz (D. Detschew. Die thrakischen Sprachreste. Wien, 1957, 51 и след.; там же, 85, приводится в этой связи фрак. Вреуе-8а(3а, название укрепления; см. еще В. И. Георгиев. Исследования. . . 119; В. Simeonov LB VI, 1963, 91). Ср., далее, болг. Брегалище, местн. назв. фрак, происхождения, как и гидроним Брегалница, — из *Bargal- (J. Zaimov LB VI, 1963, 82). Из прочей литер.: V. J. Petr ВВ XXI, 1896, 208—209 (проблематичное сближение ст.-слав. Bplrz и др. с лат. frangere 'ломать', nau-frag-ium 'корабле-крушение', греч. срарауЕ 'расколотая скала', др.-в.-нем. brehhan 'ломать'; т. е. 'берег' < 'разлом'); Е. Prokosch AJPh XXXII, 1911, 433 (пытается истолковать слав, и герм, слова как продолжения некоего и.-е. *berqo- в духе закономерности, близкой к закону Вернера, которая якобы влияла на чередования слав, звонких и глухих); Т. В. Jones AJPh LXXV, 1954, 217; V. Polak RS 18, 1956, 30 (: слав. *bergb 'гора', ср. нем. Berg 'гора', гот. bairgahei 'гористая местность, горы', ирл. bri 'гора', кимр. Ъге 'гора, пригорок'); ср. еще Е. Laroche BSL 58, 1963, 77—78, где к этому и.-е. лексическому гнезду отнесены еще лув. parrai- и хетт, ротки- 'высокий'.

*bergyni: др.-русск. берегини (. . . а иереже того клали требу у пире'" I берегинь*. Сб. Пайс. XIV—XV вв., Сб. Соф. XIV—XV в.— Картотека СДР), верегинул (Клали требу оупиремъ и верегинямъ — в др. списках, Срезневский I, 243), сюда же, возм., укр. перегёня ж. р. 'ряженая девушка, пугающая, ради шутки, подруг' (Гринченко III, ИЗ). Производное ж. р. с суфф. -yni от *Ье^ъ (см.). Др.-русск. контекст («. . . а до этого приносили жертву оборотням и б е р е г ин я м») и укр. знач. ('ряженая девушка, пугающая . . . подруг') в соединении с анализом структуры слова (см. выше) позволяют истолковать его знач. как 'береговая фея, русалка'. Будучи словообразовательно прозрачным, это слово обнаруживает вместе с тем затемненные варианты, причем, видимо, сказались табуистические запреты или раннее забвение языческого термина (ср. др.русск. верегины, выше), а также влияние созвучного более темного др.-русск. перегыня 'непроходимая местность' < праслав. *pergyni (см.) как в случае с укр. перегёня (см. выше). — Ср. (очень бегло) Sadnik—Aizetmuller. Vgl. Wb. 4, 271.

*berica: словегт. berica ж. p. 'собирательница, сборщица' (Plet. I, 20). Производное с суфф. -ica от презентной оснвы Ъег- гл. *ЬъгаИ (см.).

*beridlo: сербохорв. верило ср. р. 'кошолка или корзинка с закрывающимся верхом, для сбора крупных фруктов' (РСА I, 475), словен. berth ср. р. 'зеленый корм, собранный для скота' (Plet. I, 20). Производное с суфф. -{i)dlo от презентной основы Ъег- (см. *Ьъгай). Словообразовательно-этимологическая параллель может быть указана в лат. fericulum, prae-fericulum 'поднос, блюдо' < и.-е. *bher-tlo-m (Ernout—Meillet3 I, 402), тогда как слав. *beridlo <С *bher-i-tlo-m (не исключена вторичная тематизация отглагольного производного в слав., подобно тому как лат. fericulum < ferculum). Подробно об отношениях слав, производных на -dlo и их и.-е. соответствий см. Трубачев «Этимология» (М., 1963) 37 и след.

*bеrixъ: словен. berth м. р. 'собиратель, сборщик' (Plet. I, 20). Производное имя деятеля с суфф. -гхъ от презентной основы Ъег- (см. *ЬъгаН). Ср. *%етхъ (см.).

*berka: словен. Ьгёка м. р. 'растения Sorbus sp., Sorbus aria' (Plet. I, :54), н.-луж. (диал. редк.) Ъгёка ж. р. 'боярышник кленолистньтй Sorbus torminalis' (Muka Sf. I, 76), русск. берёка ж. p. 'Sorbus lorminalis', укр. берёка ж. р. 'растение Pyrus torminalis' (Гринченко I, 52). 'Это название разновидности рябины до сих нор не получило убедительной этимологии (перечень существующих объяснений см. ниже). Типологически наиболее вероятно было бы членить слово как *ber-k-a, образование с -к- суффиксальным, видимо, оформившееся, как и другие такие производные, уже в собственно слав, период. Возм., от основы *berq, *ЪъгаИ (см.), ср. эпитет наиболее распространенной рябины обыкновенной — лат. (Sorbus) aucuparia, буквально 'берущая, ловящая птиц' (птиц привлекают ее ягоды). Видеть в праслав. *ber-k- (производные от этой основы см. в след. статьях) продолжение и.-е. *bher'блестеть' с -/с- расширением, т. е. некий аналог к названию березы, как это делают Садник и Айцетмюллер (см. Sadnik—Aitzetrmiller. Vgl. Wb. 3, 149; Мошинский, на кот. они ссылаются, видит в праслав. *berka, *Ьегкъ вообще заимствование из герм. *Ьегкд 'береза', см. Moszynski. Pierwotny zasia,g 54—55), затруднительно ввиду отсутствия подтверждений; реально можно назвать лишь некоторые далекие семантически расширения и.-е. *bherс -к- палатальным (см. Pokorny I, 141—142). Справедливо сомневаются в сближении Бернекером нашего слова с лит. brlnkti 'набухать' (Berneker I, 50). См. Фасмер I, 154—155, где также упомянуто другое спорное сравнение — с чеш. bresk 'терпкий вкус'. Не поддается контролю «праевропейская» этимология Махека, сблизившего слав. *berk- и герм. *spero- 'Sorbus' (V. Machek LP II, 1950, 156; он же Jmena rostlin 115).

*bеrkоvьсь: словен. Ьгёкоиес^уо^.. п. -vca, м. p. 'берека Sorbus torminalis; Sorbus aria' (Plet.r"I, 54), в.-луж. brekowc м. p. 'тутовое дерево' (Pfuhl 45). Суффиксальное производное на -ov-ъсъ от *berka или *Ъегкъ (см.).

*bеrkъ: сербохорв. брёк 'Sorbus torminalis' (PCA II, 144), словен. brek м. р. 'вид рябины Sorbus torminalis, берека' (Plet. I, 54), чеш. bfek м. p. 'растение Pirus torminalis', диал. bfak 'лесное дерево Pirus' (BartoS. Slov. 23), bfak м. p. 'вид рябины Sorbus lorminalis, берека' (Gregor. Slov. slavkov.-bueov. 29), слвц. brek 'Pirus torminalis', 'клен, явор' (Kalal 39), н.-луж. bfok 'боярышник кленолистный Sorbus torminalis' (Muka St. I, 80), польск. brz$k м. p. 'вид рябины' (Dorosz. I, 692). Морфол. вариант (м. р.) к *berka (см.), ж. р. Иольск. форма содержит вторичную назализацию; см. Bruckner 44.

*berkyni: болг. брёкииа, брекйня 'вид рябины Pirns lorminalis' (Георгиев; Геров: BJJ'LKMNW ж. р. 'рябина Sorbus£aucuparia'), диал. брёкина ж. p. 'Pirus (Sorbus) aria' (Илчев БД .1, 186), брЧпина ж. р. 'лесное дерево Sorbus domestica и его плод' (Горов БД I, 69), макед. брекина ж. p. 'Sorbus torminalis' (Кон.), сербохорв. брёпшъа ж. р. 'растение Sorbus torminalis L.', 'Sorbus aria' (PGA II, 145), 'плод, ягода этого растения', диал. брёкитьа 'красные ягоды лесного дерева определенного вида; само дерево' (Елез. I), словен. brekinja ж. 'Sorbus sp., Sorbus aria' (Plet. 1, 54), ст.-чеш. bfekyne ж. p. 'acerina' (Ст.-чеш., Прага), чеш. bfekyne ж. р. 'ягода растения Pirus torminalis', слвц. brekyna ук. р. 'вид рябины, берека Sorbus torminalis (SSJ 1, 129). Производное с суфф. -ynl от основы *berk- (см. *berka, *Ьегкъ). Зап.-укр. диал. bra/супа представляет собой, но сути, заимствование из иольск., т. к. отражает проявившуюся в последнем вторичную назализацию. См. Moszynski. Pierwotny zasia.g 54.

*berma: сербохорв. диал. брёма ж. р. 'деревянный сосуд для воды' (Карацпн s. v.; Vis 41). Вшолие возм., что мы имеем нерюд собой гипокористическое образование от сербохорв. bremenica (так* см. 11.1 А I, 62о), по не исключено, что эта форма — результат более раннего процесса. И таком случае *Ьелшта относится к *Ьепас. (п. е. *bh(jr.)intt), как праслав. *zif/ia--n п.-е *glicim.ij.

*bermenatъ(jь): сербохорв. бременит 'беременный' (РСА II, /147), словен. brtmeual прилаг. 'тяжелый, тяжкий', 'беременный' (Plet. .1, 55), чеш. bf степи/у 'отягощенный, тяжело нагруженный" (Kott 1, (.);>). Прилаг., производное с суфф. -at- от основы *Ьегтеп- (см. *Ьегщ).

*bermenitъ(jь): сербохорв. бременит, -а, прилаг. 'беременная' (РСА IL, 148), словен. bremenlt прилаг. 'тяжелый (напр., о колосе)', 'беременными, -ая' (Plet. 1, 55), чеш. bfemenity 'отягощенный, обремененный' (Jungmann I, 180). Прилаг., производное с суфф. -it- от основы *bermen- (см. *berm.e).

*berme(no)noša: сербохорв. диал. бремёноша ж. р. 'носильщик, переносчик тяжестей'. Сложение двух именных основ: *bermen- (см. *berme) и *nosa (см.).

*bermenьje: сербохорв. брёмеьье ср. р. собпр. 'тяжесть, груз (РСА II, 148), чеш. bfemeni ср. р. гноша, скарб' (Kott, J, 95) Собир. производное с суфф. -ь]е от основы *bermen- (см. *berme) .

*bеrmеnьnъ(jь): ст.-слав. в^кмеылн^, -гыи прилаг. on е га I us 'обреме ненный'(Supr., SJS), болг. брёменна прилаг. 'беременная' (БТР Младенов БТР), макед. бремен 'чреватый', бремена прилаг. ж. р. 'беременная' (И-С), сербохорв. бремен, -а 'беременная' (РСА II, 147), словен. диал. Ъгетёп, ж. р. Ъгетепа 'беременная' (Plet. П. Dodatki II), чеш. редк. Ъгетеппу прилаг. 'отягощенный, тяжелый', слвц. Ъгетеппу (SSJ VI, 16), польск. brzemienny 'гружопый, отягощенный', brzemienna ж. р. 'беременная' (Warsz. I, 218; Dorosz. I, 690), др.-русск. беремАнъныи 'беременная, носящая в чреве младенца' (1497 г., Срезневский III. Доп. 12'), русск. беременная 'вынашивающая в себе зародившегося младенца (о женщине)', ст.-укр. беременная прилаг. 'беременная', беременна то же (Тимченко I, 84). Прилаг., производное с суфф. -ъп- от основы *Ъегт,еп- (см. *Ъегт§).

*bеrmеnьnса: сербохорв. брёменица ж. р. 'боченок, приспособленный для переноски и перевозки'. Производное с суфф. -ъп-ica от основы *bermen- (см. *Ъеггщ) или, возм., субстантивация прилаг. *Ьегтепъпъ (см.) с помощью суфф. Аса.

*bermę, род. п. -mene: ст.-слав. брьма, род. п. -ене, ср. р. yop-og, onus, sarcina 'груз, бремя' (SJS), болг. брёме ср. р. сгруз', 'забота, бремя' (БТР), 'ноша; груз, тюк' (Младенов БТР), 'ноша; охапка (сена)' (М. Младенов БД III, 42), макед. бреме ср. р. 'ноша, груз', 'вязанка, охапка' (И-С), сербохорв. брёме, род. п. -.иена ср. р. 'тяжесть, груз', 'беременная женщина', диал. бреме 'мера веса' (Mic 380), брёме, браме 'мера веса', 'ноша' (Вла.щнац II, 168—171, 172), сюда же производное диал. brince (Sus 153), словен. Ъгёте, род. п. -тёпа, ср. р. 'тяжесть, ноша; тюк, связка', 'плод во чреве', 'бремя' (Plet. I, 54—55), ст.-чеш. brieme ср. р. 'тяжесть, ноша', bfemeno ср. р. (Ст.-чеш., Прага), чеш. ЪНтё ср., bfemeno ср. р. 'тяжелая ноша', 'бремя', сюда же производное, ум. чеш. диал. bfemicko ср. р. 'узел, котомка' (Hruska. Slov. chod. 14), слвц. brema 'тяжесть' (Kalal 39), bremeno ср. p. то же (SSJ I, 129), в.-луж. bremjo, род. п. -mjenja, ср. p. 'тяжелая ноша' (Pfuhl 45), н.-луж. Ъгёте, род. п. -тепа, ср. р. 'бремя, тяжесть, груз; ярмо; вязанка', 'мера веса' (Muka Sj. I, 76), польск. brzemi$, род. п. -mienia, ср. р. 'тяжесть, ноша' (Dorosz. I, 690), др.-русск. беремА 'связка, охапка, тяжесть; тюк' (Срезневский I, 70; III. Доп. 12'), русск. берёмя, род. п. -мечи, ср. р. 'большая охапка, вязанка', 'ноша, охапка' (Подвысоцкий 6), 'всякая тяжесть, ноша' (Мельниченко 31), 'охапка' (Куликовский 4), диал. берёмъе ср. р. 'вязанка дров' (Филин 2, 254), бёремо ср. р. = беремя; 'сено, сбитое граблями для подачи на воз или связанное в вязанку' (Филин, там же), берёма 'охапка', 'тяжесть, обременение' (Добровольский 26), ст.-укр. беремя 'тяжесть' 'охапка' (XVI в. Тимченко I, 84), укр. беремя 'бремя' (Пискунов 16), диал. берёмено 'наполненный чем-либо мешок, перевязанный посередине для удобного ношения' (Т. П. Довбак. Словотв1р 1менних частин мови в гов1рщ с. Королеве* Виноград1вського району. Дип. роб. Ужгород, 1957, 85), бирймна 'неполный мешок зерна' (В. В. Бабинець. Гов1рка с. Лавки Мукач1вського району. Дни. роб. Ужгород, 1954, 143), ст.-блр. беремя (повозовое) 'обязанность доставки подвод, подво ы: (Горбач. 39), блр. бярэмя 'охапка (дров)'. Праслав. *bermg представляет собой имя с основой на согласный (*bermen-), соотносительное с гл. *berg, *ЬыаИ (см.), но восходящее еще к и.-е. *bherdmn или *Ыгегдтеп, о чем говорит сербохорв. и русск. ударение (см. выше), отражающее акутовую интонацию дифтонгического сочетания гласного с плавным, вызванную здесь заменителышм удлинением гласного после падения э\ об и.-е. древности говорит и отражение производным *Ьеппе древнего значения 'нести.'-> ноша', присущего и.-е. *bher- и видоизмененною в слав. *berq, *ЪыаЫ "брать'. Ввиду древней двухсложной структуры корня (*Ыгегэ-) наиболее точным соответствием праслав. *berme считается др.-инд. bhdrlman- 'ношение', а не bharma, греч. rhlirjL СР- Р- "ноша, плод во чреве' (впрочем, в bharma следует учитывать утрату э перед суфф.). См. A. Meillet MSL 12, 1902, 220; Мейе. Общеслав. язык 130; Brugmann. KVGr. 347; Berneker I, 50; R. Gauthiot BSL 16, 1910, CLX; P. Persson. Beitrage zur idg. Wortforschung 2 (Uppsala—Leipzig, 1912), 642; Hofmann 395; Pokorny I, 128; Vaillant. Gramm. comparee I, 239; Фасмер I, 155; Mayrhofer II, 481 (специально указывает на фиктивность авест. Ьагэтап-, иногда фигурирующего в литер.); см. еще Откупщиков. Из истории и.-е. словообразования 119—158 (о суффиксальных чередованиях); Sadnik-Aitzetmuller. Vgl. Wb. 4, 282. Праслав. *berme сохраняет глагольный вокализм -е- (см. A. Meillet. MSL 14, 1907, 378), что в общем присуще именным производным на -теп-. Относительно дальнейших -t- расширений и.-е. *bhermn вроде греч. cpspjxa (основа косв. пп. ср£с,глат-) см. P. Kretschmer «Glotta» 13, 1924, 264 (автор сопоставляет мнения Мейе и Трубецкого на этот счет).

*bermišče: ст.-укр. беремище 'тяжесть' (Тимченко I, 84). Производное с суфф. -isce от основы *berm- (см. выше *Ьеппа, *berme). Возраст образования неясен.

*bermo: блр. берёмо ср. р. 'ноша в обхват руками' (Носов. 25). Морфолого-словообразовательный вариант ср. р. к *berma ж. р. (см.; подробно об этимологии см. *berme). Древность образования неясна. Возм., вторично преобразовано из *berme (см. эту статью, в частности — соответствующие русск. диал. примеры в обзоре форм).

*bersta: чеш. bfesta ж. р. 'верхний слой березовой коры' (Kott I, 95), польск. brzesta, brzosta ж. р. 'кора вяза' (Warsz. I, 221), русск. берёста ж. р. 'верхний слой березовой коры, идущий на выгонку дегтя, выделку лаптей, корзинок и п.', 'верхний, светлый слой березовой коры' Даль3 I, 205), диал. бяреста 'березовая кора' (Добровольский 26), блр. бярбста 'береста'. Праслав. *bersta (точнее — *berzta) представляет собой форму, близко родственную праслав. *berza (см.), и, как и последняя, восходит к и.-е. периоду: *berzta < *bherdgta, -t- производное от и.-е. основы *bherdg- 'светлый, белый', также в качестве названий березы. Праслав. слово непосредственно соответствует прежде всего герм, лексике: гот. bairhts 'светлый, ясный', др.-в.нем. beraht 'блестящий', англос. beorht то же, англ. bright 'яркий, светлый, блестящий'. См. Berneker I, 52; Pokorny I, 139; Фасмер I, 156; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 3, 147 (о первонач. адъективном характере образования). См. еще специально *bersfo (ниже).

*berstĕnъ(jь): сербохорв. стар, bresten прилаг. 'ulmeus, вязовый' (XI в., в ит. и лат. текстах, RJA I, 629), также brijestan, brijesan прилаг. то же (только в словарях Беллы и Стулли, там же, 649), польск. диал. brze§ciany 'берестовый, вязовый' (Warsz. I, 218), русск. берёстяный, берестяной 'берестовый', укр. берестянйй 'берестовый, берестяной' (Укр.-рос. словн. I, 57), блр. берасцяны то же. Прилаг., производное с суфф. -ёп- от основы *berst- и соотносимое в одних случаях ('вязовый') с *bersto (см.), в других ('берестяной, из бересты') — с *bersta (см.).

*berstika: словен. brestika ж. р. 'вид вяза', 'ива', 'название гриба' (Plet. I, 56). Производное с суфф. -ika от *berstb (см).

*berstikъ: сербохорв. стар. редк. brestlk м. p. 'ulmarium, вязовая роща' (Белла, Белостенен,, Стулли, см. RJA 1, 629; РСА II, 151). Производное с суфф. Акъ от названия дерева *bersto (см.). Не исключено иослепраславянское образование.

*berstina: сербохорв. Brestine ж. мн., мести, назв. в Сербии (RJA I, 629), чеш. bfestina ж. р. 'вязовая роща' (Kott I, 95), слвц. brestina ж. р. то же (SSJ I, 129), русск. диал. берестйна ж. р. 'береста' (Филин 2, 256). Собир. производное с суфф. -ina от названия дерева (см. *bersfo) или от названия березовой коры, как в случае с русск. словом. Древность проблематична.

*bersto: др.-русск. бересто 'березовая кора' (Кир. Тур., Срезневский I, 70; гр. берест. № 27, XIV в., Картотека СДР), русск. диал. берёсто 'береста' (Васнецов 15), бересто ср. р. 'береста' (Деулинский словарь 53), бёрёстб ср. р. 'береста', 'письмо, бумага' (Филин 2, 257). Словообразовательно-морфологический вариант ср. р. к форме ж. p. *bersta (см.). Наличие этимологически тождественных форм всех трех родов *bersta — *bersto — *ЬеЫъ (см.) представляется ясным отражением первонач. адъективного характера данного образования.

*berstovъ(jь): цслав. Б^СТОБЪ прилаг. ulmi (Mikl.), болг. брЛстов прилаг. 'вязовый' (Младенов БТР; БТР; Геров: бр^стовый), сербохорв. брёстов, диал. брйстов то же, словен. brestov прилаг. 'вязовый' (Plet. I, 56), чеш. bfestovy прилаг. 'вязовый' (Jungjnann I, 181), слвц. brestovy то же (SSJ I, 129), польск. brzostowy прилаг. 'вязовый' (Warsz. I, 221), сюда же др.-русск. Берестовъ местн. название (Усп. сб. XII в.; Картотека СДР), русск. берестовый (Даль3 I, 205: берестовые оглобли), укр. берестбвий (Гринченко I, 52). Прилаг., производное с суфф. -ои- от названия дерева *bersfe (см.).

*berstъ: цслав. кр'кст'д м. p. ulmus (Mikl.), болг. б ряст м. р. 'берест, вяз Ulmus' (БТР), бреет то же (Младенов БТР), диал. брес м. р. (М. Младенов БД III, 42), макед. бреет м. р. 'вяз' (И-С), сербохорв. брёст, диал. брщест м. р. 'вяз Ulmus campestris', брйст то же, сюда же (в венг. графике) Briszt, соврем, сербск. Bres(t), местн. назв. в Воеводине (Popovi6. Geschichte der serbokr. Spr. 389), словен. brest м. p. то же (Plet. I, 55), чеш. bfest м. p. 'вид вяза Ulmus suberosa', диал. brest сбук' (Kott. Dod. k Bart. 6), слвц. brest м. p. 'вяз Ulmus campestris' (SSJ I, 129), польск. brzost м. p. 'вид вяза Ulmus montana' (Dorosz. I, 694), русск. берест м. p. 'дерево Ulmus campestris' (Даль3 I, 205), диал. берёсты, p. 'береста' (перм., Филин 2, 255), ст.-укр. берестъ 'вяз Ulmus campestris' (Тимченко I, 85), укр. берест м. р. то же (Гринченко I, 52), а также 'верхняя кора березы, годная для гонки дегтя' (там же; см. еще А. С. Лысенко. Словарь диалектной лексики северной Житомирщины. «Славянская лексикография и лексикология» М., 1966, 10), диал. берест м. р. 'берестяной поплавок в сетевых рыболовных снастях' (Кривицкий. Из словаря полесских рыболовов. «Полесье» 166), блр. бёраст 'берест'. Внимательный учет значений продолжений праслав. *ЬеЫъ (ср. особенно русск. диал. берест'береста', укр. берест 'верхняя кора березы' и т. п., см. выше) делает очевидной связь, вернее — тождество этимологии *bersfo и *bersta (см.). Этому не противоречит, впрочем, и охвативший большинство слав, языков инновационный семантический процесс переноса на разные виды вяза, поскольку вяз - :>то дерево, кора которого напоминает кору березы. Праслав. *ЬеШъ, как и *bersta, восходит к и.-е. *bher^^f'светлый, яркий', кот. выступает как прилаг. Для *berstb действительна та же акцентологическая характеристика, что и для *bersta, ср. ударение сербохорв. брщест. Т. о., первоначально мы можем говорить не о словообразовательных, а о чисто морфол. отношениях между *berstb и *bersta, кот. продолжают и.-е. прилагательные м. и ж. р. Акцентологич. противостояние русск. берест, укр. берест, блр. бёраст, с одной стороны, и русск. берёста и т. д. — с другой, развилось вторично. Ср. Sadnik— Aitzetmuller. Vgl. Wb. 3, 148 (авторы, правда, трактуют название вяза как производное). Из литер, см. еще Miklosich И (кот. указывает, что болг. бряст связ' встречается также в знач. 'береза' и приводит еще производное бресталък 'березняк, березовая роща', но ни о том, ни о другом не упоминает Георгиев БЕР, где обычно скрупулезно собраны все производные); Berneker I, 52; Фасмер I, 156; Moszynski JP XXXII, 1952, 195; XXXIII, 1953, 354; XXXV, 1955, 123 и след.; Moszynski. Pierwotny zasia,g 32—33 (этимологизирует *bersto из *berd-to- от расширенного и.-е. *bher- 'резать, расщеплять', 'торчать', что якобы соответствует структуре коры самого дерева); F. Slawski .TP XXXIII, 1953, 399 (оспаривает описанную этимологию Мошинского ввиду отсутствия следов расширенного *ber-d- в слав.); Machek. Jmena rostlin 129—130; Machek 47 (автор сомневается в этимологии от и.-е. *bherdg'сиять' и выдвигает оригинальную этимологию, по которой как *berstb 'вяз', так и *berza 'береза' родственны нем. Borke 'кора', якобы по причине особого порообразования, отличающего оба эти дерева, но см. Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. о, 147). См. еще Bruckner 45.

*berstь: русск. диал. бёрестъ ж. р. 'дерево Ulnius campestris1 (курск., Доп. к Опыту 8), 'народное название береста-карагача Ulmus campestris' (курск., Филин 2, 257). Словообразовательно-морфол. вариант к *ЬеЫъ (см.). Древность выделения сомнительна.

*berstьje: болг. брёстъе ср. р. собир. (Младенов БТР), сербохорв. брёшИе ср. р. собир. (РСА II, 154), брщешКе ср. р. собир. 'вязы', словен. brestje ср. р. 'вязовый лес' (Plet. I, 56), сюда же др.-русск. Берестие, Берестъе, город на Волыни (Срезневский I, 70). Собир. производное с суфф. -ъ)е от *bersfo (см.).

*bеrь: словен. Ьёг, род. п. -I, ж. р. 'сбор' [Plet. I, 20: = bera: telovnik je najprva pomladnja ber (cebelam)]. Производное от презентной основы ber- глагола *ЬъгаИ (см.). Древность образования скорее сомнительна.

*bсrьbа: болг. берба ж. р. 'сбор, уборка: время уборки (плодов)' (Младенов БТР, Геров), макед. берба ж. р. 'сбор урожая; время сбора урожая' (И-С), сербохорв. диал. бёрба ж. р. 'сбор винограда', словен. ЪёгЪа ж. р. то же (Plet. I, 20). Отглаг. именное производное с суфф. -ъЪа от презентной основы ber- (см. *Ьъгай). Не исключено новообразование, ограниченное ю.-слав. языками, причина которого, возм., коренится в сдвигах значения более старых образований вроде *Ьогъ, *5ъЬогъ (см.).

*bеrьса: чеш. Ъегсе м. р. 'тот, кто берет' (Kott I, 57). Имя деятеля, производное с помощью суфф. -ьса от презентной основы ber- глагола *bbrati (см.). Ср. еще след.

*bеrьсь: словен. berec, род. п. -гса, м. р. 'собиратель, сборщик' (Plet. I, 20), ст.-чеш. Ъегес 'сборщик налогов' (Brandl 6), чеш. Ъегес, род. п. -гее м. р. 'сборщик налогов' (Kott I, 58). Отглаг. имя деятеля, производное с суфф. -ъсъ от презентной основы Ъег- (см. *ЪъгаИ). Ср. *Ъегъса, выше.

*berьka/*berika: русск. диал. бёръка, бёрика ж. р. 'березовый и кленовый сок' (Псковский областной словарь 1, 185), бёрика ж. р. 'березовый сок, собираемый весной и идущий на приготовление кваса' (великол., пек., Филин 2, 259), блр. диал. бёрка ж. р. 'березовый сок' (Касьпяров1ч 38). Слово, не учтенное этимол. словарями. Упомянув чисто внешнее созвучие с чеш. bfecka 'березовый сок' и родственными (кот. Махек возводит к гипотетическому деминутиву от названия березы — *ber(zi)cbka, см. Machek 47; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 3, 147; см. иначе об этой лексике под *Ъгёсъка, ниже), мы видим единственную возможность использовать вост.-слав, слово, предположительно относимое нами к праслав. состоянию, определив его как отглагольное имя, производное с суффиксами -bkal-ika (см. варианты выше) от основы наст, времени Ъег- (см. *bbrati).

*bеrьnа: словен. bernja ж. p. v'c6op (средств), собирание' (Plet. I, 20), также название меры (Strekelj. Slov. 5—6), ст.-чеш. Ъегпа ж. р. 'сборы в пользу короля' (1404 г., Ст.-чеш., Прага), Ъегпё ж. р. 'королевская подать' (Gebauer I, 41; Ст.-чеш., Прага). Производное с суфф. -ъпа от основы -Ъег- (см. *bbrati, *Ъегд), возм., первоначально адъективного происхождения. См. след.

*bеrьnъjь: ст.-чеш. Ъегпу прилаг. 'принятый, имеющий хождение (о деньгах)' (Gebauer I, 42), чеш. Ъегпу прилаг. то же, слвц. Ъегпу прилаг. то же (SSJ I, 81), польск. Ыегпу 'жадный', 'заманчивый', 'емкий', 'пассивный' (Warsz. I, 152). Прилаг., производное с суфф. -ъп- от глагольной основы Ъег(см. *ЬъгаИ, презенс *Ъегд).

*berza: цслав. в^зд ж. p. betula (Mikl.), болг. бреза ж. р. 'береза Betula alba' (БТР), диал. берЛза 'береза Betula alba' (Младенов БТР), макед. бреза ж. р. 'береза' (И-С), сербохорв. брёза ж. р. 'береза Betula alba L.', словен. breza ж. р. 'береза' (Plet. I, 56), чеш. bfiza ж. р. 'береза', слвц. breza ж. р. 'береза Betula' (SSJ I, 129), в.-луж. breza ж, р. 'береза Betula alba' (Pfuhl 45), ir.-луж. bfaza ж. V 'береза' (Muka SI. I, 74—75), нолаб. breza ж. p. 'береза' (Polanski—Sehnert 41), польск. Ъгъога ж. p. 'береза' (Dorosz. I, 694) словин. bruoza ж. p. 'береза' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 79), русск. берёза ж. p. 'лиственное дерево из группы сережчатых, большею частью с белой корой и сердцевидными листьями Betula', ст.-укр. береза ж. р. 'дерево Betula alba' (Тимченко I, 84), укр. берёза ж. р. 'береза' (Гринченко 1, 51), блр. бярбза 'береза'. Название дерева березы представляет собой классический случай в древней ботанической лексике, когда, во-первых, все славянские формы, обладающие одним и тем же значением 'Betula alba', восходят к праслав. * berza, не поддающемуся этимологическому анализу на слав, почве; во-вторых, реконструированное праслав. *berza восходит к и.-е. *bher9gos, *bherdga, кот., в свою очередь, весьма распространено в и.-е. языках и обозначает различные разновидности Betulaceae, практически — за одним исключением, о котором см. далее. Т. о., название березы обнаруживает исключительную древность, но оно же характеризуется и редкой ясностью этимологии, поскольку бесспорно произведено от и.-е. основы со знач. сблеск, свет, белый цвет'. См. об этом Moszynski. Pierwotny zasi^g 27. Этимол. анализ и.-е. форм см. специально Pokorny I, 139. Круг родственных соответствий праслав. * berza давно и в целом вполне достоверно установлен. См. Miklosich 11, где уже дан перечень балт., осет., др.-инд., герм, соответствий слав, слову. См. еще Будилович. Первобытные славяне 131. В числе родственных форм авторы единогласно называют лит. berzas, др.-в.-нем. birihha, др.-англ. Ъеогс 'береза', др.-инд. bhurjd- свид березы', см. напр. Berneker I, 52. Несмотря на более или менее решительно выраженный скепсис отдельных ученых, сюда же принадлежит лат. fraxinus сясень'. Так, совершенно неправы Эрну—Мейе, кот. видят здесь неясность в форме и в семантике (Ernout—Meillet3 I, 449), или Станг, выступающий по тем же мотивам против этого старого сближения (Chr. S. Stang. WdS I, 1956, 352). Сравнение *berza и fraxinus см. Berneker, там же; М. Коген ИОРЯС XXIII, 1918, 19; Walde-Hofm. 1, 544 (: «исчезновение древнего знач. и перенос на ясень в Италии объясняется тем, что береза не обитает в естественном состоянии на Юге Европы»); Pokorny, там же; Фасмер I, 154; Младенов ЕПР 47; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 3, 146. Вполне поддаваясь семантическому обоснованию (см. выше), сближение с лат. fraxinus закономерно объясняется и фонетически. При этом др.-инд. bhurjd- так относится к лат. fraxinus, как др.-инд. рйгтга к лат. plenus, др.-ирл. Ian или как др.-инд. йгпа — к лат. lana. Как известно, эти соответствия толкуются как отражение и.-е. долгого слогового плавного (/, /'•). См. Brugmann KVGr. 132. Поэтому в случае с названиями березы мы имеем, кроме и.-е. *bherdg~, откуда герм., балт. и слав, формы (и.-е. -егэ- отразилось как сочетание -ег- под акутовым ударением в балтийском и славянском, тогда как для герм., напр., др.-в.-нем. birihha, здесь предполагают сохранение следа э, см. Vondrak. Vgl. slav. Gramm I, 300; Мейе. Общеслав. яз. 56; Arumaa. Urslav. Gramm. I, 143), также и.-е. *bhrg-, откуда упомянутое др.-инд. название и лат. fraxinus (первонач. адъективная производная форма *bhrgsenos). См. специально О. Szemerenyi «Glotta» 38, 1960, 225; ср° P. Persson. Beitrage zur idg. Wortforschung 2 (Uppsala—Leipzig, 1912), 753. Дополнительные сведения об индо-ир. формах см. Mayrhofer II, 514—515; Абаев I, 253 (: осет. Ьзегг / baerzse 'береза', ср. тадж. Ъигъ 'арча', памирские формы furz 'береза', Ъэгеъ, Ьэги/ 'береза'). Сюда же примыкает в акцеытологич. отношении лит. blrze (подробно о балт. формах см. Fraenkel I, 40). Не менее существенна морфол. проблематика этимологии и.-е. названия березы. Индоевропеисты обычно считают исходной основу на -о- ж. р. См. A. Meillet. Le genre feminin des noms d'arbres et les themes en -o-. — MSL 14, 1906—1908, 478; Мейе. Общеслав. язык 277. Более того, существует еще мнение о наличии здесь в древности консонантной основы им. и. *bherdg-s, род. п. *bherdgo-s (см. Pokorny, там же; специально см. еще Specht. Ursprung 57). Однако едва ли целесообразно игнорировать практически равную древность как и.-е. *bherdeos (откуда др.инд., лит. формы, но также и праслав. диал. *Ьеггъ\ — см. специально ниже), так и и.-е. *bherdga (откуда праслав. *berza, герм. *Ьегкд, а также лтш. диал. berza). Принимая во внимание этимологию (ссветлый, белый'), мы видим в этом слове первоначальное прилаг. След этого древнего употребления сохранился в архаическом болг. диал. бряз прилаг. 'в белых пятнах (о буйволе)', сербохорв. брёза сущ. ж. р. — о дом. животных, у кот. шкура белая с красными пятнами (РСА II, 143). См. Георгиев БЕР I, 76; II, 85. Об укр. диал. отражениях этого употребления см. О. С. Мельничук «Мовознавство» 1967, № 2, 21. Из обширной литер, о названии березы см. Н. Hirl IK X, 1899, 53; С. Lottner KZ VII, 1858, 23; A. Meillet BSL 24, 1924, 133; он же BSL 14, 1906, CLIII; Trautmann BSW 32; E. H. Slurtevant «Language» III, 1927, 119; Machek 49; Kluge 15 80; J. Otrqbski «Die Sprache» 9, 1963, 161; W. Merlingen «Kratylos>> VI, 1961, 173; A. J. Van Windekens. Etudes pelasgiques (: проблема пеласг. В-'каа 'выделанная кожа, бурдюк'); D. Detschev. Die thrakischen Sprachreste 52, 54 (: фрак. BspCava, Bersoria, местн. названия); В. И. Георгиев. Исследования . . . 119 (: реконструкция фрак. *bersa- 'береза'); G. Bonfante «Studi baltici» I, 1931, 87. Вполне возможно, что сюда не относится русск. берёзка 'Polygonum convolvulus', укр. берёзка 'Convolvulus sepium, Convolvulus arvensis', блр. бярбзка 'Convolvulus arvensis', вопреки Садник—Айцетмюллеру (см. Sadnik—Aitzetmuller, там же). Здесь есть основание предполагать затемнение иной, более старой этимологической связи, о кот. см. О. С. Мельничук «Мовознавство» 1967, № 2, 21 (: из праслав. *ЬъНо) и Р. В. Кравчук «Беларуская лексшалопя i этымалопя» (Мшск, 1968) 85 (где названия вьюнка производятся из *ob-verz-/vbrz- 'обвязать').

*berzavъjь?: чеш. диал. bfezavd (krdva) 'корова, у которой спина и живот белые, а остальное — красное или черное' (Bartos. Slov. 26), слвц. диал. brezavy прилаг. 'белопестрый (напр. о волах, о корове)' (SSJ I, 129). — Сюда же сербохорв. брёзава ж. 'пеструха (о корове)' (РСА II, 143). Производное адъективного характера, образованное с помощью суфф. -аи- от основы *berz- (см. подробно *berza, там же — об адъективной природе этого образования и ее следах, прежде всего — в ю.-слав.). Древность скорее проблематична.

*berzdьna: болг. брезна ж. р. 'борозда', 'проход в винограднике', 'след' (Младенов БТР), диал. брезнъ ж. р. 'борозда' (с. Каспичан, Коларовградско. Дип. раб., Архив Софийск. ун-та), польск. диал. brzozna 'борозда' (Warsz. I, 221). Производное о суфф. -ьпа от основы *berzd-, родственной праслав. *borzda (см.). (1р. аналогичное производное *borzdbna (см. ниже).

*berzica: болг. брезйца 'береза' (Геров), диал. брезица 'растение метлица' (Младенов БТР), сербохорв. брезица ж. р., ум. от бреза 'береза', также в качестве названия пестрых животных (РСА IJ, 144), словетг. brezica ж. р. ум. 'березка' (Plet. I, 57), н.-луж. bfazyca 'береза; березовый прут, березка' (Muka Si. I, 75), русск. диал. берёзица ж. р. 'березовый сок' (каз., Доп. к Опыту 8). — Сюда же сербохорв. Brezice ж. мн., название села в Хорватии, местности — в Сербии (RJA 1, 634). Производное с суфф. -ica от *berza (см.).

*berzika: сербохорв. б рези на ж. р. 'береза* (РСА 11, 143). Производное с суфф. -ika от *berza (см.). Ср *berzica с этимологически тождественным формантом. См. еще образование м. р. *berzikb (ниже).

*bеrzikъ: сербохорв. брёзйк м. р. 'березовый лес' (КарациЬ; РСА II, 143), сюда же Brezici, род. п. Brezikd м. р. мн., название двух сел в Боснии. Производное (собир.), образование с суфф. -гкъ от *berza (см.).

*berzina: сербохорв. б резина ж. р., увелич. от бреза 'береза', 'древесина березы' (РСА I, 634; II, 144), ст.-чеш. bfezina ж. р. 'березовый лес' (1384 г., Gebauer I, 102; Ст.-чеш., Прага), чеш. bfezina 'группа берез', диал. bfezina 'береза' (Hruska. Slov. chod. 15), слвц. brezina ж. р. 'березовая роща' (SSJ I, 129), в.-луж. brezyna ж. р. 'березовые заросли' (Pfuhl 46), н.-луж. bfazyna 'березняк' (Muka Si. I, 75), сюда же полаб. словосочетание по brizaind местн. п. ед. ч. ж. р. 'в березняке' (Polanski—Selmert 41), польск. brzezina ж. р. 'березовый лес', 'древесина березы, срезанные березовые ветви'; 'береза' (сингулятивно) (Dorosz. I, 691), словин. bfuezdndm.X). 'березовый лес'(Lorentz Slovinz. Wb. 1,80), bffezena ж. p. 'березовый лес', 'древесина березы, срезанные ветки березы' (Sychta I, 78), русск. берёзина ж. р. 'береза, одно дерево; березовая палка, березовый прут' (Даль3 I, 203; Филин 2, 251), укр. берёзина ж. р. 'березовое дерево', 'березовая ветка, розга', 'березовый лес' (Гринченко I, 51), диал. березина 'березняк', 'ветки березы' (Онышкевич. Словарь бойковского диалекта 74), блр. бяр'шна ж. р. 'одно березовое дерево' (Шатэршк 40). Производное с суфф. -ina от *berza (см.), выступающее в слав, языках в различных функциях (увеличительность, собирательность, уменьшительность). Очевидна близость к равнооформленному прилаг. *Ъеггтъ (см. след.). Древность оформления основы *berz- формантом -in- может быть значительной. Ср. напр. родственное лат. fraxinus 'ясень' <^ *bhfgs-enos (см. далее иод *berza) и особенно лит. berzynas м. р. 'березняк', где этимологически тождественный формант имеет собир. значение. Поскольку речь идет о лексике, широко используемой в местных и водных названиях, см. обстоятельные исследования на эту тему: J. Prinz. Slavisch-baltische Entsprechungen bei den von *berz- 'Birke' abgeleiteten slavischen nnd baltischen Orts- und Gewassernamen. — BNF 15, 1964, 247 и след; он же. Der Reflex des baltischen Substrats in von *berzJBirke' abgeleiteten russischen Orts- und Gewassernamen. — Там же, 261 и след.

*berzinъ(jь): сербохорв. б резин 'березовый' (PGA II, 144), н.-луж. bfazyny 'березовый* (Muka Si. I, 75). Прилаг., производное с суфф. -\пъ от *berza (см.). Ср. предыд. статью.

*berzovica: сербохорв. брёзовица ж. р. 'березовая палка4, 'вид ядовитого гриба Lactarius torniinosus' (РСА II, 144), словен. brezovica ж. р. 'березовый сок' (Plet. 1,58), чеш. диал. brezovice ж. p. 'Birkenwasser' (Kott I, 96), слвц. диал. brezovica ж. р. 'березовая палка, дубинка' (SSJ I, 130), русск. диал. берёзовица 'нацеживаемый весною березовый сок, который, перебродив, образует сладковатый напиток' (Даль 3 I, 203). Производное с суфф. lea от прилаг. *berzov^jb) (см. ниже).

*berzovikъ: сербохорв. брезовип м. р. 'березовый лес' (РСА II, 144), русск. диал. 'березовик м. р.' гриб Boletus scaber et luteus', 'птица вальдшнеп' (Даль 3 I, 203), 'березовый лес, березовая роща', 'березовый сок', 'гриб опенок', 'майский жук', 'вальдшнеп, водящийся в березовых лесах' (Филин 2, 252), блр. бярбзавт 'березовый сок'. Производное с суфф. Лкъ от основы прилаг. *berzov- (см. *berzovbjby ниже).

*berzovina: сербохорв. брёзовина ж. р. 'древесина березы', словен. brezovina ж. р. 'березовая древесина', 'березовый лес' (Plet. I, 58), чеш. brezovina ж. р. 'березовая роща'. Производное (собир.) с суфф. -ina от основы прилаг. *berzov(см. *berzovbjb, ниже).

*berzovъ(jь): болг. брязов прилаг. 'березовый' (Геров: бр£зовый), брезбв, -а, -о, прилаг. 'березовый' (РВЕ), сербохорв. brezov прилаг'березовый' (с XIV в., RJA I, 636), словен. brezor прилаг. 'беро зовый' (Р1е(. I, 58), чеш. bfezovy, brizovy прилаг. 'березовый', слвц. brezovy (SSJ I, 58), в.-луж. brezowy 'березовый1 (Pfuhl • 41)), н.-луж. bfazowy 'березовый' (Muka St. I, 75), польск. brzozowy прилаг. 'березовый' (Dorosz. I, 695), словин. bfozuovi прилаг. 'березовый' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 79), русск. берёзовый прилаг., укр. берёзовий 'березовый' (Укр.-рос. слови., I, 56), блр. бярбзавы 'березовый'. Прилаг. продуктивного типа, производное с суфф. -ov- от *berza (см.). Несмотря на то, что базой деривации была в данном случае основа на -а, прилаг. *berzovb можно считать достаточно древним и праслав. образованием. Между прочим, мнение о том, что мы имеем дело с вторичными слав, инновациями всякий раз, когда речь идет о функционировании адъективного форманта -ov- вне зависимости от именных -w-основ, в частности — в примере с деривацией *berza *Ьекоиъ (см. J. Prinz BJNF 15, 1964, 256 и след.), уже давно не является единственно возможным. Достаточно указать на фрак. Berzovia (местн. название на югозападе Дакии, толкуемое как 'березовый (ручей)', см. D. Detschew. Die thrakischen Sprachreste 54, с литер.), а также на полные и.-е. соответствия праслав. *asenevi>ji> (см.), *f>rabovbji> (см.), тоже прилагательным на -ov- от основ по на -и-, чтобы признать возможность пересмотра относительной хронологии, обычно принимаемой для :>той категории, в смысле (во-первых) принятия большей древности ряда производных, па -ov- и причем - не только от названий деревьев — и (во-вторых) допущения достаточно раннего времени образования некоторых форм на -ov- от основ не на -//-. В связи с этим полезно упомянуть о замечательных своей широтой взглядах на образования, близкие слав, -ov- прилагательным, у Вругмана, кот. писал: «>1 полагаю, что мы имеем дело здесь (в именах на -eos. — О, Т.) с тем же самым -ёио-, которое выступает как вторичный суффикс в при лагательных греческого на -aXe[FJos, напр. rclaXso; (от ти(аХо^), в славянском, напр. ст.-слав, ДДАМОБ^ 'принадлежащий Адаму'. . ., смно&ъ 'слоновый' и т. д. (Miklosich. Vergl. Gramm. 2, 229 и след.), в древнеирусском — расширенное с помощью -Ina- (ср. ст.-слав. с\ою&ьнъ и т. п.), напр. им. п. ед. ч. smonenawins, ... и в латинском, напр. annuo-s (от annas), cernuo-s и т. п. Это -еио-, расширенное с помощью -го-, играет видную роль также в образовании имен в италийском, напр. умбр. Fisouie, Graboule, лат. Salhwius, Pacuvius . . . -еио- как будто состоит из -е-ио-, где -е гласный именной основы» (К. Brugmann. Die Herkunft der griech. Substantia auf -eug, род. п. -7][F]og. — IF IX, 1898, 373— 374).

*berzovьсь: словен. brezovec, род. IT. -vca м. p. 'ствол березы', 'растение Tormentilla' (Plet. 1, 58), чеш. редк., диал. brezovec, род. п. -vce м. р. 'березовый прут', слвц. brezovec, род. п. -vca м. р. то же (SSJ I, 130), сюда же др.-русск. Березовъцъ, название города (Срезневский I, 70). Производное с суфф. -ъсъ от основы прилаг. *Ьеггоиъ (см.).

*berzovьje: сербохорв. брёздвле ср. р. собир. 'березы, березовая поросль' (РСА II, 144), словен. brezovje ср. р. то же (Plet. I, 58), чети, brizovi ср. р. 'березовые ветки', русск. диал. (волог.) березовъё ср. р. собир. 'березовые дрова' (Филин 2, 254). Производное (собир.) с суфф. -bje от основы прилаг. *berZOU7, (СМ.).

*bеrzozolъ: др.-русск. бере.юзолъ 'месяц апрель' (Четвероев. 1144г., Срезневский I, 70), русск. (стар.) березозол, березозолъ 'месяц март или апрель' (Даль 3 I, 204), укр. березозьл, род. п. -зола, березозгль, род. п. -золя, м. р. 'месяц март' (Гринченко I, 52). Сложение *berzo-zolb именных основ *berz- (см. *berza) и *zoZ-, родственного *zelenъ (см.). См. Фасмер I, 154; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 3, 144.

*berzujь: русск. Березуй, название пустоши (XVII в., Псковский областной словарь 1, 179). Формально может анализироваться как *berz-u-jb, производное с соответствующей суффиксацией от имени *berza (см.), но если равнооформленное *uolujb (см.) четко характеризуется как -/-овое производное от основы косв. п *volu (см. *ио1ъ), то во всем лексическом гнезде *berza нет никаких признаков наличия основы на -и-, почему не может быть принято однозначное отнесение Фасмером русского топонима Березуй к -и- основам, расширенным с помощью суфф. -/о- (см. М. Vasmer. Die alten Bevolkerungsverlialtnisse Russlands im Lichte der Sprachforschung. Berlin, 1941, 15). Критику этого мнения Фасмера, причислявшего русск. Березуй к древнеславянским образованиям такого типа, см. J. Prinz BNF 15, 1964, 268—269. Последний ученый склонен на основании географического распространения формы Березуй и ее производных (бывш. Тверская, Могилевская губернии, ср. еще и наш пример из псковских материалов) выдвигать идею балт. субстратного происхождения и объяснять русск. Березуй из балт. *Berzdj-.

*bеrzгъ: сербохорв. диал. брёз м. р. 'береза' (РСА II, 143), словен. hrez м. р. 'береза' (Plet. Т, 56). Праслав. циал. *berzb в функции названия березы представляет собой древний словообразовательно-морфологический вариант, восходящий к и.-е. форме м. p. *bherdgo-, наряду с праслав. *berza (см.) — из и.-е. *bherdga ж. р. Выше (см. под *berza) уже говорилось о вероятном первоначально адъективном значении этих форм названия березы. К тому, что сказано в статье *berza о реликтах адъективного употребления *berz-, гл. обр. в качестве названий пестрых животных (болг., сербохорв. примеры), ср. еще др.-русск. Березыи, название города в Чернигов, княжении (Святославъ поиде къ Березому. Ип. л., Срезневский I, 70).

*berzъka: чеш. bfizka ж. р. ум. 'березка', слвц. briezka ж. р. ум. то же (SSJ I, 129), н.-луж. brjazka, польск. brzozka ж. р. ум. 'березка', 'березовая кора' (Warsz. I, 221), словин. bfduskd ж. р. 'береза' (Lorentz Slovinz. Wb. I, 79), русск. берёзка ж. р. ум. 'молодая береза, также вид — береза малорослая Betula humilis' (Даль 3 I, 203), укр. берёзка 'Betula humilis Schrank' (Гринченко I, 51), бергзка (Гринченко I, 52), блр. бярбзка. Деминутив регулярного вида, производный с суфф. -ъка от *berza (см.). Ср. более распространенный на юге и юго-западе слав, территории деминутив *berzica (см.).

*berzьje: сербохорв. брёз]е, брёж%е ср. р. собир. 'березы, березовый лес' (PCA II, 144, 142), словен. brezje ср. р. 'березовый лес' (Plet. I, 57), чеш. bfizi ср. р. 'березовая поросль, ветки березы', диал. bfezi ср. р. 'березовый лес' (Bartos. Slov. 26), 'березовые ветки', 'молодая поросль' (Hruska. Slov. chod. 15), сюда же ст.чеш. Bfezle ср. р. местн. название (Ст.-чеш., Прага), слвц. brezie ср. р. 'березовая роща' (SSJ I, 129), русск. диал. берёзье, березъё, ср. р. собир. 'березовый лес' (яросл., смол., ленингр., Филин 2, 254). Собир. производное с суфф. -ь/е от *berza (см.).

*berzьjь: чеш. (редк.) bfizi прилаг. 'березовый', диал. bfezi (krdva) 'пестрая, белая с красным или черным (о корове)' (Bartos. Slov. 26). Производное с суфф. -ь/ь притяжательное прилаг. от *berza (см.).

*berzьnikъ: сербохорв. Breznlk м. р., название ряда населенных пунктов в Хорватии, Боснии (RJA I, 635), словен. breznik *м. р. 'месяц март' (Plet. I, 58), др.-русск. березникъ (А норъи съ березникомъ межа. — Отводн. кн. Кемск. п. 1462 г., Срезневский I, 70), русск. берёзник м. р. 'чистый березовый лес, роща; березовый хворост; гриб' (Даль 3 I, 203), укр. берёзник м. р. 'березовый лес, роща' (Гринченко I, 51). Производное с суфф. -ъткъ от имени *berza (см.).

*bеrzьnо: ст.-чеш. Bfezno ср. р., местн. название (Ст.-чеш., Прага), чеш. Bfezno, слвц. Brezno, польск. Brzezno, ряд местн. названий (цит. по: Н. Вогек, .Т. Prinz, см. ниже), др.-русск. Березъно, поток близ Новгорода (Грам. кн. Всев. Юр. м. до 1136 г., Срезневский I, 70), русск. Березно, топоним («Russisches geographisches Namenbuch» 1, 360). Огромный соответствующий материал по зап.-слав, языкам находим в кн.: Н. Borek. Zachodnioslowianskie nazwy toponimiczne z formantem -ъп- (Wroclaw, 1968) 20—21. Отчетливо адъективный характер этих примеров (ср. наличие вариантов типа чеш. Bfeznd, польск. Brzezna и т. д.) говорит о том, что первоначально это были прилагательные, производные с суфф. -ъпот имени *berza (см.). Но если, напр., в балтийском соответствующее прилаг. действительно зафиксировано (ср. лит. berzlnis 'березовый'), то слав, языки не знают прилаг. *Ъегъъпъ 'березовый', и это придает особую ценность названным выше топонимическим данным. См. специально J. Prinz .BNF 15, 1964, 252— 253, где указывается, что, в отличие от слав, апеллативной лексики, слав, топонимия в достаточном количестве знает это образование, в чем автор видит основание для реконструкции общего балто-слав. *berzin- адъективного характера и высказывает мысль о том, что еще в дописьменный период этот тип прилагательного от названия березы был вытеснен в слав, языках типом на -ov-, хотя конкретные исследования по топонимии (см. прежде всего Н. Borek, выше), говорят о преимущественно локальном, зап.-слав, ареале соответствующего топонима. Что касается мнения о вторичности *Ьекоиъ (см.), здесь также далеко не все ясно и возможна прямо противоположная точка зрения.

*bеrzьnъ/*bеrzьnь: ст.-слав, Б^ЗАЫ'А 'апрель, apriiis' (SJS), болг. брёзен м. р. 'месяц апрель; месяц март' (Младенов БТР), сербохорв. диал. брёзан м. р., название домашних животных белопестрой масти (РСА II, 143), словен. brezen, род. п. -zna м. р. 'месяц март; апрель', 'течка (у кошек)', '(детские) шалости' (Plet. I, 57), чеш. brezen, род. п. -zna м. р. 'март', укр. бёрезенъ, род. п. -зня м. р. 'март' (Гринченко I, 51). Производное с суфф. -ъп- (первоначально адъективное? — Ср. *berzbno, а также значение сербохорв. примера, см. выше) от *berza (см.).

*beržan(in)ъ: словен. brezan м. р. 'прибрежный житель' (Plet. I, 60), чеш. bfezanin м. р. 'прибрежный житель' (Jungmann I, 182), др.-русск. бережане 'жители берега' (Срезневский I, 69), русск. диал. бережане, бережйна мн. 'жители побережья' (арх., вят., пек., беломор., Филин 2, 247), укр. бережан м. р. 'прибрежный житель' (Гринченко I, 51). Производное с суфф. -ёп(т)ъ от *bergb (см.).

*beržina: болг. брежина ж. р. 'холмистое место' (Геров — Панчев), 'крутизна' (диал., Георгиев), сербохорв. brezina ж. р., увеличит, от brijeg 'берег; холм' (RJA I, 639; РСА II, 142), словен. brezina ж. р. 'берег; насыпь; побережье', 'склон, обрыв', 'возвышенность', 'горное сено' (Plet. I, 60), слвц. brezina ж. р. редк. 'склон; холм' (SSJ I, 130), русск. диал. бережйна ж. р. 'отмель, идущая от берега в море', 'прибрежный луг, пожня', 'трава, растущая на морском берегу', 'редкий лес вдоль берега реки', 'теплая вода', 'парное молоко' (с.-в.-р., Филин 2, 248), укр. бережйна ж. р. 'прибрежье, побережье', бережйна 'береговая трава, береговое сено' (Гринченко I, 51; Укр.-рос. словн. I, 56). Производное с суфф. -ina от *bergb (см.).

*beržistъjь: др.-русск. бережистыи 'крутоберегий, ripis abruptis munitus' (Ипат. летоп. под 1180 г., Срезневский I, 69), русск. диал. бережйстый, берёжистый fc высокими крутыми берегами' (орл., курск., новг., твер., вят., иск., урал.), 'пролегающий в углублении, как бы между двумя берегами' (влад.) (Филин 2, 248; Даль 3 I, 201: берёжистая речка 'высокоберегая, крутоберегая'), укр. бережйстий 'с высокими берегами' (Гринченко I, 51). Прилаг., производное с суфф. -ist- от *Ъе^ъ (см.).

*bеrvьсь: сербохорв. стар, brijezac, род. п. brijesca м. р., ум. от brijeg 'холм; берег' (с XVI в., а также в словарях Вольтиджи. Стулли, см. RJA I, 649), словен. brezec, род. п. -zca м. р., ум. от breg (Plet. I, 60), др.-русск. бережъцъ 'бережок, название местности по стар, пути из Суздаля в Нижний Новгород' (Срезневский I, 69). Ум. производное с суфф. -ъсъ от *Ье?^ъ (см.).

*beržьje: болг. брёжъе, брежйе ср. собир., употр. как мн. ч. от бряг 'берег' (Младенов БТР), сербохорв. брёж]е ср. р. собир. от брег (РСА II, 142), др.-русск. бережиье 'нобережие, ога'(Пикон, летоп. под 1365 г., Срезневский 1, 69). Собир. производное с суфф. -ъ]е от *Ье^ъ (см.).

*bеržьkъ: словен. brezek, род. п. -zka м. р., ум. от breg 'холмик' (Plet. I, 60), сербохорв. брёжак, брщёжак, род. п. -шка м. р., ум. от брег, брщег (с XVI в., также в словаре Стулли, см. RJA I, 649; РСА II, 142), ст.-чеш. bfiezek м. р. 'холм, склон' (Simek 31), слвц. brlezok, род. -zka, -zka м. р., ум. к breh, а также 'склон, холм' (SSJ 1, 129), в.-луж. brjozk, н.-луж. brjozk, польск. brzezek, русск. бережок, диал. бережок, род. п. -жка м. р. 'край рюмки' (орл., Филин 2, 250), укр. бережок, род. и. -жка м. р., ум. от берег (Гринченко I, 51), блр. беражбк. Ум. производное с суфф. -ъкъ от *bergъ (см.). Ср. *Ъег1ъсъ, выше.

**beržьnъ(jь) I: ст.-слав. ъ^Ъ\\Ь.\\ъ, -Ъ1И, прилаг., тоо хрт^оо, praecipitii 'береговой' (Supr., SJS), болг. брёжеп прилаг. (Младенов БТР), сербохорв. брёжнй, бри]'ёжна 'береговой, прибрежный', 'гористый' (РСА II, 142), словен. brezen (см. Badjura 31), чеш. (стар.) bfezni прилаг. 'береговой', слвц. brezny прилаг. редк. 'береговой' (SSJ I, 130), польск. brzezny прилаг. то же (Dorosz. I, 691), др.-русск. бережъныа (Срезневский I, 69), русск. диал. бережной, 'береговой' (Подвысоцкий 6), бережной, бережный 'расположенный на берегу, береговой, прибрежный' (енис, том., арх., пек., волог., Филин 2, 250), укр. берёжнай 'прибрежный' (Гринченко I, 51). Прилаг., производное с суфф. -ыг- от имени *bergъ (см.).

*beržьirъjь II: русск. бережный 'осторожный, осмотрительный' (Даль3 I, 202), бережной, бережный 'бережливый, нерасточительный', 'тщательно охраняемый, оберегаемый', 'осторожный, боязливый' (Филин 2, 250), ст.-укр. бережный то же (Тимченко I, 84), укр. берёжний 'осторожный' (П. Бшецышй-Носенко. Словник укр. мови, 53). Прилаг., образованное с суфф. -ъп~, соотносительное с гл. *bergt4 (см.). Возраст образования неясен.

*besĕda: ст.-слав, ьегкдл ж. р. Хбуо?, рт]р.а, 6(xtXta, verbum, sermo 'слово, речь, разговор' (SJS), болг. беседа ж. р. 'беседа' (БТР), макед. беседа ж. р. то же (И-С), сербохорв. беседа ж. р., диал. бёсида, бёс]еда 'речь', 'беседа', beseda 'разговор' (Sus 152), beseda 'речь' (Ка 388), словен. beseda ж. р. '(отдельное) слово', 'речь', 'разговор', 'язык', 'беседа' (Plet. I, 21), ст.-чеш. beseda ж. р. 'развлечение', 'рассказ', 'приятное общение с друзьями', 'пир', 'садовая беседка' (Ст.-чеш., Прага), чеш. beseda ж. р. 'беседа, общественное развлечение', слвц. beseda ж. р. 'дружеский разговор, беседа' (SSJ I, 82), в.-луж. bjesada ж. р. 'беседа, общество, компания' (Pfuhl 20), польск. biesiada ж. р. 'пир' (Dorosz. I, 514), др.-русск. беседа 'седалище, место сиденья', 'разговор в собрании', 'разговор с кем-нибудь', 'речь, слово, слова', 'речь, язык' (Срезневский I, 83—84), русск. беседа ж. р. 'разговор, преимущественно деловой или задушевный', 'собрание, общество людей', (обл.) 'скамейка', диал. беседа 'деревенская вечеринка, посиделка' (Куликовский 4), 'вечернее собрание молодежи в доме с работой или только для увеселения', 'пирушка', 'договор между родителями жениха и невесты о браке, сговор', 'свадьба; все участники свадьбы', 'группа пожилых крестьян, собравшихся посидеть, поговорить на завалинке перед избой или на траве', 'сидение в гостях без приглашения', 'толпа, компания', 'прием', 'сиденья для ямщика в телеге', 'место для сидения', 'постройка в виде галереи, со столом и скамейками', 'общественная изба для крестьянской работы' (Филин 2, 261—263), ст.-укр. беседа, беседа ж. р. 'разговор', 'компанейское веселье, с угощением' (Тимченко I, 85, 87—88), укр. бёсЬда ж. р. 'разговор, беседа, речь', 'пир, пирушка', 'общество гостей' (Гринченко I, 53), диал. бис Ida 'разговор' (Чучка 309). Это слово по-прежнему может считаться спорным по происхождению, хотя в ходе этимол. дискуссий некоторые моменты выяснились достаточно определенно. Так, напр., уже анализ значений, сопоставление живых значений со значением древних свидетельств показывает несомненную древность семантич. признака 'сидеть' у слав, слова. Ср. др.-русск. беседа 'седалище, место сиденья', русск. обл. беседа 'скамейка'. Связь праслав. *beseda: *sedeti (см.) принимается большинством современных исследователей. Но при этом они, как правило, производят *beseda из *hfz~scda, т. о. сложения- с предлогом-приставкой *bez (см.), предполагая в данном случае для *bez знач. 'вне, снаружи' как чкобы более древнее знач. этого служебного слова. См. прежде всего Berneker I, 52; Преобр. 1, 25; L. Wanstrat. Zur Bedeutungsentwicklung von slav. beseda. — ZfslPh XIV, 1937, 101—103; Фасмер I, 160; Sadnik—Aitzetmuller. Vgl. Wb. 4, 291. Ванстрат, в частности, называет как семантич. параллель др.-iu-л. rilisefa 'сидение снаружи в ночное время с целью гадания и прорицания' (см. L. Wanstrat, там же). Авторы указывают также на знач. др.-инд. bahih 'снаружи, вне', родственного слав, bez, но, если принимать этимологию *beseda <^ *bez-seda, то придется признать данное слово слав, новообразованием без и.-е. соответствий, а одна эта констатация обязывает оперировать только известными слав, значениями bez, не прибегая к дославянским, что было бы более уместно при анализе дославянского слова-архаизма. Все примеры bez- и сложений с ним в слав, языках обнаруживают знач. 'без, не-' и не знают значений, сколько-нибудь близких к др.-инд. слову. Только знач. 'без' знает и родственное балт. Ье-. Мы считаем, что праслав. *beseda первоначально означало 'сидение' (без оттенка 'снаружи', не вытекающего из реальных значений и ad hoc примышленного исследователями, начиная с Бернекера, принимающими реконструкцию *bez-seda), откуда затем и 'место сидения' и 'совместное сидение, общение', 'разговор' и т. д. Ср. отчасти тот же путь, проделанный русским словом посиделки. В связи со сказанным мы сближаем, вслед за Розвадовским (J. Rozwadowski RS 2, 1909, 104 и след.) слав. *beseda и др.-инд. bhasdt (bhasdd-) ж. р. 'задница' < *сидение'. Иначе — и неубедительно — см. о др.-инд. слове Mayrhofer II, 489. Это сближение позволяет взглянуть на слав, слово как на реликтовое образование, со стороны семантической — древнее имя действия с последующей конкретизацией значения, со стороны формальной — архаическое и функционально не вполне ясное префигирование и.-е. корня *sed- 'сидеть'. Ср. более старые попытки членить *beseda как *be-seda, причем это Ье- сравнивалось о лит. дуративным глагольным префиксом Ье- (А. Погодин РФВ XXXIX, 1898, 3; Berneker, там же). Действительно, охарактеризованное выше слав. *beseda можно сравнить прежде всего с лит. besedetl: as besedziu 'я все сижу', с этим префиксом. Эти отношения заслуживают дальнейшего изучения, тем более что вопрос о слав, соответствиях дуративнхшу лит. Ье- продолжает подниматься в славистике. Ср. В. Со'р SR XII, 1959—1960, 171—172, где начальное Ье- в слав. *beseda связывается с хетт, глагольным предл. pi-e (рё/Ьё). Прочая литер.: Г. Ильинский РФВ LXII, 1909, 237—239 (: *beseda<^*bes-eda, т. е. суффиксальное производное от корня *bes- 'говорить', якобы родственного *bajati, см. сходно Bruckner 27); Stawski I, 22 (считает неясным); ср. Е. Stankiewicz «Word» И, 1955 (=«Slavic Word>> N4), 628; Machek 30(принимаетэтимологию Бернекера, см. выше); Георгиев БЕР I, 44; Bezlaj. Etim. slovar. Poskusni svezek 8—9; он же JiS 1959/1960, 5, 142; J. Otrqbski «Die Sprache» XII, 1966, 20 (: последняя по времени попытка анализировать *beseda<^ *bes-eda, причем, однако, корень *bes- возводится к и.-е. *sebh-, основе местоименного происхождения, откуда др.-инд. sabha ж. р. 'собрание, община, судилище5, первоначальное знач. как слав., так и др.-инд. слов, по мнению автора, — 'свои, члены того же рода, родня', ср. сюда же герм. *sebjo ж. р., гот. sibja 'родство, родня'; *beseda— собир. производное на -ё-da, ср. слав. *gavedb, польск. gawiedz 'чернь, сброд').

*besĕditi: болг. диал. беседа 'обсуждать, авторитетно разговаривать с кем-нибудь' (с. Момина Клисура, Пазарджишко. Дип. раб. Архив Софийск. ун-та), сербохорв. бёседити, диал. бёсидити, бёс)едити 'говорить, держать речь', словен. besediti 'говорить (речь)' (Plet. I, 21), чеш. besediti 'разговаривать' (Kott I, 59). Отыменный глагол на -Ш, производный от *beseda (см.).

**besĕdovati: ст.-слав. Гчбг^до&лчи 6[xiXelv, XaXeiv, oiaXs-fsiv, Tiposayoosoeiv 'разговаривать, говорить с кем, к кому' (SJS), болг. бесёдвам 'беседовать, вести непринужденный разговор' (БТР), сербохорв. бёседовати 'говорить' (PGA I, 484), словен. besedovdti 'говорить, читать нравоучения, держать речь' (Plet. I, 22), чеш. besedovati 'совместно развлекаться, беседовать', слвц. besedovaV то же (SSJ I, 82), в.-луж. bjesadowac 'развлекаться, беседовать' (Jakubas), польск. biesiadowac 'пировать', 'вкушать удовольствие', (охотн., промысл.) 'жировать (о диких животных)' (Warsz. I, 153), русск. беседовать 'вести с кем-либо деловой или задушевный разговор', диал. 'принимать участие в посиделках, беседе', 'сидеть, быть в гостях', 'проводить время без работы', 'пировать' (Филин 2, 265), ст.-укр. бёседовати 'разговаривать' (Тимченко I, 88), укр. бесгдувати 'говорить, произносить', 'беседовать, разговаривать' (Гринченко I, 53), диал. besiduvdty 'говорить' (те rusnace, besidujeme ро rusku; с. Комлошка, Венгрия). Производный гл. с суфф. -ovati (см. *beseda, выше).

*besĕdunb: словен. besedun м. р. 'болтун' (Plet. I, 22). Имя деятеля, производное с помощью суфф. -ипъ от гл. ^besedovati (см.). Возможно позднее местное образование.

*besĕdъ / *besĕdь: сербохорв. диал. 6ecjed, род. и. -а м. р., бёс]ёд, род. п. -и, ж. р. 'беседа' (PCA I, 485). Морфол. вариант (-о-основа м. р. и основа на -i- ж. р.) к общеслав. типу *beseda (см.). Древность проблематична, хотя, с другой стороны, принимая во внимание возможную архаичность основы праслав. *beseda, а также, напр., отчетливо консонантный характер основы соответствующего др.-инд. bhasdtl bhasdd- (см. подробнее *beseda), можно думать и здесь об отражении древней именной основы на согласный. Фасмер сравнивал с апеллативом русск. беседа название реки Беседь, в Верхнем Поднепровье (см. М. Vasmer «Oxford Slavonic papers» VI, 1955/1956, 53), но, как нетрудно заметить, морфологически более точным будет сравнение гидронима Беседь с малоизвестным апеллативом sedb (см. выше).

*besĕdъka: ст.-чеш. besiedka ж. р. 'беседка' (Ст.-чеш., Прага), чеш. besidka ж. р. 'общественное развлечение, беседа', 'беседка (садовая)', 'крыльцо', слвц. besiedka ж. р. 'беседка, веранда', 'беседа, разговор' (SSJ I, 82), русск. диал. беседка ж. р. 'доска, на которой сидят у ворот, в сенях, в лодке и т. п.' (Доп. к Опыту 9), 'козлы, сиденье кучера на телеге' (Подвысоцкий 6), 'скамья, сидение в лодке, козлы для ямщика' (Куликовский 4), укр. беседка ж. р. 'лавка для гребцов в большой днепровской лодке, называемой дуб' (Гринченко I, 53).

*besĕdьlivъ: сербохорв. бесёдл>ив 'разговорчивый' (РСА I, 483), словен. besedljiu прилаг. 'говорливый, болтливый', 'бранчливый, вздорный' (Plet. I, 21), укр. диал. бёыдливий 'разговорчивый, словоохотливый' (Желех., Гринченко I, 53). Прилаг., производное с суфф.-ъИиъ от гл. *besediti (см.).



© «Proto-Slavic.ru», Игорь Константинович Гаршин, 2012. Пишите письма (Письмо Игорю Константиновичу Гаршину).
Страница обновлена 09.01.2017